Виктория

Всё тело затряслось, волна накрыла с головой, я крикнула в кляп, а Лиза не останавливалась, пока последние судороги не прошли через меня. Только тогда она поднялась, вытерла губы тыльной стороной ладони и улыбнулась: — Ну что… Готова признать, что хотела этого? Кляп наконец развязался. Я жадно глотаю воздух, но не кричу и не ругаюсь. Просто смотрю на Лизу и вижу, как в её глазах мелькает что-то... неуверенное? Ага, испугалась, стерва. Думала, я буду мокнуть беспомощно в этих лентах? Я незаметно шевелила запястьями все это время. Узлы ослабли. — Ну что, Лиза... — мой голос хриплый, но в нем уже слышится обещание расплаты. — Думала, я просто так сдамся? Она даже моргнуть не успела. Я рву ленты, вскакиваю и вот уже толкаю её на кровать. Её спина мягко плюхается на шелк. Теперь я сверху, прижимаю её запястья к матрасу, чувствую, как её пульс бешено стучит под пальцами. — О-о, так ты ещё и хищница... — она пытается сохранить этот надменный тон, но я вижу, как глотает. Моя очередь улыбнуться. Я наклоняюсь, губы в миллиметре от её уха: — Теперь ты будешь дрожать. Мой язык повторяет её же путь шея, ключицы, но без её театральных нежностей. Зубами срываю кружевные лямки её лифчика. Она вдохнула резко, когда холодный воздух коснулся груди. Хорошо. — Ну и... методы у тебя... — её голос дал трещину. Я не отвечаю. Мой рот опускается ниже. Она вонзила пальцы мне в волосы, но не отталкивает, тянет ближе. Знакомый вкус, дрожь её бедер... Ха, так ты любишь, да? Я замедляюсь именно тогда, когда её тело выгибается навстречу. — Что? Разве не этого ты хотела? — притворно-невинный шёпот, капля мёда на лезвии. Лиза рычит настоящим звериным звуком и переворачивает меня. Но я смеюсь. Она вся горит, а в глазах уже не власть, а чистая, неконтролируемая ярость желания. Игра только начинается. Тепло её кожи под моими пальцами сводит с ума. Я чувствую, как её сердце колотится быстро-быстро, как у загнанного зверька. Так тебе и надо, думаю я, прикусывая её плечо. Она вскрикивает, но её бёдра прижимаются ко мне ещё сильнее. — Ты... ты плачешь? – Лиза пытается шутить, но голос срывается, когда мой палец резко скользит вниз. Я смеюсь низко, хрипло, прямо в её губы: — Это ты сейчас заплачешь. Её ногти впиваются мне в спину, но я не останавливаюсь. Два пальца, глубоко, без предупреждения, она вздрагивает и стонет, запрокидывая голову. — Вика... – мое имя на её губах звучит как молитва. — Не так быстро, – я замедляю движения, чувствуя, как её тело сжимается в отчаянии. – Ты же любишь играть? Её глаза темнеют. Внезапно она вырывается и вот уже я на спине, а её зубы смыкаются на моей шее. Больно. Сладостно. — Ошиблась, – шепчет она, и её рука резко заходит под мою спину, прижимая к себе. – Это я решаю, когда закончится твоя месть. Её ладонь скользит между моих бёдер и мир взрывается. Ее пальцы во мне резкие, безжалостные, точные. Я вцепляюсь в простыни, пытаясь не закричать, но она знает мое тело лучше, чем я сама. — Так... Ты хотела играть? — Лиза дышит мне в губы, ее голос хриплый от желания. - Тогда играй. Она добавляет третий палец, и я выгибаюсь, чувствуя, как меня разрывает на части. Но когда я уже на грани, она останавливается. — Нет-нет, дорогая, - ее смех звучит как обещание. — Ты же хотела месть? Внезапно она переворачивает меня на живот, прижимая лицом к матрасу. Один резкий толчок и я чувствую, как она входит в меня без предупреждения. — Вот теперь можешь кричать, — шепчет Лиза, впиваясь зубами в мое плечо. И я кричу.