Директор. Реформа бытия

      Надежда Анатольевна сидела на диване в собственной гостиной перед гигантскими колонками из которых лилась спокойная, расслабляющая музыка. Но она её почти не слышала. Настроение было… странное, эдакое, на грани истерики, хотя понять, как она дошла до жизни такой никак не получалось. Уже в который раз прокручивая в голове события и встречи последних двух недель она не могла избавиться от ощущения, что весь мир сошёл с ума.       Всё-таки, Надежда была благодарна судьбе и родителям за собственную генетику. Несмотря на некоторый ступор, она знала, что впадать надолго в пограничные состояния не в её характере и рано или поздно она со всем разберётся. Поэтому старалась не нервничать, а просто ждала, когда же вся полученная за последние две недели информация уложится в её голове.       Она пошла на кухню, заварила чай, достала любимые лимонные дольки. Вооружившись листом форматной бумаги и карандашом, присела в мягкое кресло и вздохнула. Когда же всё началось? Она задумалась. Наверное, всё-таки официальным началом всего этого дурдома следует считать её феерический выход на пенсию. Да, именно когда молодой, хамоватый ардус с периферии, без опыта и что гораздо печальнее, без мозгов, вдруг был назначен на её место, без всяких там предупреждений или объяснений, она и поняла, что мир катится куда-то не туда.       И дело было не в том, что она обиделась или расстроилась, хотя частично, наверное, да, было такое, но больно уж этот тип был непрофессионален. Более всего было обидно за многолетние усилия, за начатые проекты, за классные идеи, которые естественно сразу же канули в лету с лёгкой руки недалёкого назначенца.       А сама Надежда? Ну что ж, на пенсии оказалось не так уж и плохо, тем более идей был воз и маленькая тележка, а чтобы все их реализовать, пришлось бы жить вечно.       Всё закрутилось примерно месяц назад… нет на пару недель раньше, но не суть. Нарисовался сосед, Алеша со своим ардусом. И вот насколько ей понравился Алёша ещё полгода назад, настолько же не понравился сейчас его ардус, как там его, Айвон. И даже не совсем понятно почему — вроде спокойный, вежливый.       Надежда грустно улыбнулась сама себе и вздохнула. Ну вот, докатилась, кошёлка старая. Задумчиво положила перед собой лист бумаги и написала наверху — «визит Алёши с ардусом» и прикрыла глаза, вспоминая.

***

Примерно две недели назад, поздним вечером раздался вызов в сетевике. Юрка Половецкий, однокурсник. Ну как Юрка, вообще-то Юрий Николаевич Половецкий. Надежда запомнила разговор с ним буквально дословно. — Надюша, привет. Как твои дела? — Привет, Юр, всё по плану. Ты на часы смотрел? Я уже спать легла. — Да ладно тебе, ты ж на пенсии. Выспишься завтра. А сегодня… ты ж понимаешь, я просто так не стал бы названивать. — Хам ты, Юрка. Ладно, выкладывай, что там у тебя за срочность? — Надь, я знаю, что у тебя знакомые в каждой щели. — И…? — Мне нужно найти человека определённой специальности и… взглядов. — Можно подумать, у тебя знакомых меньше. — По определенным причинам, я не могу этим заниматься лично. Надежда насторожилась: — Это что-то противозаконное? — Нет, что ты! Просто, мне нельзя быть в курсе некоторых процессов. А тебе я доверяю в достаточной степени. — Так, ладно. Что за человек? — Ты только не спеши. Это довольно сложно и очень важно. Нужен специалист — генетик. Любопытный, трудолюбивый, недооцененный. Что ещё? Возраст — не так важен, скорее умение идти на риск, лихость в принятии решений. Зачем нужен — сам толком не знаю. Объясню то, до чего сам догадался…       Тогда она никакого удивления не выказала, хотя была, мягко говоря, озадачена.

***

      Вздохнув, в который уже раз за сегодняшний вечер, Надежда написала под первой фразой вторую — «звонок Половецкого».       Сейчас, глядя на эти две фразы, написанные на листе, Надежда недоумевала, каким непостижимым образом эти два события переплелись, срослись в цепочку. Объяснить внятно это явление пока не могла, но чувствовала нутром, что связь есть. Она еще немного подумала и медленно вырисовала у первой строки цифру «1», а у второй — цифру «2».

