Анна Хайтауэр, королева Вестероса.

Рейнира в ужасе наблюдала, как её фрейлина подошла к отцу и с ласковой улыбкой заговорила с ним. Всё происходящее казалось ей кошмарным сном. Почему отец выбрал Анну, ведь лорд Корлис предлагал ему свою дочь? Лейна была её кузиной, чистокровной валирийкой. Почему, отец? Переведя взгляд на Алисенту, Рейнира заметила, что подруга избегает её глаз. Алисента не выглядела удивлённой решением отца. Вот оно что. Алисента знала: сестра собирается занять место матери. Знала и молчала. Предательница. Они обе предали её. — Это возмутительно! — вскричал Корлис Веларион, вскакивая с места. — Моя дочь — чистокровная валирийка, леди Великого Дома. Как вы можете пренебрегать ею, ваша милость? — Я не хотел вас обидеть, лорд Корлис, — спокойно ответил Визерис. — Но ваша дочь слишком молода для брака. Я выбрал женщину, которая подходит мне больше. Это леди Анна, племянница лорда Староместа. Она благородная и станет достойной королевой. — Она всего лишь служанка принцессы, — не сдержавшись, закричал Корлис. — Дочь Десницы, а не лорда. Она не сравнится с девушкой, в чьих жилах течёт древняя валирийская кровь. — Следите за своими словами, лорд Веларион, — процедил Отто сквозь зубы. Его взбесило, что высокомерный валириец оскорбляет его дочь. — Вы говорите не только о моей дочери, но и о племяннице лорда Староместа. Анна — любимица Хоберта Хайтауэра. Если мой брат узнает, кто-то поливает грязью его племянницу, он этого так не оставит. — Вы… — начал было Веларион, но король резко оборвал его. — Довольно! — выкрикнул Визерис. — Прекратите оба. Я не позволю своим советникам выяснять отношения в моем присутствии. Лорд Корлис, вы обязаны принять решение своего короля. Нравится вам это или нет. Веларион гневно посмотрел на Хайтауэра. Тот ловко перехитрил его, подсунув своё отродье на место королевы. Ничего не сказав королю, Веларион поспешил покинуть Зал Малого Совета. Он больше не хотел находиться среди этих лицемеров. Рейнира, всё ещё разочарованно глядя на отца, выбежала за ним. Ей было невыносимо видеть отца и бывшую фрейлину, особенно Алисенту. Та всё знала, но даже не попыталась ничего сказать. Рейнира считала, что Алисента, хоть и была близнецом Анны, совсем на неё не похожа. Как же она ошибалась. Алисента была такой же змеёй, как и её сестра. Обе дочери мерзкого Отто Хайтауэра стремились лишь к власти. Анна наблюдала за принцессой с легкой усмешкой. Избалованная девочка уже начала показывать свой характер. Что ж, это даже к лучшему. Анна умело воспользуется её вспыльчивостью и упрямством, и даже Визерис устыдится поведения своей дочери. Но ей совсем не понравилось, что Алисента побежала за Рейнирой. Почему её сестра ведет себя как ручной зверёк принцессы? Неужели у неё совсем нет гордости? Анна надеялась, что Рейнира, расстроенная сейчас, наговорит Алисенте достаточно обидного, чтобы та наконец прозрела. А пока ей нужно притвориться смущенной невестой, которая не ожидала такого счастья, как свадьба с королем. — Ваша Милость, это большая честь для меня, — тихо произнесла Анна, опустив глаза. — Вы оказали мне величайшую милость... — Полно, леди Анна, — перебил её король, нежно взял её руку и мягко сжал в знак поддержки. — С дочерью я потом поговорю, а сейчас обсудим свадьбу. Лорд Бисбери, что скажете? — Ваша Милость, учитывая состояние казны, свадьба... Анна возвращалась в Башню Десницы, довольная решениями по свадьбе. Празднование растянется на неделю: роскошный пир, турнир, королевская охота с пикником, ярмарка, катания на лодках по реке Медовичке. Завершится всё финальным турниром и пиром в столице. Поскольку в столице нет септы, церемонию проведут в Звёздной Септе. Отто заверил короля, что Хоберт Хайтауэр с радостью