В погоне за кудрями

Хогсмид был в своём обычном очаровании: мощёные улочки, покрытые лёгким инеем, несмотря на тёплый сентябрьский день, витрины магазинов, сияющие магическими огоньками, и аромат тыквенного пирога, доносящийся из "Трёх мётел". Гермиона шагала по главной улице, её кудри подпрыгивали в такт шагам, слегка растрёпанные ветром. Она нервничала, хотя и не хотела себе в этом признаваться. Сегодня она встречалась с Луной Лавгуд и Невиллом Лонгботтомом — её старыми друзьями, которые, в отличие от Гарри и Рона, не знали о её… ситуации с Драко. Она остановилась у входа в "Три метлы", поправляя шарф и пытаясь унять волнение. Её кудри, как всегда, отказывались подчиняться, и она вздохнула, убирая одну прядь с лица. В последнее время она чувствовала себя счастливее, чем когда-либо, и всё благодаря Драко — его цветам, его утренним шуткам, его прикосновениям, которые заставляли её сердце биться быстрее. Но мысль о том, чтобы рассказать об этом друзьям, вызывала у неё лёгкий трепет. "Гермиона!" — звонкий голос Луны вырвал её из мыслей. Луна стояла у входа, её длинные светлые волосы были украшены чем-то, подозрительно похожим на веточку омелы, хотя до Рождества было ещё далеко. Рядом с ней Невилл, одетый в простую мантию, неловко улыбался, держа в руках горшок с каким-то шевелящимся растением. "Луна, Невилл!" — Гермиона улыбнулась, чувствуя, как её напряжение немного отступает. Она обняла Луну, чьё платье пахло лавандой и чем-то травяным, а затем Невилла, который чуть не уронил свой горшок. "Это Мимбулус Мимблетония, улучшенная версия," — гордо сказал Невилл, заметив её взгляд. — "Я экспериментирую с гибридами. Она теперь пахнет мятой, а не… ну, ты помнишь." Гермиона засмеялась, вспоминая зловонный сок, который однажды забрызгал весь их вагон в Хогвартс-экспрессе. "Прогресс, Невилл. Это впечатляет." Они вошли в "Три метлы", заняв столик у окна. Луна тут же достала из кармана очки с разноцветными стёклами и надела их, заявив, что они помогают "видеть ауру Хогсмида". Гермиона закатила глаза, но её губы дрогнули в улыбке. Луна всегда была такой — странной, но удивительно искренней. "Твоя аура сегодня очень… кудрявая," — сказала Луна, задумчиво глядя на Гермиону через свои очки. — "Как будто в ней танцуют маленькие искры. Это из-за любви, правда?" Гермиона поперхнулась тыквенным соком, который только что заказала. "Луна!" — воскликнула она, чувствуя, как её щёки краснеют. — "С чего ты взяла?" "О, это очевидно," — ответила Луна, её голос был мечтательным, но в нём была странная уверенность. — "Твои кудри светятся, как будто их поцеловали нарги. А нарги, знаешь, любят влюблённых. Они, наверное, вьют гнёзда в твоих волосах по ночам." Невилл кашлянул, пряча улыбку за своей кружкой. "Луна, может, не надо про нарги? Гермиона и без того выглядит, как будто готова сбежать." "Я не сбегу," — возразила Гермиона, но её голос был слегка дрожащим. Она убрала кудри с лица, пытаясь скрыть смущение. — "Просто… да, у меня кое-что происходит. С кем-то." Луна наклонилась ближе, её глаза сияли. "Это Драко Малфой, да? Я видела его ауру на последнем курсе. Она была вся в серебряных искрах, но очень одинокая. Теперь, наверное, она смешалась с твоей. Это как… как если бы два мурлыкающих снитча нашли друг друга." Гермиона уставилась на неё, не зная, смеяться или спрятаться под стол. "Мурлыкающие снитчи?" — переспросила она, её брови взлетели вверх. "О, это очень романтично," — серьёзно кивнула Луна. — "Они поют, когда находят свою пару. Уверена, Драко поёт для тебя. Может, не буквально, но в душе." Невилл не выдержал и засмеялся, его лицо покраснело. "Луна, ты неподражаема. Но… Гермиона, серьёзно? Малфой?" Гермиона вздохнула, её пальцы нервно теребили край шарфа. "Да, Драко. Он… изменился. Он не тот, кем был в школе. И он…" Она замялась, вспоминая утренний букет орхидей, его тёплые пальцы в её кудрях, его шёпот, полный страсти. "Он делает меня счастливой." Невилл посмотрел на неё, его взгляд был мягким, но осторожным. "Я помню, как он помог мне с зельями на последнем курсе. Он был… не таким, как раньше. Но всё равно, Гермиона, ты уверена?" "Я уверена," — ответила она, её голос стал твёрже. — "Он каждый день приносит мне цветы. Он слушает меня. Он… он пытается быть лучше." Луна拍了拍 её руку, её улыбка была почти сияющей. "Это магический ритуал ухаживания. Мой папа говорил, что цветы — это как заклинание, только без палочки. Драко, наверное, вплетает в них свою любовь. Ты проверяла, не зачарованы ли они?" Гермиона засмеялась, её напряжение окончательно растаяло. "Луна, ты невозможна. Но… спасибо. Мне нужна была эта странность." "Странность — это просто другой способ видеть мир," — глубокомысленно ответила Луна, поправляя свою омелу. — "А теперь расскажи, какие цветы он тебе дарит? Если это ромашки, то это значит, он хочет, чтобы ты танцевала с ним под луной." "Орхидеи," — ответила Гермиона, её щёки снова порозовели. — "Белые орхидеи." "О, это очень серьёзно," — сказала Луна, её глаза расширились. — "Орхидеи — это как признание, что он готов отдать тебе свой снитч. Ну, знаешь, в метафорическом смысле." Невилл снова засмеялся, чуть не опрокинув свой горшок. "Гермиона, ты уверена, что готова к этому? К Малфою и… нарги с мурлыкающими снитчами?" Гермиона улыбнулась, её сердце было лёгким. "Думаю, да." Когда они выходили из "Трёх мётел", Гермиона почувствовала знакомое тепло за спиной. Драко появился, как будто по волшебству, его светлые волосы блестели на солнце, а в руках он держал новый букет — на этот раз нежно-розовые пионы. Он шагнул к ней, его взгляд был тёплым, но с лёгкой насмешкой. "Грейнджер, ты опять собираешь толпу поклонников?" Луна посмотрела на него, её очки сверкнули. "Твоя аура поёт, Драко. Это очень мило." Драко моргнул, явно не готовый к такому. "Э… спасибо, Лавгуд?" Невилл ухмыльнулся, протягивая руку. "Малфой. Только не испорти это, ладно?" Драко пожал его руку, его губы изогнулись в знакомой ухмылке. "Не планирую, Лонгботтом." Он повернулся к Гермионе, протягивая ей пионы. "Для тебя," — сказал он тихо, его пальцы слегка коснулись её, когда она взяла букет. Её кудри упали на лицо, и он убрал их, его рука задержалась на её щеке. Луна издала восторженный звук, что-то вроде "О, нарги точно одобряют!", и Гермиона засмеялась, чувствуя, как её сердце наполняется теплом. Драко обнял её за талию, его шёпот коснулся её уха. "Ты в порядке?" — спросил он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась забота. "Более чем," — ответила она, прижимаясь к нему. Её кудри коснулись его лица, и он улыбнулся, зная, что этот момент — их смех, её друзья, её тепло — был тем, ради чего он изменил свою жизнь.