Дым из под Холма

Снилась и правда какая-то нелепица: детство, коллекционные карты, злая собака с соседней улицы… Бильбо проснулся, чувствуя себя изрядно помятым и местами постуканным. Гномы, россыпью лежавшие под деревом, тоже постепенно вставали, потягивались и сбрасывали с себя остатки сна. Дракон крепче прижался к дубовой ветви, надеясь что листва сумеет скрыть за собой неприметную шкурку. Что делать со всей этой ситуацией он так и не решил. Можно было бы конечно вернуться домой, однако Бильбо полагал, что может заблудиться, да и карты при себе не имелось. А если бы и имелась, читать их он всё равно не умел. — БИЛЬБО! — Бильбо едва не свалился от внезапного крика. Гэндальф, отряхнувшись от земли, был готов снова во весь голос кричать и звать дракона. Змей же, досадно поморщившись и слушая непонятный, витиеватый, может даже многоэтажный кхуздул, осторожно спустился. — А вот ты где, — улыбнулся волшебник, предпочитая не замечать напряжения в воздухе. Чёрный дракон, подобрав под себя хвост и лапы, уселся, горделиво вытянув голову на длинной шее. Крылья мелко встрепенулись и змеиные зрачки стали походить на узкие щёлочки. — Ты чего на дереве как белка? — Да так, ветка удобная была. — утро обещало быть на редкость неприятным. Дракон смотрел на гномов, гномы на дракона. Никто не знал что им делать. — Ну, давайте знакомиться, господа, — решился Бильбо, припоминая причитания бабули Бэггинс о неизгладимом первом впечатлении. Змей от нервов переступил с лапы на лапу, дёргая когтями траву, — Бильбо Бэггинс, также известен как Ширский дракон, к вашим услугам, полагаю. — Бильбо почтительно склонил голову, присмотрелся к шокированным гномам, попробовал запах, метнул быстрый взгляд к боевым топорам и опустил длинные уши, дёрнув кончиком хвоста. Торин поднялся на ноги. — Убирайся. — Бильбо прекрасно его понимал. Он ещё раз вежливо поклонился, опустив голову на длинной шее и прислонив к земле полураскрытые крылья, вскочил на лапы, готовясь взять разгон. Дракон, спиной прижимался к дереву, и потому гномы расступились в сторону, чтобы дать ему пройти. Змей оттолкнулся лапами, сделал прыжок, хлопнул крыльями, едва не задев ближайших гномов брюхом, и, схватив короля, был таков. Крылья поднялись и опустились, дракон стрелой взвился в небеса, держа когтями свою добычу. Он недобро рыкнул, перехватывая ношу поудобнее, впился когтями в кольчугу и, сделав над лагерем широкий, красивый круг, пока тот не растворился среди сплошного леса, сбросил её на вершину старой сосны. Торин ловко вцепился в ветки обеими руками, посмотрел вниз, посчитал сколько падать и выдал тираду полную нелицеприятных эпитетов, указаний и личного отношения к сложившейся ситуации. Бильбо кхуздул не понимал, потому оскорбиться не смог и приземлился на верхушку сосны, отчего та опасно накренилась, готовая сложиться от неожиданного веса. Дракон оценил расстояние до остальной Компании, прикинул в уме как долго они будут сюда добираться и, успокоившись, свесил голову вниз, столкнувшись с синим пожаром королевских глаз. Тёмные как кора чёрного дуба волосы падали вниз, струились по плечам и покачивались на ветру, волевой подбородок выдавался вперёд, нос с заметной, горделивой горбинкой. Дракон не мог отрицать что гном был до жути красив. И глаза эти смотрели в самую душу… — Давайте знакомиться, — повторил змей, прянув ушами. — Farðu til helvítis, þú bölvaður snákur! — послал его гном. — И всё же, — Бильбо тяжело вздохнул, на секунду прикрыв глаза, чтобы собраться с мыслями, покрепче вцепился в дерево и лениво свесил хвост и крылья. — Торин, давайте знакомиться заново. У меня много времени, я никуда не спешу. — и чтобы доказать свои слова, змей, принялся вычищать грязь из когтей, остатки белой шерсти и крови. После когтей он