Куда же ты денешься?

К ночи небо затянуло грозовыми тучами. Прямо над огромным городом сверкали молнии и гремел гром. Дождь спешно капал по крышам домов, стучал по окнам, нагоняя ужаса. На улицах почти никого, лишь изредка проходили люди, пытаясь найти укрытие. На дорогах образовались огромные лужи. По окраинам города, прямо по трассе неслась машина, явно превышая скорость, нарушая все правила дорожного движения, не останавливаясь даже на светофорах. Вновь проезжая на красный свет, не сбавляя скорости, машина въехала в огромную лужу, но и там замедляться не стала, пронеслась на полной скорости. Брызги полетели в разные стороны и кажется кто-то в догонку крикнул что-то, но и на это водитель автомобиля не отреагировал. Леон продолжал ехать, вдавливая педаль газа в пол. Руки нервно сжимали руль, да с такой силой, что на руках выступали вены. Челюсть сжата, а взгляд бегает из стороны в сторону. Он смотрит то на дорогу, пропуская светофоры, то возвращает взгляд к зеркалу заднего вида. На задних пассажирских сиденьях лежит девушка, прижимая ногу ближе к себе. Дышит тяжело, прерывисто, смотрит куда-то вверх, медленно моргая, и одной рукой прижимает тряпку к огромной ране на ноге, в районе голени. Кровь продолжает течь, не останавливаясь, её так много, что тряпка полностью намокла, кресла были перепачканы кровью. Волосы шоколадного цвета свалились с плеч, показывая шею, на которой красовался след от укола, знатно опухший и покрасневший. Видя всю эту картину Леон стискивает челюсть ещё сильнее и зажимает руль до побеления костяшек, старается набрать ещё больше скорости, но кажется это уже предел. Сегодня всё против них. Миссия, которая на первый взгляд казалась простой, обернулась сущим адом. Амбрелла продолжает разрабатывать биологическое оружие в тайне от правительства, ставит опыты на людях. Агентам нужно было лишь выкрасть и перехватить данные корпорации, однако из-за ошибки, которую допустил Леон, лишь на мгновение потеряв бдительность, пострадала его напарница. Он оставил её одну, казалось не надолго, а когда вернулся уже с нужными данными напарницу на месте не обнаружил. Пришлось вытаскивать и её, и себя. Позже выяснилось что девушку готовили к опытам и хотели уже ввести вирус, однако не успели, ввели только адскую дозу транквилизаторов, которые и поспособствовали почти бессознательному состоянию напарницы Леона. В процессе побега началась перестрелка, профессор, который готовил девушку к введению вируса, яростно пытался отбить её у агента Кеннеди. Если уж не получится закончить эксперимент, то уж лучше прибить свидетелей на месте, и не задумываясь над последствиями профессор схватил скальпель и попытался перерезать горло девушке. Леону пришлось выстрелить, прямо в лоб учёному. Он упал почти замертво, по крайней мере агенты так думали. Напарница Леона упала следом за профессором, так как была не в состоянии стоять на ногах. Пришлось тащить. Учёный задергался, вновь схватил скальпель и полоснул девушку по ноге, кровь хлынула наружу. Леон еще несколько раз выстрелил в него, не выпуская девушку из рук, после закинул её на плечо и побежал прочь от туда. Сейчас они мчались по городу, пытаясь как можно быстрее оказаться в номере отеля, чтобы Леон смог оказать девушке необходимую помощь. Наконец-то Леон вывернул руль и свернул на нужную улицу. Ещё немного и вот отель. Завернув на парковку и припарковавшись на самом ближайшем месте, мужчина выскочил из машины и открыл заднюю дверь. Леон осмотрел напарницу с ног до головы, её состояние оставляло желать лучшего. Мужчина стал поднимать её на руки, аккуратно закинув её руки на свои плечи, просовывая одну руку ей под спину и обхватывая за талию, а второй рукой обхватывая ей ноги. Девушка издала тихий стон вперемешку с хрипом, оповещая