Mea Culpa

— С каких пор ты веришь свидетелям? — скептицмзм Рона, казалось, можно было потрогать руками, даже его веснушки смотрели на Гарри с подозрением. В целом Уизли был прав. Главный Аврор никогда не относился к показаниям очевидцев с безоговорочным доверием. За время работы он понял, что люди врут. Всегда. Кто-то не умышленно, автоматически приукрашивая события, кто-то в попытках скрыть свои сомнительные с точки зрения морали поступки… Почему он вообще поверил Паркинсон настолько, что принял результаты их «независимого расследования» в качестве рабочей версии? Ответ зудил где-то в затылке, складываясь в четыре забытые буквы: «в-и-н-а». Он, как руководитель, был виноват в задержке заявления, он, как аврор, был виноват в том, что Охотники вершат самосуд, он был так виноват перед Драко за своё эгоистичное желание убежать от любых упоминаний о больной любви. Добегался. Теперь Драко неизвестно где и не хочется даже думать о том, что с ним происходит. — О-о-о, друг, переставай грузиться, — Рон похлопал по плечу, вырывая из водоворота мыслей. — Я предлагаю взяться с самого начала. Что у нас есть? — Что? — Эхом спросил Гарри. — Отключись уже от того, что жертва — Малфой. — Рон тяжело вздохнул, глядя на посеревшего за эти дни Поттера. Главный Аврор раскрывал даже безнадёжные дела, как ищейка находя малейшие зацепки. Что ж, если бы что-то, не приведи Мерлин, случилось с Герм, он бы тоже сошёл с ума. — У нас есть точная дата и место похищения, запись Всевидящего Ока, найденный медальон и друзья жертвы. Толку от них, конечно, мало, но благодаря их показаниям есть ещё психологический портрет Малфоя. Шестерёнки в голове начали туго прокручиваться, набирая в привычный темп. Розыскные мероприятия — не самая приятная штука, но они имеют систему. В этом деле есть последняя достоверная точка. Гарри отметил на карте Лондона магазинчик Малфоя и под довольным взглядом Рона отлевитировал её к пробковой доске. Окружение жертвы. Он достал из ящика стола папки с профайлами слизеринцев и добавил к карте колдофото Паркинсон, Нотта и Забини. Он посмотрел на получившуюся схему. Чего-то не хватало. Малфой не мог общаться только с ними. Кого-то не хватало. — А что с родителями? — озвучил зудевшую мысль молчавший всё это время Рон. — Блять. — Выдохнул Гарри, снова дёргая себя за волосы. — Люциуса Поцеловали одиннадцать лет назад. Об этом все газеты трубили. Нарцисса. О ней не было ни одной статьи, я думал… — он с надеждой посмотрел на друга, — они бы написали, если бы с ней что-то случилось? — Рон медленно кивнул, решая, что делать с расползающейся в зелёных глазах паникой. — Но почему тогда её нет среди свидетелей? Гарри вскочил с места, вихрем вылетая за дверь. Милашка-Бэкки от неожиданности пролила на свою блузку чай и недовольно уставилась на начальника. — Элизабет, отправьте приглашение Панси Паркинсон. Срочно. Пусть явится в Аврорат при первой возможности. — Дверь захлопнулась, отрезая возмущения уровнем вежливости современных мужчин. Гарри подошёл к доске, призвал обычный маггловский маркер и провел ещё одну линию в секции «Окружение», обводя неровным кружком криво написанное «Мать». Не было ни смысла, ни времени утопать в муках совести. Вот найдёт Драко и хоть на эшафот. К части доски, отведённой для улик, было добавлено колдо медальона с уточнением места, где он был найден и надпись о Всевидящем Оке. — На медальоне кровь. Может быть, хватит для поискового? — Неуверенно спросил Уизли. Хоть в чём-то Гарри был доволен собой — кровь он не упустил. Да, он упустил родсвенников жертвы, но кровь уже была проверена серологами, и поисковые ритуалы указывали исключительно на Ирландию, о чем он сообщил Рону, дублируя информацию на доску и в саму папку с делом. Секция «мотивов» вводила в уныние. Половина магической Британии до сих пор поддерживала идеалогию Охотников. Искать похитителей, опираясь на этот пункт, было бессмысленно. — Слушай, я знаю, Малфой не самый приятный человек, — Рон заметил, что друг впал в ступор, — но его двенадцать лет не трогали. Что-то же должно было спровоцировать нападение. Может, он поцапался с кем? — Нет, эти трое, — Гарри указал на фото слизеринцев, — в один голос твердят, что последний раз он вступал в конфликт ещё в Хогвартсе. Пойдём от обратного. Мотив — точно не деньги. Из всего окружения финансово обеспечен только Забини, да и за два месяца они бы уже отправили требование о выкупе. — Ошибка личности тоже мимо. Его забрали прямо из дома, похитителей было четверо. Даже если бы они перепутали его с другим волшебником, уже, извини, убили бы или отпустили под Обливиэйтом. — Рон включился в мозговой штурм. Спустя пятнадцать минут были вычеркнуты все маловероятные мотивы и на доске появились две рабочие версии: личные счёты и получение информации. Оценив риски, авроры решили работать над первым мотивом, как над представляющим наибольшую угрозу жизни жертвы. — Мы снова вернулись к Охотникам. — Гарри был похож на грозовую тучу. Казалось, из его волос скоро начнут вылетать крохотные молнии. — Теперь вся информация хотя бы структурирована, — пожал плечами Уизли. — к тому же, если это действительно они, можно будет пообщаться с информаторами. Но мне не даёт покоя вопрос, почему спустя двенадцать лет? — Был какой-то триггер. Нужно будет посмотреть, не освободился ли недавно кто-то из бывших Охотников. И наведаться в Мунго. Мог умереть, кто-то из жертв войны. — Гарри снял очки и устало потёр глаза. Людей не хватало, но не хотелось задействовать других авроров — у каждого отряда было своё дело. Стажёрам он не доверял и давно спихнул их на Рона, который прекрасно чувствовал себя в амплуа учителя и лишь иногда работал над серьёзными делами. Однако выбирать не приходилось. — Нужно будет задействовать твоих желторотых. Пусть поищут в архивах, кто из Охотников вышел за последние полгода и проверят смертность жертв за это же время. Отдельно пускай выделяют тех, кто связан с Ирландией. А я схожу к Эрни. — Тебе значит добряк-информатор, а мне парлсентанг Паркинсон разбирать? — беззлобно возмутился Рон. — На прошлом допросе она пообещала, что следующая наша встреча будет у моей могилы, — виновато улыбнулся Гарри, — узнай, пожалуйста, все детали о Нарциссе.