организует праздник в Староместе в честь королевской свадьбы. Анна, невинно улыбаясь, спросила, можно ли ей участвовать в подготовке. Визерис тепло ответил, что она может обращаться к королевскому организатору по любым вопросам. В Башне Десницы Анну встретила неприятная сцена: сестра сидела на софе, прижав колени к груди, и плакала. Разговор между Алисентой и Рейнирой, видимо, был напряжённым. Анна спрятала усмешку и мягко погладила сестру по голове. — Алисента, что произошло? — мягко спросила Анна. — Кто тебя обидел? Алисента подняла на сестру покрасневшие от слёз глаза и, не сдерживая рыданий, бросилась в её объятья. Анна прижала её к себе, гладя по спине и шепча слова утешения. — Почему, Анна? — сквозь слёзы спросила Алисента. — Почему Рейнира так жестока? Я же ни в чём не виновата. Почему она это сказала? — Тише, Алисента, — Анна осторожно отстранилась и аккуратно вытерла слёзы с щёк сестры. — Расскажи мне всё... Алисента догнала Рейниру в богороще. Она хотела поговорить с принцессой, объяснить, что не виновата. — Рейнира, подожди, — умоляла Алисента, пытаясь сдержать слезы. — Давай поговорим. Принцесса Таргариенов остановилась и с ледяным презрением взглянула на Алисенту. — О чем мне говорить с предательницей? — выкрикнула Рейнира, сдерживая боль от боли предательства. — Ты прекрасно знала, что моя дорогая подруга ходила к моему отцу и ничего не сказала. Смотрела мне в глаза, утешала, а сама молчала. — Рейнира, между моей сестрой и твоим отцом никогда ничего не было. Она всего лишь читала ему... — попыталась объяснить Алисента, но Рейнира горько рассмеялась, не давая ей договорить. — Теперь это так называется? — процедила она сквозь зубы. — Твой отец — настоящая змея, и сестра такая же. Я думала, ты другая. Как же я ошибалась. — Рейнира, пожалуйста… — Алисента, едва сдерживая слёзы, умоляла её выслушать. — Не смей обращаться ко мне так, Хайтауэр! — резко перебила её принцесса и с хищным взглядом посмотрела на Алисенту, которая выглядела подавленной. — Интересно, ты тоже ходила «утешать» моего отца? Или вы с сестрой делали это по очереди? — Рейнира, поверь, это не так, — в ужасе произнесла Алисента, не понимая, как Рейнира могла подумать такое. — С этого дня мы больше не друзья, — крикнула Рейнира. — Я не хочу иметь ничего общего с хайтауэрскими шлюхами… Анна, обняв сестру, слушала её рассказ. "Значит, Хайтауэрские шлюхи? – подумала она. – Что ж, принцесса, ты сама нажила себе врага". – Алисента, послушай меня, – отстранив сестру, Анна посмотрела на неё внимательно. – Не позволяй словам Рейниры задеть тебя. Ты ни в чём не виновата. Понимаю, что принцесса злится, но разве это настоящая дружба, если она даже не попыталась тебя выслушать, а сразу начала обвинять? Такая дружба не стоит и гроша. Я понимаю её злость, король выбрал в жёны её фрейлину, но оскорблять невиновного – недостойное поведение для будущей королевы. – Но... – Алисента всхлипнула. – Она сказала, что мы больше не друзья. – Значит, она невероятно глупа, раз посмела такое сказать, – резко ответила Анна. – Злиться она должна на меня, а не на тебя. Успокойся. Если и есть в этой ситуации виноватые, то точно не ты. Давай я заварю тебе успокаивающий чай? Алисента, продолжая всхлипывать, кивнула. Она была благодарна сестре за поддержку. Не зная, как бы чувствовала себя без Анны, она склонялась к мысли, что винила бы себя и пыталась бы наладить отношения с Рейнирой. Но Анна была права: Алисента ни в чем не провинилась перед принцессой. Если Рейнира разорвет их дружбу из-за обид, так тому и быть. Напоив сестру травяным отваром, Анна уложила её в постель, а сама отправилась к "жениху". В этот момент ей представилась возможность рассорить отца и дочь. Подойдя к покоям короля, Анна