***

      Первой, кому позвонила Надежда получив просьбу Половецкого, была подружка, у которой по удачному стечению обстоятельств как раз случился День рождения. Разговор с ней Светланова записывала. — И сколько таких было? — Пятнадцать пар добровольцев, — Надежда Анатольевна откинулась на спинку комфортного кресла и посмотрела на сидящую перед ней даму преклонного возраста и приготовилась слушать захватывающую историю. С Любашей Савочкиной они дружили примерно 45 лет и каждый раз, когда они общались, примерно раз в год, та рассказывала ей какую-нибудь захватывающую историю. Умение Любаши вклиниваться в интересные события поражало еще со времен их совместной учебы в МУСЯНЕ (Международный Университет Социологических Наук, МУСН). Или это события вклинивались в неё? Ей даже вопросы не надо было задавать, только придать ускорение в нужном направлении. — Когда меня позвали в группу, мне было уже почти 40 лет, — тараторила пышущая энтузиазмом Любаша. — Экспериментальные пары тогда уже благополучно родили детей — 7 мальчиков и 8 девочек и им было по 7 лет. Мне поручили отслеживать подопытных. Мы с коллегой ездили сначала по детским садам, потом по школам под видом медкомиссии, проводили кучу тестов, анализировали кучу данных, но интересовали нас только эти ребята. — Послушай, мы же один ВУЗ заканчивали. Как ты попала в медкомиссию? — А! — махнула рукой Любаша, — Это была целая история. Я разве тебе не рассказывала? По окончании МУСЯНИ я поняла, что мне скучно заниматься чистой социологией. Опросы я не люблю, а общения хотелось. Ну и рванула в Медицинский. Пошла на Общую практику, на доп. образование. — Ты мне не говорила, — Надежда недоверчиво приподняла бровь. На самом деле эти сведения лежали в её черепушке уже лет 100, но почему бы не разыграть неведение? Любаша так любит делиться своими похождениями! — Да ладно! — Любаша уставилась на приятельницу. — Как я умудрилась? Но на самом деле это неважно. Ещё три года учёбы — и я стала обладательницей диплома врача общей практики. Но я не заблуждалась. Цена такому диплому… Любаша махнула рукой. — Но после Медунивера я как раз и решила, что хватит валять дурака, надо искать приличную работу. И вот я нашла свою нишу на стыке социологии и медицины и попала в ту медкомиссию. Я занималась детьми почти десять лет, помню каждого из них. А потом меня повысили. Я погрузилась в более глубокий анализ полученных за десять лет данных. Руководство собиралось вносить предложение в Правительство о внедрении методики искусственного воспроизводства ардусов, ведь эксперимент был вполне успешным — от пятнадцати пар родились четырнадцать ардусов. — Постой, четырнадцать? — Ну да, пятнадцатый был эннервасом. Ему сейчас лет 25. Надежда замерла, пытаясь уложить информацию в голове: — Я, наверное, что-то недопоняла. Ты говорила, родители были ардусами. — Точно, — довольно подтвердила Любаша. — А как у двух ардусов родился эннервас? — Ну, я не генетик, но мой шеф тогда объяснил: гены — это такая штука, могут проявиться даже и через 7-8 поколений. А потому — у двух ардусов вполне может внезапно родиться эннервас. — Хм, — Надежда задумчиво усмехнулась, — получается и у двух эннервасов может родиться ардус. Лотерея? — Ещё какая. Но, должна тебе сказать, подруга, что в процентном соотношении вероятность рождения ардуса при раскладе ардус-ардус значительно выше, чем при любом другом раскладе. — Как интересно. — Надежда закусила губу. Какая-то мысль царапалась внутри черепной коробки, но никак не формировалась во что-то внятное, — Слушай, а почему я не видела опубликованных работ на эту тему? — Статья была на самом деле, но почему-то проект так и не был запущен на поток. Его закрыли, а моя напарница, помнится, была страшно раздосадована этим фактом.       После разговор перешёл на другие темы, но следующий этап поисков Надежда уже определила. Её ждала Всемирная сетевая библиотека.       На первый взгляд — ничего сложного — найти одну статью в сетке, тем более когда известно в какой именно области науки. Светланова умела пользоваться Всемирной сеткой, знала большую часть кодов по своей специальности, знала, где отыскать коды других направлений. И думала, что быстренько всё найдёт. Ха!       Быстро не вышло. Она погрузилась в библиотеку в четверг, а выплыла из неё, «держа в зубах добычу» в понедельник вечером. Оказалось, что Всемирная сетевая библиотека, открытая для всех желающих, тем не менее имеет и «заблоченные» разделы. Причем, наткнувшись на эту стену Надежда даже не сразу поняла, что это стена. Решила, что какой-то сбой в системе. Целые сутки у неё ушло на переписку с техподдержкой, пока она не догадалась, что её гоняют по кругу. Проблема была ещё и в том, что она не знала точно, как называется статья, только раздел и примерную дату публикации. Вы спросите, а почему просто не спросила у Любаши? А потому, что объяснить интерес к этой работе Надежда не смогла бы никаким образом.       Она себе то не могла до конца объяснить на кой ввязалась в эту историю. Не иначе со скуки.       В результате, она эту статью, конечно же, нашла. Для допуска пришлось обращаться к своему кузену, врачу Толе Августу и заказывать на его имя под выдуманным им самим предлогом. Повезло, что и ему вдруг тоже стало интересно, что ж там такого понаписано, что это так тщательно спрятали. Оказалось, статья попала в «закрытые» разработки как «лженаучная».       Общеизвестный факт, что от ардусов рождаются ардусы вдруг объявлен «лженаучным»? Вот тут ей стало совсем интересно, как это вообще получилось? Однако, цель всех этих мытарств была достигнута — четыре фамилии авторов были выписаны в столбик на листе бумаги — в некоторых вопросах, Светланова была ужасающе архаична. Агеев К.Е. , доцент, д.м.н. Есипова Т.С. , доцент, к.м.н Кадышников Н.М. , профессор, д.м.н Павшин М.М. , мл.науч.сотр.       Все генетики. Фамилии не на слуху, но кого она вообще там знает? Никого. Из сетки Надежда выяснила лишь общие данные. На данный момент все эти люди работали в разных местах. Павшин — самый младший, работал в какой-то клинике, Агеев продолжал заниматься генной инженерией, Кадышников преподавал… о, в Медицинском Университете, который заканчивала Любаша… курс генетики. И Есипова — ушла на пенсию. Вот так.       Из всех соавторов наибольший интерес вызывал Агеев, Кирилл Евгеньевич, 56 лет, ученый, разработчик систем генного моделирования различного назначения. Дальше в описании шла какая-то непереводимая муть и Светланова решила, что пообщается с ним в первую очередь. Было ясно, что мужик очень интересный.       Вторым по приоритетности шёл некто Кадышников, Николай Михайлович, 61 год. Немного подумав, Светланова решила, что он даже более перспективный, чем Агеев. Ведь что-то же заставило этого Кадышникова уйти из науки в преподавание.       Павшина Светланова поставила последним. А Есипову вообще не стала рассматривать как кандидата. Ей было уже за 70. Хотя, поговорить про ту историю, пожалуй, было бы интересно именно с ней.

