Право победителя

После этого разговора все стало еще безумнее. Том действительно похоже пытался теперь делать то, что хочет, но с какими же это было перегибами. Мордред, что он только не делал! Занимал место Гарри за столом, заказывал в ресторане что-то одно, а потом передумывал и говорил, что ему надо другое, хватал Гарри уже не только за руку, а полноценно под локоть. Он даже попросил надеть одежду Гарри, и парень подавился чаем, когда это услышал. Но и это были только цветочки. В одну из их прогулок Том попросту обокрал какого-то слишком назойливого прилипалу-продавца сувениров. Когда Гарри об этом узнал, он попросту не знал смеяться или плакать. Это ведь было вообще абсурдно! И у самого Тома были деньги и Гарри рассчитывался за все в поездке, никогда не отказывая Тому ни в чем и, даже наоборот, немало предлагая что-то купить. И особенно это было абсурдно, учитывая, что эти деньги Том даже не оставил себе, а попросту отдал Гарри! На закономерный вопрос «зачем», Том ответил, что он его достал своими прилипаниями. Нет значит нет, и может в следующий раз он выучит этот урок. На абсолютно логичное замечание Гарри о том, что крайне вряд ли, что продавец поймет, что в этом был какой-то урок, а не его просто так обокрали, мужчина просто пожал плечами. Ну, как просто… Показно-просто, на деле же он цепко следил, казалось, за каждой морщинкой на лице парня и всего через несколько минут, уже по привычному спросил не разочаровался ли в нем Гарри. Мерлин, что же это был за вопрос… Том спрашивал такое практически каждый раз как делал что-то необычное. Иногда сразу же, как вот в таких очень… спорных моментах. А иногда он мог дотянуть до вечера, становясь все напряженней и напряженней, и когда он поднимал взгляд на парня, тот уже заранее знал, что именно Том планирует спросить. И снова и снова Гарри убеждал его, что все в порядке, он не разочарован, не разочаруется и даже таким Том ему нравится. Честно. Правда. Даже так. И даже если и дальше будет так делать. И нет, не потому что Гарри слишком добр, а потому что Том ему действительно нравится и таким… Практически каждый раз после такого мужчина смотрел на Гарри полным эмоций взглядом и уже тоже очень привычно зарывался парню в грудь. А Гарри совершенно привычно гладил его по волосам, повторяя хотя бы несколько раз, что Том нравится ему, таким как он есть. И не отвернется даже если мужчина каждый раз будет занимать его место за столом. Казалось, для Тома эти простые слова были большим чем любое признание в любви. Несколько раз он даже был на грани слез, и, Мерлин, глаза Гарри тоже не раз увлажнялись. Как же ему было больно за Тома. За Тома, что никогда не знал поддержки, не знал понимания, не знал заботы. Что искренне считал, что от него могут отвернуться, просто потому что он будет неудобным… настоящим. Просто, потому что он будет жить… Да, это не оправдывало то, что он сделал, да, Гарри явно не простил Волдеморта, но Тома… Но за Тома Гарри было по настоящему больно. И каждый раз парень только крепче его обнимал, только мягче поглаживал волосы, с огромным трудом удерживаясь от того, чтобы поцеловать темную макушку или сделать что-то равнозначного уровня глупости. Впервые парень подумал о том не был ли он несправедлив к Майклу. Да, он никогда не обесценивал помощь парня, но не раз обвинял его за их заведомо обреченные отношения. У них ведь все было так хорошо пока они были друзьями, зачем было так все портить отношениями? И только сейчас он понял, что возможно даже представить себе не мог, что именно чувствовал парень. Как это ощущается, когда к