попросила сира Гарольда доложить о её приходе. Через несколько секунд она вошла в королевские покои. Визерис стоял у своего макета и с улыбкой смотрел на неё. — Анна, я рад, что ты пришла, — сказал король. — Я просто соскучилась, ваше величество, — ответила Анна, опустив глаза. — Надеюсь, вы не против моего визита? — Какие глупости, Анна, я всегда рад тебя видеть, — улыбнулся король и, подозвав слугу, велел накрыть на стол. Вскоре Визерис и Анна сели за стол, уставленный фруктами, сырами и вином. Они беседовали, и Анна старательно изображала грусть. Каждый раз, когда Визерис пытался узнать, что случилось, она с неловкой улыбкой уверяла, что всё в порядке. Это была тонкая игра: никто не заподозрил бы, что она его не слушает. — Анна, ты действительно в порядке? — снова спросил король. — Ты словно не слушаешь меня. — Прошу прощения, ваше величество, — извинилась Анна. — Я не хотела вас обидеть, просто... Мне грустно из-за сестры. — Алисента? — удивился Визерис. — Вы поссорились? — Нет, но когда я вернулась в Башню Десницы, застала её в слезах. Алисента сказала, что они с принцессой сильно повздорили. По её словам, это связано с нашей свадьбой. Визерис угрюмо промолвил: — Вот оно как. Я не понимаю, почему Рейнира так себя ведет. Мы ведь уже обсуждали это. Я король, и я должен жениться ради блага королевства. Я думал, она приняла мое решение. Но почему они поссорились? Алисента ведь никак не связана с моим выбором. Анна ответила с печалью: — Это меня очень расстраивает, ваша милость. Но я не хочу портить ваше настроение, поэтому лучше забудьте, что я сказала. — Анна, скажи мне правду, — попросил Визерис. — Мне неприятно видеть тебя такой грустной. — Понимаете, ваша милость, принцесса, по словам Алисенты, кричала много обидных слов. Моя сестра не заслужила такого отношения. Алисента так сильно плакала, что мне пришлось дать ей успокоительное. — Что сказала Рейнира? — строго спросил Визерис. — По словам Алисенты, принцесса кричала, что мы обе... шлюхи, — Анна произнесла это слово с явным смущением. — Что? — возмущенно переспросил Визерис. Анна заговорила, сдерживая слезы: — Что мы якобы согревали вашу постель сразу после смерти нашей доброй королевы, — сказала она. — Мой король, я понимаю, что принцессе тяжело после утраты матери и ей нелегко принять новую мачеху. Но почему она так жестока к моей невинной сестре? Мне это непонятно... Визерис, всю жизнь уязвимый перед женскими слезами, нежно обнял Анну и погладил по спине. — Не плачь, Анна, — сказал он. Затем отстранился и смахнул слезы с её лица, удивившись мягкости её кожи. — Я поговорю с дочерью. Подожди меня здесь. С этими словами Визерис покинул покои, оставив Анну в одиночестве. Когда дверь закрылась, Анна вытерла "слезы" и на её губах появилась хитрая улыбка. Она взяла кубок с вином и сделала глоток. — Посмотрим, как ты будешь оправдываться, "доченька", — тихо прошептала она. День свадьбы наступил стремительно. Анна, погруженная в приготовления, совсем потеряла счет времени. После ее жалобы королю, Визерис решил провести с дочерью беседу. Вернее, попытался. Рейнира, охваченная гневом, кричала, обвиняя отца в предательстве матери. Она напомнила, что он завел любовниц, когда ее прах еще не успел остыть. Визерис, впервые потеряв самообладание, накричал на нее и запер в покоях, запретив полеты. Анна сочла это наказание слишком мягким. Генрих, по ее мнению, за такое неуважение отправил бы Рейниру в далекое поместье и запретил бы ей возвращаться под страхом смерти. Но Анна решила не думать об этом. У нее хватало других забот. Она уже выбрала фрейлин из дочерей лордов. Также она распорядилась раздать беднякам еду с королевского стола, добавив небольшие пакеты с хлебом, сыром и медными монетами. Ее