Уроки королевских манер

***

Прошли десятки упорный и интенсивных занятий, чтобы Касл Таун изменился до неузнаваемости. Каменные стены больше не были серыми и мрачными — они переливались новыми красками, а на улицах появилось столько изысканных украшений, придавая городку свой шарм. Лансер уже не носился по городу, сбивая всех подряд своим велосипедом, и не требовал пирогов каждый час. Он стоял рядом с Ральзеем, выслушивал просьбы даркнеров, сам предлагал решения, а иногда — даже наравне со всеми решал проблемы. — Смотри, — Лансер смотрел уже на обновлëнный город. — И это мы сделали. Ральзей улыбнулся, стоя перед замком в котором проводил большую часть времени, давая Лансеру возможность самому выполнять простые дела. Он помнил, каким шумным, капризным и бесконечно несерьёзным был Лансер в самом начале. Но теперь перед ним стоял маленький правитель, который умел слушать и заботиться. — Ты стал… совсем другим, — тихо сказал Ральзей. — Нет, — Лансер хитро улыбнулся. — Я стал тем, кем ты хотел меня видеть. Ведь так, Ральзей? Принц не ответил на этот вопрос, не потому что ответ понятен, а потому что Лансер впервые назвал его по имени, не "Зубная Паста", не "Персик". — Ты и сам хотел стать королëм, верно? — Ральзей отвëл взгляд в сторону огней города. — Конечно! Но что насчëт тебя? Ты же тоже главный, разве нет? — Я главный по готовке. — Ха, главный по готовке! — Лансер фыркнул, но тут же перешëл на серьëзный тон. — А я думал, ты главный по всему. Ты же теперь всегда с тростью, в шляпе... Ты очень изменился, как старик. Ральзей чуть опустил трость, будто смущённый. На самом деле она ему нравилась — сначала была просто опорой после тех ран и импровизированным оружием, но со временем стала частью его образа. Как и шляпа, которую он теперь надевал всегда, выходя из дома, хотя ранее она ему не нравилась. — Это… привычка, — тихо сказал он. — И… она мне идёт. — Ага, идёт, — Лансер кивнул, но с хитрецой. — Ты с ней выглядишь так, будто можешь отругать любого герцога и он ещё спасибо скажет. Ральзей невольно улыбнулся. — Знаешь, Лансер, иногда власть — это не трон и не корона. Это умение сделать так, чтобы тебя слушали… Даже если в руках у тебя всего лишь трость. — И шляпа, — вставил Лансер. — И шляпа, — согласился Ральзей. Внизу, на улицах Касл Тауна, кипела жизнь, запахи свежей выпечки и трав долетали до них даже здесь. Город жил своей новой жизнью, а они оба знали, что это только начало. — Прежде чем ты начнёшь самостоятельно вести дела, я хочу, чтобы ты прошёл за мной, — Ральзей махнул лапкой, отворяя тяжёлые ворота замка. Холл встретил их густым, почти липким жаром от огромного волшебного котла, мерцающего в центре зала. Лансер уже было приоткрыл рот, чтобы уговорить наколдовать что-то вкусное, но тут же вспомнил, что теперь он может сделать это сам… а потом вспомнил и про дисциплину. Мысль о еде улетела, как мышь в щель. Они молча поднимались по лестнице, шаг за шагом, пока не достигли верхнего этажа. Длинный коридор тянулся, как бесконечная нить и, наконец, перед ними появилась дверь, лишённая всяких украшений, кроме покосившейся ручки, словно усталой от долгого существования. — Твоя комната? — Лансер всё ещё не понимал, как Ральзей может жить в условиях, которые сам же и выбрал. — Да… Но там лежит кое-что, что я так прятал. Дверь распахнулась. Комната была всё такой же пустой и унылой, но дело было вовсе не в её никчёмности. Пустота здесь ощущалась намеренной, почти оберегающей. Ральзей прошёл к дальней стене и, слегка пригнувшись, повёл по камню лапкой, ощупывая каждый неровный шов, будто считывал с него забытую надпись. Пальцы замерли на одном из кирпичей. Принц аккуратно потянул его на себя — и тот мягко вышел из кладки, открыв тайник. Внутри лежала свёрнутая теневая мантия — та самая, что ранее досталась Крису, но была передана Ральзею. Ткань, будто сотканная из полумрака, не отражала свет, а поглощала его, и при каждом движении она слегка шевелилась, словно дышала. — Ты прятал… это? — Лансер, обычно болтливый, говорил тише обычного. — Да, — Ральзей аккуратно достал свёрток, держа его так, будто он мог рассыпаться. — И всё это время я не знал… стоит ли это вообще трогать. Он развернул ткань, и в воздухе чуть слышно прозвенело что-то невидимое, как от