Исповедь Драко Малфоя

Продолжение: «Тень на пороге» Драко пошел по узкой тропе, ведущей к обветшалому дому, прислонённому к склону холма, как сама земля. Крыша провалилась, стёкла были чёрными от копоти, а на крыльце — следы, будто кто-то недавно отполировал его кровью. Он боялся. Но страх — это слабость, слабость на уговоре. — Не отставай, племянничек! — голос Беллатрисы звенел, как битое стекло. Она шла рядом, одетая в чёрное, как в траур по-живому, её глаза горели безумным светом. — Лорд ждёт. А ждать он не любит. Драко не ответил. Он запретил себе смотреть на нее. Еще в особняке он сказал: — Я пойду один. — Один? — рассмеялась она. — Ты и шагу не сделаешь без моего попечения. И теперь он пришел, чувствуя, как ее безумие цепляется за него, как плющ — за развалины. Дверь скрипнула, словно стонала. Изнутри донесся шёпот — не один голос, а множество, сплетенных в единый хор лжи и поклонения. Он вошёл. Темные поборники стояли вдоль стен, как статуи из пепла. Их глаза — пустые, но жадные. Как только он появился, шепот оборвался. Потом — смех. Тихий, ядовитый. — О, посмотри, кто пришёл, — прошипел кто-то. — Сын падшего. — Надеюсь, ему лучше, чтобы его отец держал палочку, — другой хохотнул, бросая взгляд на его руку. — Хотя бы в постели. Драко не дрогнул. Он прошёл мимо них с поднятой головой, с осанкой Малфоя, со ледяным спокойствием, которое, он знал, выглядело как гордость. На самом деле — это была маска. Тонкая, хрупкая, как лёд над пропадаю. В служебных комнатах, в кресле, обтянутой змеиной кожей, сидел он. Волдеморт. Голова — как у змеи, глаза — два раскаленных электрических угля. Он не улыбался. Он просто смотрел. И в этом взгляде было всё: презрение, испытания, последствия. — Драко Люциус Малфой, — произнес голос, образуя кости скрежетали по камню. — Сын разочарования. Драко опустил взгляд. Не из страха. Из такта. — Подойди. Он подошёл. Каждый шаг — как по лезвию. — Ты знаешь, зачем ты здесь? — Да, Лорд. — Ты знаешь, что твой отец провалился. Что он дрогнул. Что он упал . — Да, Лорд. — Тогда ты должен стать . — Я готов, — выдавил Драко. — Нет, — прошипел Волдеморт. — Ты ещё не готов. Ты просто напуган. Но страх — хорошее начало. Он поднял руку. — Покажи мне метку. Драко закатал рукав. Чёрный Змей на предплечье — тёмный, как ночь, но бледный, словно не до конца проросший. Волдеморт коснулся ее ручки. Боль вспыхнула, как раскалённая игла, вонзившаяся в кость. — Это не честь, — прошептал он. — Это испытание . Ты получишь свое задание. И если провалишься — станешь пеплом. Как твой отец. Драко изменился. И в этот момент, сквозь боль и страх, мелькнула мысль — острее кинжала: Поттер... Все эти годы он сражался с этим. С этим безумием. С этой тьмой. И он всё ещё жив. А я даже не начинаю — а уже хочу убежать. Переулок теней Тем же вечером, в туманном Лондоне, по узкому переулку шли две женщины. Одна — Беллатриса Лестрейдж. Ее походка была быстрой, как рывок змеи, глаза блестели безумием, пальцы сжимали палочку, словно готовясь пронзить воздух. От нее веяло хаосом, как от костра, горящего в бурю. Другая — Нарцисса Малфой. Она шла прямо, как будто несла на плечах не тело, а трон. Ее лицо было неподвижным, но в уголках глаз — трещины. Она была натянута, как струна перед обрывом. Они молчали. Всего несколько шагов, чтобы пройти черные мантии по мокрому камню. Дома в конце улицы стоял одиноко — старый, темный, с занавесками, плотно задёрнутыми, словно боялись света. Дверь открылась раньше, чем они постучали. Северус Снейп стоял в проёме, в чёрном, как тень, с лицом, вырезанным из ночи. — Я знал, что вы придёте, — сказал он тихо. — Войдите. Пока мы не поддерживаем. У порога отчаяния В гостиной, освещённой лишь одним факелом, Нарцисса опустила гордость — и опустила колени. — Прошу вас, профессор, — голос ее дрожал, но не ломался. — Спасите моего сына. Я знаю, что вы служите Ему. Я знаю, что вы в тени. Но вы — единственные, кто может его защитить. Драко не готов. Он — мальчик. А они пошлют его на смерть. Не ради чести. Ради места. Снейп стоял у окна, не глядя на нее. — Вы просите невозможного, — сказал он. — Я не ангел-хранитель. Я — тень. — Но вы были другом Люциуса, — прошептала она. — Был, — услышал он. — И за это заплатил. — Тогда сделай это ради него. — Нет, — тихо ответил Снейп. — Я сделаю это... ради вас. Тишина повисла, как чёрный занавес. И впервые за много лет Нарцисса Малфой почувствовала — не надежду. А шанс