Твои кошмары

            Проснулся он не сразу. Картина происходящего всё ещё была размыта, лишь очертания трёх сотрудников и резкое осознание о том, что Лололошка без понятия где он убрали сон на второй план. Они находились в подполье, одно из самых любимых местечек агента. Перед ним стояли 2 штурмовика, которые не были лично знакомы с полукровкой. В углу стоял Скример, который смотрел вдаль, через подполье. Почувствовав взгляд Ло-шки он повернул голову, и на лице выступила ухмылка, которая для парня не предвещала ничего хорошего. Скример подошёл к Лололошке, и толкнул его настолько сильно, что у обычного человека на спине образовался бы ушиб, но Лололошка лишь не сильно ударился ей о стену, недовольно зашипев. – Это он? – Это тот самый любимчик? – Подлиза к начальству! – Точно отлизал раз 20 Луизе за такое! Лололошка поднял голову и немного прищурившись, увидел в углу десять или пятнадцать штурмовиков, которые с явной ненавистью смотрели на него, как на последнего отброса.       Один из них, который стоял перед полукровкой со всей силы ударил по лицу парня, оставляя красный след. Толпа заликовала, и жаждала ещё. Лололошка потер щеку, удивлённо посмотрев на штурмовика. Что происходит? Почему его бьют? Он же хотел как лучше..? – Что вы делаете, почему ты меня бьешь?! – единственное, что вырвалось у агента. Он хотел поднести это более мягче, но агрессивный крик души смешался с желанием, побеждая. Штурмовик фыркнул, и ударил ещё раз по лицу. – Мы таких как ты не терпим в Синклите, поэтому стоит тебе предпонести урок! – только и произнёс он. Лололошка ничего не понял. Что он сделал им, почему его бьют, почему его же товарищи? Потом ударил второй штурмовик,сразу с размаху и быстро, кулаком в область солнечного сплетения, что находится выше живота. Дальше следующий удар с правой стороны вверху, по рёбрам. Он даже не обратил внимание, было ли сопротивление или что-то подобное в ответ, суть была одна : причинить больше боли. И надежда : убить от своей агрессии. Раздражал тот факт, что он является Ло-шке товарищем по работе, но при этом не способен себя остановить, отдавшись желанию устранить неверных. На душе было тяжело, внутри все горело, но стоило лишь ещё несколько раз создать Ло новых синяков, так становилось как-то легче, но и это увлекало. Лишь спустя какое-то время, Скример отодвинул парней, сев на корточки перед обсиленным парнем. – Если ты подумал, что это всё, то нет. Ты завоевал расположение начальства, значит и виноват ты! – он достал нож из кармана своей формы. Лололошка выдохнул, думая о том что его наконец-то убьют, и не будут мучать. Хотя, если честно, хотелось умереть не в подполье, а где-то в другом месте, и с другим человеком. Мысли прервала острая боль в правой руке. Скример выводил ножом надпись, явно не доброго характера. Лололошка пытался вырваться, но его крепко держали два штурмовика. Спустя три сантиметра на руке зияла надпись "Луизин сынок".       Конченные твари. Они обязательно за это поплатятся, а даже если нет, я добьюсь их смерти через начальство. Пусть будут знать, пидоры, что не стоит им лезть, куда не надо.       Мысли прервала такая же острая боль, заглушая разум. На левой руке уже была открытая рана с надписью "Подлиза"       Придурки.Поскорее бы сдохли. Уверен, им точно будет пиздец от начальства. Ха-ха, отличная шутка, Лололошка, да ты гений!       Скример начал выбираться из подполья, крикнув двум штурмовикам, судя по всему его друзьям, что они могут добивать парня и уходить, как они и поступили. Удары постоянно прилетали в живот, голову, или даже в чувствительные места на ногах. Окончательно домучив агента, они отпустили его, и отправились на выход, ликуя.Лололошка остался сидеть на грязном полу среди коробок.Ненужные мысли по разным темам терзают душу изнутри, наводя ещё больше паники и чувства бесполезности. Трясущиеся руки, слабо держащиеся за голову, будто пытались спрятать от остальных. От этого мира и, страха, что не даёт покоя. По щекам медленно начинают течь холодные слёзы, что скатываясь по лицу, беззвучно падают на пол, разбиваясь на несколько маленьких капелек. Дыхание сейчас напрочь сбилось, отказываясь восстанавливаться . Дышать становилось сложнее с каждой секундой не покидающей Лололошки паники. Чувство страха, бесполезности и слабости всё ещё не покидало его. Сердце начинало биться в бешеном ритме, а со лба медленно стекал холодный пот. В такой ситуации лучше поделиться своим страхом с кем-то, побыть не в полном одиночестве, а прижаться к кому-то, сжать в руках его одежду и не отпускать, понимая, что ты не один. И Лололошка прекрасно понимал, о ком думает. Ему хотелось почувстовать тепло от объятий Кацпера. Чтобы тот даже не пытался дать Лололошке что-то сказать, и сразу отнёс бы его в комнату, приказав отдыхать. Полукровка с каждой секундой всё меньше оставался в сознании, пока не отключился совсем. Всё, чего ему хотелось – умереть не в одиночестве, а со своим единственным другом.

***

      Парень медленно приходил в сознание, чувствуя на груди тяжесть. Он приоткрыл глаза, и всё что смог увидеть место где он был, и парня который его обнимал, словно тот уйдёт. Русые, слегка кудрявые волосы щекотали подбородок, вызвав недоумение. Но парень быстро расслабился и облегченно вздохнул, когда увидел на человеке форму штурмовика. Значит, Боги его услышали, и Малецки действительно пришёл за ним?       Волна тепла и спокойствия разливалась по телу Лололошки, заставляя довольно прикрыть глаза и представить огромный город, где каждый занимался своим, который сменялся обычным городом, где под рукой всегда телефон, а после были сумерки и собственный сон. Лололошка вздохнул полной грудью,почувстовав свежесть ветра.Прикосновение к левой руке заставили выбраться из мечтаний. Он аккуратно положил руку на спину Кацпера, приобнимая его. Почувствовав прикосновение, начальник вскинул голову, и увидев Лололошку, который очнулся заплакал ещё сильнее и прижался к его груди. Полукровка удивлённо вскинул брови, не понимая что случилось.       – Малецки,не плачь ты так. Видишь я жив, и всё хорошо. – Лололошка ободряюще похлопал друга по голове, но тот даже не думал отстраниться, что-то пробурчав. Лишь спустя несколько сантиметров он вскинул голову, жалко смотря на друга. Именно этот взгляд парень и жаждал пару метров назад..Или сколько он просидел тут?       – Я думал.. ты никогда.. ты.. ум... – начал говорить Малецки, вытирая слезы, но его перебил Лололошка, садясь поудобнее. – Я понял, Кацпер,можешь не продолжать. – голос прозвучал нежно, заставляя начальника успокоиться и вытереть последние слезы, которые больше не нападали на него, заставляя продолжительно поддаваться эмоциям. Лололошка вяло потрепал по голове Кацпера, улыбнувшись.       – Я жив, Кацпер, и буду жить. – только и мог пробормотать Лололошка, вселяя глупую,но заставляющую верить надежду.