Леона о не самом лучшем самочувствии. Мужчина скривил губы и тихо ответил ей, куда-то в макушку. — Ами, потери немного. — девушка промычала что-то невнятное ему в ответ, прикрывая глаза. Она не помнила как он дотащил ее до номера, не помнила как оказалась в ванной, открыла глаза лишь тогда, когда почувствовала под спиной нечто холодное и услышала шум воды. Она лежала поперёк ванны, высовывая ноги наружу и спиной упираясь в часть ванны, а голова откинута назад, облокачиваясь на стену. Тело не слушалось совсем, Амелия не могла пошевелиться, как бы ей не хотелось. Она лишь смотрела на то, как медленно стекает кровь по её ноге и капает на пол. Вода шумела, наполняя ванну и обволакивая тело девушки теплом, а одежда стала намокать и не приятно липнуть к телу. Леон залетел в комнату словно ошпаренный, начал перебирать вещи, в поисках аптечки. Найдя заветную сумку со всем необходимым он ринулся в ванну, попутно захватывая стул. Он сел перед ней, достал бинты, спирт и иглу. Мужчина придвинулся ближе к напарнице, взял тряпку и вымочил её в спирте, после приложил к ране на голени, прижимая её сильнее. Девушка скривилась и захныкала. Каким бы ватным не было её тело, боль она всё же чувствовала. — Терпи.— сказал мужчина. — Это ещё не самое больное. Рану придётся зашивать. Леон понимал насколько это больно, сам не раз зашивал свои ранения. Он мог бы дать ей обезболивающее, однако боялся сделать ещё хуже, так как действие транквилизаторов не прошло до конца. Он лишь надеялся что девушка выдержит. В процессе наложения шва Амелия болезненно постанывала, плакала и морщилась. Леон лишь приговаривал: «Тише, терпи.». Ванна тем временем уже полностью набралась и мужчина выключил кран, аккуратно вымыл лицо девушке, намочил волосы, смывая с них грязь, вымыл собственные руки, а после снова уселся на стул и принялся обрабатывать шов спиртом и накладывать бинт. Девушка сделала судорожный выдох. Смотрела на него. Взгляд тяжёлый, из-под полуопущенных ресниц. Она словно изучает его, пытается понять. Мысли никак не могут собраться в одну кучу, разбегаются и снова возвращаются. Отношения между напарниками не самые лучшие: они часто ругаются, спорят, Леон часто критикует её решения и даже не прислушивается к ним. Амелия старается как может. Она никогда не возражала против его критики, наоборот старалась прислушиваться, однако ему никак не угодишь. И это обижало. Порой девушке казалось что он вовсе её ненавидит, но то, что происходит сейчас опровергало все эти мысли. Особой заботы в его действиях не было, но было кое что другое— он боялся, как бы странно это не звучало, но это так, боялся не успеть оказать помощь, боялся что она погибнет по его вине, боялся потерять. Она привыкла видеть его непоколебимым, смелым, отважным, холодным и отстранённым, но сейчас он предстал перед ней совершенно с другой стороны это казалось странным, даже немного непривычным. В его глазах был страх и сожаление, он уже тысячу раз пожалел что оставил её одну, он несомненно винит себя в произошедшем, однако сам в этом никогда не признается, в слух уж точно. Он извиняется по своему, Амелия это давно поняла: Леону тяжело сказать кому-то извините, он лучше сделает что-то другое, то, что послужит в качестве извинений, сделает, но не скажет. И даже сейчас он молчит как рыба, однако пытается облегчить её боль. — Леон... — тихо протянула она его имя, продолжая смотреть на него из-под полуопущенных ресниц. Мужчина промычал ей в ответ, откликаясь на своё имя, поднял на неё свой взгляд, в ожидании дальнейшей реплики, и заканчивая перевязку раны. — Почему..? Ну почему ты такой? — начала она, всё так же шепча. — Какой? — усмехнулся мужчина, переводя взгляд на рану. — Не туго? Девушка нахмурилась, после чего продолжила: — Такой упёртый? Я