принялся ухаживать за чешуёй, изрядно побитой после столкновения со скалами, местами сколотой, помятой и грозящейся отвалиться через денёк другой. Когда, закончив ухаживать, за хвостом, Бильбо придирчиво начал рассматривать крылья, гном всё же подал голос. Очень злой голос. — Спусти меня. Сейчас же. — приказал он, стараясь испепелить змея взглядом. — Бильбо Бэггинс, к вашим услугам, — повторил дракон, опустив голову на один уровень с лицом гнома. Он придирчиво принюхался, широко раздувая ноздри, мазнул двухконечным языком по губам. Яшмовые глаза хитро сощурились и зрачки раздулись до двух чёрных клякс. Бильбо выпустил ему в лицо дымное колечко, задорно виляя хвостом. — Чего ты добиваешься? — гаркнул Торин, уже толком сам не понимая, а что делать: задушить, заколоть или забить до смерти голыми руками. Но руки к сожалению были заняты и мало того начинали страшно затекать. — Я просто внезапно понял, что вы мне так и не представились, когда пересекли порог моей норы. И я вам тоже, — посетовал дракон, топорща крылья. — Среди хоббитов это большая грубость, знаете ли, мистер-незнакомый-мне-гном! — Потом спустишь? — Потом спущу. — пообещал дракон, стараясь не улыбаться и не вилять хвостом слишком сильно. — Торин Дубощит, к вашим услугам. — Вот и славненько! — зачирикал змей и тут же схватил его зубами за ворот кольчуги, отрывая от ветки. Гном, тоже схватившись руками за ворот, чтобы случайно не задушиться, болтался в пасти словно большой, волосатый котёнок, а не король подгорный. Но Бильбо, как и обещал, расправил крылья и мягко спланировал на землю, приземляясь до того легко и тихо, что прошлогодние иголки и раскидистые зелёные папоротники даже не дрогнули под натиском ветра и когтистыми лапами. Он опустил гнома на землю и тут же отпрыгнул, спрятавшись за сосной, поджав хвост и выгнув спину, как кошка. — Ты меч бы положил, Торин… Чешую всё равно не пробить, умаешься только… — уворачивался от выпадов змей, пользуясь тонким и гибким телом. Он то ловко подскакивал, то прижимался к земле, оббегая гнома по кругу. — Пробить, — со знанием дела рычал Торин и гонялся за ним, пытаясь уже просто хотя бы наступить на хвост. — Чёрные стрелы пробивают в грудь и прямо до сердца. — Но у тебя же стрел нет. И лука. — Бильбо сделал обманный манёвр и начал описывать круг уже против часовой стрелки, не забывая хлестать хвостом из стороны в сторону и высоко поднимать сложенные крылья, чтобы не зацепиться ими ни за что. — И вообще, разве так драконов убивают? А если промахнёшься? — Ну и что ты тогда предлагаешь? — Ну не знаю, может быть бить туда, где чешуя тонкая? Или её вообще нет? Вам это в голову не приходило? — О, может быть ты тогда подскажешь, куда тебя, тварь, тыкать, чтоб ты помер! — Не надо в меня ничем тыкать, я тебе ещё пригожусь, вот увидишь. — фыркнул Бильбо и прежде чем гном успел возразить, продолжил. Правда бегать по кругу ему надоело, потому он снова взобрался на дерево, ровно на полметра выше подпрыгнувшего гнома. И хвост он предусмотрительно положил рядом с собой. — И если уж и тыкать, то в горло, прямо под нижней челюстью — там чешуи нет совсем. Можно ещё под основание крыла или лап, подмышки, внутренняя сторона бёдер, много мест, если подумать… А дураку, решившему дракону в сердце стрелять, надо памятник отлить! За спасение исчезающего вида, — шикнул змей, умиляясь разгневанному гному под деревом. Гном хмурился, не выпуская меча, и грозно кхуздулил. — На груди, спине и загривке чешуя самая крепкая! И гном на мгновение остановился, задумавшись. Действительно, а чего это дракона в сердце всегда убивают? Или это так балладу приукрасили, дескать храбрый воин бросился на врага, в последнем порыве стремясь пронзить грудь мечом. И ничего никого не смущало, сказка же, только вот воспитанным