Правда или последствия

Примечание: Буду очень рада, если решите поддержать меня лайком или комментарием. Приятного чтения! ⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯ Коридоры уже опустели. Каменные стены, как всегда, отдавали холодом, а звук её шагов гулко катился по сводам и терялся где-то впереди. Ну почему именно я, — с горечью пронеслось в голове девушки. В памяти вспыхнуло ещё слишком свежое воспоминание: Тёплый свет камина в гостиной, золотистые отблески пляшут на стенах, тени друзей сливаются с мягкими креслами и диванами. Воздух наполнен запахом сливочного пива, которое чудом удалось раздобыть, смехом, улюлюканьем и легкомысленной болтовнёй. Она уже и не помнила, кто первый предложил сыграть в «Правду или действие», но идея быстро понравилась всем. И правда, им нужно было хоть немного отвлечься: второй семестр уже начался, впереди — бесчисленные часы в библиотеке, зубрёжка, ночи без сна в подготовке к СОВ. Последний курс — это не шутки, особенно для когтевранцев. Но сегодня вечером они решили отложить всё это и позволить себе глупое веселье. Прямо сейчас Джек бегал по гостиной в одном белье, активно размахивая руками и кудахтал, вызывая истерический хохот у всех присутствующих. — Давай, Джек! — кричала Есения, растворяясь в общем веселье. — Какие ножки! — посмеиваясь подхватил Кристиан, развалившийся на диване. — Ну всё, хватит, — запыхавшийся голос парня перекрыл общий гул. Он резко остановился, в два движения натянул на себя одежду и, шумно выдохнув, рухнул в кресло. — Ну давай, теперь твоя очередь, Есень! — раздался звонкий голос Амелии. — Так уж и быть, выберу «действие», вам на потеху, — ухмыльнулась девушка. Опустив руку в коробку с заданиями, она нащупала плотный, скрученный листочек. Разворачивала его медленно, под внимательными взглядами друзей, в комнате на секунду стало тише. Бумага распрямилась — и улыбка медленно сползла с её лица. Что за бред? — раздражение и недоумение вспыхнули одновременно. — И кто этот ненормальный, что написал такое? — в голосе звенело возмущение. Все переглянулись, удивлённые её реакцией. — Что там? — осторожно спросила Фиби, бледная после своего задания со слизнями. — Вряд ли хуже, чем у меня. — Она кивнула на ведро, которое так и держала рядом. — Акцио! — быстро среагировал Кристиан. Бумажка взмыла в воздух и оказалась в его руках. — А ну-ка… Мерлин! Ей нужно поцеловать Снейпа. В губы! — и залился смехом. Лицо Джека слегка помрачнело, а Амелия, хоть и с трудом, но сдерживала смешок, явно сочувствуя подруге. — Не смешно! — сорвалась Есеня. — Что за идиотизм? Какой умник это придумал? Он же преподаватель! Он может из-за такого не допустить меня до экзамена по Зельеварению! — в голосе смешались страх и злость одновременно. — И вообще какой поцелуй? Это же… это же Снейп! — Да ладно тебе, — всё ещё смеялся Кристиан. — Ничего он тебе не сделает. Представь, что это я, и всё пройдёт отлично, — подмигнул он. — Хватит, — вмешался Джек. — Не злись так. Не знаю, кто написал эту глупость, — он бросил раздражённый взгляд на Кристиана, который лишь ухмыльнулся в ответ, — но он не сможет из-за этого запретить тебе доступ к экзамену. Я уверен. Максимум, что тебя ждёт — это отработки. — Пожизненные, — мрачно вставила Фиби, косясь на своё ведро. — Не нагнетайте, — шикнула на ребят Амелия. — Есень, может, лучше не выполнять это задание? Подумаешь, какие-то волдыри… — закончила она уже неуверенно. — Просто прекрасно! — бросила Есеня и резким шагом вышла из гостиной. И вот теперь, уже почти у подземелий, она шла и думала, за что ей всё это. Да, в гостиной она, наверное, вспылила, но это задание действительно опасно. Она не знала, что может сделать профессор Снейп, если сильно разозлится. А он обязательно будет зол. Исключение? Не допуск к экзамену? Пожизненное отмывание котлов? А может, на следующий день он решит подняться в Большом зале, как ни в чём не бывало, и произнести ехидный тост, в котором обставит её так, что все за столами будут давиться от смеха. В голове вертелись только самые худшие варианты, один нелепее другого, и каждый казался слишком правдоподобным. Поцелуй… какая нелепость. Даже не в щёку — в губы! Чёртов Кристиан! Это наверняка его рук дело, никто другой так изощриться не смог бы. Ну ничего. Она не собирается ходить целый месяц с гнойными волдырями