Часть 11
16 августа 2025 г., 00:20
Аарон завершил занятия в кружке для детей, увлеченных наукой. Он вел подобный в Лос-Анджелесе и был очень рад, когда эту идею одобрили в рамках новой работы. В кружке проводили простые эксперименты и объясняли все на уровне третьего-пятого классов. Аарону нравилось работать с детьми, и он надеялся, что со временем кто-то из них станет ученым. Сегодня был особенно удачный день, потому что несколько учеников принесли с собой что-то, чем хотели поделиться, — эксперименты, которые сами придумали на основе того, что узнали.
— Рада, что вы сегодня ничего не взорвали, — сказала Пэм, стоя в дверях класса, когда он закончил убирать оборудование для кружка. — Я забеспокоилась, когда утром пришла Дженнифер Болдуин со всей этой электроникой.
Аарон рассмеялся над строгим лицом Пэм.
— Ты никогда не была сильна в науках. Как прошел день? Я слышал, что были проблемы на обеде.
Пэм закатила глаза, вошла и положила сумку и куртку на стол.
— Я чувствовала себя как в фильме «Дрянные девчонки». Никогда раньше не слышала таких вещей от детей этого возраста. Я отстранила двух четвероклассников и оставила троих после уроков. Это было нелепо. Завтра придется встречаться с родителями. Уверена, будет просто замечательно. — Казалось, она раздражалась от одной только мысли об этом.
— Хочешь пойти расслабиться и выпить кофе?
— С удовольствием, — ответила она, как будто он только что сделал лучшее предложение в ее жизни. — Я скучала по этому всю неделю, пока ты был занят на хоккее. Как это вообще случилось? Я знаю, что ты любишь хоккей, но что бы помогать?
Аарон собрал свои вещи, пока Пэм говорила.
— Меня пригласили в то же время, что и Калеба.
— Он заставил тебя?
— Нет, — быстро ответил он, потому что Пэм, казалось, была готова наброситься на брата. — Я сам вызвался.
— Ладно. Прости. — Пэм посмотрела на него с подозрением. — Это не похоже на тебя. Я знаю, что ты любишь послеобеденное время, чтобы расслабиться и подготовиться к следующему дню.
— Оказалось, это довольно весело.
— Я должна прийти посмотреть. Увидеть вас двоих вместе.
Аарон не знал, что сказать. Если Пэм увидит их вместе, заметит ли она что-то кроме дружбы между ними? Аарон все больше терял осторожность, проигрывая в борьбе с мягкой добротой Калеба, такой же, как та, с которой тот работал с Байроном на уроке геометрии. На льду Аарон проводил время, стоя на месте и регулируя движение, и, если вокруг ничего не происходило, он заканчивал тем, что рассматривал Калеба. Не раз Калеб замечал это и улыбался ему. Аарон должен был перестать так делать. Не нужно было давать Калебу повод думать, что он заинтересован.
— Встретимся в кафе, — сказала Пэм, когда они вышли, и Аарон запер дверь.
Он был более, чем когда-либо, сбит с толку Калебом. Тренировать — и учить — с ним было гораздо лучше, чем он мог себе представить. Конечно, он не совсем тренировал вместе с Калебом, но они были частью одного и того же занятия. А совместное преподавание привело Аарона в восторг. Они идеально синхронизировались, и идея Калеба выйти на улицу для демонстрации в реальных условиях была гениальной.
Как бы Пэм отнеслась к тому, что между ним и Калебом завяжутся отношения? Она была его доверенным лицом в школе и колледже, и Аарон хотел ее совета. Но не хотел расстраивать ее и уж тем более не хотел, чтобы она говорила об этом с Калебом.
Пэм всегда умела хранить его секреты, так что это беспокоило его меньше, чем то, что она может разозлиться на его желание встречаться с ее младшим братом. Он видел, как она защищает Калеба, когда жаловалась на его выбор, и она была довольно строга и к некоторым решениям Аарона.
Пэм будет еще больше расстроена, если Аарон не скажет ей, а между ним и Калебом что-то завяжется. Аарон покачал головой — откуда это взялось? Ничего не завяжется. Иногда его мозг не понимал, о чем говорит.
Они поехали в кафе, купили кофе и сели за свой любимый столик у большого окна, выходящего на Мэйн-стрит.
— Мы получили окончательные итоги школьного карнавала, — с гордостью сказала Пэм. — Это был самый успешный сбор средств в истории школы.
— Это фантастика, — сказал Аарон. Он знал, что слава Калеба поможет местному мероприятию, но не мог представить, насколько он окажется популярным.
— Еще лучше, — сказала она, наклонившись к нему с видом заговорщицы, — сегодня школа получила огромный чек от одного хоккеиста, которого мы оба знаем. Он внес столько же, сколько мы собрали!
Конечно, он это сделал.
Калеб был щедрым и добрым. Талантливым и неотразимо привлекательным.