тебе доверчиво жмется объект твоей влюбленности, выпрашивая заботу и ласку. Как это когда и ты хочешь рассказать, насколько он тебе ценен, и знаешь, как бы для него было важно это услышать. Мордред, Том спрашивал у Гарри по двадцать раз на дню не разочаровался ли он, и поражался тому, что Гарри готов «терпеть» его настоящего, когда сам парень в это время прикусывал язык, чтобы не выдать насколько он влюблен! Чтобы не выдать, что ему не просто нравится Том, а он всей душой хочет обнять его по-настоящему, шептать насколько мужчина невероятен и поцеловать, вкладывая в это все свои чувства. Что же за абсурд… И Гарри ведь прекрасно понимал, насколько бы это помогло самому Тому! Если бы он знал, насколько парень влюблен, тогда бы даже не смог подумать, что Гарри может в нем разочароваться. А если бы такое и случилось, парень бы просто обхватил его лицо ладонями и целовал до тех пор, пока последние сомнения не выветрились из головы. Но вместо этого Гарри только прикусывал язык и ограничиваться простым «все будет хорошо». Гарри явно задолжал Майклу извинений… Теперь он прекрасно понял, что на его месте бы явно поступил так же. Но теперь, зная какая это ошибка, Гарри тем более не мог себе позволить подобного. Особенно после того, как сам относился к Майклу после всего… Как считал его виноватым… Нет, он не мог позволить, чтобы такое было и у них с Томом… Особенно учитывая ситуацию с узами… Не каждый раз проверки Тома были такими глубокими, иногда это даже выходило довольно весело. И при этом не казалось, что Том пытался как раньше доказать Гарри, что он обманывается, показать себя с самой плохой стороны, чтобы парень разочаровался и оттолкнул его. Наоборот, казалось, что он впервые действительно поверил парню и теперь пытался доказать уже себе, что это действительно правда. Гарри смотрел на это с настоящим неверием. Если бы кто-то сказал ему два месяца назад, что передержка Волдеморта закончится вот этим, он бы сказал, что горе-провидцу надо сменить профессию. Это ведь был тотальный бред, но да… Теперь этот бред стал реальностью. От этого было только сложнее останавливать Тома, когда тот заходил слишком далеко. Парень каждый раз детально объяснял почему нет, но все равно чувствовал себя слегка неудобно. Тем не менее это ведь и правда было необходимо. Они ведь затеяли все как раз для того, чтобы Том мог понять, как это работает. Как можно получать то, что хочешь, без обмана, манипуляций и оправданий, и с уважением к границам других. И вот как раз в последнем у Тома была гигантская проблема. Так что жизнь Гарри теперь была еще тем приключением. Иногда ему казалось, что перед ним был ребенок в теле взрослого. Но при этом такое проявлялось только изредка, в остальное время Том оставался все таким же собранным, так же хорошо обучал Гарри окклюменции, и продолжал свои знаки внимания. Это буквально плавило парню мозг. Но, к счастью, такое продолжалось всего несколько дней. Ведь на девятый день их отдыха, когда Гарри утром спустился вниз, Том уже сидел за столом задумчиво глядя на волны за окном. — Я веду себя глупо, — вместо приветствия начал он. — Почему же? — не согласился Гарри, подходя ближе. — Как ребенок, которому ты объясняешь, что отбирать у другого ребенка мороженное нельзя, и если тебе что-то дали, надо сказать спасибо, — скривившись сказал Том. — Я неправильно это делаю? — заволновался Гарри. Теперь он уже стоял прямо перед мужчиной, и тот перевел на него свои яркие глаза. Лицо мужчины выглядело заметно уставшим, сколько он уже здесь сидел? Том тяжело вздохнул. — Нет, Гарри ты все делаешь