Право победителя

Через секунду в пламени нарисовалась высокая мужская фигура. Одним твердым шагом он вышел из камина, взмахом палочки убирая сажу. Это был статный мужчина лет пятидесяти, с темно-русыми волосами с отчетливо видимой сединой и глубокими морщинами, что складывались в очень доброжелательное и уверенное выражение лица. Он был одет в брючный костюм серого цвета, а на рукавах блестели серебряные запонки, так что Гарри даже успел обрадоваться, что сам тоже чутка приоделся, а не был, как обычно, в футболке и джинсах. Все жесты мужчины были плавными и точными, но стоило ему найти глазами Гарри с Томом, как его губы растянулись в широкой и теплой улыбке. Поразительно, целитель не пробыл в комнате еще даже минуты, а, казалось, уже успешно разбавил ту гнетущую атмосферу непонимания, что повисла между Гарри с Томом. Мужчина действительно выглядел как человек, что может решить любую проблему, неважно насколько она трудная. Парень надеялся, что хотя бы это поможет паранойе Тома. Гарри поднялся с дивана, боковым зрением видя, как Том сделал то же самое. Решив, что так будет меньше неловкости, парень обратился первым: — Здравствуйте, доктор Дюбуа, — сказал он, протягивая руку. Парень искренне надеялся, что тот не решит по стандартной французской манере обменяться с ним поцелуями. Он пусть и был геем, но целитель явно был не совсем в его вкусе, и знакомы они точно были недостаточно. Но к огромному облегчению Гарри, мужчина протянул руку в ответ, крепко пожимая: — Мэсье Поттер. Приятно наконец-то с вами познакомиться. Немало о вас наслышан, — на практически идеальном английском сказал он. Всего некоторые мелочи выдавали в нем не носителя. Поразительно. До этого Гарри приходилось встречать иностранцев и особенно французов с довольно… незначительным уровнем английского. Мужчина явно был мастером первых впечатлений. — Очень взаимно, — ответил парень, отпуская руку. Действительно, ему немало рассказала преподавательница, когда предлагала обратиться к Дюбуа. — Мэсье Риддл. — Мужчина повернулся к Тому, протягивая ему руку. Гарри незаметно улыбнулся. Ему было действительно интересно, представится ли Том фамилией, или опять придумал что-то вроде того, что у него ее нет и не может быть. Как же хорошо, что это было не так. — Доктор Дюбуа, — пожал в ответ руку Том. — Я помню, что просил вас называть меня по имени. — Так же, как и я тебя, — тепло улыбнувшись, сказал мужчина. Парень бросил быстрый взгляд на Тома, и ему действительно не стоило удивляться, но тот сейчас выглядел абсолютно по-другому. Никакой скованности, что Гарри видел ранее, никакого опущенного взгляда, он держал плечи ровно, улыбался непринужденно и, казалось, просто излучал собой харизму. Мужчина был просто гениальным актером. Вот только знать бы, какая из масок настоящая. Они вместе расселись вокруг журнального столика, и Том предложил что-то выпить. Конечно же, французский целитель выбрал кофе… Правда, Гарри пришлось остановить Тома, ведь тот уже норовил вскочить и пойти его варить. Мало того, что парень сомневался и в наличии нужной посуды и в том, что мужчина умеет его готовить, так еще и это бы выглядело совершенно неправильно и оставило его сидеть наедине с человеком, что вообще-то пришел к Тому. Была бы отвратительно неловкая ситуация. Правда, когда он положил руку на колено Тому, чтобы остановить его побег, тот на мгновение резко дернулся. И не как вчера, когда испугался прикосновения парня, а так, как будто тот ненароком задел больное место. Что? Было непросто прогнать эти мысли с головы, но Гарри все же сконцентрировался, призывая всем напитки. Он обязательно узнает у Тома, что не так, после встречи. Разговор ожидаемо начался ни о чем. Они обсудили что-то из того, о чем переписывались, и если поначалу парень хоть немного вслушивался, то