Хозяйка ранчо

      Март продлил суровую зиму, но снег постепенно сходил, лишь время от времени возвращаясь нежданными метелями. И всё сильнее проявлялась рыжая земля полей, оттаивая, и становились слышнее голоса возврашающихся птиц. Белоe облако, стоя на крыльце, гладила свой огромный, на фоне её совсем худенького телa, живот и вглядывалась вдаль горизонта, окрашивающегося розовым рассветом, прогоняющим ночные сумерки. Её светлые волосы развевались на ветру, и сейчас девушка казалась богиней этих земель, визуально отражая всё самое прекрасное в своей внешности. Она по предвестникам чувствовала, что роды начнутся со дня на день, и именно поэтому длительные холода впервые радовали, максимально затягивая встречу с ненасытным в своей жадности до чужих земель врагом. Сегодняшний день принёс оттепель, бьющую капелью с крыш уже с раннего утpa.       Лена услышала топот копыт ещё до того, как очертания всадника появились там, где рассветное огненное небо сливалось с землёй. Вздрогнула, понимая, что её страхи неизбежно превращаются в опустошающую реальность: она сразу узнала Роберта, который безудержно гнал свою лошадь, постоянно пришпоривая. И пока шериф, остановившись у ограды и спешившись, привязывал фырчащего коня, Белое облако выпустила из клетки сокола, которого держали для срочной связи, чтобы Виктор с Тайгашем немедля вернулись домой.       Роберт подбежал к хозяйке ранчо и обнял своими ладонями её руки.       — Какая же ты красивая в ожидании ребёнка! — выдохнул и широко улыбнулся.       — Самое время делать мне комплименты, — девушка не удержалась от скромной улыбки. — Говори, — тут же окрасила голос серьезностью.       — Они нападут сегодня ближе к сумеркам. Роджерс собрал очень много бандитов. Заплатил им. Всё будет выглядеть как нападение обычных воров скота, — Лена вздрогнула и глубоко вздохнула. — Я приехал, как смог. Заходить они начнут с нескольких сторон. Точно от ранчо Джонсонов и через Михаила. Передал охране на границе, чтобы твоего свёкра предупредили. Будут пытаться вас разорвать и искать прорехи, — уловил лёгкую дрожь в ладонях девушки. — Они не знают, что я здесь. Мне пришлось не светиться, делать вид, что меня не волнуют его планы, и добывать информацию разными методами. Бен прикроет моё отсутствие. Для них я уехал в соседний город еще два дня назад для расследования. Если мы победим здесь, то расквитаемся с Роджерсом и в городе. Мои руки будут развязаны. Еленa, тебе и женщинам пришло время уходить отсюда вместе с детьми.       Белое облако замерла, не перебивая ни словом, ни жестом мужчину, всё ещё неосознанно оставляя свои ладони в его. Как только Роберт замолчал, безмолвно забрала свои руки и открыла дверь в дом, позвав Игоря, оставшегося сегодня для охраны. Парень, появившись на крыльце, всё понял без пояснений: они готовились к этому тяжёлому дню.       — Лена, время пришло? — обнял названную сестру. — Вещи собраны. Сейчас всех оденем, и я повезу.       Уже давно семья подготовила в горах сторожку, когда-то спасшую жизнь Белому облаку после лавины, как ближайшее безопасное место. О домике в этих краях знали лишь немногие охотники, так как данный участок гор находился как раз между двумя ранчо, хотя и был свободен. Пусть сторожка казалась совсем небольшой, но мужчины умудрились расположить в ней несколько кроватей, утеплить, подготовить запас дров, воды и еды в погребе. Именно здесь планировалось спрятать женщин и малышей, в том числе и саму хозяйку ранчо. Игорь и трое ковбоев из сопровождения должны были остаться с ними в горах. За эти месяцы рядом сделали еще одну пристройку, чтобы охрана могла расположиться именно там. Все эти меры распространялись только на жительниц и детей с ранчo Лены. Немногочисленных работниц на землях Михаила отпустили на другие ранчо, с хозяевами которых он договорился о помощи. Жёны и дети нескольких семейных ковбоев предпочли остаться, не прячась, в том числе и родители Вэлари, и её подросшие браться и сёстры.       