правильно, а вот я занимаюсь безумием. Зачем… — он оборвался. — Сколько ты еще будешь это терпеть? Гарри выдвинул соседний стул, присаживаясь, и тоже всматриваясь в волны за окном. Несколько секунд они так и сидели в тишине. Том опустил плечи, глядя на свои скрещенные руки, а Гарри внимательно смотрел на него, не зная, как правильно подступится к этому вопросу. В конце концов он облизал пересохшие губы и сказал: — Том, мне не нужно тебя терпеть. Помнишь, когда ты вчера не взял полотенце и отобрал мое с твоим «дай мне, пожалуйста, я очень хочу»? — Гарри тепло улыбнулся и неожиданно скулы мужчины окрасились красным. — Говорю же, я веду себя по-идиотски, — ответил мужчина, еще больше зарываясь в руки. — Я хотел сказать, что сначала действительно не знал соглашаться или нет. То есть не то, чтобы мне оно было так нужно, и вроде бы это ведь такая мелочь… Но как-то, непринято, что ли, — парень хмыкнул. — Но когда я отдал, у меня стерлись последние сомнения, потому что ты тогда был так счастлив, как будто для тебя это было невероятно важно. — Оно было… И в этом проблема… — тихо ответил Том. — В этом нет никакой проблемы, — мягко сказал Гарри. — Ты не видишь, что то, что я делаю ненормально?! — с явным надрывом спросил Том, впервые подняв глаза на парня. — Вот зачем мне твое полотенце? Какая разница?! — Вот именно. Какая разница зачем ты этого хочешь? Ведь если ты хочешь пойти попить воды, ты не думаешь над тем: а стоит ли мне это делать? А точно ли мне достаточно сильно хочется? — с улыбкой спросил парень, и Том только покачал головой в ответ. — Почему… Почему у тебя вообще с этим такая проблема? — аккуратно поинтересовался парень. — То есть я могу понять с границами, ты их раньше игнорировал. Но свои желания… Ты ведь их выполнял… — Такие нет, — ответил Том, опустив глаза. — Чувства всегда подконтрольны мозгу, если я понимаю, что желание мне невыгодно, конечно я о нем забываю. Забывал… — Но… — парень замялся даже не зная, что сказать. — Но, как так? То есть ты ведь хочешь, и это ведь такая мелочь! — В этом и проблема. Это абсолютная ерунда, что просто выставляет меня перед тобой идиотом. Не то, чтобы мне сильно было куда падать, но все равно, — уничижительно добавил он. — Том, — Гарри сглотнул. — Да, это мелочи, но с этих мелочей состоит жизнь. И если… Если я могу тебе отдавать полотенце, чтобы ты был счастлив, то в чем проблема? Я ведь спокойно могу взять другое… — Гарри… — тихо сказал Том и практически сразу же оборвался. — Гарри… Ты никогда не думал, что делаешь глупость? — неожиданно спросил он. — Ты предлагаешь потакать своим желаниям человеку чьи желания вызвали две войны… — Возможно я делаю глупость, — честно признался Гарри, растрепывая волосы. — Явно мои друзья опять скажут, что я делаю глупость. Но, Том, я уже тебе говорил, я против того, чтобы наказывать заранее. Чтобы не давать сейчас, потому что вот потом это может вылезти боком. Ключевое здесь слово «может», и я не планирую портить тебе жизнь из-за того, что может никогда и не случится, — твердо сказал он. — И откровенно говоря, мне кажется, что, если бы… ну… твоя жизнь была другой, ты бы возможно и не начинал войну, — очень аккуратно продолжил он. Все же тема была весьма скользкой. Да, мужчине сейчас не нравилось то, что он делал и чего достиг, но все равно… Не стоит задавать вопросы на которые не хочешь получить ответы... И вдруг Том ответил: — Не начал бы. Что??? Глаза Гарри пораженно округлились. То есть он был готов услышать «не знаю», было готов на «наверное», но… Но не такое! Он уже ждал наказания от ошейника, ждал как мужчина