Часть 19
24 августа 2025 г., 00:40
Аарон был рад, что у него было несколько родительских собраний в этот день, поскольку это означало, что, когда Калеб заехал за ним, чтобы отвезти на каток, почти все уже ушли. Почему он просто не поехал на своей машине? В тот момент ему показалось милым, что его везет шофер, но он действительно хотел появиться на тренировке вместе с Калебом, когда все будут смотреть на них?
Калеб улыбнулся, когда Аарон сел в машину, и Аарон не смог сдержать ответной улыбки. Калеб умел растопить любое сопротивление.
— Как прошел день?
Аарон откинулся на сиденье и вздохнул.
— Утомительно. — Он закрыл глаза и вздрогнул, когда Калеб взял его за руку.
— Прости. Думаю, я в этом виноват.
— Мы в значительной степени виноваты в этом. Мы оба были на той фотографии, целовались на глазах у всех. Это первое, о чем меня спросили дети сегодня утром. Вообще-то, все началось с Пэм на парковке.
— Да, я звонил ей сегодня утром. Думаю, я хорошо понял, какая она директор. Сказала, что я осмелился не ответить на ее звонок.
— Точно. Все просто с ума сошли, все задают вопросы. Как ты с этим справляешься?
Калеб виновато пожал плечами, а потом усмехнулся.
— Я оставляю это Гранту. Он говорит, что большинство комментариев положительные, включая реакцию на мое заявление о том, что мы хотим, чтобы нас оставили в покое, чтобы мы могли решить, каким может быть наше будущее.
Он сказал «может быть»? Он передумал? Или просто сказал это, чтобы успокоить общественность? А может, он не хотел давить на Аарона.
— Я не жалею, что мы это сделали, — продолжил Калеб. — И не жалею о том невероятном дне, который мы провели вместе.
— Я тоже. — Это правда, Аарон ничуть не жалел. — Но что теперь?
Калеб выехал с парковки.
— Сегодня утром я получил подтверждение, что возвращаюсь в Нью-Йорк. В среду утром я должен быть у врача, так что завтра вечером я поеду.
У Аарона защемило сердце, но он кивнул и постарался выглядеть спокойным.
— Я знаю, что команда будет рада твоему возвращению, особенно перед плей-офф, которые начинаются в пятницу.
— Я бы солгал, сказав, что не хочу вернуться к ним.
— И к своей жизни, я полагаю.
Калеб молчал, пока вел машину. Аарон не был уверен, как понимать то, что тот даже не бросал на него случайных взглядов.
На красном светофоре Калеб повернулся к Аарону.
— Жизнь здесь мне тоже нравится — с тобой. Эти мгновения, когда мы были вместе, как пара. —Аарон не упустил болезненное выражение лица Калеба.
— Как мы можем это сделать? После нескольких встреч, которые мы даже не называли свиданиями, мы можем взять на себя обязательства по отношениям?
— Мы оба скоро будем свободны. У тебя будут летние каникулы, а мой сезон закончится — у нас будет время.
Машины позади них загудели, потому что Калеб пропустил зеленый свет. Вернув внимание на дорогу, он продолжил разговор.
— Это будет время, чтобы устроиться, войти в привычный ритм и ходить на все свидания, на которые мы хотим.
— Ритм, который нарушится, как только наступит осень. — Аарон не пытался быть циничным, он просто был реалистом, глядя на Калеба и стараясь не выглядеть и не звучать подавленным.
Калеб открыл рот, но затем закрыл его.
— Что?
— Ничего. — Калеб попытался отмахнуться.
— Последнее, что нам нужно сейчас, — это скрывать что-то друг от друга.
— Я хотел предложить тебе взять год отпуска, потому что я легко смогу содержать нас обоих.
— Этого не будет. — Он прозвучал гораздо более агрессивно, чем хотел. — Я понимаю, что мы никогда не будем равны во многих отношениях. Но я не только хочу вносить свой вклад в любые отношения, в которых нахожусь, но и люблю свою работу.
— Я знаю. Поэтому я и не хотел этого говорить.
Проблема была в том, что он об этом думал. Аарон не хотел быть мужчиной на содержании, домохозяином или чем-то в этом роде.
Они молчали, пока ехали к катку. По прибытии Калеб припарковался. Аарон положил руку на плечо Калеба и почувствовал, как напряжение быстро спадает.
— Прости. — Голос Калеба был тихим, хотя они все еще были в машине. — Я понимаю, нам нужно серьезно поговорить. Пэм дала мне четкие указания.
Аарон кивнул.
— Я тоже понимаю.
— Мы должны это сделать. Поговорим потом, ладно? У тебя или у меня, где мы будем наедине.
Аарон согласился.
— Ты расскажешь детям, что уезжаешь в Нью-Йорк?
— Конечно. Это в новостях.
— И ты не хочешь просто... исчезнуть.
— Нет. Я не могу так поступить с детьми.
Калеб сжал колено Аарона, прежде чем они вышли из внедорожника и взяли коньки и другое снаряжение Калеба с заднего сиденья. Аарону защемило сердце, когда он увидел свои коньки, спутанные с коньками Калеба. Он хотел этого в своей жизни больше, чем был готов признать — даже самому себе.