не понимаю тебя. Мужчина заулыбался и прикрыл глаза. — С чего ты так решила? — девушка промолчала, так как не знала что ответить, лишь задала встречный вопрос: — Почему ты так поступаешь со мной? Почему критикуешь меня? Как бы я не старалась, всё равно никак не могу угодить тебе. Даже после всего — она запнулась на полуслове, зажмурилась, медленно сглотнула ком, засевший где-то в горле и продолжила сиплым и слегка охрипшим голосом. — После всего того, что случилось с нами сегодня, ты будешь упрекать меня и указывать на ошибки. Леон тяжело вздохнул, явно не желая отвечать на её вопросы. Девушка тоже замолкла, пыталась поймать его взгляд. Мужчина посмотрел на неё первым, приподнялся со стула и ушёл в другую комнату. Девушка поджала нижнюю губу, немного расстраиваясь, однако её напарник в скором времени вернулся, держа в руках свою же рубашку. Тут Амелия поняла что к чему и застенчивость сыграла с ней в злую шутку, она поняла что он увидит куда больше чем должен, но и с другой стороны она его понимала, сама она ничего сделать не сможет, пуговицы на рубашке застегнуть уж точно и ей стало до ужаса стыдно перед ним, он тут с ней возиться как с маленьким ребёнком, а она ему вместо благодарности задаёт странные, глупые вопросы. Леон положил вещи рядом со стулом и подошёл к ванной, слегка склонился над ней. Девушке пришлось слегка запрокинуть голову. Он заглянул ей прямо в глаза, поймал её взгляд: зрачки у неё слегка расширены из-за чего трудно понять, что именно она сейчас чувствует. Дальше его взгляд аккуратно спустился к её шее, он словно провёл по ней, только не руками, а взглядом, склонился ещё ниже, засунул руку под воду и вытащил заглушку. Вода стремительно стала покидать ванную и девушка слегка поежилась, ощущая лёгкий холод. Леон потянулся к её майке, которая насквозь промокла, руки коснулись талии, зацепили края майки и потянули вверх. Девушка не сопротивлялась, а внутри сгорала со стыда, щеки её, словно адским пламенем горели. Лицо Леона было слово камень, оно не показывало особых эмоций и это смущало девушку ещё больше. Он смотрел ей в глаза, старался не смотреть туда куда не нужно, однако взгляд всё-же зацепился за небольшую девичью грудь в аккуратном кружевном чёрном бюстгальтере, когда майка окончательно была снята и скинута на пол, рядом с ванной. Дальше ему пришлось стягивать с неё спортивные штаны, которые скорее всего ей придётся позже выбросить, так как они полностью изорваны. Леон вначале стянул одну штанину, а вторую ему пришлось разрезать окончательно, чтобы не задеть бинт. Мужчина выпрямился, оглядел её: замученная, уставшая и красивая... . Слегка запутавшиеся волосы, которые струились по её плечам, стройная и подтянутая фигура и нижнее бельё из одного чёрного кружевного комплекта. Лежит и даже сопротивляться ему не сможет, при всём желании. Соблазняло? Несомненно. Он понимал что так думать не стоит, уж не в такой ситуации, однако мысли всё же лезли в голову и Леон старался пресекать их. Мужчина поднял напарницу, доставая из ванной, усадил на стул, который ранее сам принёс из ванной и использовал для зашивания раны. Она облокотилась спиной о его ноги и рассматривала собственное отражение в зеркале на стене в ванной. «Какой же стыд»— подумала она и отвела взгляд. Леон, тем временем, взял свою рубашку, которую принёс, и стал одевать её. Рубашка была Амелии велика, однако это выглядело забавно и в то же время мило. — Идти сама можешь? — спросил он. Девушка посмотрела на него, а после легонько кивнула. — Я попробую. — тихо сказала она. После начала пробовать вставать, упираясь руками в стул. Леон нахмурил брови и не стал дожидаться дальнейших действий напарницы, просто без слов поднял на руки и понёс в комнату. — Зачем спрашивал тогда? — начала она