Вместе до конца

Медин, 2045 год. Медин — небольшое государство, ранее входившее в состав России и носившее название "Мединск", производное от слова "медицина", поскольку именно здесь эта отрасль была особенно развита. В 2035 году Мединск отделился от России, став самостоятельной маленькой страной со своим правительством и собственными законами. *** — Ребят, идите быстрее, иначе я вас оставлю. — сказал я. Сейчас у меня были черные волосы по плечи, с плавным переходом в малиновый. Темная толстовка, штаны, ботинки, натянутый капюшон и белая кепка; в это я был одет. — «УеДу сЕйчАс бЕз вАс», — передразнил меня Леша, на его голове красовались дурацкие кошачьи уши от капюшона оранжевой толстовки. Ну, видимо, некоторым не суждено повзрослеть. — Леша... — я сделал ему рукой, как это говорят, «лошадиный кусь» в шею. Он вздрогнул, зажмурился и отпрыгнул. — АЙ–АЙ–АЙ, НЕ НАДО ТАК ДЕЛАТЬ, ДЕНИС!!! Лукашев Леша. Тот самый «ребенок из пробирки», которого мой отец, ученый, создал, чтобы я не скучал. По крайней мере, я предпочитаю так думать. Другие и сам Леша не знают о его происхождении. С нашего знакомства прошло столько времени, что Леше уже восемнадцать, мне двадцать два. Мы даже “парно” красились недавно, вот только у меня красная краска вымылась, как я уже говорил, в малиновый, а у него в рыжий. — Мы тут с Пашей новости читаем. Вы слышали, что сын Вишневских сбежал? – спросил Леша, явно пытаясь разбудить во мне интерес. Да, мы не одни. С нами шло еще двое парней: Костя, почти двухметровый, с фиолетовыми волосами, напоминающий ежика из «Смешариков», из–за своей столь короткой стрижки и цвета вдобавок. Паша – полторашка с каре, зеленой челкой и голубыми глазами. Они наши друзья, музыканты, как мы. — Говоришь так, будто знаешь, кто это, — улыбнулся Паша, запрокинув руки за голову. — Вообще–то знаю! — И кто же это? — Эм... это сын семьи известных дизайнеров! Они из него делают модель иногда. — Да! Для съемок одежды своего личного бренда, — Костя встрял в разговор, глаза его горели. — Денис, ты же вроде общался с ним, разве нет? – Леша повернул голову ко мне. Я замешкался, отводя взгляд. — ...Раньше общались, потом прекратили. Писал ему иногда, отвечал он коротко, не особо информативно. Так что мне ничего не известно о его побеге. — У вас там была какая–то драма, а я узнаю только сейчас? — Ха–ха–ха, ну извини, Леш. Все равно я о нем заикался лишь раза два, поэтому, когда произошла... эта, как ты сказал, «драма», я не стал рассказывать и вообще говорить на эту тему с кем–либо, потому что не хотел и не хочу. — Ну как ска–а–а–жешь. В этот момент мой телефон завибрировал. Я достал его из кармана – на экране блокировки сообщение: «Да, Денис, то, что я сбежал, — правда». А потом еще одно: «В новостях увидел?» На деле то...Я все узнал раньше остальных. Даже успел написать, ему, своему бывшему другу. Или как его еще назвать? Сам не знаю. «Да. Тебе, может, помощь нужна?» – отправил я. «С чего это такие предложения?» «Сообщение сейчас звучало грубо... Я просто обязан это спросить. Не могу же я просто игнорировать проблемы своего друга, если могу протянуть руку помощи?» Я могу назвать его другом?*— я правда надеялся, что не выгляжу странно. «Тебе будет с этого какая–то выгода?» «Нет. Я. Просто. Хочу. Помочь. Если тебя кто и понимает, так это я. Ты же сам прекрасно это знаешь. Да и... у меня все еще есть надежда наладить с тобой общение». В чате повисла тишина. Минуты две. «Я могу временно пожить у тебя?» Этот вопрос, учитывая его прошлые сообщения, выглядел странно. Неужели он мне доверился? «Конечно, приезжай завтра на адрес Лабораторная 2А... к пяти часам вечера, там будет красное здание, сразу увидишь и войдешь без проблем.» Положив телефон обратно в карман, я