Девяносто минут тренировки пролетели незаметно. Калеб был мастером в разговорах с детьми о своем предстоящем возвращении в Нью-Йорк и пообещал вернуться летом, чтобы поработать с командой пару недель. Калеб даже твердо, но мягко ответил на вопрос одного из игроков о фотографии.
— Это не тема для обсуждения здесь, и ни тренер Аарон, ни я не будем об этом говорить. Пожалуйста, уважайте это.
Раздалось несколько разочарованных возгласов, но никто не стал настаивать. Аарон приготовился к вопросам Иэна, но тот ничего не сказал. Он запомнил слова Калеба, чтобы использовать их в случае необходимости.
После тренировки Калеб отвез Аарона на школьную парковку, чтобы тот забрал свою машину, а затем встретился с ним у Аарона дома. Он не был уверен, что это лучший план, поскольку именно здесь вчера произошло столько всего, но это было ближе к школе, и они смогли бы быстрее начать разговор.
Войдя в дом, они остались стоять, даже не снимая куртки.
— Я не знаю, что делать, — наконец сказал Аарон.
— Я знаю, что хочу, но это, вероятно, не то, чего ты хочешь.
Аарон вздохнул, закрыл глаза и опустил голову, положив подбородок на грудь. Он был уверен, что Калеб говорит о поцелуе или, возможно, о чем-то большем. Это был неправильный ответ, но одна только мысль об этом заставила Аарона задрожать.
— Я хочу этого, — прошептал Аарон, сердце которого выдало его. — Но нам нужно многое выяснить, прежде чем мы пойдем дальше.
— Разве это не часть всего? Чем сильнее мы влюбляемся друг в друга, тем труднее будет разорвать наши отношения.
— Но это должно быть больше, чем просто секс. — Аарон отошел, чтобы создать между ними некоторое расстояние, чтобы не броситься на Калеба.
— Разве это уже не так? У нас за плечами годы истории. Мы же не чужие люди.
Калеб снял пиджак и повесил его на один из крючков у двери. Он быстро подошел к Аарону и снял его пиджак, чтобы повесить на крючок.
— Я не хочу усложнять ситуацию. — Калеб указал на гостиную, и его джентльменская натура снова проявилась. — И я знаю, что она уже сложна. Я слышал, что ты сказал — что тебе нужно. Я не знаю, как это осуществить, по крайней мере, сейчас. Но я упрямый и хочу найти выход.
— Не уверен, что это возможно, — сказал Аарон, входя в гостиную. — У нас очень разные жизни, мы живем в разных местах, и ты знаешь, что у меня куча проблем.
Калеб прошел на кухню, еще больше усилив ощущение, что он уже живет здесь, и быстро вернулся с двумя бутылками воды. Прежде чем подать бутылку Аарону, он остановился.
— Вау, — тихо сказал он. — Ты сохранил его.
Аарону не нужно было гадать, о чем он говорит.
— Я же говорил тебе, что всегда помню об этом.
Калеб поставил воду на небольшую книжную полку за диваном, а затем взял в руки трофей «Лучший репетитор в мире» и внимательно осмотрел его.
— Я и не знал, что ты все это время хранил его.
Аарон встретился взглядом с Калебом.
— Это было важным. Я получил его от тебя.
— Понимаешь? — сказал Калеб, аккуратно поставив трофей на место. — Ты ждал этого годами, как и я. Давай посмотрим, что мы сможем из этого сделать.
— Это нечестно. Это разные вещи — школьная влюбленность и взрослые отношения.
Калеб вздохнул, а Аарон провел рукой по волосам.
— Нечестно то, что ты даже не задумываешься о том, как мы можем быть вместе. Ты просто отгораживаешься. Я готов бороться за нас. А ты?
Все, что говорил Калеб, было разумно, но Аарон не мог не вспомнить, как все было с Тайсоном, когда они устроились в своей рутине. Придет сентябрь, и он почти не будет видеть Калеба и, возможно, даже не будет регулярно слышать его голос.
Калеб подошел к Аарону, который стоял у окна, выходящего на небольшой двор здания и парковку.
— Можешь хотя бы всерьез подумать об этом, и мы сможем поговорить, пока я буду в отъезде?
— Я только и делаю, что думаю о нас. — Аарон устремил взгляд на другую сторону улицы, стараясь не смотреть на свое отражение в стекле вместе с Калебом.
Калеб начал покрывать шею Аарона поцелуями.
— Это не поможет, — сказал Аарон, хотя и не сделал ни движения, чтобы остановить его.
— Я сделаю все, чтобы мы попробовали, даже использую соблазнение. — Калеб развернул Аарона, чтобы поцеловать его в губы. Аарон не сопротивлялся, хотя голоса в его голове призывали его остановиться.
Больше не было никаких протестов. Они провели ночь в объятиях друг друга, не говоря о будущем. Был секс и ужин, состряпанный из того, что нашлось в кухне Аарона. Аарон не знал, чувствовал ли Калеб ту же мрачность, что и он, но, как и будущее, это было чем-то, о чем он не стал упоминать. Он просто постарался игнорировать свой здравый смысл и насладиться еще одной ночью с Калебом.