возмущаться. — Чтобы понять лучше тебе или хуже. — спокойно ответил он. На что Амелия недоверчиво поджала нижнюю губу. В спальне было темно, шторки задвинуты. Леон усадил её на кровать, которая стояла ближе всего, включил светильник, стоявший на прикроватной тумбе и посмотрел на свою напарницу, на то, как она сощурилась от резкого источника света прямо перед глазами, на то, как глупо она поджимает губы и хмурится, как красиво при жёлтом теплом свете блестят её глаза и на то, как соблазнительно сползла его рубашка, оголив её плечо и показывая лямку от бюстгальтера. Он сглотнул скопившуюся слюну, продолжая разглядывать её. Девушка посмотрела на него в ответ, как то странно, что-то промелькнуло в её взгляде и Леон не смог понять что именно. Мужчина встал, подошёл к шкафу и достал от туда тёплый плед. Вернувшись к девушке, он помог ей лечь на кровати, подложил подушку так, чтобы ей было удобно, развернул плед и укрыл её. Он хотел было уже выключить свет и уйти в другую комнату, но Амелия его остановила, взяла за палец, так аккуратно, словно боялась спугнуть. Леон обернулся и выгнул одну бровь, показывая тем самым непонимание её действий. Девушка замялась, а после шёпотом сказала: — Останься.... — Леон сначала не понял, что именно она имеет ввиду, а когда понял спорить не стал. Мужчина обошёл кровать и лёг с ней рядом. Лёг боком, подперев ладонью голову, продолжил рассматривать её. Она смотрит куда-то в потолок, положив одну руку себе на живот, а другой касаясь лямки бюстгальтера. Взгляд задумчивый, усталый, даже замученный. Девушка аккуратно прикрыла глаза, легла на бок, а волосы упали ей прямо на лицо. Леону захотелось дотронуться до неё. Казалось, что же может случиться от одного прикосновения и поддавшись собственным мыслям он протянул к ней руку. Мужчина провёл кончиками пальцев по щеке, зацепил её волосы и заправил ей за ухо, пальцы пошли ниже, спустились к шее, он провёл по месту укола, прикоснулся так аккуратно, вкладывая в этот жест куда больше нежности, чем сам того хотел. По телу девушки прошёлся табун мурашек. Ресницы её слегка дрогнули, а после она распахнула глаза. Их взгляды встретились. Мужчина не посмел даже шевельнуться, его рука остановилась, пальцы едва касались шеи. Они смотрели друг на друга, казалось вечность, никто не решался нарушить столь редкий и ценный момент. — Почему ты такая? — тихо спросил он. Девушка выгнула бровь в удивлении. — Какая? — Красивая... — мужчина сказал это так тихо, словно не хотел чтобы это кто-либо слышал, но она услышала, щеки её стали медленно обретать розовый цвет, когда она стала понимать ситуацию. Она хотела что-то спросить у него, но успела лишь слегка приоткрыть рот. Леон задвигал рукой, его пальцы провели по её плечу, рука двинулась к затылку, его взгляд переместился на её приоткрытые губы. Он аккуратно придвинул её ближе к себе, склонился над её лицом, снова заглянул в глаза, пытаясь зацепиться хоть за одну её эмоцию и не найдя в её взгляде ничего осуждающего, потянулся за поцелуем. Их губы соприкоснулись, так осторожно, так нежно. Он боялся спугнуть, боялся что напугает её собственными действиями, но девушка не показывала ничего: она не боялась, не сопротивлялась, она не поддавалась ему, но при этом принимала его. Она сомневалась, а правильно ли она поступает. Однако колебалась Амелия недолго. Она приняла его, ответила на поцелуй, кладя ему руку на шею и слегка касаясь затылка. Нежность, вот что ей действительно было нужно, это то, чего ей действительно хотелось, и черт с тем, что будет дальше, ей важно то, что есть сейчас. Девушка перевернулась на спину, а мужчина навис над ней, расставив руки чуть выше её головы и не разрывая поцелуя. Амелия положила другую руку ему на плечо, а второй провела по затылку. Мужчина