отец лично проследил, чтобы каждый знал, кого благодарить за милость. За неделю до свадьбы Красный Замок отправился в Старомест. Рейнира сидела в карете с отцом. Лицо Визериса было печальным, он упорно пытался разговорить дочь, но она молчала. Анна и Алисента находились в другой карете с Отто. После недавней ссоры Алисента старалась избегать Рейниры, хотя иногда бросала на нее печальные взгляды. Анна не позволяла им даже поговорить. Она напоминала Алисенте все нелепые обвинения, которые бросала Рейнира, что только усиливало обиду Алисенты. В Староместе их ждала вся семья Хайтауэров. Анна радовалась возвращению домой. Она даже не помнила, когда начала считать Высокую Башню своим пристанищем. Единственное, что знала точно, — Хайтауэрам не позволят пролить кровь в войне, которую может развязать глупый король. Церемония бракосочетания состоялась через несколько дней в Звёздной Септе. Зал был полон гостей: вассалов Хайтауэров и приглашённых. Анна была в белоснежном платье с яркими зелёными узорами листьев и серебряными нитями. Её волосы были уложены в высокую причёску и украшены серебряными шпильками с изумрудами. На плечах висел изумрудный плащ с вышитой серебряной башней Староместа. Анна шла под руку с Отто, который, как отец, отвёл её к жениху. Краем глаза Анна заметила Рейниру, одетую в чёрное платье, похожее на траурное. Её волосы были уложены в высокую причёску с диадемой из рубинов. Принцесса явно пыталась напомнить всем, что она — будущая королева. Анна тихо фыркнула. «Рейнира ведёт себя как ребёнок», — подумала она. Для Анны, которая многие годы правила страной вместе с Генрихом, это был жалкий способ привлечь внимание. Когда отец передал её Визерису, церемония началась. Анна смотрела прямо на жениха, чётко произнося слова клятвы. Для неё Таргариен ничего не значил — она лишь хотела защитить сестру и снова стать королевой. С мягким Визерисом это было возможно. Когда пришло время менять плащи, Анна сняла свой девичий и передала отцу, повернувшись спиной к жениху. Визерис накинул на её плечи красно-чёрный плащ, а потом надел его и на себя. Септон продолжил церемонию, спрашивая, есть ли противники брака. Анна заметила, как дёрнулась Рейнира, но та осталась на месте. Немного разума у неё всё же было. Она не устроила сцену в септе. Жаль, Анна бы посмотрела на такое представление. Септон объявил их мужем и женой ровно через семь секунд. Гости взорвались аплодисментами и приветственными возгласами. Затем начался пир. Анна наблюдала, как её сестра беседует с Тиландом Ланнистером и танцует каждый раз, когда он её приглашает. Правда, Тиланд приглашал её лишь тогда, когда Рейнира отказывала ему, но для Анны это всё равно стало возможностью заполучить могущественного союзника. Анна считала, что богатство Утеса Кастерли и ум Тиланда не должны достаться Рейнире, которая смотрела на Ланнистеров с презрением, будто перед ней не молодые и красивые мужчины, а жалкие насекомые. Когда праздники закончатся, Анна решила поговорить с Отто. Пусть он присмотрится к Тиланду. Они не могут упустить такой шанс на союз. Когда наступила ночь, некоторые гости, уже захмелевшие, начали кричать, что молодых пора отвести в их брачное ложе. Анна содрогнулась. Она ненавидела эту традицию. А Рейнира смотрела на неё с явным злорадством. Эта маленькая дрянь явно хотела увидеть, как её мачеху разденут при всех. Анна бросила взгляд на мужа, надеясь, что он заметит её страх и отменит провожание, но Визерис с улыбкой начал спускаться вниз. Ему это явно нравилось. Анна сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в кожу ладоней. Нужно успокоиться. Она шла к эшафоту с гордо поднятой головой и не позволит себя сломать из-за какой-то глупой традиции. Анна будет