Связанные судьбой

Ранним майским утром, когда первые лучи солнца только начали золотить витражные окна, все ученики Хогвартса по обыкновению собрались в Большом зале. Воздух был наполнен предвкушением скорого окончания учебного года — до заветного дня оставались считанные дни. Уже мало кто говорил об учёбе или переживал за оценки: экзамены успешно сданы, контрольные написаны, и впереди маячила полная свобода до самой осени. Школьники оживлённо переговаривались, делились планами на каникулы, а некоторые уже предвкушали летние приключения. Вдруг в зал с шумом влетели совы — целая стая разномастных птиц, несущих вести, газеты и письма. Они кружили под высоким сводчатым потолком, а затем, точно зная адресатов, начали спускаться. Конверты и свёртки полетели вниз, ловко попадая прямо в руки получателей. Кто‑то радостно вскрикивал, обнаружив долгожданное письмо от родных, кто‑то с любопытством разворачивал свежий номер «Ежедневного пророка». Перед Шарлоттой на стол с лёгким стуком упало письмо. Девушка не ждала вестей, а потому слегка удивилась. Однако, быстро взглянув на конверт и узнав знакомый почерк родителей, она поспешила его вскрыть. Резким движением Шарлотта Поттер разорвала восковую печать и принялась читать содержимое, её брови постепенно сдвигались к переносице. — Джим, что за херня? — через несколько секунд чуть вскрикнула Шарлотта, невольно повысив голос. Брата с сестрой разделял лишь Сириус, который в это утро устроился между ними, с аппетитом поглощая тосты с джемом. Благодаря этому они без проблем могли общаться, не привлекая лишнего внимания. — Что опять? — с искренним удивлением произнёс Джеймс, отрываясь от завтрака. — Какого чёрта ты нажаловался родителям, что я отказалась играть?! — возмущённо прошипела Шарлотта, сжимая в руке письмо. — А «какого чёрта» ты отказалась играть? — тут же парировал Джеймс, нахмурившись. — Ты ведёшь себя как ребёнок. Ты что, маленький, чтобы жаловаться? — девушка бросила на брата укоризненный взгляд. — Я не жаловался, к твоему сведению, — твёрдо ответил Джеймс. — А попросил их вразумить тебя, поставить на путь истинный и хоть как‑нибудь воздействовать на твой наглый, эгоистичный характер. — В данной ситуации как раз‑таки ты ведёшь себя как эгоист. Захотел выгнал нормального участника, теперь меня заставляешь. За неделю до матча! — Потому что в «нём» я не был уверен, а в тебе уверен. Ты лучший ловец в команде, ты же моя сестра. Без тебя у нас нет шансов. — А если мы проиграем, виновата буду я? — прищурилась Шарлотта. — Это значит, ты согласна играть? — в глазах Джеймса мелькнула надежда. — Нет! — отрезала девушка, скрестив руки на груди. — Ц‑ц‑ц, — Джеймс наигранно закатил глаза, откинулся на спинку скамьи и вздохнул. — Мы скоро пойдём на трансфигурацию? — прервал спор брата и сестры Римус, поглядывая на старинные настенные часы. — До начала урока остаётся пятнадцать минут, а нам ещё дойти надо. — Да что ты, кабинет всё равно недалеко, — отозвался Сириус, допивая свою кружку кофе и смахивая с мантии крошки от булочки. — Это самый ближний кабинет, у нас же не астрономия какая‑нибудь или зелья — до них топать через ползамка. — Всё равно. Опаздывать к Минерве на урок не очень хорошо, — твёрдо произнёс Римус, аккуратно складывая газету. — Ну всё, идём, идём, — произнёс Джеймс как раз в тот момент, когда Блэк поставил свою уже пустую кружку на стол и лениво потянулся. Компания из пяти друзей вышла из Большого зала. Напряжение, возникшее из‑за спора Поттеров, постепенно спало, недавняя размолвка быстро угасла, но не забылась. Джеймс упорно продолжал