Родной уголёк

Первое, что я увидела, открыв глаза… Ослепительно сверкающее небо. Ни потолка, ни люстры, ни привычных пятен от соседей сверху. Какого? Я попыталась подняться, но у реальности были свои планы. Вместо привычных рук перед глазами маячили какие-то «микроладошки». Э! Где мой вчерашний маникюр? Тонкие детские пальцы покраснели, зарываясь в снежный покров. Подсознательно я ждала, что сейчас они начнут неметь, но вместо пробирающего до костей холода по телу пробежалась лёгкая дрожь. Передёрнув плечами, я всё же поднялась и осмотрелась. Плато, бескрайнее снежное плато. Я на Северном полюсе? Или на Южном? Справа снег, слева лёд, впереди солнышко светит. Как я здесь оказалась? На задворках сознания маячит какая-то мысль, словно я ещё чего-то не замечаю. Паника липким холодком проползла по позвоночнику. Так, я в футболке, посреди ледяной пустыни, любуюсь пейзажем. — Блестяще! — прохрипела я. Голос прозвучал тонко, по-детски, и от этого стало совсем тошно. Ещё раз внимательно осмотревшись по сторонам, заметила, как за ледяным торосом виднеется тёмная полоска воды. Поглубже вздохнув, я побежала, сама не зная куда, лишь бы не стоять на месте. Ноги в кроссовках предательски скользили по неровной поверхности. Пока бегу, можно и подумать. Какого чёрта здесь происходит? Я помню, как плавала на море, отмечая отпуском двадцать шестой день рождения, рядом была мама, а потом… А потом… а что потом? Ай, как заболела голова. Ясно, понятно, что ничего не понятно. Какие есть теории? Меня похитили мафиози с целью выкупа, но случайно потеряли по дороге в секретный бункер? Мммм, вряд ли, долги я все закрыла. А может, я спокойно уехала с пляжа, через несколько лет решила отправиться в экспедицию, но мне подобралась плохая команда, они стукнули меня по голове и отобрали экипировку, а я потеряла память? Уже больше похоже на меня, но это не объясняет микроручки. Ааааа, понятия не имею. На Землю прилетели инопланетяне и стали ставить опыты над людьми, забирая их сознание и помещая его в нестандартные условия. Хе, с такой же вероятностью это может быть кома или заговор мирового правительства с виртуальной симуляцией, но я слишком комплексно ощущаю всё вокруг, будет обидно, если я попала в матрицу и не смогла это распознать. Странно, прошло уже больше пары минут, а мне не то чтобы очень холодно. Может, это всё же симуляция? Сдаюсь, не знаю, слишком мало информации. О, наконец-то добежала, ну что, есть здесь что-то полезное? Всё тот же снежный пейзаж угнетал своей белизной. И даже зеркальная гладь воды не спасала ситуацию. Но вот вдалеке нарисовалось движение. Меж льдин плыло какое-то судно. Подойдя поближе к берегу реки, я активно начала прыгать и привлекать внимание. — Эй, там! На лодке! Люди! Я здесь! Спасите! — закричала я в надежде, что это всего лишь чья-то шутка и сейчас всё прояснится. Судно неспешно подплывало. В нём нарисовался паренёк с нелепым хвостом на макушке и копьём в руках. Он смотрел на меня так, будто я собираюсь украсть у него весь улов. — Ты кто такая? — парень выпрыгнул на лёд, держась на расстоянии. — И что здесь делаешь? Мы пристально изучали друг друга. На удивление, этому мальчишке можно было дать от силы лет 16-18, но он был на полголовы выше меня. Я натянула свою лучшую рабочую улыбку и попыталась представиться. — Меня зовут Айрис, и, кажется, я потерялась. Кинув нечитаемый взгляд на мои волосы, парень заметно расслабился. — Дети Луны всегда желанные гости в нашей деревне, — он вдруг полез обратно в лодку. Поковырявшись в поклаже, юноша вытащил какую-то странно пахнущую шкуру и протянул её мне. Титаническим усилием воли сдержав лицо от гримасы отвращения, я приняла тёплую одежду. Это оказалась тяжёлая шуба. — Спасибо, — сказала я на выдохе. На вдох сил не было. Этот кусок кожи вонял рыбой так, что слезились глаза. Прикрыв их, я мысленно стала считать до десяти. — Видимо, дух Луны был совсем «не в духе», раз забросил тебя сюда в одних штанах, — незнакомец легко улыбнулся. — Садись скорее, пока совсем не продрогла. Будем знакомы, меня зовут Сокка. Запрятав брезгливость подальше, я уселась в лодку. Парень, взявшись за весло, отчалил от берега. — Скажи, а «сюда» – это куда? Где мы находимся? — немного отдышавшись, с любопытством поинтересовалась я. — На Южном полюсе, — ответил он так буднично, будто каждый день консультирует потеряшек. Из груди вырвался нервный смешок. — Южный? Это сколько же часов мне до Италии добираться придётся? — До куда? — удивился он. — Не слышал раньше про такое место, это где-то на территориях Воздушных кочевников? Сердце пропустило удар. Он только что сказал: “Воздушных кочевников”? Появилось