Правда или последствия

Вечер пятницы подкрался быстро и почти незаметно. В гостиной факультета царила тихая, немного сонная атмосфера: кто-то играл в шахматы, кто-то сидел в кресле с книгой, а пара учеников оживлённо спорила у окна. Есеня устроилась на диване, стоявшем чуть в стороне от остальных. На коленях у неё лежала книга по теории создания заклинаний, страницы которой она неторопливо перелистывала, стараясь сосредоточиться на тексте. Отработка на сегодня была уже позади, и теперь оставалось лишь дождаться ночи. Неожиданно на соседнее кресло с шумом опустилась Фиби. Она плюхнулась так резко, что Есеня вздрогнула и оторвалась от книги. Подруга сидела, тяжело дыша, щеки её горели, а волосы выбились из причёски. — Еле успела до отбоя, — пробормотала она, откидываясь на спинку кресла и всё ещё пытаясь перевести дыхание. — Снова пряталась по углам со своим Стивеном? — с лёгкой иронией прищурилась Есеня, оглядывая её с головы до ног. Фиби мгновенно вспыхнула и принялась судорожно осматривать себя. — Мерлин! Что, так заметно? — Нет, — уголки губ Есении дрогнули в едва заметной улыбке. — Просто для меня это очевидно. Фиби недовольно фыркнула, но потом взглянула на подругу виновато, почти по-детски. — Знаю, знаю… — она шумно выдохнула. — Учёба и всё такое. Но я справляюсь! — в её голосе послышалась решимость, хотя глаза на мгновение метнулись в сторону. — Я же не собираюсь жертвовать учёбой! Никогда, ты это знаешь. — Фиби замялась и чуть тише добавила: — Но Стивен мне так нравится, я не хочу его терять. — Я понимаю, — мягко ответила Есеня, коснувшись её руки в лёгком жесте. Фиби улыбнулась, и словно переключившись на другую волну, оживлённо спросила: — А ты чего здесь засела? — Читаю, — когтевранка подняла книгу, демонстрируя обложку. — Но думаю, стоит пойти поспать, пока есть время. — Поспать? — подруга удивлённо нахмурилась. — У меня же сегодня практика с профессором Снейпом. Я говорила. — Ах да! — Фиби хлопнула себя по лбу. — Прости, совсем вылетело. Тогда и правда лучше отдохни, а то он высосет из тебя последние силы, — усмехнулась она. — Очень смешно, — язвительно откликнулась Есеня, покосившись на подругу. — Между прочим, первые два занятия прошли на удивление неплохо. Даже лучше, чем я ожидала. Так что практическая часть должна быть интересной, — её голос прозвучал с лёгкой, почти непроизвольной ноткой предвкушения. Фиби на мгновение замолчала, внимательно вглядываясь в лицо Есени. Потом, словно что-то решив, наклонилась чуть вперёд. Её глаза блеснули озорным любопытством, а голос стал почти заговорщицким. — Ты вспоминаешь об этом? — О чём? — Есеня нахмурилась, явно не понимая причины такой перемены поведения. — Ну как, о чём… — Фиби опустила голос до шёпота. — О вашем поцелуе. Слова прозвучали так внезапно, что Есеня резко вскинула голову. Она нервно огляделась: но никто из сидящих в гостиной не обращал на них внимания. Всё же её сердце ухнуло куда-то вниз, а пальцы непроизвольно сильнее сжали книгу. — Конечно, нет! — поспешно зашептала она, в голосе прозвучало возмущение. — Ты вообще как это себе представляешь? — Не знаю, — Фиби упрямо не отводила взгляда. — Но ведь это было! Ты буквально целовалась со Снейпом! И ты ничего толком не рассказала. Ну как это?... — она всплеснула руками, изображая бурю эмоций. Несколько студентов обернулись на них, и Есеня торопливо хлопнула её по рукам, выразительно покосившись в сторону. — Тише! — шикнула она. — Никак! Фиби сузила глаза, в её взгляде мелькнуло упрямое «я тебе не верю». Есеня тяжело вздохнула, стараясь взять себя в руки, и наконец чуть мягче добавила: — Я стараюсь об этом не думать, понимаешь? — она передёрнула плечами, словно пытаясь стряхнуть с себя липкую тень воспоминания. — Но ведь каждый раз, когда ты сидишь на зельях, или на этих дурацких отработках, или даже теперь, когда он курирует твой проект… разве это не возвращается в памяти? — Фиби не унималась, её глаза сияли от любопытства. Голова Есении начинала гудеть от такого