ухмыльнулся ей в губы и с этого момента поцелуй с нежного, стал становиться страстным, он стал глубже и напористей. Леон остановился, провёл взглядом по её слегка припухшим и влажным губам, мазнул губами по щеке, чмокнул, а после и вовсе спустился к шее. Вначале просто провёл носом, выдохнул, заставив девушку вновь покрыться мурашками, коснулся губами, оставил поцелуй, потом ещё, и ещё, не прекращая, создавая тем самым целую дорожку и двигаясь ниже к ключице. Она несомненно реагировала на все его прикосновения. Действие транквилизаторов медленно проходило, и чем меньше лекарственного препарата оставалось в организме девушки, тем чувствительней она становилась. Каждое его движение, каждое прикосновение отзывалось так сильно, что Амелия не узнавала сама себя. Её кожа горела, по телу без конца гуляли мурашки, ей до безумия хотелось чтобы он не останавливался. На очередное его прикосновение и поцелуй в шею девушка шумно выдохнула, так томно, так соблазнительно. Леон пустил руку под рубашку, провёл пальцами по бедру, сжал талию, заставляя девушку слегка выгнуться и запрокинуть голову. Она замычала, показывая своё удовольствие, сердце стучало настолько сильно, что готово было выпрыгнуть. Девушка заерзала под ним, ей становилось мало. Она потянула мужчину на себя, завлекла его в глубокий поцелуй, полный страсти, одну руку положила ему на плечо, а другой упёрлась ему в грудь. Амелии захотелось перенять инициативу на себя, может это такой побочный эффект, кто его знает, однако об этом она решила подумать позже, и ловко перевернув мужчину на спину она оказалась сверху, уселась так демонстративно, даже немного по-хозяйски. Плед свалился с кровати, куда-то вниз на пол, но никто на это не отреагировал. Девушка выпрямилась, разорвав поцелуй, внизу все горело, она чувствовала сквозь ткань трусиков насколько велико его желание. Амелия ехидно улыбнулась, наклонила голову вбок, смотрела ему прямо в глаза, наблюдала за реакцией. Её пальцы скользнули по пуговицам рубашки, руки дрожали из-за чего пуговицы расстегивать было трудно, однако всё же было возможно. Он не сводил с неё взгляда, следил за каждым движением, его рука скользнула к её бёдрам, он слегка сжал их, оставляя красные следы, после рука двинулась выше, под рубашку. Он провёл пальцами по её сокровенному месту, отчего та вздрогнула и издала тихий и весьма неожиданный стон. Далее его ладонь разместилась на животе девушки, после поднялась к талии, там и осталась, другую руку он подложил под голову, с нескрываемым наслаждением наблюдая за действиями своей напарницы. Расправившись с последней пуговицей, девушка слегка заерзала, пошевелила бёдрами, заставляя мужчину выдохнуть резко, шумно. Рубашка свалилась с плеч девушки, показывая более откровенный вид. В полумраке её тело казалось таким утончённым, тёплый свет от светильника подсвечивал каждый возможный изгиб. Талия, грудь, бёдра, она сводила его с ума. Её чёрное кружевное бельё добавляло ей шарма, взгляд отводить совершенно не хотелось. Девушка упёрлась одной рукой в его торс, провела рукой, ощущая накачанные мышцы пресса, заулыбалась, смотрела на него, показывала что ей нравится. Вторая рука скользнула к паху, подцепила ремень на его штанах, просунула ладонь под футболку, исследовала. Девушка задвигалась, стала тереться о него, словно кошка о ноги. Леон не сводил с неё взгляда, следил за каждым её движением, сжимал талию, водил рукой по её животу, касался бёдер, заставлял напарницу покрываться мурашками. Девушка слегка запрокинула голову, однако продолжала наблюдать за ним. Ей нравится то, как он смотрит на неё, как прожигает взглядом, как прикасается к ней и от всего этого желание растёт у обоих. Амелия остановилась, опустила голову, заглянула ему в глаза и улыбнулась. Её рука