В погоне за кудрями

Утро свадьбы началось с мягкого света, пробивающегося через окна Малфой-Мэнора, но Драко Малфой не замечал красоты рассвета. Он стоял в своей комнате, глядя в зеркало, его пальцы нервно поправляли мантию, чёрную с серебряной вышивкой, которая подчёркивала его светлые волосы и серые глаза. Его сердце колотилось так, будто он снова был на квиддичном поле, уворачиваясь от бладжеров. Сегодня он женится на Гермионе Грейнджер — женщине, которая перевернула его мир, — и мысль об этом наполняла его одновременно восторгом и паникой. Что, если он не сделает её счастливой? Что, если его семья, его прошлое, снова бросят тень на их будущее? Он провёл рукой по волосам, нарушая их идеальную укладку, и выругался себе под нос. Его пальцы дрожали, когда он достал из кармана маленькую коробочку, в которой лежало кольцо — то самое, с сапфиром и бриллиантами, которое он надел на её палец в магическом саду. Он всё ещё помнил её слёзы, её "да", её кудри, сияющие под звёздами, и это воспоминание немного успокоило его, но не полностью. Он хотел, чтобы всё было идеально — не для себя, а для неё. Внизу, в саду Мэнора, эльфы заканчивали приготовления. Арки, увитые белыми лилиями и заколдованными лозами, сияли мягким светом. Столы были накрыты серебряными скатертями, а в воздухе витал аромат цветов и зачарованного вина. Драко сам выбрал лилии — их чистота напоминала ему о Гермионе, её силе и доброте. Он оставил букет в её комнате с запиской: Для той, кто навсегда моя. Д.М. Но даже это не успокоило его нервов. Он боялся, что Люциус, несмотря на обещание Нарциссы держать его в узде, скажет что-то, что ранит Гермиону. Он боялся, что она передумает, что он не достоин её. "Ты выглядишь так, будто готов сбежать," — раздался голос Блейза Забини, который вошёл в комнату без стука. Его тёмная мантия была безупречной, но его ухмылка выдавала привычную насмешку. — "Малфой, расслабься. Она тебя любит. Хотя я до сих пор не понимаю, почему." Драко закатил глаза, но его губы дрогнули в слабой улыбке. "Спасибо, Блейз. Очень помог." Он снова поправил мантию, его пальцы дрожали. "Я просто… я хочу, чтобы она была счастлива. Чтобы всё было… правильно." Блейз подошёл ближе, хлопнув его по плечу. "Ты подарил ей кольцо, браслет, полмира цветов и своё сердце. Если это не правильно, то я не знаю, что тогда." Он помолчал, его тон стал серьёзнее. — "Она выбрала тебя, Драко. Перестань паниковать." Драко кивнул, его горло сжалось, и он глубоко вдохнул, пытаясь унять сердцебиение. Он знал, что Блейз прав, но мысль о том, чтобы стоять перед всеми — перед её друзьями, его семьёй, перед ней — и дать клятву, заставляла его чувствовать себя уязвимым, как никогда раньше. В другой части Мэнора Гермиона стояла перед зеркалом в комнате, которую Нарцисса отвела для неё. Её платье было простым, но элегантным: белое, с мягкими складками, подчёркивающими её фигуру, и длинным шлейфом, украшенным магическими искрами, которые сияли, как звёзды. Её кудри были частично собраны, но большая часть оставалась свободной, сияя в свете люстры. Серебряный браслет с кулоном-звездой и кольцо с сапфиром блестели на её руке, и она коснулась их, чувствуя тепло его любви. Луна Лавгуд, её подружка невесты, вплетала в её кудри маленькие цветы жасмина, напевая что-то о "наргах, которые благословляют свадьбы". "Твоя аура сегодня такая яркая," — сказала Луна, её голос был мечтательным. — "Как будто звёзды танцуют в твоих кудрях." Гермиона засмеялась, её нервы немного отступили. "Спасибо, Луна. Хотя я не уверена, что звёзды