напора. — Иногда, да, всплывает, — нехотя призналась она, решив рассказать хоть что-то, чтобы подруга отстала. — Но я сразу же стараюсь переключиться. Это слишком неловко. — Она запнулась, а потом с облегчением добавила: — К счастью, уже прошёл месяц, и я постепенно начинаю об этом забывать. Фиби смотрела на неё ещё какое-то время, явно не удовлетворённая ответом. В её взгляде искрились десятки новых вопросов, но она, к счастью, прикусила язык. — Ладно, пошли в комнату, — наконец вздохнула когтевранка, резко меняя тему. — Ты постараешься хоть немного поспать, а мне ещё эссе по ЗОТИ дописывать. Есеня с благодарностью поднялась вместе с ней. Смена разговора оказалась спасением: ещё пара подобных вопросов и её голова могла бы вскипеть. ... Девушка резко вынырнула из сна. Дыхание сбивалось, грудь тяжело поднималась и опускалась, а кожа неприятно липла, будто после кошмара. Она медленно села на кровати, и осколки видений из сна обрушились на неё градом. Темнота. Терпкий, чуть сладковатый запах трав. Её пальцы, запутавшиеся в чьих-то волосах. Вкус чужих губ. И тихое, немного сбитое дыхание. «Чёрт», — пронеслось в голове, когда осознание догнало её. Есеня ясно поняла, кто был в этом сне, и это заставило сердце забиться ещё чаще. Вечерний разговор всколыхнул воспоминания, о которых она так упорно старалась не думать, а сновидение подбросило их с пугающей реальностью — не только картинками, но и ощущениями. В комнате царила тишина. Лёгкое равномерное дыхание сокурсниц наполняло пространство. На прикроватных часах стрелки показывали половину первого. Ещё оставалось время, чтобы привести себя в порядок. Есеня тихо выскользнула из-под одеяла. Мысли путались, сонное послевкусие всё ещё не отпускало. Она знала: нужно быстро ополоснуться, смыть с себя навязчивые образы, прогнать липкую тревогу и вернуть ясность. Покончив с ванной, девушка торопливо переоделась: вместо школьной формы натянула удобные брюки, тёплый свитер и сверху набросила плотную мантию. Весна уже вступила в свои права, но ночная сырость и холод никуда не исчезли, как и тающая слякоть за окнами. Выйдя в тёмный коридор, девушка замерла у выхода из гостиной. Профессор Снейп сказал, что они встретятся на её этаже, но не уточнил место. Оставалось только ждать. Через несколько минут это ожидание стало невыносимым. Есеня начала ходить туда-сюда по короткому отрезку коридора, каждый раз разворачиваясь у стены. Она уже пожалела, что не осталась в гостиной ещё на десять минут, в тепле и удобном кресле. Здесь же, в полной темноте, её тревога росла. Использовать Люмос девушка не решалась, не хотелось слышать раздражённые возгласы портретов, дремлющих на стенах. — Мисс Морризо, — тихий, ровный голос за её спиной заставил её пискнуть от страха и почти подпрыгнуть. Её взгляд устремился к источнику звука. В этот момент на конце палочки стоявшего рядом человека загорелся свет. — Профессор… — тяжело выдавила из себя Есения, ощущая, как сердце бешено колотится после внезапного испуга, — доброй ночи. Снейп оценивающе окинул её взглядом, затем шагнул вперёд, бросив коротко: — Держитесь следом. Когда они достигли площадки Астрономической башни, Есения на мгновение замедлила шаг, завороженно всматриваясь в ночное небо. Сегодня оно было слегка мрачноватым, но всё так же усыпано множеством звёзд. Её душа тянулась к этому виду, позволяя мыслям растекаться в пространстве, погружая в размышления о всём и ни о чём одновременно. — Мисс Морризо, вы пришли сюда ради работы или ради того, чтобы полюбоваться видом? — прозвучал ядовитый голос профессора Снейпа, словно разбивая её минутное умиротворение. — Простите, сэр, — тихо произнесла девушка, — я просто очень люблю небо. Когтевранка перевела взгляд на профессора. Он стоял чуть поодаль, бровь приподнята, руки скрещены на груди. Его взгляд был холоден и безразличен, красноречиво намекая на то, что ему абсолютно всё равно, что ей нравится. Есения неловко прокашлялась, чувствуя, как пальцы подрагивают, и опустившись на колени аккуратно