Неотъемлемая помощь

Обычный день клонился к закату, солнце медленно уходило за горизонт, предвещая приход ночи. Су Бон, погруженный в мысли, сидел в своей небольшой студии, находящейся в его квартире. В наушниках проигрывался трек, а он, словно отсчитывая секунды, тихонько постукивал пальцем по столу в такт бита. Внезапно рука сжалась в кулак и глухо ударила по гладкой столешнице. Не то. Совсем не то. Трек вроде и готов, и звучит неплохо, но… чего-то не хватает. Какой-то изюминки. Чего-то, что заполнило бы пустоту на заднем плане.  Он снял наушники, положив их на стол, и откинувшись на спинку кресла, засел в тик ток, нервно листая ленту рекомендаций. Может там он найдет что нибудь, что можно было вставить в трек?  Лента пестрила яркими красками, забавными видео и навязчивыми трендами. Танос машинально ставил лайки, пролистывая один ролик за другим, но ничего не цепляло. Все это было какое-то… ну не то. Он искал что-то интереснее, глубже… интимнее.  Стоп. Интимнее? Интимнее…что есть интимное? Порно…а там? Стоны. То, что надо.  На лице Су Бона заиграла самодовольная улыбка от возникшей идеи, осталось только разобраться с тем, где их взять. Брать с какой-нибудь порнушки неинтересно, надо, чтоб не повторялось, а это значит… Он ловким движением пальцев открыл Instagram, тут же нырнул в единственный закрепленный чат и быстро написал сообщение. @Legendarythanos_666 Нам Су, поднимись ко мне в студию СРОЧНООООО После чего замер в ожидании ответа, предвкушая согласие. Кого еще просить, как не его любимого Нам Гю? К тому же, они же вместе, так что, скорее всего, тот только обрадуется такой возможности, поучаствовать в его треке! Внезапно из раздумий вырвал звук уведомления. Сердце екнуло, и он, радостно хватая телефон, поспешил заглянуть в чат. @skrr_namgyu 🖕 Танос резко выключил телефон, бросив его  на край стола. Черт… совсем из головы вылетело, что они разругались. Точнее, это Нам Гю надулся, увидев, как Су Бон залипает на профиль какой-то фанатки с откровенным контентом. Устроил ему сцену, а потом демонстративно перестал разговаривать, и так весь день.  Су Бон тяжело вздохнул, почесывая затылок. Вот же блять, как всегда, в самый неподходящий момент. Придется искать другие варианты. Но какие? Записать самому? Смешно даже думать об этом. Голос у него, конечно, охуенный, но вот стоны…  Взгляд упал на микрофон, стоящий на столе. А что, если… нет, бред какой-то. Хотя… А вдруг получится? Су Бон закусил нижнюю губу, раздумывая. С нерешительным видом он придвинул микрофон поближе, откашлялся и закрыл глаза. Глубокий вдох… и Су Бон издал первый, неуверенный стон, после чего перевел взгляд на экран монитора.  Надев наушники обратно, он тяжело вздохнул и включил получившуюся запись. Прослушав этот короткий звук, его лицо стало мрачнее некуда. Он резко поднялся на ноги, отбросив наушники на стол, и направился к выходу из комнаты. Он точно сам не справится.

***

Нам Гю, с недовольным лицом, все еще обиженный из-за их с Су Боном ссоры, развалился на диване, вяло переключая каналы. На плазме быстро один за другим проскакивали картинки, пока он не остановился на каком-то сопливом фильме. Парень и девушка, стояли под дождем, обмениваясь взглядами, полными слез и любви. Приторно. Нам Гю такое не переваривал. Или, скорее, никогда не испытывал ничего подобного. С Су Боном о таком можно было только мечтать. Единственным проблеском романтики за все их отношения была случайная аренда яхты фиолетововолосым. Тогда они накурились и голышом купались под луной.  Можно ли назвать это романтикой? Сомнительно, конечно, но хоть что-то. Но не суть. Су Бон мудак. Бестолковый, неряшливый, но такой любимый. И больше всего бесило, что Нам Гю не мог долго на него злиться. Знает ведь, что тот слишком тупой, чтобы осознанно пойти на измену, но уж слишком задело. Нам тяжело вздохнул, собираясь подняться и пойти в студию к этому идиоту, выяснить, чего он вообще хочет, и наконец помириться. Но тут услышал шаги, приближающиеся к гостиной. Быстро плюхнулся обратно на диван, изобразил оскорбленную мину и уставился в телевизор. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился Су Бон. На его лице играла легкая улыбочка, которая выглядела какой-то… подозрительной? Обычно он бы с порога начал нести какую то чушь, прыгнул бы на Нама, и как котенок, ластился и выпрашивал чтобы длинноволосый погладил, но сейчас… Танос, крадучись, словно кот, подобрался к дивану и, как бы невзначай, примостился рядом с Намом, уронив голову ему на плечо. Тот лишь вопросительно вскинул бровь, но промолчал, думая, что тому нужно. Они же в ссоре, разве то сообщение было недостаточно красноречиво? Вот же упертый. Конечно, он его проигнорировал и пришел, чтобы еще больше взбесить. Нам Гю уже собрался скинуть его с себя, как вдруг услышал тихое: — Что смотришь? Нам в недоумении перевёл взгляд с Су Бона на экран телевизора и замер. Там вовсю разворачивалась постельная сцена. "Какого чёрта они уже трахаются, если только что ныли под дождём?".  