потом стал откровенно витать в облаках. Они говорили на такие продвинутые темы окклюменции, что Гарри даже не подозревал, о чем они говорят, а их реплики звучали как замысловатый шифр. К слову, окклюменция, нужно бы наконец-то заняться ей… Гарри скосил еще один взгляд на Тома, и остался более чем доволен. Он очень переживал, что в конце концов мужчина все же не решится так говорить, или колдомедик сделает какую-то ерунду, и Гарри придется сидеть и обсуждать это все так, как будто Том в лучшем случае был опекаемым несовершеннолетним, в худшем же… Да, в худшем… Несколько раз и Гарри вовлекали в разговор, но явно заметив, что у него нет ни больших познаний, ни интереса к этому, его, слава Мерлину, оставили в покое. Как раз было хорошей возможностью наверстать часы упущенного сна. Зелье работало прекрасно, и спать совершенно не хотелось, тем не менее усталость как таковую оно полностью не убирало. В конце концов, мужчина наконец-то сказал: — Если вы не против, предложу перейти к обсуждению нашего с вами вопроса. — Гарри незаметно проморгался. — Конечно, — согласился Том. — Итак, я говорил тебе в одном из своих писем, что в общем с договором я согласен, правда, нахожу большую его половину совершенно бесполезной в нашем случае. — На этих словах Гарри заметно напрягся, возвращая весь фокус внимания. О какой такой ситуации говорил мужчина? — Я помню это, но должен признать, так и не понял, почему ты так сказал, — тактически ответил Том, тоном, что явно показывал, что уступать он не сильно планирует. — Дело в том, что методика, по которой я предлагаю работать, не подразумевает того, что я увижу какие-либо воспоминания, — сказал целитель, и парень подозрительно на него покосился. А как он вообще тогда планирует работать? — Я объясню детальнее, когда мы начнем терапию, но практика заключаете в том, что после определенной подготовки и с помощью специального метода ты будешь самостоятельно обрабатывать эти воспоминания, когда я буду корректировать процесс исходя из реакций тела и, возможно, каких-то поверхностных мыслей, но не вторгаясь в сами воспоминания. — Что-то это Гарри очень сильно напомнило, но он за последнее время прочитал столько подобных книг, что не мог точно поймать за хвост мысль, откуда он знает конкретно этот метод. — Дальше, если ты захочешь что-то обсудить, посоветоваться, мы всегда можем это сделать, ты тогда поделишься тем, чем хочешь поделиться. Но я думаю, что в данном случае это будет самый подходящий метод. Брови Тома, что медленно сходились за время всей речи, теперь окончательно сошлись на переносице. — Но почему так? — непонимающе спросил он. — Я думал, самые эффективные методы как раз таки включают легилименцию и буквальное направление воспоминаний. — Методов терапии, на самом-то деле, невероятное количество, — с улыбкой сказал мужчина. — Но, похоже, ты бы не хотел, чтобы я увидел это, — сказал он, бросив говорящий взгляд на договор. — Что я абсолютно уважаю. И откровенно говоря, примерно понимая ситуацию, у меня и нет большого желания увидеть все это. Моему супервизору и так достаточно историй, — мягко сказал он, и Гарри нахмурился, пытаясь отыскать в памяти значения слова. Он точно помнил, что им о чем-то таком говорили, но сейчас не мог ничего вспомнить. — Поэтому если тебя устроит такой вариант, предлагаю его и придерживаться. Правда, да, тогда большая часть договора станет совершенно бесполезной. — Значит, уберем, — не моргнув и глазом сказал Том, но Гарри уже знал его слишком хорошо, чтобы не заметить, насколько он доволен таким поворотом событий. Мужчину прямо хотелось поддеть, спрашивая: «Ну, что? Не нужно было обращаться к колдомедику?» И тут Гарри осенило: — А не тот ли это метод, что ты использовал? — с подозрением в голосе спросил он, поворачиваясь к Тому. Колдомедик