стала доставать из сумки свои записи и рунические схемы, стараясь сосредоточиться. Каменные плиты пола холодили сквозь ткань мантии, оставляя лёгкий морозный налёт на коже. Сегодня они работали с Иса-щит — древней, почти забытой формой защитной руны, упоминаемой только в старых рунических кодексах. Сложная, многослойная конструкция: не просто барьер, а структура, способная удерживать поток энергии и перенаправлять его обратно. — Иса-щит, — проговорила она, проводя первую вертикальную линию. Мел скользнул по каменному полу. — В основе — тройная ось, разветвления на северо-восток и юг. При нынешнем положении Сатурна в квадрате к Луне поле должно стабилизировать боковые ветви. Снейп всё ещё стоял в тени, его лицо было наполовину скрыто полумраком, а глаза внимательно следили за каждым движением руки девушки. — «Должно», — холодно повторил он, начиная подходить ближе, взгляд скользнул по линиям. — Здесь, — кончик пальца завис над нарисованной дугой, — вы сделали угол слишком острым. Поток не оттолкнется он прорежет защиту, как нож. — Это учтено, — спокойно ответила девушка, не поднимая глаз. — При таком наклоне отражение идёт в резонанс с лунным светом. Сегодня утром я рассчитала фазу. — Рассчитали? — голос Снейпа зазвенел тихим сарказмом. — Покажите. Она протянула ему тетрадь, развернув на странице с формулами. Чернила местами размазались, но вычисления были точны: углы, проценты отклонения, поправки на дрейф магического фона. Профессор молчал, скользя взглядом по каждой строке, пальцы едва заметно сжались на пергаменте. Спустя несколько секунд он коротко кивнул: — Ну что ж, продолжайте. Есеня добавила разветвления, формируя двойной узел в основании. Рука слегка устала, но останавливаться было нельзя, любое колебание могло нарушить всю конструкцию. — Есть, — сказала она едва слышно, чувствуя, как сердце бьется чаще от напряжения. Профессор начал медленно обходить руну, шагая тихо, почти бесшумно, осматривая конструкцию со всех сторон, останавливаясь на мгновение, чтобы оценить её работу. — В центре нужен якорь, — сухо бросил он. — Без опоры конструкция рухнет через минуту. — Но если поставить якорь, отражение не вернётся, — возразила она. — Суть щита перенаправить, а не удержать. Девушка подняла голову, и их глаза пересеклись на долю секунды. Напряжение усилилось, противиться было проще, смотря в пол. — Попробуем оба варианта, — неожиданно снисходительно сказал профессор. — Сначала ваш. Есеня коснулась центра символа, и в предвкушении выдохнула формулу. Руна вспыхнула холодным синим светом, линии дрожали, словно ожившие. На мгновение пространство вокруг сжалось: воздух стал плотнее, камни под ногами зазвенели низким гулом. — Держится, — прошептала она, ощутив лёгкую гордость. — Ждите, — отрезал Снейп, словно даже не давая шанса её конструкции, и это мгновенно вызвало раздражение у когтевранки. Вдруг свет вспыхнул ярче, по боковым ветвям побежали трещины, и руна разлетелась всполохами, едва не подпалив край её мантии. Девушка отскочила и разочарованно вздохнула. — Чего и следовало ожидать, — самодовольно сообщил профессор Снейп. — Слишком быстро. — Но она держалась дольше, чем должна была! Значит, конфигурация Сатурна стабилизировала боковые линии, как я и рассчитывала, — не хотела сдаваться Есеня. — Всего лишь дополнительные пять минут, — ядовито уточнил он. — Этого недостаточно, чтобы назвать результатом. Он протянул руку за мелком. Есеня сделала несколько шагов и передала ему небольшой кусочек. Присев, профессор Снейп выверенными движениями добавил в центр тонкий ромб — якорь. — Теперь так, — уверенно произнёс преподаватель. Активация прошла мгновенно: руна вспыхнула бело-серебристым светом, линии стали резче, воздух задрожал сильнее. Башня словно превратилась в сосуд, звенящий энергией. — Она прочнее, — признала Есеня, чувствуя, как вибрация отдаётся в груди. Профессор Снейп молчал, его сосредоточенный взгляд был устремлён на светящиеся линии. Минуты медленно тянулись, пока девушка не