на лице из-за невыполнения задания. Подумаешь… Зайдёт, быстро сделает это, получит наказание и всё. Пусть этот болван хоть захлебнётся со смеху. Есеня замерла возле двери в кабинет зельеварения. Она надеялась, что он там, ведь где находится его личный кабинет, она не знала. Внутри всё клокотало от напряжения, а в голове, как испуганные мыши, метались обрывки возможных объяснений. «Сказать, что ищу книгу? Что заблудилась? Нет… всё это звучит ещё глупее». Тянуть больше не хотелось. Нервно оглянувшись на пустой коридор — постучала. Из-за двери послышалось тихое, немного отрывистое: — Войдите. Девушка толкнула дверь и осторожно шагнула внутрь. Кабинет утопал в полумраке, свет исходил лишь из приоткрытой двери кладовой, мягко золотя полки с банками и склянками. Именно оттуда, бесшумно, как тень, вышел профессор Снейп. — Мисс Морризо, — произнёс он сухо, и холодная дрожь мгновенно пробежала по её спине. — Не припоминаю, чтобы у нас была назначена встреча. — Я… я просто… — начала она неуверенно и тут же запнулась. Слова рассыпались, как стеклянные бусины. Она так и не придумала, что скажет. Просто стояла и смотрела на преподавателя, будто надеялась, что подходящее объяснение её нахождения здесь родится само. На нём не было привычной мантии, только его любимый чёрный сюртук. Без мантии он не казался таким грозным, как в классе, но всё же оставался высоким и, как ей сейчас показалось, немного худощавым. От тени, падавшей на его лицо, черты становились резче, суровее, а длинные волосы, как обычно, висели немного не доставая до плеч, слегка блестя в свете из кладовой. Его взгляд — холодный, оценивающий, задержался на ней чуть дольше, чем нужно, словно он уже что-то понял. Она ещё отчётливее ощутила, что не может придумать ни единой внятной причины своего появления. Не может же она просто накинуться на него. Но, видимо, его терпение начало иссякать — он приподнял бровь и произнёс: — Если вы по поводу дополнительных занятий, то ответ остаётся таким же. Нужно записываться на курс заранее, а не прибегать во втором полугодии, мисс, — сказал он, строго, но без особой злости, медленно приближаясь к ней. Он остановился в метре от неё и они остались стоять между рядами парт. Пустой класс, тишина, и только звук его шагов всё ещё стоял в ушах. Точно, углублённый курс зельеварения. Она и забыла, что пару дней назад пыталась напроситься к нему, ведь в начале года наивно решила, что ей это не пригодится. Теперь попасть туда было почти невозможно. Но ведь это сейчас не важно. Она мельком взглянула на его губы — тонкие, сухие, сжатые в ровную линию. В горле встал ком, и она тяжело сглотнула. — Да, профессор, насчёт курса. Я хотела… — её голос дрогнул, но она изо всех сил старалась держаться. — Вы тратите моё время, мисс Морризо. Я уже дважды дал вам ответ и не намерен… — в его голосе появились первые нотки раздражения. И в этот момент что-то щёлкнуло в голове. Либо сейчас, либо месяц волдырей. Он не успел договорить — она сделала два быстрых шага, чувствуя, как загудела кровь в висках. Рука сама потянулась к его шее, для опоры. Его рот был приоткрыт — и она на миг почувствовала тепло его дыхания. Её губы резко захватили его верхнюю губу. Она хотела просто коснуться их, сухо и быстро, но всё пошло не так. Нижняя губа мужчины непроизвольно дёрнулась, будто в ответ, и этот едва заметный жест, как электрический разряд, заставил её переместиться чуть ниже, на секунду продолжая поцелуй. Вкус… не резкий, не мятный, не сладкий, а какой-то сухой, чуть терпкий, совсем неожиданный. Девушка осознала, что действительно ощущает этот поцелуй, и это разозлило её. Она должна была просто коснуться. Это длилось не больше семи секунд. Потом его рука резко сбросила её ладонь с шеи, и он сделал шаг назад. На короткий миг глаза его словно потемнели — или это просто тень легла глубже, — и угол рта едва заметно дрогнул, прежде чем лицо вновь застыло. Его дыхание казалось чуть сбившимся, но голос остался удивительно ровным: — Похоже, когтевранцы не такие уж рассудительные. Ваш поступок отвратителен, мисс Морризо, — нотки презрения пробивались сквозь щит невозмутимости. — Минус 50 очков с вашего факультета и отработки до конца семестра. Каждый день. Она почувствовала, как всё внутри сжалось. В голове стоял гул, руки слегка дрожали. Слова «простите, сэр» вырвались