***

      Надежда посмотрела в пустую чашку и вздохнула. В памяти всплыл короткий разговор с Агеевым после которого её мир немножко перевернулся.       Агеев отказался встречаться на работе, пригласил в парк по соседству после работы. — Мы — режимное учреждение. Даже пропуск Вам заказать — это целая история. Но меня заинтересовал Ваш вопрос. Извините, а по какой причине Вы вдруг вспомнили ту старую работу? — Это сложно объяснить, Кирилл Евгеньевич. Фактически, ею заинтересовалась не я, а один мой знакомый, слишком занятой человек, чтобы бегать самостоятельно. Хуже всего то, что я толком не знаю, зачем именно вы понадобились. Нет, не подумайте, никаких препаратов для смены модуса он разрабатывать не собирается. Но есть какая-то рисковая идея, что-то связанное с генетикой ардусов и эннервасов. — Но это — вообще разговор ни о чём. Сейчас я работаю над интереснейшим проектом, как понимаете, совершенно секретным и менять работу не собираюсь. И, тем не менее, я Вам скажу — нет ни одного серьезного генетика, который относился бы к эннервасам с предубеждением. Мы заявляли Правительству, что нет никаких причин принижать способности эннервасов по сравнению с ардусами. Нет никаких оснований для сегрегации. И тем не менее, это происходит. Нас не слушают, не потому что кто-то об этом не знает, а потому что это невыгодно. — Даже так? — Именно. Но так не может длиться вечно. Природа всё расставит по своим местам. — И всё же Вы… — Нет, я в это не полезу. Меня вполне устраивает моя жизнь и рисковать из любопытства я не стану. Но, желаю Вам удачи. — И всё же, утолите моё любопытство. Почему тогда свернули исследование?       Агеев помолчал, будто решая, говорить или нет. — Мы сами его свернули. Выпустили тогда статью. На Комиссии, куда подали документы на запуск потокового проекта кто-то в ладоши захлопал и вякнул: «Ну, теперь мы им покажем!». Помню, как меня озноб прошиб от этих слов. Татьяна Сергеевна побледнела, я думал в обморок хлопнется. Николая тоже перекосило.... Нам оставалось только передать во Всемирную библиотеку данные исследований. И мы решили этого не делать. А без этих данных статья сама ушла в «не подтверждено экспериментально» через некоторое время. Проект мы запускать не стали осознанно и больше этот вопрос не поднимался, слава Богу.