В погоне за кудрями

Косой переулок встретил их привычным гулом: звон колокольчиков над дверями магазинов, смех детей у витрины "Волшебного зверинца" и аромат свежих булочек из пекарни. Гермиона шагала рядом с Драко, её кудри сияли в утреннем свете, подпрыгивая в такт её шагам. После Флоренции, с её магическими улочками и жаркими ночами, Лондон казался одновременно родным и странно обыденным. Её пальцы касались серебряного браслета с кулоном-звездой, подаренного Драко, и она чувствовала тепло его слов — "Я люблю тебя" — которые всё ещё звучали в её сердце. Драко держал её руку, его пальцы переплелись с её, а в другой руке он нёс букет лаванды, перевязанный фиолетовой лентой. Записка, прикреплённая к цветам, гласила: Для той, кто заставляет меня верить в чудеса. Д.М. Он заметил её взгляд и улыбнулся, его серые глаза блестели. "Ты опять думаешь о том, как я превращаю твою квартиру в сад, да?" — поддразнил он, его голос был лёгким, но полным тепла. Гермиона засмеялась, её кудри качнулись, когда она слегка толкнула его плечом. "Ты неисправим, Малфой. Но… спасибо." Она прижала букет к груди, вдыхая успокаивающий аромат лаванды, который напоминал ей о полях Прованса, хотя они были во Флоренции. Их ночь там — страстная, бесконечная, полная его прикосновений и её стонов — всё ещё горела в её памяти, и она покраснела, поймав его взгляд. Они направлялись в "Чайник и котёл", чтобы встретиться с Гарри и Роном. После ссоры в Косом переулке, когда Рон в гневе пытался ударить Драко, Гермиона знала, что разговор будет непростым. Её сердце сжималось от мысли о его боли — его неразделённых чувствах, которые он так ясно выразил тогда. Но она любила Драко, и ей нужно было, чтобы её друзья приняли это. В кафе было тепло, пахло кофе и корицей, а окна запотели от осеннего холода снаружи. Гарри и Рон уже сидели за столиком в углу, их кружки с тыквенным соком стояли нетронутыми. Гарри поднял взгляд, его очки слегка съехали, и он улыбнулся, но его глаза были настороженными. Рон, напротив, сидел ссутулившись, его рыжие волосы торчали, а лицо было хмурым. "Гермиона," — сказал Гарри, вставая, чтобы обнять её. Его взгляд скользнул к Драко, и он кивнул, хотя его улыбка была натянутой. — "Малфой." "Поттер," — ответил Драко, его голос был ровным, но он не отпустил руку Гермионы, его большой палец слегка поглаживал её ладонь. Он поставил букет лаванды на стол, и Рон фыркнул, его глаза сузились. "Опять цветочки?" — пробормотал Рон, его тон был резким, но в нём чувствовалась скорее усталость, чем гнев. — "Ты что, думаешь, это всё исправит?" Гермиона напряглась, её кудри качнулись, когда она посмотрела на него. "Рон, пожалуйста," — сказала она, её голос был твёрдым, но мягким. — "Я хочу, чтобы мы поговорили. Без драк." Рон отвёл взгляд, его пальцы сжали кружку. "Я… я был идиотом," — сказал он наконец, его голос был хриплым. — "Я не должен был бросаться на него. Но, Гермиона, ты… ты выбрала его. После всего, что он сделал." Драко открыл рот, но Гермиона сжала его руку, останавливая. "Рон," — сказала она, её глаза блестели от эмоций. — "Я знаю, что ты чувствуешь. И мне больно, что я причинила тебе боль. Но я не могу изменить то, что чувствую. Драко… он изменился. Он делает меня счастливой." Гарри кашлянул, его рука легла на плечо Рона. "Рон, она права. Я тоже не в восторге от Малфоя, но… если Гермиона говорит, что он другой, я ей верю." Он посмотрел на Драко, его взгляд был твёрдым. — "Но если ты её обидишь, Малфой, я найду тебя." Драко кивнул, его губы дрогнули в лёгкой улыбке. "Справедливо, Поттер. Но я не собираюсь её обижать." Его рука сжала её пальцы, и он посмотрел на Гермиону, его глаза были полны тепла. Её кудри упали на лицо, и он убрал их, его пальцы задержались на её щеке, вызывая лёгкий румянец. Рон вздохнул, его плечи опустились. "Я просто… я думал, что у нас могло быть что-то," — сказал он тихо, его голос был полон боли. — "Но я вижу, как ты на него смотришь. Я не слепой." Гермиона почувствовала, как её горло сжалось. Она протянула руку, коснувшись его. "Ты мой лучший друг, Рон. И всегда будешь. Но я люблю Драко." Рон кивнул, его глаза были влажными, но он заставил себя улыбнуться. "Ладно. Я… я попробую привыкнуть. Но, Малфой, если ты хоть раз забудешь её цветы, я сам тебе устрою." Драко засмеялся, его смех был лёгким, и он поднял букет лаванды. "Не волнуйся, Уизли. Я не собираюсь забывать." Он протянул букет Гермионе, его пальцы коснулись её, и она улыбнулась, её кудри сияли в свете кафе. Гарри посмотрел на них, его улыбка стала искреннее. "Вы двое… странная пара. Но, Гермиона, ты сияешь. Я не видел тебя такой с… ну, с тех пор, как ты сдала все ЖАБА." Гермиона засмеялась, её смех был звонким, и она почувствовала, как напряжение покидает её. "Спасибо, Гарри," — сказала она, её рука всё ещё лежала в руке Драко. Они сидели ещё некоторое время, разговаривая о мелочах — о работе Гарри в Аврорате, о новых растениях Невилла, о том, как Луна утверждает, что видела нарги в Косом переулке. Рон был тише, чем обычно, но его взгляд смягчился, и Гермиона знала, что это начало примирения. Когда они вышли из кафе, Драко обнял её за талию, его шёпот коснулся её уха. "Ты была великолепна," — сказал он, его голос был полон гордости. — "И я всё ещё не могу поверить, что ты выбрала меня." Она повернулась к нему, её кудри касались его лица, и она поцеловала его — мягко, но с теплом, которое напоминало ей о Флоренции. "Я выбрала тебя, потому что ты делаешь меня счастливой," — прошептала она, её пальцы коснулись браслета. — "И эти цветы… они помогают." Он засмеялся, его рука запуталась в её кудрях, и они шли по Косому переулку, букет лаванды в её руках, их сердца бились в унисон. Гермиона знала, что путь к примирению с друзьями будет долгим, но с Драко рядом она чувствовала, что может справиться с чем угодно.