дернется на неосознанную ложь, но тот оставался таким же спокойным, как и до этого. Том… Том реально так думал? — Ты… Ты и правда не начал бы войну? — сглотнув, пораженно спросил Гарри. — А зачем мне это? — ответил вопросом на вопрос Том. — Я хотел, чтобы меня уважали, чтобы меня ценили, чтобы я мог делать то, чего хочу. Война — это трудно и требует много усилий, когда здесь я получаю все это абсолютно не стараясь, просто потому что попал в общество неадекватных гриффиндорцев… А насчет изменения мира, ну я никогда и не был таким уж альтруистом, — пожал плечами он. — Как рациональный человек, я ведь прекрасно понимаю, что сидеть себе тихо у твоих ног гораздо выгоднее, — криво улыбнувшись закончил он. — Том… — пораженно выдохнул Гарри. — Ты ведь один из самых амбициозных людей, что я знаю. Как такое возможно, что ты готов просто… ничего не достигать? Быть… никем? — парню хотелось сказать это помягче, но он просто не знал, как выразить эти мысли по-другому. — Я бы не хотел быть никем, — помотал головой мужчина. — То, что я в общем-то согласен просто быть твоим питомцем, не говорит о том, что я бы хотел такой жизни, — снова посмотрев себе на руки, сказал он. — Но… Агрх, Гарри, что ты у меня спрашиваешь?! — сказал он, опуская голову на руки и зарываясь ладонью в волосы. — Я не знаю сейчас кто я, я не понимаю, что делаю, я не знаю что хочу, как я могу ответить на такой вопрос? — в сердцах сказал он и Гарри поднялся со своего места, подходя спереди и начиная поглаживать напряженные плечи. Тут же руки крепко сомкнулись за его спиной и Том резко вжался в живот парня. Гарри только тепло улыбнулся, поглаживая черные волосы. — Что случилось? — мягко спросил он. — Я не знаю… Я всегда был кем-то, я всегда чего-то достигал. Глобального. Все мои желания были завязаны на крупную цель, а те, что не были, я спокойно игнорировал. А ты предлагаешь мне жить как-то… так… И я не могу… Я не знаю как это… Какой тогда вообще в этом смысл?.. — тихо спросил он. — Том… — начал Гарри, но тот его кажется даже не услышал. — У меня всегда была причина двигаться вперед, причина зачем нужно стараться, превозмогать. У меня был выбор: либо страдать на дне, либо выгрызть себе путь наверх. А сейчас… Сейчас… — он тяжело сглотнул. — Сейчас я никто, но при этом счастлив. И я не хочу быть никем, но все время, что я пытался быть кем-то я был несчастен, и… — начал и парень прижал его еще ближе к себе, заставляя концу фразы потонуть в одежде. — Том, послушай меня, — мягко начал он. — Счастье не связано никак с тем, кто ты есть. И я честно считаю, что ты не можешь быть «никем». Ты слишком невероятен, слишком целеустремлен и идеален, чтобы не достичь всего, чего бы ты ни захотел. В этом я уверен, — сказал Гарри, снова проводя по волосам Тома, и тот поднял голову, глядя парню прямо в глаза. Взгляд мужчины был наполнен столькими эмоциями, что Гарри не мог распознать ни одной. Но вдруг Том отвел глаза в сторону и сказал: — Нет. Я не хочу… Лучше я выберу то, что есть сейчас, чем глупое величие и подобное, — предельно серьезно заявил он, и парень даже не знал, что чувствовать по этому поводу. Том… Том Риддл сейчас говорил, что готов отказаться от власти, отказаться от возможностей, отказаться от своих амбиций, просто ради того, чтобы быть рядом с Гарри? Это ведь абсурд! Безумие! — Том… — буквально выдохнул он. — Нет, не отговаривай меня! — нахмурился мужчина. — Я помню, что ты был против, чтобы я посвятил свою жизнь тебе, но посмотри… Все в конечном итоге сводится к этому. Я не променяю это на те глупости которыми жил ранее, — сказал