заметила, что верхний узел начал дрожать, искры метнулись по линиям. — Кажется, она уходит в перегруз, — сказала Есеня. — Наблюдайте, — тихо приказал Снейп. Секунды спустя узел вспыхнул и лопнул. Свет погас, оставив тёмный след на камне. В башне воцарилась тишина. — Ваша версия продержалась пять минут, — медленно произнёс мужчина, смакуя слова. — Моя — двадцать. Собравшись когтевранка уверенно встретила его взгляд. — Но обе доказали одно, — тихо сказала она. — Конфигурация влияет. Без неё руна рухнула бы сразу. Снейп снова внимательно осмотрел руническую конструкцию. — Допустим. На следующее занятие доработайте чертёж так, чтобы руна держалась как можно дольше. Стабильный якорь очень важен. И подумайте, над другим астрономическим фоном, который сможет усилить её работу. Есеня кивнула, уже перебирая варианты в голове. — На сегодня достаточно, собирайтесь, — произнёс профессор, и девушка, возвращаясь в реальность, убрала руну заклинанием и быстро собрала пергаменты назад в сумку. Они двинулись вниз по винтовой лестнице. Каменные ступени не издавали ни звука, холодный воздух тянулся со всех сторон. Есеня шла чуть позади преподавателя, стараясь поспевать за ним, но в полутьме башни тени ложились слишком густо. На одной из ступенек её нога соскользнула по камню. Девушка не успела даже вскрикнуть, как тело резко повело вперёд. В тот же миг чья-то рука крепко перехватила её за талию и рывком удержала от падения. Сердце подскочило к горлу. Испугавшись, Есеня инстинктивно схватилась за то, что оказалось ближе всего — его плечо, затем шею, вцепившись пальцами так, словно от этого зависела жизнь. Их глаза встретились. Она почувствовала, как профессор Снейп едва заметно напрягся, его лицо оказалось слишком близко. В висках у Есени стучала кровь, дыхание сбивалось. И как назло, именно сейчас в памяти всплыл её сон, а за ним воспоминание. По телу разбежались мурашки, и она невольно скользнула глазами ниже. — Даже не думайте, — тихо выдохнул профессор, проследив за её взглядом. — Отпустите. Немедленно. Она вдруг осознала, что он уже не держит её, а скорее она держится за него сама. Быстро убрав руки, девушка поспешно отступила на пару ступеней назад. — Простите… — едва слышно произнесла она, а затем, уязвлённая собственным смущением, вспыхнула и выпалила: — Я ничего и не думала! Холодный свет факела снизу выхватил резкие черты его лица, а в чёрных глазах на миг промелькнуло что-то, что она не успела распознать. Профессор Снейп выпрямился, словно ничего не произошло. Его голос вновь стал сухим и отстранённым: — Смотрите под ноги, мисс Морризо. Во второй раз я вас не словлю. Он первым продолжил спуск. Есеня последовала за ним, крепко держась за перила и чувствуя, как сердце упорно отказывается возвращаться к привычному ритму. Слава Мерлину, что башня её факультета была близко. Через несколько минут, бросив обрывистое «до свидания», на которое никто не ответил, она вошла в гостиную, привалилась к стене и медленно опустилась вниз. Прижав ладони к лицу, она замотала головой. «Мерлин, как стыдно», — мелькнуло в мыслях, и жар стремительно разлился по телу. Зачем она схватилась за него? Почему не заметила, что он уже её отпустил, и продолжала цепляться? И зачем, в конце концов, посмотрела на его губы? Сначала Фиби с её дурацкими вопросами, потом этот сон, а теперь ещё и эти чёртовы ступеньки — всё будто сговорилось против неё. «Что он там сказал? «Даже не думайте». Я ничего и не думала! Или он решил, что я снова хочу его поцеловать?.. Какой кошмар!» — крутилось в голове бесконечной каруселью. Спустя пару минут Есеня всё же заставила себя подняться и направиться в спальню. Тихо, стараясь не шуметь, чтобы никого не разбудить, она медленно стянула с себя мантию. Пальцы задержались на плотной ткани, и тут же она будто снова ощутила ту самую крепкую хватку его руки. По телу пробежала дрожь. «Да что со мной», — устало подумала девушка. Переодевшись в пижаму, она почти рухнула на кровать, мгновенно погружаясь в беспокойный сон.