думать, что же ему делать и как заставить сестру участвовать в матче — от этого зависела судьба предстоящего соревнования по квиддичу. Мародёры, как и говорил Сириус, очень быстро добрались до кабинета трансфигурации — коридор был почти пуст, ученики уже разошлись по классам. До урока оставалось ещё около десяти минут, и друзья решили занять свои обычные места. — Сириус, я сяду с тобой? — вдруг обратилась Шарлотта к другу, слегка коснувшись его рукава. — Ладно, — пожал плечами парень, ухмыльнувшись. Они остановились у последней парты у окна, откуда открывался вид на внутренний двор замка. Присев за неё, друзья начали выкладывать необходимые для урока принадлежности из сумок: учебники, перья, чернильницы и волшебные палочки. Прямо перед ними расположились Джеймс с Питером, а Римус на этот урок сел с Лили Эванс. В отличие от друга, у него с ней были хорошие отношения — совместное старостатство сильно сближало их, и они часто обсуждали школьные дела. — Джим, где карта? — вдруг тихо обратилась Шарлотта к брату. — У меня в сумке, — отозвался Джеймс, не оборачиваясь к сестре и продолжая что‑то писать, склонившись над пергаментом. — Дай мне её. — Возьми сама, я занят. Шарлотта поднялась со своего места и, сделав пару шагов вперёд, присела около сумки брата, висевшей на спинке стула. — А что ты делаешь? — с любопытством спросила гриффиндорка у Джеймса, заглядывая через плечо. — Трансфигурацию, я вчера не дописал, — кратко бросил Поттер, не отрываясь от работы. — Списываешь? — Вообще‑то сам делаю. Всё, не мешай! — Как скажешь, — улыбнулась Шарлотта. Девушка заглянула в сумку и долго там копалась. Она нашла всё что угодно, кроме заветной карты: учебник по астрономии (которой сегодня даже не было в расписании), контрольную по трансфигурации, написанную несколько месяцев назад, и множество каких‑то обрывков пергамента. На кусочках листов она увидела небольшие рисунки: новейшую метлу, золотой снитч, очень много инициалов «Л. Э.» и даже на одном из листов — портрет той самой Лили Эванс, тщательно прорисованный тонкими линиями. — Да ты художник, Джим, — рассматривая рисунок, усмехнулась Шарлотта, приподняв бровь. — Лотти! — Джеймс резко выхватил у сестры из рук все обрывки пергаментов разом и шикнул на неё. — Ты зачем полезла? За картой! Доставай её и отойди! На злость брата девушка лишь звонко засмеялась, откинув голову назад. — Я не нашла карту. У тебя какая‑то мусорка, а не сумка, — весело заметила она. — Ц‑ц‑ц, — парень сам принялся копаться в недрах сумки. Ещё через мгновение он достал наконец необходимый пергамент, слабо стукнул им сестру по голове и протянул ей в руки. — Держи и всё, уйди отсюда. — Merci, — с лёгкой насмешкой ответила Шарлотта, забирая карту и возвращаясь к Сириусу. — Зачем тебе карта? — поинтересовался Блэк, когда Шарлотта села рядом, с любопытством заглядывая ей в глаза. — После урока будет одно дело, но это тебя не касается, — улыбнулась ему Поттер, аккуратно разглаживая край пергамента на парте. — М‑м, секреты, значит, — протянул Сириус, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Ну‑ну, посмотрим, насколько они долго продержатся. — Лотти, — резко повернулся к сестре Джеймс, понизив голос так, чтобы его услышала только она. — Mais tu te souviens que tu as dit? Eh bien, Evans… c’est comme si elle s’était réconciliée avec Nyunius… C’est vrai? — Pas, — покачала головой девушка, невольно улыбнувшись его горячему интересу. — Я пошутила. Mais il est venu, il a demandé pardon, ils ont parlé à l’entrée du salon, mais elle ne lui a pas pardonné. — Нет?! — весело вскрикнул Джеймс так