он, но помимо решительности в голосе отразилась еще и явная горечь. — Том, дело в том, что тебе не нужно выбирать между одним и другим, — сказал он и мужчина пораженно на него уставился. — Ты можешь достичь величия и при этом быть счастливым, и я все еще буду тебя обнимать, когда ты захочешь, — тепло добавил он и взгляд мужчины стал совершенно шокированным. — Гарри, но ведь узы… — начал он и оборвался. — Да, это проблема, — скривился парень. — Но я уверен мы найдем способ от них избавится. К слову, я так давно хотел спросить, ты поискал какие есть варианты? — поинтересовался он. — Что? — непонимающе спросил Том. — Как можно разорвать узы, — объяснил Гарри. — Нет! Не надо их разрывать! — неожиданно вскинулся мужчина. — Пожалуйста, нет! — с настоящим страхом в голосе проговорил он. — Ты… Ты хочешь от меня избавиться?.. Я понимаю, что надоедаю тебе последнее время, я понимаю, что мешаю, но, пожалуйста, я исправлюсь… — зачастил он, и Гарри снова его прервал. — Стоп, — твердо сказал парень, и Том тут же закрыл рот, замолкая. — Том… Я от тебя ни за что не избавляюсь. Но я поверить не могу, что ты хочешь оставить узы! Это рабская связь! Она ведь до сих пор иногда причиняет тебе боль! — Это лучшее что со мной было, — не согласился Том. — Это не делает ситуацию нормальной! — не согласился парень. — Мне все равно, что нормально, а что нет, я хочу остаться с тобой! — буквально вскрикнул мужчина и Гарри шокировано на него уставился. Что?.. То есть как?.. Да, Том не раз говорил, что он счастлив, не раз говорил, что ему нравится, но, Мерлин… Он действительно… Он действительно готов был выбрать рабство, чтобы просто остаться рядом с Гарри?.. Это… Это ведь травма? Верно?.. Но Гарри никогда не слышал о таком проявлении травмы… Да, Том привязался, но… Но не до такой же степени?.. Не сделал ли парень просто чудовищную вещь?.. Так ведь… Так ведь не должно было быть… Тем временем Том опустил глаза, и даже слегка отодвинулся, говоря: — Прости. Я понимаю, что тебе не нравятся узы, я не буду сопротивляться если ты решишь снять, но я… я ничего не искал, прости… — тихо признался он. — Если дашь мне такое задание, я сделаю, — еще грустнее добавил он. Гарри тяжело вздохнул. Мерлин помоги. Он подтянул стул, ставя прямо перед Томом, и сев, взял его ладони в свои. — Послушай Том. Мы однажды снимем узы, это однозначно. Я буду искать возможности даже просто потому что ты достоин гораздо большего. Я вызывал их только для того, чтобы тебе помочь, и я сам буду очень… расстроен, если это приведет к тому, что тебе в итоге будет хуже, — проговорил он, и мужчина вскинулся, чтобы что-то сказать, но Гарри тут же продолжил. — Но, — припечатал он. — Но, что ты думаешь случится, когда мы снимем узы? Я выставлю тебя за дверь, и скажу: все, мы больше не знакомы? — риторически спросил парень и взгляд Тома снова стал пораженным, но теперь под ним была явно заметная нотка надежды. — Нет. Нет, — повторился Гарри, пожимая плечами. — Ты мой друг. Это твой дом. И ты сможешь быть здесь столько сколько захочешь. И тебе не нужны рабские узы, не надо отказываться от своих амбиций, чтобы просто быть рядом со мной. Наоборот, я буду счастлив если ты захочешь разделить со мной свои победы, — с улыбкой сказал Гарри, нежно оглаживая ладонь Тома большим пальцем. — Это твой дом. И я здесь. И я буду обнимать тебя сколько ты захочешь. — И вдруг парень понял, что именно и кому только что сказал. А если мужчина воспримет это как-то, что он может снова пойти убивать направо налево, а потом приходить сюда, ожидая, что Гарри его поддержит, и говоря, что он