коснулась его паха, провела по всей длине. Он хочет её, несомненно хочет. Мужчина слегка стиснул челюсть, смотрел, ждал что будет дальше, а девушка тем временем растегивала ремень, дальше пошли пуговица и ширинка на брюках. Освободив его от столь некомфортной и тесной, в данным момент, одежды, она прикоснулась пальцами к возбужденному органу, после взяла в руку, стала водить по нему рукой, вверх и вниз, вначале медленно, а потом ускоряя темп и так по кругу. Мужчина приоткрыл рот, позволяя себе шумно выдохнуть, с тихим мычанием вперемешку. Он накрыл рукой лицо, получая волну наслаждения, а когда убрал ладонь, взгляд сразу же упал на то, как девушка сминает собственную грудь в бюстгальтере второй свободной рукой, как очерчивает круги на своём животе, спускается ниже и начинает ласкать себя сама, дыша шумно и слишком часто, иногда даже срываясь на тихие, редкие стоны. — Твою ж..... — тихо издаёт он, не отрывая взгляда от неё. Девушка мычит не останавливаясь и явно не планируя этого делать. Ей хорошо, настолько хорошо что и про боль в ноге она совсем забыла. Мужчина ухмыляется ей, после чего перехватывает её руки и поднимается к ней, она обхватывает руками его шею, целует страстно. Леон ей отвечает, руки его блуждают по её телу, одна проводит вдоль позвоночника, а другая сжимает её ягодицы. Он отстраняется лишь на секунду чтобы заглянуть ей в глаза, спросить уверена ли она, не передумала ли, но не успевает. Девушка склоняется к его уху, проводит кончиком языка по мочке уха, слегка прикусывает её и тихо шепчет: — Возьми меня... — просит, так соблазнительно, жалобно и он слушается, целует в губы, проникает языком к ней в рот, их языки сплетаются, после мужчина прикусывает нижнюю губу, оттягивает, а после снова целует. Он валит её на спину, укладывая головой на подушку, продолжает целовать, спускается к шее, облизывает, целует, оттягивает лифчик, мокрый из-за впитавшейся воды, целует грудь сначала одну, потом другую, очерчивает языком соски, целует, посасывает, кусает и снова целует. Он играет ей, ласкает, дразнит, заставляет желать его, она только и может тихо постанывать ему над ухом и вздрагивать от неожиданных прикосновений. Девушку потряхивает, ноги трясутся, живот скручивает, а между ног всё горит от желания. — Леон.... — стонет она его имя, и слегка покачивает бёдрами. Просит, умоляет его, а он лишь ухмыляется и спускается ниже. Целует её там, через ткань трусиков, проводит пальцами, изводит её, сново дразнит. Ткань трусиков мокрая, толи от воды из ванной, то ли от того, насколько сильно она его хочет. Мужчина тянется к бёдрам, цепляет трусики и стягивает их, после чего раздвигает её ножки, целует бёдра, внутреннюю часть бедра, медленно приближается. Целует там, проводит языком по её складочкам, целует клитор. Она выгибается, мычит и томно вздыхает. Нравится, ей определённо нравится. Мужчина слегка отстраняется, смотрит на неё, целует живот, после облизывает два пальца и не церемонясь вводит их в неё, вначале один, потом второй. Она стонет, протяжно, смешивая стон с выдохом, прикрывает глаза. Леон выжидает буквально минуту, давая ей немного расслабиться, а после начинает двигать рукой, пальцами. Девушка поскуливает, наслаждается. Мужчина вновь целует её там, не прекращая двигать рукой, посасывает клитор, его напарница стонет громче, он наращивает темп рукой, движет ей быстрее, продолжая целовать её, лижет, подводя её к развязке. Мужчина отстраняется, позволяя ей сомкнуть ноги, пальцы не вынимает, двигает быстрее. Она стонет ещё громче, ноги начинает сковывать приятная судорога, её трясёт. Леон останавливается, даёт ей время насладиться оргазмом, целует ей ножки, бёдра, а она дышит тяжело, рвано. Когда волна оргазма уходит, он вынимает пальцы, вновь раздвигает ей ноги, вытирает