Наследие экзорциста.

Поезд резко дёрнулся, замедлив ход, и в окне поплыли чёрные, заиндевелые столбы. Тэтакон встретил студентов не просто тишиной, а тишиной, которая звенела в ушах, как тонкая струна. Элеон первым заметил, что воздух колет кожу, будто каждый вдох режет лёгкие тонким льдом. Его пальцы сжались в перчатках, и он чуть сильнее затянул капюшон толстовки на шее.  Вивиан, напротив, выскочил из вагона в обычной белой рубашке и тёмных брюках. Он вдохнул сухой морозный воздух и даже улыбнулся, будто весь этот холод был его стихией. Платформа полупустая. Всего несколько сонных работников станции, пара людей в одинаковых плащах и редкие шаги по обледеневшему бетону. За платформой только бескрайняя пустошь, далекие рельефы гор и терзающий душу вой нарвалов. Над всем этим висела неподвижная пелена фиолетового тумана. —И что будет когда мы вернёмся? — спросил Элеон, пока шагал следом, стараясь не скользить на заледеневших металлических пластинах. —Кто займёт место господина Яминохары?Сильнейший Исцеления ведь не на скамейке запасных сидит. Как вообще всё должно пойти? Вивиан не обернулся. Он недовольно оглядывал станцию, щурясь, высматривая кого-то среди редких силуэтов. —Да если мы ещё вернёмся. —Бросил он, вздрагивая от очередного завывания. —Исцеление возглавит Шисоль Цериийзи... Ты наверняка слышал про него. Он на старших курсах вытащил девчонку из сильного течения и рёбра себе тогда переломал. Еще от него постоянно пахнет мазью от простуды. И он бьётся о стены. —Что? —Элеон даже сбился с шага. —Ну...идёт и врезается. —Пояснил Вивиан, наконец скользнув взглядом в сторону друга. —Не специально. Такой он. Тупой и раздражающий.  Элеон хмыкнул, надевая капюшон и затягивая его. —Будто бы есть кто-то, кто тебя не раздражает. Кажется, ты ревнуешь привычку собирать стены носом.  Но старший его уже не слушал, а только показал пальцем в сторону незнакомца, курящего у края станции.  Он стоял у самого края платформы, словно и не замечая всего происходящего вокруг. На нём был безупречно сидящий тёмный костюм, а поверх — чёрное кашемировое пальто с высокими лацканами. Очки в прозрачной оправе были задвинуты на макушку, отражая тусклый свет фонарей и придерживая беспорядочные пряди волос.  Он держал сигарету между тонкими пальцами, а выдыхаемый дым быстро растворялся в морозном воздухе.  Когда он медленно повернул голову к подошедшим, Элеон впервые заметил его глаза. Глубокие, как расплавленный гранат, они сразу поймали взгляд и цепляли на себе. Вивиан кивнул в его сторону: —Юрмий? Парень кивнул в ответ, с вежливостью, но как человек, а не как ребенок который привык спешить.  Юрмий затушил сигарету о металлический край платформы, не спеша, будто заканчивал длинную, важную мысль. —Вас, значит, двое. —Сказал он ровно, без всяких приветствий. —Удобно. Школе не придётся тратить много мешков для тел. Элеон моргнул, не сразу поняв, шутка это или мрачное предсказание. А Вивиан только поднял брови в удивлении такой наглости.  —Не очень то вежливо, знаешь ли. —Зато честно. —Он наконец вернул очки на переносицу, сделав при этом глубокий вдох. —Где мы собираемся жить? Я впервые в Тэтаконе. Прибыл всего на 10 минут раньше, не осматривался.  Вивиан хихикнул, как хихикают мамы, когда их маленькие дети пытаются делать что-то по-взрослому.  Они вышли со станции, и холод сразу обхватил их с головой, безжалостно пробираясь под одежду. Пустошь вокруг тянулась серо-лиловым полотном, а под ногами хрустел тонкий лёд. По времени было утро, но темно так, будто уже сумерки.  —Вон там. —Вивиан указал на невысокое, вытянутое здание с облупившейся табличкой и облепленным инеем фасадом. Оно выглядело так, будто держалось на честном слове и паре ржавых балок. —Уютно. —протянул Юрмий.  Элеон посмотрел на дом и представил, как внутри наверняка пахнет пылью, холодным металлом и чем-то старым и давно забытым. —И мы здесь... живём? —Осторожно уточнил он. —Мы здесь переживаем и выживаем. — поправил Вивиан и первым двинулся по скользкой тропинке. —Жить в Тэтаконе нельзя.  Юрмий шёл следом, не спеша, знал что подождут. Руки были в карманах, взгляд скользил по пейзажу полуживого города. Казалось, он что-то считал про себя или выискивал детали, которые другим были бы незаметны.  Как только дверь захлопнулась за их спинами, их окутало сухое тепло, будто кто-то снял с плеч невидимый груз. Запах нагретого дерева и слабый аромат кофе вытеснили мороз и туман из лёгких. Юрмий, стряхнув снег с пальто, подошёл ближе к Вивиану и, не меняя ровного тона, спросил: —И давно тут аномалии визжат частотой в четыреста герц? Вивиан замер, приподняв бровь и повернулся к нему. —Ты что, это считаешь? —А ты нет? —Не без тени иронии отозвался Юрмий, снимая очки, чтобы протереть запотевшие стёкла. Элеон, стоявший чуть в стороне, только переглянулся с Вивианом, не понимая, шутка это или абсолютно серьёзный разговор.  Старший протянул ладонь, не дожидаясь пока те двое перестанут в удивлении рассматривать друг друга.  —Документы сюда. Юрмий молча вытащил аккуратно сложенную папку из внутреннего кармана пальто. Элеон — пластиковую карту с гербом школы. Вивиан взял оба, бегло скользнув взглядом по строкам. —Хм… Средний класс искажения... — Пробормотал он, глянув на запись Юрмия. —И средний боевой. —Перевёл взгляд на своего друга и усмехнулся. — Смотри-ка, никому из вас не выдали низший. Значит, жить будете хотя бы чуть дольше. Они прошли внутрь, и гостиница оказалась совсем не такой, как выглядела снаружи. За тяжёлой дверью мягкий полумрак лобби с тихим шелестом тёплого воздуха из вентиляции. В стороне — ряд мягких диванчиков, обтянутых тёмно-зелёной тканью и столики с гладкими деревянными крышками. С потолка свисали живые растения в подвесных кашпо. В центре зала, прямо под высоким сводом, мерцала люстра из стеклянных подвесок, рассыпая блики по лакированному полу. Вивиан уверенно подошёл к стойке ресепшен, постукивая документами по ладони, и облокотился на стойку. Еще через пару минут диалога с мужчиной за стойкой и всем троим выдали карточки от номеров и поприветствовали в придорожной гостинице Тэтакона, с иронией добавив что она здесь единственная.  Лифт мягко дёрнулся, и двери распахнулись на третьем этаже. Теплый воздух, чуть пахнущий полированным деревом, обдал их лица. Коридор был тихим, ковёр приглушал шаги, а номера над дверями едва мерцали в свете бра. Комнаты оказались через пару дверей друг от друга. Вивиан, поглядев на таблички в своей манере усмехнулся:  —Так… оставьте вещи и идите ко мне. Объясню, чего к чему. После чего поспешно скрылся за своей дверью. Тогда Элеон бросил взгляд на Юрмия, но тот просто пожал плечами, в его взгляде мелькнула лёгкая насмешка, как будто он заранее знал, что "разъяснение" Вивиана вряд ли окажется чем-то приятным. И он был прав. Вивиан достал какие-то бумажки, вручив их обоим экзорцистам.  —Вы, идете убивать 401 аномалию, с названием "Электрический нарвал". —Он объяснял, на ходу пытаясь найти в сумке свой пиджак. —Искренне надеюсь что выживете, потому что я отправляюсь непосредственно к коррозии.  Юрмий, даже не моргнув, аккуратно сложил выданный листок в идеальный бумажный самолётик. Затем щёлкнул пальцами, и вокруг фигурки медленно развернулся прозрачный пузырь с лёгким серебристым отливом. Самолётик, будто в невесомости, плавно поднялся в воздух и застыл над его плечом, медленно вращаясь. И плавно исчез через несколько секунд. Сам парень направился к открытому окну, снова достал сигарету и закурил, прокрутив ее еще несколько раз между пальцев.  Элеон хмыкнул и сунул свой листок в карман толстовки. Он попытался было повторить жест знакомого, но быстро вспомнил, что заклинания сокрытия предметов он пока не учил. Тут резко мысли наконец вернулись во что-то здравое и экзорцист поднял голову.  —Эй, а почему никто не задумывался что сейчас конец сентября а тут уже как в морозилке?  Юрмий только усмехнулся, пробормотав что-то в роде "на "эй" зовут лошадей" , а Вивиан собрал длинные волосы в пучок и устало ответил:  —Потому что вот так. Тепло только летом, в остальное время холодно.  Парень у окна только цокнул, выдыхая облако дыма. —Вы видимо оба тупые. Холодно из-за руководства Лишан. Летом здесь относительно безопасно, поэтому защитный купол снят. В остальное время закрыт, от чего солнце почти не попадает сю.. —Он не успел договорить потому что по затылку ему прилетело книжкой.  —Ну ка не подрывай мне авторитет. Не хватало еще курящего слушать.  —Можешь не бить книжкой, мне все равно только в плюс. —Юрмий облокотился о стену, стряхнув пепел вниз. —Идиот. —Вивиан недовольно встал рядом, пытаясь выхватить у первокурсника сигарету.  —Словесно тоже считается.  Элеон удивлённо уставился на парня, не понимая, как такое вообще может работать. —То есть тебе просто нужен… негативный импульс в мозгу, и всё? —Можно и так сказать. —Юрмий чуть склонил голову, усмехнувшись. — Работает и в обороне тоже. Он говорил это так спокойно, что Элеон уже хотел уточнить, но вдруг тот неторопливо вытащил из-под чехла телефона тонкое лезвие. —Эй… —начал Элеон, но не успел. Лезвие скользнуло по пальцу, и алая капля расползлась, становясь потоком. —Ты что, с ума сошёл?! — Элеон отпрянул, оглядываясь на ухмыляющегося Вивиана.  Юрмий поднял окровавленную руку над головой и тихо, почти беззвучно, начал произносить слова, в которых не было ни капли обычной интонации для заклятий. Рана стянулась на глазах, а вокруг него вспыхнула тёплая, густая алая аура, похожая на жидкое стекло. Элеон протянул руку, но тут же отдёрнул. Нечто густое его резко оттолкнуло невидимой ладонью. —Ничего себе… —он обошёл вокруг, разглядывая, как аура рябит на свету. Даже Вивиан, привыкший ко всяким фокусам, на секунду задержал взгляд. Потом, почесав затылок, лишь хмыкнул: —Ладно, я вас оставляю и ухожу в свой ад. Вы не медлите и отправляйтесь в свой. Нарвал на электричестве, не забывайте. Дверь за его спиной мягко щёлкнула, и коридор встретил его ровным, чуть гулким звуком работы тепловой магистрали. Вивиан сунул руки в карманы, не торопясь, и пошёл в сторону лестницы. С каждой секундой на лице ширилась ухмылка. Мысли с кадрами тех двоих и их попыток убить нарвала выглядели до невозможности комично. Он даже фыркнул, едва не расхохотавшись вслух при воспоминании о том, как Элеон  таращился на Юрмия и его "красное стекло". —Да… это будет весело. Для меня. — тихо хмыкнул он себе под нос. —Если выживут еще конечно.