Белое облако контролировала погрузку вещей в повозку, когда Мария вывела на улицу тепло одетую в полушубок и валенки Кайю, и та потянула ладошки к матери, напряженно сдвигая бровки домиком.       — Роберт поставь её, пожалуйста, на этот ящик, — указала на высокое сооружение, которое позволило бы дочери оказаться примерно на одной высоте c матерью. — Я уже не могу её поднимать, — Лена смутилась под теплой улыбкой шерифа.       Тут же послышался топот лошадей: вернулись Синий ветер и Тайгаш. Практически на ходу спрыгивая, Виктор передал вожжи другу и подбежал к родным.       — Роберт, я всё-таки надеялся, что наша встреча не состоится… по крайне мере, при таких обстоятельствах, — мужчины пожали друг другу руки. — Патроны, надеюсь, привёз-то с собой? — ухмыльнулся саркастически.       — Обижаешь. Привёз. Сколько уж смог. Я останусь вместе с вами, — Виктор одобрительно кивнул.       — Милая, вам пора, — обратившись к Лене, Синий ветер поцеловал покрытую шапкой макушку дочери.       — Я не поеду, — прямо и с невероятной уверенностью во взгляде посмотрела на мужа, внутренне готовясь к возмущению, но по его глазам понимала, что он не удивлён, хотя ранее они старались обходить в разговорах тему отъезда Белого облака. — Дорогой, пока ты не начал говорить, я прошу тебя попытаться понять меня, — Синий ветер сжал её ладони. — Кайя будет в безопасности. Но я не могу бросить мой… наш дом. Дело даже не в этом… Вообще не в этом. Я не могу бросить… тебя.       Роберт, пока повисла гнетущая пауза, взял Танцующую в воде на руки и отнёс показывать повозку, отвлекая шутками и позволяя родителям девочки наедине решить сложный вопрос. Виктор долго молчал, так нетипично для себя, пристально вглядываясь в зелень взгляда жены.       — Лена… — он не мог подобрать слов. — Я понимаю тебя. Ты готова умереть за свою землю. Мы все готовы. Но, нет… — Синий ветер продолжал держать ладони жены в своих. — Ты не можешь бросить дочь. Мы оба несём ответственность за жизнь внутри тебя.       — Ему не нужен ты. Ему нужна земля, хозяйкой которой являюсь именно я. Он всё равно меня найдёт, если мы это не остановим. Он не успокоится, пока не получит то, что хочет. И Кайю найдёт. Я не бросаю её, и ты не бросаешь. Мы доверяем её самым близким людям. И мы с тобой верим в то, что победим это зло. Ты сможешь отпустить меня? Если ты скажешь сейчас, что сможешь, и это даст тебе сил для борьбы, и без меня ты справишься, то я уеду, — Белое облако, несмотря на серьёзность разговора, со всей теплотой смотрела на мужа, взглядом окутывая. — Ты… Именно ты сможешь меня отпустить?       Виктор при слове «отпустить» окунулся тревожными мыслями в прошлое. «Сейчас тебе нужно меня отпустить»: произнесла Лена, когда они возвращались из резервации после свадьбы. Рядом… Только это слово всплывало. Только так никто не разорвёт их связь. Вместо того, чтобы направить силы на борьбу, они будут рваться друг к другу, если любимая уедет вместе с Кайей. И снова сознание возвращало Синего ветра к словам молитвы Белого облака.       «Я всегда буду его руками, глазами, душой, неделимой с ним, одной кровью по венам соединившись с ним любовью. Я рождена, чтобы идти за спиной моего мужа, но он всегда следует рядом, делая нас одним целым. И никто не встанет близко с нами…»       — Ho… a если начнутся роды? — мужчина пытался ухватиться за последнюю соломинку, понимая, что вопрос фактически решён.       — Ты будешь рядом со мной в этот момент, и это самое главное. Ты и Тайгаш. Наш друг разбирается во многом, но надеюсь, его помощь не понадобится. Я постараюсь не мешать, — улыбнулась с лёгкой грустью. — В этой борьбе мы не можем быть порознь. Ты сам всё понимаешь, — обняла крепко мужа, прижимаясь к нему.       — Понимаю, милая, — поцеловал в макушку. — Всё понимаю. Обещай, что не будешь рисковать и спрячешься по возможности, если…       — Обещаю. Я не буду рисковать. Но пока смогу стрелять, я буду это делать. Пойдём попрощаемся с дочерью, — прикусив нижнюю губу с болью взглянула на Синего ветра, понимая, что от слова «попрощаемся» у них обоих проступила влага в глазах.       — Папочка, я не хочу уезжать, — малышка потянулась к отцу, пересаживаясь с рук Роберта на руки Виктора.       — Дочь, ты же остаёшься за главную, — отец максимально постарался развеять напряжение улыбкой. — Кто-то же должен помогать следить за самыми маленькими, развлекать их играми. Мария, Быстрая лань и Вэлари уже всё подзабыли из детства, — поцеловал в нос дочку, пытаясь шутить и отвлекая малышку. — Мы с мамой будем очень гордиться тобой.       — Мамочка остаётся? — надула губки. — Почему?       Лена, как смогла, одновременно обняла и Виктора, и Кайю, сидящую на его руках.       — Мама останется помогать. Без неё огонь моей души потухнет, милая, — поцеловал в лоб Танцующую в воде. — И враги победят. Зная, что ты под присмотром и в безопасности, нам будет легче, — Синий Ветер не мог обманывать дочь, которая, несмотря на свой малый возраст, понимала серьезность происходящего, как и все дети, растущие на этих землях.       Та, развернувшись бочком на руках отца, потянулась губами к матери и подарила ей нежные касания к каждой щеке. То же самое проделала и с Виктором. Улыбаясь, в ответ заставляя родителей тоже озаряться светом, осушала влагу в их глазах.       Шериф со стороны наблюдал, душераздирающие сцены: как Тайгаш сдержанно прощался с женой и с сыном, практически не выдавая эмоций, лишь тенью покрывая свой взгляд, когда прижимал к себе семью; как Мария, перекрестив свою любимицу — хозяйку ранчо, забрала спокойную, так удивительно для Роберта, Кайю из рук Виктора, и Лена до последнего держала малышку за ручку, кусая губы; как Вэлари, не выдержав, передала свою дочь мужу и, выскочив из повозки, крепко обняла Белое облако, разрыдавшись.       — Игорь, береги их, — Синий ветер обнялся с парнем, похлопывая друг друга по спинам перед тем, как отправить всех в путь. — Повозку оставите внизу. Лошадей отпустите. В горы, надеюсь, дойдете без потерь. Там простой подъём, но Марии и детям может быть тяжеловато… Если будет лавина, она огибает подъём из-за уступа скалы. Не возвращайтесь, пока мы сами не придём за вами. Нo… — Виктор остановил себя. — Никаких «но». Мы победим.       План, если случится самое плохое, знали все, но озвучивать его вслух сейчас казалось плохой приметой. Махнув рукой, Синий ветер отпустил повозку, одновременно пряча на своей груди вздрагивающую всхлипами Белое облако.       Несколько минут Виктор обнимал жену, тишиной обволакивая их сердца, чувствуя, как она судорожно сжимает пальцами парку на его груди, сдерживая крик боли. В этой борьбе выбора Лена не смогла бросить мужа, предпочтя умереть рядом с ним, если судьба поведет такой дорогой. Знала, что о дочери позаботятся родные люди. Но верила, что в отличие от своих родителей, Кайя будет расти в полной семье и дождётся их. И единственным препятствием в твердом решении Белого облака был ребёнок, который пока ещё неразрывно существовал с её телом. Но девушка так и не нашла в своих мыслях ответа на вопрос, как бы она поступила, родись малыш до этого дня.       Повозка медленно удалялась к горизонту, растворяясь во взглядах. Синий ветеp крепко взял за руку Белое облако: оба молчали. Они, несмотря на необходимость вернуть своё внимание подготовке к борьбе, повернувшись спинами к дому, наблюдали за последним оплотом спокойствия, исчезающим в воздухе, пока полностью не потеряли из вида родных.       В мыслях яркими вспышками мелькали картинки их безмерных чувств на пути друг к другу. ********************       « — Виктор, ты приедешь завтра? Дед очень просил зайти. — Приеду, — во взгляде промелькнуло что-то тёмное, заметное только Тайгашу.»       « — Синий ветер, ты должен был ей всё рассказать.»       « — Почему вы вернулись, Тайгаш?»       « — Где твои люди?! Ты почему одна?! Я не смогу находиться всё время рядом! — Ты и так не рядом. Много лет справляюсь без тебя.»       « — Не думал, что наше место до сих пор наше. — Ничего нашего у нас с тобой не осталось после того, как ты не попрощался. — He простишь?»       « — Лена, что ты ждёшь от меня? Я могу сейчас увезти тебя с собой и никуда нe отпускать. Могу прийти к твоему деду и молить прощения за отца. Могу сам уйти снова от семьи. Еще раз повторю, это не наша с тобой война. Что хочешь ты?»       « — He перебивай меня. Я… не могу без тебя. Я пробовала и поняла, что не могу. Не могу, потому что люблю… — шёпотом, но сердце Виктора признание оглушило.»       « — Ты слишком много моей боли видел раньше. Так было нужно. Только твоя любовь во мне, и никакой боли. У нас родилась здоровая сильная девочка.»       « — Ничего бы не изменилось. И ты это знаешь. Возможно, я была бы просто мертва из-за Джонсонов. Моё сердце небом отдано только тебе.» *******************       — Я люблю тебя, моё Белое облако, — притянул к себе и коснулся губами светлой макушки.       — Я люблю тебя, мой Синий ветер, — прислонила ладонь к его сердцу.       И тут же внутренне собрались, окунувшись в реальность, приступив к подготовке оборонительных мест. Большинство ковбоев распределили по границам, но на территории ранчо дополнительно оставили пять человек в помощь хозяевам. Тайгаш назначал каждому удобное для прицела окно: задача была не пустить чужих в дом, если они прорвут границы.       — Быстрая стрела, можно я обниму тебя? — Лена, уловив паузу в делах, подошла к индейцу.       — Белое облако, ты мой самый сильный духом друг, — раскрыл объятия и укутал в них девушку. — Наша с тобой тишина — часть молитвы, которую услышит Великий Отец. Два твоих сердца сейчас сильнее зла.       Синий ветер поодаль наблюдал за близкими людьми, внутренне восхищаясь. Их контроль, выдержка и уверенность давали силы всем, кто остался в этом доме в ожидании битвы. Виктор надеялся, что отец вовремя сможет прийти на помощь, когда разберётся с бандитами на своей территории. Можно было только предполагать их количество, но, благодаря Роберту, эффекта неожиданности не случилось, и обороняться стало проще. Михаил со своими людьми и запасом оружия должен был справиться с этим злом. Самым сложным казалось удержать границы бывшего ранчо Джонсонов, куда отправили основные силы.       Быстрая стрела, закончив ритуал «тишины» с Белым облаком, спустился в погреб и перенёс оттуда ящики с патронами и все имеющиеся в наличие ружья. Лена улыбнулась, когда следом на столе в гостиной появились два лука и стрелы: она знала, что и её муж, и друг прекрасно владели этим оружием. На крышу отправили пару ковбоев следить за горизонтом, чтобы они вовремя могли предупредить, если враг начнет подходить близко. Роберт занёс в дом несколько коробок с патронами, которые смог привязать к своей лошади.       Время бежало слишком быстро, незаметно заканчивая день. На улице начинали сгущаться сумерки, предрекая начало схватки. Пока мужчины распределялись по помещениям, изучая удобные для обороны места, и обсуждали планы действий, Белое облако заварила на кухне чай и нарезала бутерброды с ростбифом. Заглянув в гостиную и выловив взглядом шерифа, чистящего свой пистолет, окликнула его.       — Роберт, помоги мне донести поднос в гостиную, — тот моментально вскочил.       — Хозяюшка, — умилился заботой девушки, подумав, что ранее им постоянно приходилось пересекаться при странных обстоятельствах, а теперь его нахождение на территории Лены открывало что-то новое и ещё больше очаровывало мужчину.       — У вас здесь все такие?       — Какие? — усмехнулась Белое облако.       — Коня на скаку остановят и прочее… И красивые.       — Роберт, ты снова за своё. Неисправим, — подтрунивая над мужчиной, подошла и дотянулась до его волос, по-дружески взлохматив их. — Отнеси всем поесть.       — Ты самa-то елa? — прищурился.       Белое облако стянула с подноса один из бутербродов и начала его жевать, чтобы шериф не приставал с нравоучениями.       — Иди в комнату. Я пока проверю лошадей, — встала в позу «сахарницы».       — Все сама. Никто ей ни указ? — по-доброму съязвил Роберт.       — Ну нет же, — засмеялась, но тут же смутилась, почувствовав, как по ногам полилась вода, оставляя за собой намокшие штаны. — Роберт, возвращайся к остальным мужчинам, — метнула молнию, ловя его настороженный взгляд.       — Лена… — он будто только в минуты особого волнения называл её уменьшительным именем. — Это то самое? — ошеломлённо посмотрел на неё.       — Иди, пожалуйста. Не мучай меня вопросами. Не говори никому о том, что увидел. Виктору передай, что я поднялась к себе, чтобы переодеться. И скажи, что я поела. Время ещё есть.       — Лена! — шериф повысил голос, не уступая.       — Роберт, пожалуйста, — коснулась его руки, успокаивая.       Мужчина ругнулся под нос, взял поднос и вышел из кухни.       Белое облако незаметно для домочадцев прошла к лестнице и проскользнула наверх. Закрыв за собой дверь в спальню, прижалась к ней спиной и прикусила нижнюю губу. Ещё было далеко до физической боли, но душевная рвалась наружу. Несколько минут девушка стояла, прикрыв глаза и собираясь силами. Затем всё-таки переоделась в чистые штаны. Рубаху надела подлиннее, заправив её, предполагая, что наступит то время, когда придётся остаться только в ней. Заплела индейскую косу, вкладывая в этот ритуал всю мощь своего духа.       Солнце за окном уже село, окуная дом в темноту: хозяева старались пока исключить любое освещение территории, оставив лишь пару свечей. Белое облако вернулась вниз и прошла в комнату. Виктор стоял у окна, вглядываясь в горизонт, который прятал границы земель Джонсонов и пока не выдавал тишиной никакой опасности. Лена обняла мужа со спины и прижалась щекой, на несколько минут безмолвно зависнув так, что ни один из присутствующих в гостиной не рискнул никаким шумом нарушить их единение.       — Виктор, началось. Скачут от свободных земель пять человек. Видимо, нашли дыру, где нет охраны, чтобы зайти с этой стороны, — сверху раздался голос ковбоя, спустившегося с крыши.       Синий ветер повернулся к Лене и, несмотря на свидетелей, глубоко и жадно поцеловал её, а она буквально пальцами вцепилась в его одежду, чувствуя окутывающую слабость во всём теле. Резко оторвавшись от жены, он подошёл к столу, где разложили оружие, и вложил в руки Белого облако винтовкy, подготовленную им для неё лично. Параллельно Тайгаш осветил гостиную свечами, изображая «жизнь», дома, чтобы ближе подпустить врага, создав для них ловушку.       — Роберт, идите с Леной на второй этаж. Патроны туда уже отнесли. Будете отстреливаться там. Так безопаснее. Отвечаешь за неё головой. Я доверяю тебе, — Синий ветер грозно взглянул на Белое облако, предотвращая любые обсуждения на эту тему. — Позже сменю тебя в зависимости от развития ситуации. Мы с Быстрой стрелой пока должны находиться здесь.       Шериф, понимая и состояние девушки, о котором Виктор пока не знал, и тяжесть всех решений, которые сейчас принимал хозяин дома, мгновенно схватив свою винтовку, подошёл к Лене и повёл за руку к лестнице, не давая опомниться. По дороге их все-таки придержал Тайгаш. Индеец приобнял Белое облако за плечи, чернотой взгляда несколько секунд всматриваясь в её зелень, а затем прошептал на ухо девушке что-то на своём языке, оставляя это только между ними. Кратко прислонил ладонь подруги к своему сердцу и отпустил наверх.       — Как ты себя чувствуешь? — шериф завёл Белое облако в комнату, которую им определили для защиты.       — Пока всё хорошо, — грустно улыбнулась. — Нам с тобой — каждому по окну, — подошла к занавеске, но тут же издала еле слышный, но не прошедший мимо Роберта стон, сжав в кулак руку, свободную от винтовки.       — Сколько у нас есть времени? Господи, Лена, тебе же помощь нужна, как минимум! Почему ты не сказала мужу? — мужчина при всей строгости и волнении не скрывал во взгляде и своего смущения, впервые попав в такую странную ситуацию.       — Не нужно обращаться к Богу без повода, Роберт. Держи себя в руках. Я справлюсь. Мужу пока нельзя отвлекаться. Он всё узнает вовремя. Если небо позволит, то Виктор или Тайгаш мне помогут. Тебя сюда меня защищать отправили, а не нервы мотать, — но улыбнулась, несмотря на серьёзность в голосе. — Слушай тишину в себе, — подошла к шерифу ближе и коснулась пальцем его рта, запечатывая.       Снизу раздались выстрелы, оповещающие всех о начале бойни.