тоже заинтересовано посмотрел на мужчину, и Гарри мог поклясться, что увидел в глазах Тома искру раздражения, прежде чем взгляд снова стал совершенно невозмутимым. — Я предполагаю, что это может быть он, — медленно протянул мужчина. — Я не знал, что ты уже использовал какой-то метод, — слегка нахмурившись, сказал Дюбуа. — Были плохие результаты? — Ну, если бы кто-то не относился так наплевательски к технике безопасности, может, они и были бы хорошими, — не удержался все же Гарри. Да, это было самое настоящее детское ябедничество, но было так приятно сдать мужчину какому-то авторитетному лицу, что тоже расскажет, что так делать нельзя ни в коем случае! Ну действительно, а чем вообще Том думал? Там были просто невероятные риски остаться абсолютно невменяемым. Но на лице мужчины не дрогнул ни мускул, когда он принялся объяснять: — Я немного поспешил, взяв больше, чем следовало, — сказал он и, видимо, не планировал продолжать дальше. — А еще забил на зелье и вообще на правило о том, что делать такое можно только под присмотром колдомедика, — снова встрял Гарри. — И довел себя этим до панических атак по два раза в день, — мрачно добавил он. — Мгм, — задумчиво кивнул Дюбуа, но никак не стал комментировать. — И чем закончилась данная история, если позволите спросить? — Я не выдержал и заставил рассказать, чем он таким занимается. И когда вылезло вот это все, с трудом уговорил обратиться к вам, — с кривой улыбкой ответил парень. — Я уже пропил курс зелий, так что теперь ситуация была бы другой, — примирительно проговорил мужчина. — Том, этот курс зелий — только часть того, что было написано в книге, что ты мне показал, — выставив указательный палец, строго сказал Гарри. — Только часть, понимаешь? И я тебе клянусь, что если у тебя опять пойдет ухудшение, потому что ты считаешь, что знаешь лучше и можешь еще чутка на себя надавить, чтобы добиться результатов больше, быстрее, лучше, — Гарри активно замахал руками, — то мы придем к тому же самому разговору, — не зло, но действительно очень строго закончил он. Целитель легко улыбнулся: — Не переживайте, мэсье Поттер, мы будем работать вместе, и все пойдет только на улучшение. — Можно Гарри и на «ты», если вы не против. — Парень наконец-то нашел подходящий момент, чтобы это вставить. — Конечно, тогда Пьер, — с небольшим кивком ответил целитель, и Гарри тоже вежливо кивнул в ответ. — Тогда, возвращаясь к нашему вопросу. Если мы пришли к согласию по поводу метода и договора, вынужден сказать, что у меня возникли небольшие затруднения, — сказал он, и сердце Гарри пропустило удар. Вот нельзя было без этого? Почему всегда должно было найтись какое-то «но», что переворачивало все вверх тормашками? — Учитывая ситуацию, я бы предложил две встречи в неделю небольшими сессиями по часу-полтора в первое время и потом уже перейти к одной. И я думал, что это будет более чем возможно. Но оказалось, что в последнее время международные перемещения представляют собой еще ту проблему, — хмыкнув, сказал мужчина. — Я предполагал, что добраться можно в худшем случае за минут двадцать, а на деле у меня ушел практически час на стояние в бесконечных очередях. И я теперь очень переживаю, что меня ждет ровно то же самое на пути назад, — весело хохотнул он, и это было так беззаботно, что вообще не вязалось со словами о переживании. — Поэтому, боюсь, что мы сможем видеться только раз в неделю. Но так-то, у меня есть несколько дней на выбор. Лицо Тома не выдало ничего, но Гарри буквально чувствовал, насколько он разочарован. Ну конечно, однозначно мужчине нужно было сделать это здесь и сейчас. — То есть, если не нужны будут международные перемещения, то два раза в неделю возможно? — поинтересовался парень. — Да, вполне, — закивал мужчина. — У вас есть какие-то идеи? — Мы планировали съездить