тончайшей струны. Лансер отступил на шаг, и в его взгляде впервые за долгое время мелькнула серьёзность. — Эта мантия... Она как у моего отца. — Я помню, что он потерял еë после нашей битвы, — Ральзей протянул Лансеру ткань. — но теперь она твоя. — Ты уверен?.. — Да. Считай это моим подарком в честь завершения твоего обучения. Лансер осторожно взял свёрнутую ткань, но развернуть её не успел — посреди комнаты, с лёгким хлопком, словно кто-то выстрелил пробкой из бутылки, появился Рулс, выходя из столба света. — О-хо-хо-хо! — он театрально откинул голову, сложив руки за спиной. — И вот, когда звёзды сложились в роскошный ковёр судеб, вы, как два наивных херувима, решили… передавать властные регалии без консультации с величайшим стратегом этого века! — Эм… Привет, — Ральзей машинально поправил шляпу. — Ты… откуда вообще здесь? — Оттуда, откуда приходят все блестящие идеи! — Рулс сделал шаг вперёд, вытянул руку к мантии и, щёлкнув пальцами, изобразил замысловатый реверанс. — Так что, юный Пиковый Наследник, передай этот кусок элегантного текстиля тому, кто сумеет обратить его силу… В мою пользу. — Не передам, — коротко сказал Лансер, прижимая свёрток к себе. — О, значит, у нас… Конфликт интересов. — Рулс скосил взгляд на Ральзея. — А вот ты, шерстяной, как раз тот, кто мешает гармонии моего правления. Он вытащил из-за спины саблю, размахнул ею и встал в нарочито героическую стойку. — Не обижайся, пушистый, но ты… официально в списке на "отстранение"! — Опять началось, — Ральзей только вздохнул, перехватил свою трость поудобнее и тихо пробормотал. — Ах, вот она — аргументация на стальном языке! — он вытянул саблю вперёд, словно собирался провести дуэль при дворе. — Приготовься, червячок, к неизбежному триумфу моего гения! Лансер сделал шаг, но Ральзей протянул лапу, загораживая ему путь. — Лансер, не вмешивайся. Он до сих пор не извинился за прошлый раз. — Но… — Не вмешивайся. Принц шагнул вперёд, подняв трость, и в следующее мгновение лезвие Рулса уже рубануло в сторону его головы. Деревянный стук отразившего удара прокатился по пустой комнате. Ральзей мгновенно сместился в сторону, но Рулс оказался быстрее, чем обычно, его шаги были отточенными, а удары точными, без прежней комичности. — Ты слишком долго прятался за добрыми словами! — выкрикнул он, переходя в серию рубящих атак. — А теперь попробуй спастись от настоящего правителя, Рулса Каарда! Ральзей уклонился от одного удара, перехватил следующий и контратаковал, целя в запястье противника. Сабля лязгнула, искры осыпались на каменный пол, не смотря на то, что столкнулось дерево с металлом. — Вот твой план... Победить нас двоих и стать правителем? — произнёс он ровно. — Тогда попробуй. — Забрав мантию, я стану королëм, глупый. — Эта ткань не сделает из тебя правителя. Она лишь подарок от меня. Рулс, поддавшись напору своей собственной злости и вычурного азарта, усилил натиск. Сабля заскрежетала по трости принца. — Ах-ха! Вот он — последний штрих моего шедевра! — почти пропел он, вдавливая клинок всё ближе. Ральзей почувствовал холод стекла за спиной — он уже стоял у самого окна, а за ним шумели порывы ветра и угадывалась высота. Лансер в дверях инстинктивно шагнул вперёд, но замер под взглядом Ральзея. — Ты действительно думаешь, что сможешь… — начал Принц, перехватывая трость. Но Рулс не дал ему договорить — резкий толчок, и металл клинка чуть не коснулся его плеча. Стекло дрогнуло от удара тел. — …выдавить меня из этого мира? — Ральзей, пользуясь моментом, резко сместил вес и попытался отбросить клинок в сторону. Однако Рулс, словно предугадав движение, сделал круговой замах и снова вдавил саблю в трость, стараясь сломать оборону. — О, я не просто выдавлю, я вытру твой шерстяной след с истории! — его голос был одновременно напыщенным и жёстким. — Тебе нужно было лишь не вмешиваться. Но ты думал, что я простой, потешный клоун, который не помеха, да? Кто теперь клоун, гнусный червь? Ветер за окном усилился, занося в комнату сухие листья, а напряжённое дыхание обоих сливалось с гулом пустого коридора позади. Рулс, собрав всё своё упрямство в один резкий рывок, наконец вытолкнул Ральзея за окно. — О, лебединая грация моего триумфа! — воскликнул он, даже не подозревая, что принц, падая, крепко вцепился в