Связанные судьбой

Первые солнечные лучи только начинали проникать в окна спальни Гриффиндора, а в комнате мародёров с раннего утра царила непривычная суета и все уже были на ногах. Стоит, впрочем, признать: на ногах в этот ранний час был только Римус, но остальные тоже давно проснулись, просто сидели собирались с силами перед учебным днём. Люпин, стоя перед зеркалом, аккуратно завязывал галстук, внимательно следя за каждым движением — он всегда придавал большое значение внешнему виду. Джеймс, одетый в школьную форму, сидел на своей уже заправленной кровати, заправить кровать в его понимании было закинуть её кое как пледом, облокотившись на стену, и что‑то быстро очень эмоционально рассказывал. Сириус расположился в кресле рядом с кроватью Джеймса и внимательно, чуть прищурившись, наблюдал за другом. Питер, как всегда сонный в столь раннее время, сидел, свесив ноги с кровати, и сонно потирал глаза, пытаясь окончательно проснуться. Причиной столь раннего пробуждения стало стечение обстоятельств. Римус встал рано — как обычно, ведь он привык начинать день с чтения, повторения уроков, да и просто взбодриться, набраться сил. Джеймс вчера уснул довольно рано, а потому сегодня и проснулся рано; энергия била из него ключом. Раз Поттеру не спалось, он решил, что и Сириус не должен спать. Сохатый быстро разбудил друга, а их оживлённые разговоры вскоре пробудили и последнего из четвёрки — Питера. — Нет, ну вы можете себе это представить?! — тараторил Джеймс, не скрывая раздражения. — Лили опять гуляла с этим нюнчиком… Да я бы рядом с ним стоять не стал. Он же вообще похож на какого‑то заразного. Мерзкий, противный, грязный, в конце концов. — И что она в нём только нашла? — вздохнул Сириус, слегка покачивая головой. — Наверное, то же самое, что ты в своей Ка́ролин. — Сохатый, она Кароли́на, — устало поправил друга Сириус. Он уже потерял счёт тому, сколько раз Джеймс коверкал имя его новой девушки, но тот, словно нарочно, продолжал это делать. — И, тем более, она выглядит намного приличнее нюнчика. Что это вообще за сравнение? — Я больше не знаю, с кем сравнивать. Только ты тут такой… — Какой? Мне запрещено теперь встречаться с девушками после твоей сестры? — Я не об этом. — Тогда привёл бы в пример её и Томаса. — Какого Томаса? — смутился Джеймс, резко выпрямившись. — О‑о‑о, Сохатый, а ты совсем перестал следить за сестрой, — усмехнулся Сириус, наслаждаясь замешательством друга. — Кто такой Томас? — Томас Смит, шестой курс, Гриффиндор, ловец, маглорождённый. Больше ничего не знаю о нём. — А что у него с Лотти? — Не знаю, может, встречаются… — Нет, они просто друзья, — вдруг подключился к разговору Римус, закончив возиться с галстуком и повернувшись к друзьям. — А ты откуда знаешь? — тут же поинтересовался Поттер, подавшись вперёд. — Она сама сказала. Я встретил их на днях в библиотеке: он уже уходил, а она решила задержаться. Ну, я и спросил, что у неё с ним. Сипуха сказала, что они просто друзья, назвала его, кажется, добрым, милым и забавным. —Ммм слышал, «добрым, милым и забавным», — повторил Блэк, — просто друзья! Оно и видно. — То есть ты тоже знал о Томасе?! А ты, Хвост, ты тоже знал? — А? — резко взбодрился Питер, до этого клевавший носом. — Да, да, я видел, как они гуляли вместе. — Отлично, все в курсе, один я ни сном ни духом. — Ты слишком занят Эванс, — с лёгкой усмешкой ответил Сириус. Джеймс громко вздохнул и взъерошил и без того лохматые волосы на голове. — Надо будет узнать всё про него. Теряю хватку. —И бдительность. Поттер взял карту Мародёров и, быстро произнеся заклинание, начал бесцельно наблюдать за мерцающими точками, обозначающими учеников Хогвартса. Тонкие линии коридоров и потайных ходов на пергаменте оживали под его пристальным взглядом. — Что интересного увидел? — спустя пару минут молчания спросил Сириус, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди. — Ничего, скукотень, — зевая, отозвался Джеймс. Неожиданная сонливость нахлынула на него, смывая остатки недавней бодрости. — Хотя, прикинь, Лотти уже встала. — Удивительно. У вас ментальная связь: если ты рано проснулся, то и она, — усмехнулся Сириус, бросив взгляд на часы. — Нет, просто Сохатый всех разбудит, — вставил Римус. — Если вам скучно, ваши разговоры даже там слышны. — А чем ещё заниматься?! — возмутился Джеймс, взмахнув картой. — Тем более не наговаривай, вон Хвост так и не проснулся. — А? Что? — Питер вновь как и несколько минут назад резко взбодрился, вздрогнув на кровати. — Я не сплю! — Так вставай тогда, — более жёстко и твёрдо, чем хотел, произнёс Сириус. — Мы все уже собраны. — Сейчас, сейчас… Петтигрю наконец спрыгнул со своей кровати и торопливо начал