Длинноволосый, схватил пульт и, стараясь не выдать дрожь в руках, щелкнул кнопкой выключения телевизора, после чего скрестил руки на груди, даже не взглянув на парня.  И тут вдруг воцарилась тишина.  Су Бон, казалось, этого и ждал. Он медленно, но уверенно приподнялся повыше, зарываясь носом в шею длинноволосого, слегка прикусив его кожу, и следом зализывая укушенное место. Нам Гю почувствовал легкую щекотку на шее, отчего по телу пробежали мурашки. Он все еще пытался сохранять невозмутимый вид, но сердце предательски забилось быстрее.  Тут Нам почувствовал чью то руку у себя на бедре. Чужие пальцы медленно поглаживала его шорты постепенно поднимаясь выше, забираясь под край свободной домашней футболки. Нам Гю прикрыл глаза, стараясь не выдать себя. Он знал, к чему это все идет, и сопротивляться не было никакого желания. Злость и обида постепенно улетучивались, уступая место желанию и возбуждению. Су Бон тем временем добрался до уха, нежно облизал мочку, прошептав: — У меня для тебя сюрприз. Нам Гю не сдержал легкого стона. Вот же гад, знает, чем взять.  — Сюрприз? С чего вдруг? — прохрипел Нам, стараясь сохранить остатки гордости. Танос хихикнул в самое ухо, отчего длинноволосый дернулся, но не отстранился. «Да ты сама порядочность,» - мысленно упрекнул того Нам. Без единого слова фиолетововолосый извлек из кармана длинный платок. После, он потянулся к лицу Нама, аккуратно завязывая ему глаза, погружая во тьму. Нам Гю замер, не понимая, что происходит. Легкая паника начала подступать, но любопытство взяло верх. Он почувствовал, как Су Бон приподнимает его с дивана и ведет куда-то.  Вскоре понял, что они зашли в студию. Он ощутил знакомый запах аппаратуры и услышал приглушенные звуки из колонок.  Су Бон завел его в маленькую комнату с микрофоном и усадил на кресло, что-то тихонько настраивая. Вскоре Нам услышал хлопок двери, и понял что тот вышел. Он сидел в темноте, чувствуя себя немного растерянно и одновременно заинтриговано. Что этот придурок задумал? Он слышал, как Су Бон возится с аппаратурой, настраивая что-то, и в комнате повисло напряженное ожидание. Внезапно Су заговорил в микрофон с другой комнаты. Его голос звучал приглушенно и немного нервно. — Снимай. Нам послушно потянулся к узлу платка. Пальцы неуверенно распутывали ткань, пока наконец повязка не упала на пол. Глаза зажмурились от внезапного света, а когда зрение пришло в норму, он удивленно оглядел до боли знакомую комнату, и взгляд его замер на парне за стеклом. Тот, с самодовольной ухмылкой, помахал ему рукой, кивнув на висевшие на микрофоне наушники. Нам Гю объяснять долго не пришлось. Схватив наушники, он одним движением натянул их на голову, все еще не отрывая от парня недоумевающего взгляда. — Сюрприз! — выпалил Су Бон, сияя от предвкушения. — И где же он? — Нам Гю прищурился, прожигая его взглядом. — Мой сюрприз… это шанс поучаствовать в создании моего нового трека, а то есть, вложить в него частичку себя, — Су Бон запнулся, словно проглотил язык. Что-то здесь было не так.  — Конкретнее, Су Бон, — процедил Нам сквозь зубы, и в его голосе слышалось раздражение. Су Бон откашлялся, поправил наушники и, стараясь не смотреть в глаза парню, выпалил: — Мне нужны стоны для трека. Твои стоны. Нам Гю опешил. Стоны? Сказать, что он был в шоке – ничего не сказать. С одной стороны, лестно, что Су Бон считает его стоны достойными украсить трек. С другой… он что блять, издевается? — Ты серьезно? Ластился ко мне, после чего завязал глаза и притащил сюда, чтобы я тебе… стонал? — в голосе Нама звучало неверие. — Ну… скажем так, проявил инициативу, — пробормотал Су Бон, чувствуя, как его щеки начинают гореть. — Пожалуйста, my boy. Я знаю, ты лучший в этом деле. И это будет невероятно круто звучать в тре… — Нет! — резко оборвал Нам, не дав фиолетоволосому договорить. — В этом цирке я участвовать не стану. Стоны нужны? Иди к своим фанаткам, уверен, они только этого и ждут. — С этими словами он демонстративно скрестил руки на груди, отворачиваясь. Су Бон тяжело вздохнул, разочарованно наблюдая, как его план провалился. Пальцы уже тянулись к тумблеру, чтобы обесточить всю систему, но вдруг… в голову пришла идея. На губах вновь заиграла хитрая, почти лукавая ухмылка. Быстрым движением он включил запись, и, поднявшись со стула, направился в комнату, где сидел длинноволосый. Нам Гю услышал, как тот вошел в комнату. Не поворачиваясь, он ждал, что тот скажет или сделает. Тишина давила, и он уже начинал жалеть о своей резкости. Может, стоило согласиться? Все-таки для него старался, придумал целый спектакль. Тут он услышал шаги за спиной и напрягся. Неужели этот упрямец не сдастся так просто?  