на отдых, поэтому могли бы, так сказать, объединить приятное с полезным. — Драккл, вот всегда после таких встреч Гарри начинал выражаться донельзя напыщенно. Как будто в него, Мерлин, вселялся Люциус Малфой. Ладно, явно не настолько хорошо, пусть будет Драко. — Кингсли разрешил, — сказал он Тому, когда тот посмотрел на него. — Можем во Францию, если ты не против? — спросил он, и мужчина только качнул головой в своем явном жесте «как скажешь». Гарри с трудом удержался, чтобы не закатить глаза. Вместо ответа Том повернулся к целителю, спрашивая: — Но если перемещения не будут проблемой, возможно, мы могли бы видеться чаще? — Тем не менее, спрашивая это, мужчина продолжил постоянно оглядываться на Гарри, как будто не будучи уверенным, возможно ли это. Парень понял намек. — Если вопрос в оплате — это не проблема, — тут же добавил Гарри, и Том заметно расслабился. Пьер тепло улыбнулся. — Мы можем встречаться хоть каждый день, но большего результата это не даст. Прогресс он будет идти не столько во время сессий, сколько между ними, мы скорее будем его обсуждать и направлять. А обсуждать и направлять то, что не успевает произойти, нет смысла, — объяснил он, и Гарри закивал головой. Вот, умный и рассудительный человек. — Также я хотел бы предупредить, что на то, чтобы действительно проработать подобную травму, нам понадобится не меньше десяти недель. И это прямо минимум. Том явно с трудом удержал лицо, ведь его глаза забегали, а язык быстро облизал губы. — И воспоминания выйдет вернуть только после? — с явно заметной надеждой в голосе спросил он. Колдомедик покачал головой. — К сожалению, я не могу дать прогноз насчет этого. Амнезия, тем более такая глобальная, может зависеть от невероятного количества факторов. Стоит быть готовым к тому, что есть шанс, что память может никогда не вернуться, пусть такое случается и крайне редко, и я сделаю все в моих силах, чтобы помочь, — снова мягко улыбнувшись, сказал он. — Хорошо. Спасибо, — только и сказал Том, и вроде бы его тон был обычным, но под ним четко можно было услышать ужасную боль. Гарри с трудом удержался, чтобы не обнять Тома или хотя бы не положить ему на колено руку в качестве поддержки. Но первое было явно неуместно, а со вторым почему-то были проблемы. — Не переживай, мы все посмотрим и разберемся, — заверил Пьер. — По тому, что ты описывал, я думаю, все исправимо, но сразу же говорю, чтобы ты не ждал быстрых результатов. Терапия — это не спринт, это идет вместе с тем, как ты продолжаешь жить, — сказал целитель, и мужчина криво улыбнулся в ответ. Вот это талант. Да, сейчас Гарри понял, насколько большая разница между ним и настоящим специалистом. Если парень до посинения вглядывался в жесты и реакции Тома, чтобы хоть немного понять, что происходит, то тот как будто заранее знал обо всем, о чем мог подумать мужчина. Возможно, он просто читал мысли? На этом они и договорились. Колдомедик пообещал, что все же попробует на следующей неделе прийти два раза, а в первую неделю августа они отправятся на отдых. Действительно, лучшее время для моря и пляжа. Гарри уже даже было сложно сдерживать свое предвкушение. Он впервые увидит настоящее море! Действительно ли на нем отличаются волны от тех, что бывают на озере? Ему нужно было увидеть все! Они очень быстро внесли правки в договор, и Дюбуа без проблем подписал его под слишком заметно шокированным взглядом Тома. Да, он явно не мог представить, как такое возможно. Чтобы кто-то и не пытался у него что-то вызнать? Кто-то и не хотел узнать его секреты? Кто-то и мог просто делать свою работу без второй и третьей причины?.. Да, ни паранойя, ни высокомерие мужчины ничуть не пострадало с потерей памяти. Но, когда пришло время прощаться, колдомедик неожиданно заговорил: — Я уже писал об этом Тому и хотел сказать вам