обещал?! Парень тут же залепетал: — Ну, то есть, я думаю, что ты понимаешь, что если ты первым ранишь меня, или там будешь что-то очень плохое Рону или Гермионе делать, и я не знаю как это сказать, то есть это не значит, что я прямо все прощаю, но… Неожиданно взгляд Тома стал довольно закрытым. Он… Он реально так неправильно воспринял слова Гарри? Считал, что парень будет терпеть буквально все?.. Но сказал мужчина совершенно другое: — Гарри, как только мы снимем узы, это больше не будет моим домом. Нас больше ничего не будет связывать. — И ты захочешь сразу уйти и забыть все это как страшный сон? — с замиранием сердца спросил Гарри. Мерлин, это ведь было бы гораздо проще. Учитывая глупую влюбленность Гарри, это было бы буквально самым правильным выходом. Но… Но как же парень не хотел такого. Даже если он не мог притронуться, не мог поцеловать, Том сейчас был здесь, для него, всегда. Обнимал, ластился, дарил счастливые улыбки… И потерять это… Гарри не хотел, даже несмотря на то, что понимал как это глупо и насколько проще будет если эти чувства просто остынут и пройдут. — В том то и суть, что я не хочу уходить! — недовольно заявил Том, и Гарри ощутил, как с груди свалился валун. — Ну вот, — с широкой улыбкой сказал он. — Ты не хочешь уходить, а я не хочу, чтобы ты уходил, все прекрасно. — Гарри, как ты не понимаешь, без уз я не имею к тебе никакого отношения! Какое право я буду иметь дальше жить у тебя в доме, общаться с твоими друзьями и выпрашивать твоих объятий? Парень только легко улыбнулся в ответ, глядя на Тома еще теплее. — Не то, чтобы сейчас у этого всего было больше причин. — Сейчас я твой раб. Ты имеешь право сделать со мной, что захочешь. — Да, и я в первую очередь хочу, чтобы ты не был моим рабом, — сложив руки на груди, сказал парень. — И я тебе за это очень благодарен, — тепло посмотрев на Гарри, сказал Том. — Но это не отменяет того, что моя жизнь в твоих руках, и я могу быть здесь, только потому что ты этого хочешь. — А потом ты сможешь быть здесь, потому что ты этого хочешь, — парировал парень. — Гарри, — нахмурившись сказал Том, но парень его перебил. — Том я тебе обещаю, что никогда тебя не прогоню, — твердо сказал он и мужчина посмотрел на него ошеломленным взглядом. — Пока у нас с тобой не будет проблем я буду счастлив если ты будешь считать это место домом. И… — добавил он, после небольшой паузы. — И честно говоря, для меня будет гораздо значительнее именно если ты выберешь остаться без уз. Ведь это будет значит, что для тебя так же важно то, что есть у нас, как для меня… — тихо закончил он, уже не в силах совсем не сказать подобного. — Поэтому вообще никогда не переживай об этом. Это твой дом, и он будет таким не важно с узами или нет. — Гарри… — выдохнул Том, и парень поднял на него глаза, тут же тяжело сглатывая. Взгляд напротив был полон тепла, восхищения и… обожания?.. Что?.. Том быстро поднялся, и потянул Гарри за руки, побуждая тоже встать. Парень все еще ничего не понимал, но поднялся, чтобы тут же оказаться притянутым в крепкие объятия. Руки мужчины комкали футболку на спине Гарри, а он сжимал парня так сильно, что еще немного и можно было задушить, но Гарри только улыбнулся, мягко проводя по лопаткам Тома. — Гарри, — хриплым голосом начал он спустя добрые пол минуты. — Ты… Ты и правда готов… Ты и правда… даже без уз… — спросил он с явно заметными слезами в голосе. — Том, что случилось? — мягко спросил Гарри, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть в глаза мужчины. Это явно было ошибкой, потому что теперь удержаться от того, чтобы не стереть