Су Бон молча подошел сзади, обхватил его за талию и начал нежно целовать в шею, прямо под ухом. Нам Гю вздрогнул от неожиданности. Все его тело покрылось мурашками, а сердце забилось с бешеной скоростью. Он пытался сохранить невозмутимый вид, но против природы не попрешь. Внизу живота зарождалось приятное тепло, а ноги предательски подкашивались. Су Бон, чувствуя его реакцию, не останавливался. Он продолжал целовать и покусывать шею, опускаясь все ниже и ниже. Его руки нежно поглаживали талию, вызывая волнующие ощущения. Нам Гю не выдержал и издал тихий стон, который тут же попытался заглушить. Тут руки парня с фиолетовыми волосами скользнули ниже, бесцеремонно забираясь под край шорт, дразня самым сокровенным касанием. Нам Гю вздрогнул, но не отстранился. Наоборот, подался навстречу ласкам, мысленно проклиная свою слабость. Желание захлестнуло его с головой, и он полностью отдался во власть ощущений. Стоны срывались с губ непроизвольно, становясь все громче и откровеннее. Су Бон чувствовал, как длинноволосый дрожит под его пальцами — этот парень, который только что яростно отказывался, теперь едва сдерживался, чтобы не застонать громче. Губы фиолетововолосого скользнули по чувствительной коже за ухом, и он услышал, как дыхание Нама сбилось, став горячим и прерывистым.   — Ты у меня такой хороший, — прошептал Су Бон, намеренно проводя языком по тому месту, от которого у Нама всегда сводило челюсть.   Пальцы его скользнули ниже, натягивая ткань шорт, и Нам резко вдохнул, когда ладонь наконец обхватила его.   — Су Бон… — прошептал длинноволосый, его голос прерывистый, словно он пытался собрать мысли в кучу, но тело отказывалось подчиняться. — Ты… это… нечестно. — Нечестно? — Танос аккуратно провел губами по мочке его уха, вызывая новый вздох. — Всего лишь хочу доставить тебе удовольствие. Я так соскучился за весь день. Нам Гю не мог ответить на эти откровенно провокационные слова. Его дыхание участилось, а руки, которые еще минуту назад были скрещены на груди в знак протеста, теперь цеплялись за край футболки на чужом теле, чтобы не упасть. Он чувствовал, как тепло разливается по всему телу, а мысли путаются, оставляя только одно — желание. Су Бон ухмыльнулся, чувствуя, как Нам бессильно подается в его руку. Длинноволосый закусил губу, но тело уже предательски выгибалось, требуя большего.   — Ч-черт… — вырвалось у него, когда пальцы Су Бона сжались чуть сильнее.   — Громче, — прошептал Танос, грубо цепляя чужой подбородок свободной рукой. Развернув лицо к себе, он впился поцелуем в самый уголок губ. Стоны, которые так пытался подавить парень, теперь лились свободно, низкие, хриплые, такие, что у самого Су Бона перехватило дыхание.   Глаза Нама были полузакрыты, взгляд затуманен похотью. Фиолетововолосый улыбнулся, любуясь произведенным эффектом. Он продолжил ласкать его, то ускоряя, то замедляя движения. Нам Гю стонал, запрокинув голову, и его пальцы впивались в плечи Су Бона. Он чувствовал, как приближается разрядка, и не мог сдержать себя. И вот тело Нама напряглось до предела, и в последние пару взмахов рукой довели его до пика. Длинноволосый закричал, содрогаясь всем телом в чужих руках. Су Бон крепко держал его, пока волна удовольствия не схлынула. Нам обмяк, тяжело дыша, после чего уткнулся лицом в плечо Таноса. Некоторое время они стояли, молча, позволяя утихнуть буре страстей. Су Бон нежно поглаживал его по спине, наслаждаясь моментом близости. Наконец, Нам Гю слегка отстранился, его щеки пылали. — Ненавижу тебя, — прошептал он, но в голосе не было злости, только легкое смущение. Су Бон усмехнулся и нежно поцеловал его в лоб. — А я тебя обожаю.  Затем он отпрянул, торопливо направляясь к выходу из комнаты. Нам, помедлив немного, поспешил следом. Подойдя к аппаратуре, Танос радостно нажал на какую то кнопку. Обернувшись к Нам Гю, он расплылся в сияющей, почти детской улыбке. — Ну вот и все, — провозгласил он, — теперь мой трек станет настоящим хитом, благодаря тебе, my boy! — Ты что записывал?! — Ой, — притворно удивился Су Бон, и в уголках губ заиграла хитрая усмешка. — А я что, не сказал?