громко, что несколько человек обернулись на него, а Питер даже вздрогнул, уронив перо на пол. — Нет! — подтвердила Шарлотта, стараясь сдержать смех. — Слава Мерлину. Я уж поверил, — облегчённо выдохнул Джеймс, хлопнув ладонью по столу. На его лице расцвела широкая улыбка, и он на мгновение забыл обо всех заботах, включая предстоящий матч по квиддичу. Поттер вновь повернулся к своей парте и принялся быстро дописывать последние строки задания. Он закончил ровно в тот момент, как зазвенел звонок на урок — резкий и протяжный, эхом разнёсшийся по коридорам замка. В ту же секунду массивные дубовые двери кабинета трансфигурации распахнулись, и в помещение вошла профессор Минерва Макгонагалл. Её строгий взгляд скользнул по классу, мгновенно водворяя тишину. Она была в своём неизменном изумрудно‑зелёном платье с накидкой, а очки в тонкой оправе поблескивали в свете магических светильников. Профессор ступила к кафедре, поставила на неё стопку пергаментов и произнесла своим чётким, властным голосом: — Доброе утро, класс. Надеюсь, вы все подготовились к сегодняшнему уроку. Сегодня мы будем отрабатывать трансфигурацию неорганических объектов в водуочень важный и не сложный навык, который может помочь в трудной ситуации. В классе тут же зашуршали страницы, заскрипели перья — ученики торопливо доставали учебники и раскладывали принадлежности. Шарлотта обменялась с Сириусом многозначительным взглядом, а Джеймс, бросив на сестру короткий взгляд, принялся искать нужную страницу. Вдруг взгляд Шарлотты упал на руку Сириуса. С момента его падения с метлы она стала выглядеть ещё хуже: слегка опухла и местами приобрела сине‑фиолетовый оттенок, напоминающий свежий синяк. Сквозь рукав мантии проступали тёмные пятна, а кисть чуть заметно подрагивала, когда парень неосознанно шевелил пальцами. — Сириус, — зашептала девушка, наклоняясь ближе, — ты так и не был в больничном крыле? — Нет, зачем мне туда идти? — на секунду смутился парень, инстинктивно пряча руку под партой. — Из‑за руки! Сириус, это не шутки! — Шарлотта осторожно коснулась слегка распухшей кисти, и Сириус невольно шикнул от неприятной боли. — Вот! А я о чём! — Сама пройдёт, — отмахнулся Блэк, стараясь говорить небрежно, но в его голосе прозвучала нотка напряжения. — Ты что, боишься врачей, как маленький? — приподняла бровь Шарлотта. — Что за бред. Мне просто лень, я не хочу туда идти, ну вот зачем? — Сириус демонстративно вздохнул, но его взгляд на мгновение скользнул к руке. — Затем, что мадам Помфри даст тебе какое‑нибудь зелье или мазь, и всё пройдёт за день, а так оно ещё долго будет болеть. — Если ты не будешь трогать мою руку, она и не будет болеть, — попытался отшутиться Блэк. — Это я ещё и виновата? — Так, — раздался властный голос Минервы, заставив обоих вздрогнуть. — Что там за разговоры на последней парте?! Ну конечно, мистер Блэк и мисс Поттер. Может быть, вы продемонстрируете нам, как умеете превращать предметы в воду? Шарлотта быстро взмахнула палочкой — камень, лежащий в чашке перед ней, с лёгким шипением превратился в прозрачную воду. Сириус, бросив на подругу короткий взгляд, повторил заклинание: его камень тоже обратился в жидкость. — Ладно, — вздохнула профессор, не слишком удивившись способностям своих учеников. — Но это не значит, что вы должны отвлекаться на уроке! Я не думаю, что это что‑то важное. — Нет, профессор, это очень важно, — резко заговорила Шарлотта, но не успела закончить: Сириус свободной рукой мягко, но настойчиво закрыл ей рот. — Так… — вновь вздохнула Минерва. Казалось, эти ученики убивали в ней последнее терпение. Несколько