смазку о внутреннюю часть бедра. Девушка дышит ртом, смотрит на него, покорно ждет. Мужчина приподнимается, над ней нависает его тень, он демонстративно стягивает с себя футболку, штаны вместе с бельём. Её глаза расширяются. Его тело, его мышцы, накачанный пресс, наверняка на месте Амелии сейчас мечтает оказаться любая другая девушка. Она разглядывает его, облизывает пересохшие губы. — Не передумала? — спрашивает он, девушка отрицательно мотает головой, прикусывая нижнюю губу и проводя по ней одним пальцем. Леон ухмыляется, проводит рукой по собственному члену, облизывает свои пальцы, оставляя достаточное количество слюны, проводит этими пальцами по её складкам, подготавливает, смазывает. Девушка дрожит в предвкушении. Мужчина смотрит на неё, направляет член в неё, входит резко, толкаясь глубоко, почти во всю длину. Амелия стонет, выгибается, запрокидывает голову и закатывает глаза. Как же ей сейчас хорошо, она забыла обо всех проблемах, забыла о том, что случилось с ними сегодня, она наслаждается, и пускай она позже сгорит со стыда и будет думать как посмотреть ему в глаза после всего. Ей хорошо, она не готова отпустить своё наслаждение именно сейчас. Леон начинает двигаться: толчки медленные, нежные, он вначале выходит, оставляя головку во влагалище, а потом входит во всю длину, позже он становится резким, толки резкие, немного грубые и с каждым движением становятся быстрее и грубее. Он рычит, ему тоже хорошо, а девушка под ним уже не просто стонет, а покрикивает, кричит и стонет. Мужчина резко выходит из неё, поднимает, заставляет встать её раком, прогнуться в спине и резко заходит, сразу начиная двигаться. Девушка дёргается, слегка хныкает, стоны превращаются в крик, голос уже хрипит. Леон стискивает зубы, рука тянется к шее, он слегка придушивает её, а она закатывает глаза, он сжимает одной рукой её ягодицы, шлёпает, толкается в неё, запускает руку в её волосы, наматывает на кулак и продолжает двигаться. — Быстрее.. — просит она его, жалобно постанывает его имя. — Доведи меня.... Он слушается, отпускает её волосы и хватает за ягодицы, ускоряется насколько может, толкается её резче. Ещё чуть-чуть и обо кончат. Так и случается, кончают они одновременно: мужчина изливается в неё, сжимает одной рукой её талию, а другой сжимает собственные волосы и издаёт протяжный стон; девушку трясёт, она громко стонет и изгибается, ноги дрожат в судорожном оргазме, рубашка на ней вся смятая, волосы растрёпанные, сил не остаётся совсем, руки и ноги перестали держать окончательно и чтобы она не рухнула лицом в подушку он придерживает её. Она дышит очень шумно, сглатывает так же громко, он не выходит из неё, смахивает пот со лба одной рукой, толкается в неё ещё несколько раз, девушка вздрагивает и что-то покрикивает, но мужчина не слышит, он делает два завершающих толчка и выходит. Белая жидкость вытекает из неё и Леон улыбается, поглаживает её бедра, гладит по спине. Наслаждение прошло и накрыла усталость. Девушка села на кровати, поправила волосы и стала смотреть на мужчину, который в свою очередь накинул на себя свое белье, уселся на край кровати и глядел куда-то себе в ноги. Амелия нашарила рукой свои трусики и надела их, поправила бюстгальтер, рубашку застёгивать не стала. Она аккуратно подползла к нему, обняла со спины, чмокнула в щёчку. — О чем задумался? — шепнула она ему на ухо. Мужчина усмехнулся, посмотрел ей в глаза и ответил. — Я даже и подумать не мог что ты такая извращенка. — девушка засмеялась на такое заявление. — Ты просто плохо меня знаешь. — ответила она. — Я уверен у меня ещё будет время, теперь то ты от меня уже никуда не денешься. — Поспишь сегодня со мной? — меняя тему, попросила она. Мужчина улыбнулся, поднял плед с пола и без лишних слов лёг рядом с ней.