на них потомкам аукнулось. Торин для себя решил, что о драконьей анатомии напишет целый трактат, и не позволит ничего приукрашивать во вред исторической достоверности! Глупость какая-то — у драконов же кости железные даже, а тут надеяться попасть по очень быстро движущейся мишени мимо рёбер — не практично! — Торин, — тихонько позвал его Бильбо, когда гном, оставив бессмысленное занятие, побрёл обратно к своему отряду. Дракон осторожно спустился с ветки и пошёл вслед за ним готовый как улететь, так и кусаться. — Торин, — продолжал досаждать ему проклятый змей. — Нам поговорить нужно. — Проваливай. — Никуда не провалю, не надейся! — шикнул он и, обогнав, встал на пути. Крылья встопорщились, чешуйки на загривке поднялись, от чего дракон стал казаться чуть больше, чем был на самом деле, и даже клыки показались из-под губ. — Сдохнуть хочешь? Сам говоришь, что Смауг меня сожрёт, а вами что побрезговать должен? Если меня он пополам перекусит, то тебя просто в ноздрю вдохнёт, или у тебя план такой? Хочешь чтобы он тобой подавился и помер? — Аркенстон, — напомнил Торин часть контракта Взломщика. — С ним я соберу армию со всех гномьих королевств. А теперь проваливай. — Обязательно. — фыркнул Бильбо и покрепче упёрся лапами в землю. — Но сначала напомни, ты же видел Смауга в деле, много ли сделала ему гномья армия? Ровные ряды плотно стоящих друг к другу, облачённых в железные доспехи, очень волосатых солдатиков? Ты только упростишь ему задачу, Торин! Собери ты хоть десять армий, он просто десять раз дыхнёт на вас пламенем и пойдёт обратно над златом чахнуть. Торин, тяжело дыша от гнева, не мог в глубине души не признать чужой правоты. Бильбо говорил разумные, дельные вещи, обоснованные личным опытом, и не послушать его было бы величайшей ошибкой. Пусть тот и был драконом. — И что ты, змей, можешь предложить? Бильбо не стушевался, только выдохнул клубок дыма и хлестнул по земле хвостом. Он присел на задние лапы, сложил крылья и дёрнул ушами. Глаза горели изнутри оранжевым пламенем. — Если дойдёт до того, чтобы убить его, — осторожно начал дракон под строгим гномьим взглядом. — То лучше будет небольшой, хорошо скоординированный и обученный отряд, знающий своё дело. Яд, ловушка, обвал… Не так важно, главное не вступать с ним в открытый бой. — Быть трусливой крысой, — оскалился Торин, просто из необходимости выпустить куда-то злость. — Я бы предпочёл не видеть ваших зажаренных тел, — в той же манере рыкнул Бильбо, благодаря длинной шее нависая над гномом. Он выдохнул прямо в чёрные волосы, шевеля их горячим дыханием, и зарычал. — Никогда раньше не видел гномов, никогда не заводил с ними дружбы, но вот вы вытащили меня из родного дома и позвали за собой навстречу приключениям! И вот я их нашёл, а ты теперь думаешь, что сможешь меня прогнать? Буду честен, Торин, вы — мои гномы, а драконы, как известно, жуткие собственники… — Давай к делу. — Ты либо прекращаешь рычать на меня, за то кем я, увы, родился и оставляешь в Компании, либо я следую за вами, постоянно попадаюсь на глаза и когда придёт время сунусь в драку со Смаугом без какого-либо плана! Торин сверлил его взглядом и умудрялся смотреть сверху-вниз, несмотря на то что дракон над ним возвышался. Но Бильбо был упрям, не меньше гномов, и не отступил даже когда меч уткнулся ему прямо в шею. Оркрист прислонился к чёрным, похожим на угольки чешуям. — Рука не дрогнет, — пообещал Торин, — Завалю. И с лязгом сложил меч обратно в ножны. Дракон когда опасность миновала, заметно выдохнул и расслабился: крылья опустились, уши спокойно повисли, хвост снова добродушно завилял. Торин усмехнулся и прошёл мимо, направляясь обратно в лагерь. Чудной им Взломщик попался, ничего не скажешь. — Торин. — Чего тебе, змеюка? — Ты идёшь не в ту сторону.

