Одержимость в тенях

Наша новая жизнь началась с маленьких моментов, которые я собирал, как драгоценности. Гермиона была моей девушкой, и каждый день я учился быть рядом с ней, не переступая границ, которые она еще не была готова пересечь. Ее квартира в магическом квартале Лондона стала для меня вторым домом. Я приходил туда почти каждый вечер — иногда с кофе, иногда с ее любимыми шоколадными пирожными, иногда просто с желанием увидеть ее улыбку. Ее запах — лаванда, пергамент, сладость — был повсюду, пропитывая мою кожу, мои мысли. Я хотел ее, хотел прижать к себе, сорвать одежду, узнать, как она дрожит подо мной, но я боялся зайти дальше. Она доверилась мне, и я не хотел разрушить это хрупкое счастье. Она была моей истинной омегой, но я любил ее не только за это — за ее смех, ее споры, ее тепло. На работе все заметили наше сближение. Коллеги перешептывались, когда я приносил ей чай или когда она поправляла мой воротник, ее пальцы задерживались на моей рубашке чуть дольше, чем нужно. Я ловил взгляды, слышал обрывки разговоров — «Малфой и Грейнджер? Кто бы подумал!» — но мне было плевать. Она была моей. Мы работали вместе, разбирая свитки, споря о законах, и я жил ради ее улыбок, когда я поддразнивал ее за педантичность. — Ты опять пронумеровала все страницы? — говорил я, и она закатывала глаза, но смеялась, ее щеки розовели. Ее запах, приглушенный зельем, все равно пробивался, и я боролся с желанием наклониться ближе, вдохнуть ее, поцеловать прямо за столом. Однажды в среду я пришел в ее кабинет с двумя чашками кофе — черный для меня, с ванильным сиропом для нее. Она подняла взгляд от свитков, ее волосы были собраны в небрежный пучок, и улыбнулась. — Ты балуешь меня, Драко, — сказала она, беря чашку. — Это моя работа, — ответил я, садясь напротив. — Баловать тебя. Она рассмеялась, и мы пили кофе, болтая о мелочах — о новом законе, о том, как она и подумать не могла что станет встречаться с самим Драко Малфоем, и дружить со Слизеринцами. Ее рука случайно коснулась моей, и я почувствовал ток по коже. Я представлял, как притягиваю ее через стол, целую, пока она не задохнется, веду ее в укромный угол, чтобы взять прямо там. Но я только улыбнулся, наслаждаясь ее близостью. Она была моей, и я не хотел торопить. Вечерами я часто приходил к ней домой. Иногда она звала меня на ужин, и я не мог отказаться. Ее квартира была уютной — книги на полках, свечи на подоконнике, запах трав и специй. Однажды в пятницу она готовила лазанью, и я сидел на кухне, наблюдая, как она режет овощи, ее движения точные, но мягкие. — Ты уверена, что не нужна помощь? — спросил я, хотя знал, что она откажется. — Сиди, Драко, — сказала она, улыбаясь. — Ты гость. — Не совсем гость, — ответил я, подмигнув, и она покраснела. Ужин был восхитительным — лазанья с сыром, салат, бокал вина. Мы сидели за маленьким столом, и она рассказывала о своем последнем проекте, ее глаза горели. Я слушал, впитывая каждое слово, но мои мысли были полны ею — ее губы, блестящие от вина, ее шея, открытая из-за свободной рубашки. Я хотел поцеловать ее, прижать к себе, узнать, как она стонет, когда я вхожу в нее. Но я боялся зайти дальше, боялся спугнуть. Вместо этого я взял ее руку, переплетая наши пальцы, и она сжала мою в ответ. После ужина мы часто пили кофе на диване, она прижималась ко мне, и я гладил ее волосы, чувствуя их мягкость. Иногда мы смотрели маггловские фильмы — комедии или романтику, и я смеялся над ее восторгом, когда герои на экране целовались. — Ты такой романтик, — поддразнивал я, и она толкала меня локтем, но смеялась. Однажды в субботу она снова пригласила меня на ужин. Я принес коробку шоколадных пирожных, и она улыбнулась, увидев их. — Ты знаешь, как меня подкупить, — сказала она, ставя их на стол. Она приготовила ризотто с грибами и маленькие тарталетки с кремом. Аромат был аппетитным, и я смотрел, как она суетится на кухне, ее свитер сполз с плеча, открывая кожу. Я хотел поцеловать это место, провести языком, услышать ее стон, но я только помог накрыть на стол. Ужин был теплым, мы шутили, она рассказывала о маггловском детстве, о том, как любила читать под одеялом. Я говорил о Хогвартсе, о наших проказях, и она смеялась, ее глаза блестели. После ужина мы устроились на диване, она выбрала маггловскую комедию. Я обнял ее, она прижалась ко мне, ее голова на моем плече. Мои пальцы гладили ее волосы, спускались к ее рукам, чувствуя тепло. Ее свитер опять сполз, и я наклонился, целуя ее голое плечо. Она вздрогнула, но не отстранилась, ее запах стал слаще, и я продолжал, мои губы скользили по ее коже, оставляя легкие поцелуи. — Драко, — прошептала она, ее голос дрожал. Она пахла слаще, так сладко что я готов утонуть в этом запахе и в этих объятиях. — Ты моя, — ответил я тихо, и она улыбнулась, не возражая.