Как сексуальный рыцарь в блестящих хоккейных доспехах, он въехал в город, совершенный и благородный, казалось, полный решимости сломить сопротивление Аарона. Аарон не был безвольным девственником, хотя, если быть честным с самим собой, мысль о том, чтобы оказаться в мускулистых объятиях Калеба, была весьма заманчивой.
— Ты не выглядишь довольным. — Пэм держала кофейную чашку обеими руками и смотрела на Аарона поверх нее. — Что происходит?
— О чем ты говоришь? — Невозможно было не услышать защитную интонацию в его голосе. Разве нет?
Пэм посмотрела на него так, как смотрела на студентов, которых отправляли к ней в кабинет за проступки. Этот взгляд говорил, что она готова ждать, пока он сам не выложит все начисто.
— На меня это не подействует. — Он посмотрел на нее, стараясь не поддаться.
Через минуту или две, после состязания взглядов, она сдалась.
— Нечестно. Ты слишком много времени проводишь рядом со мной.
— Ха!
— Но серьезно, что случилось?
— Пожалуйста, не сердись, но мне действительно нужно с кем-нибудь поговорить.
— О боже. У тебя проблемы? Кто-то умер?
— Нет, нет. — Он покачал головой и нервно рассмеялся. Глубоко вздохнув, он выпалил: — Возможно, твой брат мне нравится.
Вот. Он сказал это. Он признался.
— Конечно, нравится, — сказала Пэм, отмахнувшись рукой. — Ты его знаешь всю жизнь. Вы были... — Она замолчала. Она никогда не терялась в словах, поэтому Аарон ожидал худшего. — О, подожди. Он тебе нравится. Это фантастика! — Широкая улыбка расцвела на ее лице.
Аарон посмотрел на свою чашку кофе, стараясь спрятаться от всех, кто мог смотреть в их сторону, поскольку Пэм заявила об этом довольно громко.
Она тоже это поняла и прикрыла рот рукой.
— Прости, — сказала она, сдерживая голос. — Почему ты боялся мне это сказать?
— Я видел, как ты реагировала на его парней.
— То совсем другое. А это ты.
Сердце снова предало Аарона. Он не должен был ничего говорить, но не смог удержаться.
— Могу я рассказать тебе еще кое-что, как своей подруге, а не как его сестре?
— Эм. Ладно. — Она звучала так же неуверенно, как и Аарон.
— Во-первых, мы не встречаемся и ничего такого, но я думаю, что хочу этого, хотя не уверен, что... — Он замолчал. Были вещи, о которых он не хотел говорить Пэм. — Я не могу понять, хочет ли он настоящих отношений. Может, он просто флиртует, а может, я просто хочу в это верить. Я не знаю, правильно ли даже спрашивать его об этом. Я живу здесь. Он в Нью-Йорке. Он звезда хоккея, а я просто школьный учитель, который иногда с трудом стоит на коньках. Нет причин думать, что это может иметь продолжение. Но...
— Он заставляет твое сердце кувыркаться в груди, — перебила его Пэм.
— Точно. — Он не мог солгать.
— Давай я расскажу тебе о своем брате. Ты знаешь парней, с которыми он встречался в последние несколько лет? Тех, над которыми я смеялась, говоря, что они ему не подходят? Знаешь, иногда это подстроено, правда?
Аарон кивнул.
— Да. Он рассказал мне об этом за ужином.
— Ого, понятно. Обычно он держит это в секрете.
— Он также сказал, что больше не будет так поступать.
Пэм широко раскрыла глаза.
— Молодец. В любом случае, даже те парни, с которыми он встречался, не делали его счастливым. Они либо не понимают, что значит встречаться с человеком, который так много путешествует, как он, либо ожидают, что это будет гораздо более гламурно, чем на самом деле. Честно говоря, я даже не знаю, когда он в последний раз был на свидании.
Аарон подумал, что, возможно, тот ужин был больше свиданием, чем они оба осознавали.
— Я не знаю, как бы я себя вел в отношениях с кем-то, кто живет в другом месте. Путешествия — это одно, но он даже не живет здесь.
— Вы об этом говорили?
— Нет. О боже! — На этот раз слишком громко выпалил Аарон. — Мне и с тобой-то трудно говорить. Думаю, мы оба уклоняемся от этой темы. Он кажется менее нерешительным, чем я, но... я не знаю. — Он опустил взгляд на кофейную чашку.
— Вам нужно поговорить. Ему осталась всего неделя здесь. Не упусти этот шанс. Я думаю, вы были бы прекрасной парой. Он больше похож на тебя, чем ты думаешь. Он не какой-то важный спортсмен с завышенным эго. Он просто Калеб, и я никогда не видела, чтобы он вел себя иначе.
— Спасибо, — сказал Аарон. — Это между нами, да?
— Клянусь честью лучшей подруги. — Пэм подняла руку. — Но если он спросит меня, я без колебаний скажу ему, чтобы он действовал. Так же, как говорю тебе.
Аарон кивнул, а затем перевел разговор на более безопасные темы, например, на то, что произошло в эпизоде «Голоса» на этой неделе.