обоим лично, что вы проделали просто невероятную работу. За такой короткий срок и учитывая ситуацию — это действительно крайне неожиданный прогресс, — похвалил он. Мерлин, мужчина даже если бы хотел, не мог бы подобрать момента получше. Эти слова как будто легли бальзамом на раны Гарри. Он ведь так переживал, что ничего не достиг, так переживал, что все его усилия ничего не дали, а тут его работу, его усилия действительно кто-то оценил? И еще и не просто кто-то, а специалист высокого уровня! Парень не мог сказать, что ему была прямо нужна эта оценка, но получить ее, еще и в такой момент, было просто невероятно приятно. Он уже растянулся в улыбке, когда мужчина продолжил: — Гарри, отдельное уважение тебе — это колоссальная работа. — Парню начало казаться, что еще одно слово, и он зальется румянцем как первокурсник от похвалы о первом удачном заклинании. — Ты будешь превосходным целителем разума, не забудь подать это как преддипломную практику и сразу же дипломную тематику, если интересно. Гарри не удержался и фыркнул: — До преддипломной практики мне все еще учиться и учиться. Неожиданно мужчина замер. — Я предполагал, что ты на последних курсах. — Вообще нет, — помотал головой парень. — Я отучился только год, я еще даже не выбирал направление. — Что же тебя заставило взяться за такой трудный случай? — с бровями у самой линии волос спросил Дюбуа. Гарри прыснул: — Скорее не «что», а «кто». И это был Том. — Он даже пару раз хохотнул, прежде чем сказать: — Ситуация такая сложилась. Как всегда, я остался крайним, так что пришлось разбираться. Если вышло, то я рад, потому что я совершенно не знал, что делаю, и, пожалуй, до сих пор не знаю. Все еще помню, какой у меня был шок, когда случилась первая паническая атака. Я думал, он умирает, и при этом даже не знал, что можно проверить. Да и вторая была не лучше, у меня самого глаза на мокром месте были, — весело проговорил он. Это было всего две недели назад, но сейчас казалось таким старым и глупым. Тем не менее он не упустил взгляда, которым посмотрел на него Том. Нахмуренным и глубоко обеспокоенным. Что? Ладно, с каждым днем он начинал понимать мужчину все меньше и меньше. Целитель тоже посмотрел на него очень внимательно, но в его взгляде читались и удивление, и уважение, и интерес, и какая-то… гордость? — Это просто поразительно, что у тебя вышло справится с подобным. Не все опытные специалисты могут разобраться, и к тому же учитывая все остальные факторы, — с настоящим уважением в голосе проговорил он, и Гарри почувствовал, как будто внутри у него разливается настоящее тепло. Ну не было ведь все настолько хорошо? Явно его перехваливали. — Не зря мадам Лэндлей так хорошо о тебе отзывалась. Если в конечном итоге ты решишь выбрать целительство разума, мне было бы очень интересно предложить тебе поработать над какими-то научными проектами вместе. Правда, для этого явно придется на какое-то время переехать en France, — под конец по-французски сказал он. Гарри показалось, что все же его уши покраснели. Он готов был начать тут и здесь прыгать от восторга. Неужели он не зря страдал ведь этот месяц? Неужели у него что-то получилось? Неужели целитель действительно честно считал, что он молодец? Парень думал, что вообще ничего не добился, а его усилия настолько оценили, что предложили сразу же работать вместе над исследованиями? Ему? Первокурснику? Вау… Даже все негативные эмоции отступили, резко заменяясь настоящим наслаждением. Может действительно все было далеко не так плохо? В конце концов прощание вышло крайне скомканным. Гарри рассыпался в благодарностях и скромных заверениях, что он ничего подобного не делал, Пьер сказал еще пару комплиментов, этим вообще доводя парня до красно-свекольного состояния. Один Том почему-то с каждым словом мрачнел только больше…