посмотрел на свой «детский сад», который теперь ухахатывался над голубями, клюющими хлеб. Я потер переносицу. — Может, хватит над голубями смеяться? Поехали, такси уже тут. Позади меня действительно стояло такси, только у меня промелькнула мысль заказать его на выходе из студии. Находясь в компании этих людей, иногда, мне кажется, что я единственный, кто повзрослел. *** Наконец–то все разошлись по домам. Мы с Лешей живем вместе, так что нам прощаться не пришлось. Соседями по квартире мы стали когда Леше было семнадцать лет, и до его восемнадцатого дня рождения оставалось совсем ничего, хотя можно ли это назвать просто "соседством"? Наша дружба, знаете ли, не только долгая, но и очень крепкая… даже слишком. Нас это не особо волновало. По крайней мере, никто не жаловался. Переступив порог квартиры, мы занялись обычными делами: помыли руки, переоделись. Потом наконец–то настал долгожданный ужин. Я разложил по тарелкам пасту карбонара, заварил чай. — Ну скоро? Я сейчас стол сожру, — проговорил Леша, заваливаясь половиной тела на стол. — Если хочешь быстрее, помоги. В чем проблема? — у меня ножки болят, я устал. Я усмехнулся, ставя перед ним тарелки с едой и кружки с чаем. Леша тут же выпрямился и набросился на лакомство, будто забыв, как его жевать. Я начал бояться, что он подавится и умрет, как в комедийных фильмах. — Слушай, Лисенок, я хотел с тобой поговорить о кое–чем... Я называл его так из–за его рыжей макушки, хитрого характера и вообще – он очень привлекательный, по моему нескромному мнению. Да и во многих моментах он мне действительно напоминал лисенка. Особенно смехом. Кличка Леше нравилась, он отзывался с радостью. — О чем же? — Сегодня ты говорил о побеге Вишневского, помнишь? Так вот, я писал ему... — Серьезно? Писал? Вы же вроде не общаетесь. — Несмотря на это, я хочу помочь. — Он будет жить с нами какое–то время? – Леша угадал, как всегда. — Как ты догадался? — Тут и дураку понятно, к чему это все идет. Хорошо, я совсем не против, наоборот, я даже за! — Серьезно? — Ага! Если честно, у меня мечта была, поболтать с такими серьезными, популярными людьми… Они такие крутые. Повезло мне, что твоя семья из общества таких личностей и через ва–а–ас.. я могу с ними познакомиться — Крутые? Ха–ха–ха, для тебя вообще существуют «не крутые» люди? — Конечно существуют! Ты, например. ... Я встал из–за стола, подошел к Леше и, подхватив его, закинул себе на плечо, унося из кухни. — ЭЙ, ОТПУСТИ! Я ПОШУТИЛ! В ответ он получил шлепок по бедру. Так мы по–дружески «баловались». Не волнуйтесь, ни один лисенок не пострадал после такого баловства. С Лешей я словно попадал в свой личный, сладкий мир. Мне не хотелось выходить из этого мирка, я был готов оставаться в нем вечно. Вечно баловаться, как ребенок, есть вкусности, смотреть кино, забывать о делах и личных проблемах, которые есть у каждого. Почему мы не начали жить вместе раньше? Ах да, тогда я еще не мог жить отдельно от родителей. Леша, привыкший жить в семье покойного друга, моего отца, не торопился съезжать и, по сути, даже не задумывался об этом: в его голове что сейчас, что тогда — одни развлечения. Не думаю, что это его недостаток. Лучше видеть мир ярким и радужным, чем серым и мрачным, полностью погрузившись во взрослую жизнь. Иногда я завидую его оптимизму. Даже будучи не совсем здоровым, Леша все равно ни о чем не беспокоится и наслаждается каждой минутой нового дня. Даже после случаев, что заставили его уйти ко мне. Тогда его мать выпила слишком много и подумала, что Леша– это ее умерший муж. Тогда, конечно, Леша испугался и прибежал ко мне, ночью, в домашней одежде. ... Ситуация ужасна, знаю, но… Я был так счастлив, что мой ангел теперь будет жить у меня, что он сам прибежал в мои объятия.