влагу со щек напротив стало очень трудно. — Я не знаю, — абсолютно потеряно, но при этом и так счастливо сказал он. — Я не знаю, я ведь, я ведь так счастлив, почему оно. — Мерлин, это от радости? — пораженно выдохнул парень. Том реально сейчас… плакал от счастья?.. Том! — Я… Я не знаю, — тихо сказал Том, шморгнув носом, и это было просто невероятно мило. — Я… Такое ведь невозможно, и… — он сглотнул и уставился на Гарри совершенно ошеломленным взглядом, и парень притянул его к себе снова. — Давай сядем и я пообнимаю тебя сколько захочешь, — предложил Гарри и Том тихо кивнул. Они действительно опустились на диван, и мужчина тут же пододвинулся Гарри под бок, крепко обхватывая руками и кладя голову на плече. Слезы все еще текли из его глаз, но только сейчас он, казалось, окончательно успокоился, и наконец-то расслабился. — Когда-то ты поверишь, что ты мне ценен, — с мягкой улыбкой сказал Гарри спустя несколько минут. Том только сильнее зарылся к нему в шею, тихо говоря: — Я уже верю, Гарри. И совершенно неожиданно парень ощутил, как его шеи коснулись мягкие губы. Что??? Что Том сейчас сделал??? Глаза парня шокировано округлились. Инстинктивно он тут же захотел отдернуться, но касание закончилось, как только началось, и Гарри тяжело осел на спинку дивана, утаскивая за собой Тома. Сердце громко колотилось в груди, мысли испуганно метались, и Гарри с трудом сдерживался, чтобы не начать быстро дышать, этим выдавая всю свою реакцию. Ему ведь показалось. Ему точно показалось! Было просто невозможным, чтобы Том действительно ПОЦЕЛОВАЛ ЕГО ШЕЮ!!! Мерлин, что... Мысли Гарри метались как стая пикси, но мгновение и шок прошел, тут же сменяясь осознанием и явным желанием. Парень мог поклясться, что у него покраснели даже уши, низ живота скрутило теплым узлом, а в голове снова и снова проигрывалось воспоминание об этом невероятном касании. Гарри казалось, что даже сейчас он продолжил чувствовать след от теплых губ, несмотря на то что Том уже спокойно лежал у него на плече. Мордред… Что это такое? Почему Том это сделал? Может это случайность? Или нет? Да, нет это просто не могло быть случайностью, Гарри ведь до сих пор чувствовал мягкое касание губ!.. Но… Но… Но как же Гарри бы хотелось большего. Как бы хотелось ощутить это не на долю секунды, почувствовать кожу мужчины под пальцами, а еще лучше… еще лучше опуститься к этим великолепным губам и… Гарри с трудом удержался, чтобы не затрясти головой. Что он делал?! О чем он думал?! Ему должно быть противно от себя!!! Прекрасно зная ситуацию Тома, зная все через что он прошел, зная всю травму он серьезно сейчас представлял себе поцелуй с ним?! Великолепно Гарри, просто чудесно! А что дальше? Будешь представлять как вы займетесь сексом на этом самом диване? Блядь… Почему… Почему он не мог от этого избавиться? Почему он не мог просто нормально помогать Тому? Что это за безумные фантазии, что с Гарри было не так?.. Такое делать нельзя! Нельзя! Нельзя!!! Но вдруг мысли Гарри прервал сонный голос Тома: — Но знаешь… Я говорил, что у меня нет цели, но одна нормальная цель у меня все-таки есть, — с улыбкой сказал он. — Какая? — только и смог выдавить из себя Гарри. — Думаю, ты скоро узнаешь, — многозначительно улыбнулся он, и парень тяжело сглотнул. Зная Тома, не было ли это чем-то опасным? Вредным? Незаконным? Что вообще за такая цель у него может быть здесь во Франции, где только они вдвоем… И вдруг мужчина снова потерся щекой о плечо Гарри, тихо говоря: — Да… Скоро узнаешь. Мерлин… Это… Гарри тяжело сглотнул… Это… Это ведь было не тем, о чем он подумал, верно?..