Кофе с зачеркнутым сердцем.

Столица пахла бензином, спешкой и чужими жизнями. Нико втянулся в неё, как в холодную воду: быстро, сдержанно и без особого выбора. Он учился. Он жил. Он варил кофе. Работа бариста в небольшом, но стильном баре с тёмным деревом и мягким светом оказалась не таким уж плохим вариантом. Нико любил тишину утренних смен. Любил, как кофейная пенка поднимается медленно, как молочная струя рисует нечто абстрактное в чашке. Это было почти медитативно. Почти потому что клиенты мешали. Особенно он. — Латте с карамельным сиропом. Ещё раз забудешь, уволю, - сказал парень с солнечной улыбкой, оперевшись об стойку. Нико закатил глаза: — Ты не начальник. — Ну, моя мама — да. — Это ничего не значит, Уилл. — Значит, ты запомнил моё имя? - щурится Уилл, довольный, как кот, урчащий на солнышке. Нико не ответил. Просто повернулся к кофемашине. Он знал. Конечно, знал. С того самого первого дня, когда Уилл зашёл в бар светлый, шумный, пахнущий духами и чем-то цитрусовым Нико понял: это он. Тот самый мальчик с скамейки. Но теперь взрослый, высокий, уверенный. Лёгкий. Взрослее, светлее, чертовски привлекательнее. И всё ещё не узнаёт. — Ты новенький, да? - спросил Уилл тогда, в первый раз. Нико не ответил сразу. Он смотрел на него. На лицо, которое помнил из детства, но теперь другое. Взрослое. Отчётливо знакомое и всё же такое далёкое. — Эм… да. Первый день. Уилл протянул руку: — Я Уилл. Я тут звезда!. И… сын хозяйки. Так что… будь милым со мной. Нико пожал руку. — Нико, - единственное что он смог ему сказать. Имя не вызвало никакой реакции. Ни искры, ни вспышки воспоминаний. Пусто. С тех пор Уилл начал заходить чаще. Иногда чтобы поесть. Иногда просто так. Он приносил смешные комиксы, ел сладкое, очень очень много, болтал со всеми и смотрел на Нико, будто пытался раскусить его. А Нико просто молчал. Он не мог решиться. Он знал: стоит только сказать, напомнить и весь их новый мир, вот этот кофе, эти диалоги, эти мимолётные взгляды исчезнут. А вдруг Уилл не такой, каким он его помнил? А вдруг он не сдержал того обещания? А вдруг… — Тебе не нравится карамель, да? - выдернул его из мыслей Уилл. Нико моргнул. — Откуда ты… — Ты каждый раз кривишься, когда я заказываю карамельный латте. — Ты слишком наблюдательный для “солнышка”, - пробормотал Нико. — Я хирург будущего, - Уилл расправил плечи. — Должен быть внимательным! Нико только усмехнулся. Молча. Уилл снова задержался у стойки. Смотрел, как Нико ловко наливает молоко, рисует сердечко, потом резко зачеркивает его ложечкой и подаёт чашку. — Это было грубо, - говорит Уилл. — Это был творческий выбор. — Это было сердце. Ты его перечеркнул. — Кофе не должен быть приторным. — Я должен обидеться? — Уже поздно. Уилл усмехается. И остаётся ещё на пятнадцать минут. Просто сидит, листает учебник и изредка поглядывает на Нико. И Нико снова чувствует это тепло. Такое же, как тогда. Но на этот раз оно ближе. Опаснее. Реальнее. И он всё равно греется.