собираться. Парень метался по комнате, разыскивая разбросанные вещи: носки торчали из-под кровати, мантия висела на спинке стула, а учебники валялись возле шкафа. — Хвост, не слушай его, — наконец произнёс Джеймс, когда Питер в спешке в очередной раз что-то уронил с глухим стуком. — У нас ещё полно времени, только 7:30. — Угу, — быстро кивнул Петтигрю и, слегка успокоившись, продолжил собираться более размеренно. — И что же мне делать с Лили? — вновь заговорил о своём Джеймс, нервно теребя край мантии. — Я уже всё пробовал. Писал письма, приглашал на свидания, говорил комплименты, предлагал донести сумку… Даже подставлял Северуса. — Осталось только его убить, — с наигранной небрежностью бросил Сириус, закинув ногу на ногу, так что лодышка его левай ноги, легла на колено правой — Бродяга! Мы договаривались забыть об этом, — резко оборвал его Джеймс, бросив на друга строгий взгляд. — А что? Я так, просто к слову, — Сириус приподнял брови, изображая невинность, но в глазах плясали озорные искорки, он так и не раскаивался в содеянном. — Надо будет спросить у Лотти, — неожиданно резко произнёс Поттер и буквально подскочил с кровати, его глаза загорелись. — Идём быстрее! — Куда? — смутился Римус, оторвавшись от книги, которую до этого внимательно читал. Его брови удивлённо приподнялись, а страницы громко сомкнулись. — Шарлотта выходит из комнаты, мне надо её перехватить, — Джеймс уже стоял у двери, нетерпеливо постукивая ногой по полу. Четверо парней спешно похватали свои вещи — кто‑то запихивал учебники в сумку, кто‑то на ходу застёгивал мантию. Они буквально вылетели из комнаты. Джеймс буквально вылетел с лестницы в гостиную — его мантия развевалась за спиной, а шаги гулко отдавались в просторном помещении. В тот самый момент Шарлотта уже почти подошла к двери, держа в руках книгу и небольшую сумку. — Лотти! — крикнул Поттер, заставляя девушку остановиться. Его голос прозвучал чуть громче, чем он планировал, и несколько учеников у камина обернулись в их сторону. — Привет, — улыбнулась Шарлотта, оборачиваясь и ожидая брата. — Мне надо с тобой поговорить. Наедине, — Джеймс намеренно выделил последнее слово, бросив косой взгляд на троих друзей, которые как раз спустились по лестнице и замерли в нескольких шагах позади. Последнее замечание, судя по всему, было адресовано именно им: Шарлотта и так в это утро шла на завтрак одна, что выглядело необычно, но это сейчас было не важно, да и наоборот только на руку. — Ну, догоните, — кивнул Сириус и первым вышел из гостиной, небрежно махнув рукой. Его чёрная мантия плавно скользнула за дверь. Римус и Питер поспешно последовали за Блэком. Петтигрю, как всегда, немного замешкался, пытаясь застегнуть пуговицу на мантии, но старался не отставать от друзей. Поттеры тоже не стали долго стоять на месте. Они медленно направились к выходу, не торопясь, словно наслаждаясь редкой возможностью поговорить без суеты и посторонних ушей. Утренний свет, пробивавшийся сквозь высокие окна, рисовал на каменном полу причудливые узоры. — Что случилось? — прервала молчание Шарлотта, слегка повернув голову к брату. — Да много всего… С чего бы начать, — задумался Джеймс, проводя рукой по волосам. Затем он глубоко вздохнул и продолжил: — Что мне делать с Лили? Она вчера опять гуляла с Нюнчиком. — Могу сказать тебе по секрету, только прошу, Джим, не радуйся слишком сильно и не напридумывай себе лишнего! — Шарлотта понизила голос, оглянувшись по сторонам. — У них сейчас не всё гладко. Нюнчик очень плотно связался с компашкой чистокровных змей, глубоко увлёкся тёмной магией. Лили это не нравится. Чем больше говорила Шарлотта, тем сильнее расцветал Джеймс. Его лицо озарилось такой явной радостью, что сестра едва сдержала улыбку. Парень буквально светился от счастья. — Они ссорятся? — с надеждой в голосе спросил он. — Немного. Она в замешательстве. Не знает, что делать: дать ему шанс или понять, что их многолетней дружбе пришёл конец. Кажется, он совсем заигрался и не понимает всей серьёзности происходящего. — Он всегда был дураком, — не сдержался Джеймс, и в его голосе прозвучала нотка триумфа. — Джим, но я прошу тебя — без поспешных действий, — серьёзно произнесла Шарлотта, остановившись и глядя брату прямо в глаза. — Не надо торопиться и делать глупости. Как всегда... — Ладно, — после короткой паузы согласился Поттер. — Ещё что‑нибудь? — Да… Что у тебя с Томасом? — неожиданно спросил Джеймс, слегка нахмурившись. — Ничего! Мы друзья! — быстро ответила Шарлотта, чуть ускорив шаг. Её щёки слегка порозовели, но она постаралась сохранить невозмутимый вид. — Почему я этого не знал? — Не знаю. Так вышло. Может, просто не было повода рассказать.