***

Возвращались по меньшей мере помпезно. Бильбо считал ситуацию уже даже не столько неудобной, сколько глупой и в той же мере забавной. Дракон украл гнома вместо принцессы, а через пару часов тот вернулся верхом на его спине — прямо анекдот. Торин, ориентировавшийся на поверхности даже хуже чем Бильбо, хотя куда уж хуже, заплутал сначала в одну сторону, потом развернулся и начал плутать в другую, пока дракон верной собачонкой плёлся за ним. Плутали кругами, да и в сплошном лесу ориентироваться было сложновато. — Куда ты нас затащил, — ворчал в полсилы гном, выбираясь из зарослей густой ежевики. — Подальше. — фыркал дракон, пытаясь выкусить из волос сухой листик. Торин, по началу шарахавшийся, уже привык и сносил всё с гномьим упрямством и выдержкой. Даже когда дракон начал счастливо чирикать и щебетать вокруг него. — На крыльях долетим минут за десять, на ногах до вечера скитаться будем. — Бильбо присмотрелся к небу, спрятанному за кронами стройных сосен, и скрутил хвост петелькой. — Забирайся-ка мне на спину, Торин. Не уроню, обещаю. — решил пошутить он и оскалился, задорно перескакивая с лапы на лапу. Гном тоже был большой шутник и согласился. Торин всадником был отвратительным, Бильбо успел посочувствовать его пони и всем тем, кто таскал его на своей спине, но делать было нечего. Дракон взвился в воздух, стараясь не задохнуться от мощных гномьих ног, обхвативших основание шеи, и терпел руки, дёргавшие длинные чешуйки вместо уздечки. Гном, кхуздуля всё на чём свет стоит, уже не соблюдал озвученный ранее инструктаж по технике безопасности, и просто старался не упасть. Спина у дракона голая, тощая, чешуи скользкие, да и высоко он уже забрался, вдвое выше любого дерева в лесу. Бильбо честно старался его не уронить, мысленно памятуя о малолетних племянниках, норовящих покататься на добром-дядюшке драконе каждую зиму, весну, лето и осень. И всё же возвращались помпезно! Бильбо сделал большой горделивый круг, заложив крутой вираж, чтобы все в красках смогли рассмотреть его гнома. Взмахивал крыльями, перебирал лапами и кружил хвостом, как чёрной лентой, и если драконы когда-нибудь гарцевали, то очевидно это должно было выглядеть именно так — с силой, свободой и грацией. Змей засвистел, зачирикал и, углядев себе хорошее местечко, спустился с небес. Гном радостно скатился со спины, слишком бодро для жертвы похищения, вышагивая по земле, но да какая разница? Земля, земелька прямо под ногами и никакого неба! Как же он оказывается её любит! Бильбо с опаской поглядывал на остальных гномов, гномы на Бильбо, но тут Торин что-то закхуздулил и его подопечные заметно расслабились. Дракон тоже расслабился, втянул носом воздух, приглядываясь к ним уже по другому, и с некоторым удовлетворением заметил нервного, немного замученного волшебника. — А меня покатаешь? — выкатился ему под бок Кили, и Бильбо, обречённо вздохнув, подставил крыло.