улыбаться и смеяться, но не покажет Рейнире своего страха. Однако Визерис уже начал проявлять себя не с лучшей стороны как муж. Анна спустилась вниз и оказалась в кольце пьяных мужчин. Боже, дай ей терпения пройти через это. Анна буквально добежала до своих покоев. Платье было порвано, рукавов не было, лиф разошёлся, и грудь почти обнажилась. Оказавшись в безопасности, она смогла вздохнуть с облегчением. Сняв повреждённое платье, Анна надела сорочку и распустила волосы. В этот момент в покои вошёл Визерис с улыбкой на лице. Его камзол отсутствовал, ремень на штанах был расстёгнут. — Анна, — позвал он. Она отложила щётку и повернулась к мужу. Пришло время завершить вечер. Ей нужно было укрепить своё влияние на короля, и постель была одним из рычагов, доступных женщине. — Муж мой, — прошептала Анна взволнованно. Визерис, видя, как дрожит его молодая жена, тепло улыбнулся. Он подошёл к ней и нежно поцеловал в лоб. — Всё хорошо, Анна, — сказал он. — Я не причиню тебе вреда. С этими словами он подвёл её к кровати, аккуратно уложил и снова поцеловал в лоб, прежде чем начать раздеваться. Анна была немного смущена. Он поцеловал её, как ребёнка, уложил в постель и начал снимать с себя одежду. Она осталась в сорочке. Похоже, её новый муж не хотел видеть её обнажённой, не то что Генрих, который сразу срывал с неё всё, когда они оказывались в спальне. Но она решила уточнить. — Муж мой, мне нужно раздеваться? — спросила она. Визерис удивлённо посмотрел на неё. Он явно не ожидал такого вопроса, но, списав это на волнение девственницы, хмыкнул. — Не беспокойся ни о чём, Анна, — сказал он, забираясь на постель. — Я всё сделаю сам. Он снова поцеловал её в лоб и, устроившись между её ног, приподнял подол сорочки. Анна поняла: для него она не супруга, а средство получить сыновей. Она, конечно, это осознавала, но всё же надеялась, что занимает хоть уголок в его сердце. Что ж, раз король установил такие правила, она примет их как послушная жена. Но в конце концов она получит от короля гораздо больше, чем он ожидает. Король не стал резко входить в неё. Визерис дал ей время привыкнуть к его размеру, а потом начал двигаться. Анна почувствовала боль, но старалась сохранить на лице улыбку. Она не должна дать ему понять, что ей противны его действия. Вдруг она уловила странный запах, исходящий от короля. Через несколько толчков она поняла, что это запах лечебных мазей и крови. Анна едва сдержала отвращение. Нельзя подавать виду, она должна улыбаться и не жаловаться. Когда всё закончилось, Визерис отпрянул на другую сторону постели. — Благодарю тебя, Анна, — сказал он и тут же заснул, отвернувшись от неё, будто ему было противно смотреть на свою жену. — Доброй ночи, муж мой, — ответила Анна, отвернувшись и поправляя сорочку. Анне приснилась солнечная поляна, усыпанная яркими цветами. Она шла по ней, вдыхая сладкий цветочный аромат, и вдруг заметила два маленьких силуэта. Подойдя ближе, она с удивлением увидела двух мальчиков лет пяти. У них была светлая кожа, серебристые волосы и темно-синие глаза. Мальчики с улыбками бросились к ней. Анна, не скрывая удивления, опустилась на колени и обняла их. — Мы вернёмся к тебе, мама, — сказал один из них. — Что? — переспросила Анна, отстраняясь. — Мы не смогли родиться тогда, но теперь будем вместе, — добавил второй. Не успела Анна ничего спросить, как поляну залил яркий свет, и она проснулась. Анна лежала на кровати, слезы текли по щекам. Рядом спал Визерис, но ей было все равно. Она чувствовала, что сон может сбыться. Её мальчики, которых она не смогла уберечь, родятся снова. На этот раз они будут жить, и она сделает все, чтобы они выросли достойными людьми и будущими королями. Вытерев слезы, Анна заснула с улыбкой на лице.