сами собой, и она, не разбирая дороги, выбежала в коридор. ... Есения не помнила, как преодолела всё это расстояние от подземелий до своей башни. Только теперь сознание начало постепенно возвращаться, и, оперевшись на холодную стену у входа в гостиную, она на мгновение остановилась. В голове не было ни одной мысли — лишь пульсирующая, жгучая боль, словно кровь билась с дикой силой, перекрывая всё остальное. Она глубоко вздохнула, пытаясь прийти в себя и прокручивая в голове случившееся. Мерлин, какой стыд… — мысленно повторяла себе, чувствуя, как готова провалиться сквозь землю. Эмоции бились в ней слишком ярко. Казалось, легче было бы собрать вещи и переехать на другой материк, чем позже снова встретиться с профессором. Ведь он, несомненно, расскажет обо всём остальным — директору, её декану, преподавателям… какой кошмар. Постояв ещё немного, она попыталась усмирить нарастающую панику. «Спокойно», — убеждала себя она. Профессор ведь даже не повысил голос. Не схватил за руку и не потащил к Дамблдору. Не разразился злой тирадой. Просто снял баллы и назначил отработки. И даже не пожизненные, как предрекала Фиби, а лишь до конца года. Её разум начал улавливать иное: его реакция была слишком спокойной, почти холодной. «Ваш поступок отвратителен» — мелькнула в голове фраза сквозящяя презрением. А может она не первая такая. Может за годы его преподавания находились легкомысленные студентки, которые вешались на него, предлагая себя. Это идотское задания! Теперь он, наверное, будет думать о ней так же. Она облизала пересохшие губы, все ещё ощущая его вкус. В сознании вновь вспыхнула фраза: «Ваш поступок отвратителен». А после — резкий укол осознания: он же говорил о занятиях! Выходит, что он подумал, что она так пыталась пробиться? Предлагала себя, чтобы попасть на углублённый курс? Какой позор… Это даже хуже, чем она могла представить. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, она попыталась собрать в кулак все разбросанные эмоции. Нужно было идти дальше — зайти в гостиную, где наверняка все её уже ждали. Но как ей не хотелось видеть кого-либо сейчас. Разгадав заданную ей загадку она перешагнула через порог, и в ту же секунду почувствовала на себе устремленные взгляды. Смех и разговоры стихли. Вокруг всё осталось на своих местах: друзья сидели, как и до этого, разве что Амелия — с огненно красным лицом. Судя по всему, ей пришлось пережить нечто неловкое, но уж точно не настолько, как Есене. — Посмотрите, кто вернулся, — с лёгкой усмешкой произнёс Кристиан. — Долго тебя не было. Чем же вы там занималась с профессором? — Волдырей не видно, — отметила Фиби, пристально глядя на подругу. — Всё в порядке, Есеня? — с заботой спросил Джек, вставая с кресла и направляясь к ней. Девушка, которая до этого смотрела на лица друзей, резко развернулась, игнорируя попытки Джека утешить её, и быстро направилась к спальне девушек. Перед тем как скрыться за поворотом выдала: — Всё просто прекрасно, как и ожидалось. Я спать, — и пропала из поля зрения. — И что, даже без грязных подробностей? — разочарованно, но с улыбкой спросил Кристиан, оглядывая остальных. — Ну ты и болван, — изрекла Амелия, закатывая глаза и отправляясь к себе. — Ладно, я тоже пойду. Поздно уже, ребят, — сказала Фиби и исчезла вслед за сокурсницей. — Да перестань! Не криви лицо, Джек. Это всего лишь задание. Подумаешь, Есении не повезло, — пожал плечами Кристиан, явно не чувствуя угрызений совести. — Завтра она сама будет над этим смеяться. Ты же её знаешь. — Твоё шутовство порядком надоело, — раздражённо произнёс Джек. — Где твоя голова?Ты прекрасно понимаешь, что подставил её. Как думаешь, что теперь будут говорить преподаватели? Особенно Снейп. Ты же знаешь, что она хотела попасть к нему на углублённый курс, — закончил он с упрёком. — Мерлин, какие вы все нервные, — устало вздохнул Кристиан. — Хорошо, что хоть ты у нас спокоен, — бросил Джек и удалился в свою спальню. .... Есеня лежала на кровати, пытаясь заглушить все мысли и отмахиваясь от разговоров. Ей нужно было успокоиться, уснуть и завтра начать новый день полностью погрузившись в учёбу. Слава Мерлину, завтра нет зельеварения. Теперь придётся усерднее работать на уроках. Хотя кто знает, поможет ли это её будущей репутации легкомысленной дуры. Она закрыла глаза и погрузилась в тревожный сон.