человек в классе обернулись к последней парте и были крайне шокированы, увидев картину: один из однокурсников закрывает рот другой, запрещая ей говорить. В воздухе повисло напряжённое молчание. — Мистер Блэк, я была бы вам очень признательна, если бы вы всё‑таки отпустили вашу подругу и позволили ей договорить. Что у вас там случилось? — строго спросила профессор, приподняв очки. — Не слушайте её, профессор Макгонагалл! — твёрдо сказал Сириус, но Шарлотта вырвалась из его хватки. — Я всё‑таки скажу. Мистеру Блэку незамедлительно надо пойти в больничное крыло. — И что же случилось с мистером Блэком? — Минерва подошла ближе к последней парте, её взгляд стал более внимательным и чуть обеспокоенным. — Шарлотта, заткнись, — шикнул на неё парень. В его словах не было злобы, лишь искренняя просьба прекратить это представление. Больную руку Блэк положил под парту, так чтобы Минерва её не увидела, но было ясно, что ситуация уже вышла из‑под контроля. — Ну так что? — в нетерпении спросила профессор, скрестив руки на груди. — Сириус, если ты покажешь руку, я соглашусь участвовать в матче, — тихо прошептала Шарлотта другу, глядя ему прямо в глаза. — Правда? — оживился Блэк, и в его взгляде мелькнула надежда. Джеймс, всё это время сидевший вполоборота к друзьям, тоже услышал эти слова и сразу оживился. — Это только ради тебя, друг, — негромко произнёс Сириус, обращаясь к Поттеру, и наконец вытащил из‑под стола больную руку. — Какой ужас, — чуть изумилась Минерва, внимательно осмотрев повреждённую кисть. — Вы немедленно отправляетесь в больничное крыло. Мисс Поттер, на свой страх и риск, я отправляю вас с мистером Блэком. Я надеюсь на вас. Профессор действительно с опаской относилась к идее отпускать эту пару с урока. Но конец года, демонстрация навыков на уроке и искренняя обеспокоенность Шарлотты заставили её принять это решение. Парень с девушкой быстро собрали свои вещи и вышли из кабинета. В классе тут же поднялась волна перешёптываний: — А что с Блэком? — У него что‑то с рукой! — Да, наверное, просто прогулять решили. — Бедный, ему, наверное, очень больно. — Ты видела его руку? — У него вся рука синяя! — Да вроде рука как рука… Гул остановила Минерва, властно подняв руку: — Внимание, класс! Возвращаемся к уроку. Мы продолжим отрабатывать контроль над трансфигурацией. Сириус с Шарлоттой в это время удалялись от кабинета трансфигурации по направлению к больничному крылу. Коридоры Хогвартса были пусты — все ученики сидели на занятиях. — Ну вот и что ты устроила? — недовольно буркнул Блэк. — По‑другому ты бы не пошёл, — твёрдо ответила Шарлотта. — Конечно, потому что незачем. Сначала Лунатик меня доставал с этой рукой, теперь ты. Так он хотя бы просто говорил, а ты… — А я начала действовать, — перебила его девушка. — Всё, никуда не пойду, — Сириус резко развернулся и, подойдя к окну, сел на широкий подоконник, устремив взгляд вдаль. — Сириус… — протяжно сказала девушка, подходя ближе. — Ну хватит. Минерва же всё равно проверит, пойдёт и спросит у мадам Помфри, были мы или нет. — А, точно… Ну и устроила ты, конечно, представление! — вздохнул Блэк. — Я? Это всё ты виноват, — улыбнулась Шарлотта, стараясь разрядить обстановку. — Конечно, ещё меня обвини, — усмехнулся Сириус. — Всё, идём. Давай вставай, — Шарлотта схватила Сириуса за здоровую руку и мягко потянула в сторону больничного крыла. — Ладно, ладно, — наконец вставая, закивал Блэк. — Только обещай, что после этого ты точно сыграешь в матче. — Обещаю, — серьёзно кивнула Шарлотта. — Но только если мадам Помфри скажет, что твоя рука в порядке.