одобряют мои волосы." Она посмотрела на букет лилий на столе, её пальцы коснулись записки от Драко, и её сердце сжалось. Она тоже волновалась — не из-за него, а из-за того, что их свадьба объединит два мира, которые когда-то были врагами. Но его любовь, его цветы, его слова давали ей силы. Дверь открылась, и вошли Гарри и Рон. Гарри улыбнулся, его очки слегка съехали, и он обнял её. "Ты выглядишь невероятно," — сказал он, его голос был полон тепла. — "Малфой не заслуживает тебя, но… он старается." Рон, стоящий позади, кашлянул, его лицо было слегка красным. "Да, ты… ты красивая, Гермиона," — пробормотал он, его голос был искренним, но в нём всё ещё чувствовалась тень боли. — "Я… я рад за тебя. Правда." Она улыбнулась, её глаза блестели, и она сжала его руку. "Спасибо, Рон. Это много значит." Их примирение в Косом переулке было хрупким, но его слова сейчас были шагом вперёд, и она была благодарна. Церемония проходила в саду Мэнора, под огромным магическим шатром, где звёзды сияли над головой, несмотря на дневной свет. Гости — друзья Гермионы, несколько слизеринцев, Нарцисса и, к её облегчению, отсутствующий Люциус — сидели на стульях, украшенных лилиями. Драко стоял у алтаря, его мантия сияла в мягком свете, но его руки были сжаты в кулаки, чтобы скрыть дрожь. Когда заиграла музыка, и Гермиона появилась, его дыхание перехватило. Её кудри сияли, обрамляя её лицо, а платье искрилось, как звёздная пыль. Она шла к нему, её глаза были прикованы к его, и он почувствовал, как его нервы растворяются в её улыбке. Он всё ещё боялся — боялся, что не сможет быть тем, кем она заслуживает, — но её взгляд, полный любви, говорил ему, что он уже достаточно. Когда она остановилась перед ним, он взял её руки, его пальцы дрожали, и он прошептал: "Ты… ты прекрасна." Его голос был хриплым, и она улыбнулась, её кудри качнулись, когда она сжала его руки. Церемония была простой, но магической. Они произнесли клятвы, их голоса дрожали от эмоций. Драко смотрел на неё, его глаза блестели, и он сказал: "Гермиона, ты научила меня, что значит любить. Я клянусь быть твоим домом, твоей силой, твоим всем — всегда." Её слёзы скользнули по щекам, но она улыбалась, её голос был твёрдым, когда она ответила: "Драко, ты показал мне, что любовь — это магия, которой нельзя научиться. Я клянусь быть с тобой, во всём, навсегда." Когда они обменялись кольцами, их руки дрожали, и он наклонился, чтобы поцеловать её, его губы были мягкими, но полными обещания. Её кудри коснулись его щёк, и гости зааплодировали, а Луна издала восторженный возглас: "Нарги точно танцуют!" Пир был полон смеха и тепла. Гарри и Рон подняли тосты, Рон даже пошутил про "хорька с цветами", что вызвало смех у Драко. Нарцисса, к удивлению Гермионы, подошла к ней, её взгляд был мягким. "Ты делаешь моего сына счастливым," — сказала она тихо. — "Это всё, что я хотела." Гермиона кивнула, её кудри сияли, и она почувствовала, как напряжение последних месяцев окончательно отступило. Они танцевали под звёздами, её кудри качались в такт музыке, а его руки держали её талию. Он был всё ещё нервным, его пальцы слегка дрожали, но он шептал ей на ухо: "Я боялся, что испорчу всё." Она засмеялась, её рука коснулась его лица. "Ты сделал это идеально, Драко." Ночь закончилась в саду, где они стояли, окружённые лилиями, её кудри сияли в лунном свете, а его рука держала её. Он подарил ей ещё один букет лилий, его записка гласила: Для моей жены. Навсегда. Д.М. Она прижалась к нему, её сердце было полным, и она знала, что их любовь выдержит любые тени.