его рукав. — Куда же Вы без меня, герцог… — тихо бросил Ральзей, утаскивая его за собой. Они рухнули в холодный поток ветра, и мир на мгновение превратился в хаотичную мешанину фонарей, стен и мелькающих теней. Рулс заорал, на этот раз без пафоса, а Ральзей, стиснув зубы, дёрнул свободной лапкой узел своего длинного шарфа. Тот развязался, словно живая лента, и зацепился за выступ каменной кладки. Дёрнуло сильно, так, что лапка чуть не сорвалась с ткани, а сабля Рулса едва не улетела вниз. Ветер бил в морду, шарф натянулся до предела, а внизу зияла тьма. Рулс, болтающийся рядом, держась за вторую лапку Ральзея, уже начал что-то выкрикивать про "недопустимость столь неэстетичных методов спасения", но Ральзей был занят тем, чтобы удержать обоих. — Перестань дёргаться… или я подумаю, что ты хочешь познакомиться с землёй ближе, чем стоит, — хрипло сказал он, подтягиваясь к выступу. — Ох... Кажется, падать, нам придëтся долго. Камень, за который зацепился шарф, треснул, и прежде чем Ральзей успел что-то сделать, выступ обломился. — Чëрт побери! — вскрикнул Рулс, и они оба рухнули вниз. Удар о каменную плитку был жёстким, но ни один не собирался лежать и считать звёзды. Рулс вскочил первым, отряхивая камзол и выхватывая саблю. Лезвие сверкнуло в свете фонарей. Ральзей поднялся медленнее, опираясь на свою трость. Теперь она была не просто опорой, а оружием — длинным, сбалансированным и удобным, чтобы держать противника на расстоянии. — Да когда же ты сдашься? — бросил он и тут же принял первый удар. Сабля Рулса ударила по трости с резким звоном. Они кружили друг вокруг друга, словно фигуры в сложном танце. Рулс атаковал резко, с широкими замахами, каждый раз пытаясь прижать Ральзея к стене. Ральзей же парировал, отвечая быстрыми, точными выпадами тростью, целясь в руки и корпус герцога. — Ваш стиль, принц, полон… излишней скромности! — Рулс оттолкнул его и сделал выпад, едва не зацепив шляпу. — Ну конечно, — ответил Ральзей, сбивая лезвие в сторону и нанося встречный удар по колену. Рулс охнул, но лишь сильнее вцепился в саблю. Бой продолжался, тяжёлые удары металла, быстрые шаги, и ни один не желал уступать. Силы явно были не на стороне принца, каждое движение сабли Рулса било с тяжестью, от которой трость едва не выскальзывала из лап. Но Ральзей двигался иначе: шаг в сторону, разворот, лёгкий наклон и лезвие снова пролетало мимо. — Сдавайся и тогда ты отделаешься лишь темницей, — тяжело дыша, Рулс нанёс очередной размашистый удар. Ральзей ушёл вниз, пропуская лезвие над собой, и в тот же миг зацепил нижний край камзола герцога тростью. Одним резким движением он дёрнул, и Рулс потерял равновесие. Тот попытался опереться на саблю, но Ральзей уже шагнул вперёд, скользнул под рукой противника и ткнул тростью в запястье. Сабля выскользнула и со звоном упала на камни. — Как?! — выдохнул Рулс, но вскоре оказался прижатым к стене лёгким, но уверенным давлением трости в грудь. — Поразительный навык, друг мой! Я поражëн! На самом деле мне не нужна мантия, я лишь проверял как сильно ты готов защищать—... — Хватит, — тихо сказал Ральзей. — Ты не получишь эту мантию, даже если будешь подлизываться.

***

В тронном зале вновь горел свет. Лансер сидел на ступенях, перебирая край мантии, как будто не решался её надеть полностью. Ральзей стоял неподалёку, в очередной раз применяя целебную молитву — недавнее падение не давало полноценно пользоваться магией, которая теперь лишь является временным обезболивающим, а магия Лансера ещë не способна тягаться с подобными травмами. — Знаешь… — тихо начал Лансер. — Я думал, что мантия сделает меня каким-то… другим. Что я сразу стану сильным, умным, крутым. А я всё тот же я. — Вот именно, — Ральзей слегка улыбнулся. — Мантия — это ткань. А правителем делает не она, ты ведь это слышал. Лансер помолчал, потом аккуратно сложил мантии на колени. — Тогда я пока просто побуду Лансером и буду учиться... Ну и править в это время! — А я тогда просто побуду Ральзеем и буду тебя учить. Принц кивнул. Он знал, что это решение правильное. Впереди было много дел, но Ральзей, впервые за долгое время, чувствовал себя спокойно. Обещание выполнено, Касл Таун может не беспокоиться о правителе, а корыстный герцог теперь делит одну камеру с бывшим королëм.