настойчивое желание почистить ухо. Надежда о лёгком исходе событий стремительно трещала по швам. Да нееет, не может быть. Хотя, сейчас проверим. — Вообще-то, я из Царства Земли. Жила в маленькой деревушке прямо под стенами Омашу. Слышал о таком? Я незаметно перевела дыхание. Если он не знает, что это, то я просто ошиблась. А если подтвердит, то… — Омашу? — Сокка хмыкнул, отталкиваясь веслом от льдины. — Кто же не знает Омашу? Это на другом материке, малявка. Тебе не повезло. Чтобы добраться туда отсюда, нужен хороший корабль. Звездец. Я на Южном полюсе, плыву с Соккой, говорю про Омашу, это уже не просто совпадение, это что-то из разряда фантастики. Гы, полюс моего любимого мультика. Вот же ж. Желания сбываются. Так! Могу ли я сейчас как-то на это повлиять? Нет. Значит, надо отвлечься. Что там Сокка говорил про духов и луну? — Почему ты назвал меня ребёнком луны? — спросила я, чувствуя, как истерически колотится сердце в груди. — А ты посмотри на волосы, — он кивнул в мою сторону. — Сама молодая, а голова седая. — Сокка понизил голос, словно боялся, что нас подслушают. — Мне пра-пра рассказывала. Рядом с миром людей есть мир духов, и некоторые от скуки начинают шутить. А некоторые просто злые и постоянно пытаются пробраться в наш мир, сея хаос и разруху. Иногда дух Луны спускается в мир смертных и похищает детей, забирая их память. Взамен он дарит свой свет волосам. Таких людей и называют: «дети Луны». Какие у меня волосы? Рука сама судорожно потянулась к спине, пытаясь нащупать русую косу. Но ответом была лишь пустота. Сзади торчит только куцый хвостик. Я потянула прядь чёлки и стала буравить её взглядом. Кипенно-белая прядь бесстрастно пыталась слиться с местным пейзажем. Закрыв лицо руками, я попыталась спокойно вздохнуть. Из груди вырвался то ли стон, то ли всхлип. Задержав дыхание, я медленно начала считать. Где-то на пятидесятой секунде мне потребовался кислород. Набрав полную грудь воздуха, я искоса посмотрела на Сокку. Он с любопытством глядел в ответ. — С тобой всё хорошо? — немного обеспокоенно поинтересовался мальчик. — Пока не знаю, — растерянно ответила я. Переведя взгляд ему за спину, заметила, как вдалеке вырисовывается небольшое поселение. *** В деревне Сокка всем представил меня и тут же спихнул на руки Катаре. Сам, прикрывшись охотой, поспешил скрыться в тундре с таким видом, будто в одиночку совершил подвиг, а не притащил в лодке одну тощую девчонку. Мы с Катарой как-то сразу не смогли поладить. Не могу её за это винить, кто был бы рад, если старший брат притаскивает с охоты непонятную девушку в твоей шубе? Я чувствовала её колючий взгляд каждый раз, когда поправляла вонючий мех, но капризы приходится засунуть поглубже. Если учитывать, что я засыпаю и просыпаюсь в одном и том же месте, никаких багов замечено не было, и каждый день я узнаю что-то новое, что не знала ранее, то сейчас самая вероятная теория о пребывании здесь – это телепортация. Я каким-то магическим макаром перенеслась во вселенную Аватара. Пра-пра, независимо от Сокки, рассказала примерно такую же сказку про детей Луны, если где-нибудь я ещё встречу человека, который расскажет мне то же самое, то тогда можно окончательно смириться с клеймом попаданки. Если бы мне кто-нибудь сказал, что я смогу попасть в любимый мульт, то я однозначно бы обрадовалась. Но реалии Южного полюса вносили свои коррективы. Он не имеет ничего общего с уютным мультфильмом.  Начнём с того, что здесь ужасно кормят. Не, вы даже не представляете масштаб бедствия. Голод стал моим постоянным спутником, он грыз изнутри, доводя до головокружения. Местная кухня напоминала затянувшийся кошмар: слизкие, серо-бурые морские сливы, от которых несло тиной, вяленая сайка и куски мяса тигровых тюленей, плавающие в липком, вонючем жиру. Мой городской желудок скручивало спазмами. Глотать эту жижу было похоже на ежедневную пытку. Иногда мне казалось, что теперь постоянно буду испытывать рвотные позывы при виде еды. — Попробуй, Айрис, это очень вкусно, — Катара неоднократно подсовывала мне миску с чем-то подозрительно дрожащим. Я, стараясь не портить ещё больше отношения, натягивала улыбку. Хотя в голове пульсировало желание надеть эту миску ей на голову. Чтобы не провалиться в чёрную дыру депрессии, я хваталась за любое дело. Точнее, для меня всегда находили занятие, то шубу подшить, то рыбу почистить, то девочкам помочь, то с малышами поиграть. Я забивала голову местным бытом до звона в ушах, чтобы к вечеру просто падать от усталости, не оставляя времени на мысли о потерянном телефоне. Несколько раз я видела, как Катара пьёт какой-то чай с травами и сушёными ягодами, но со мной она делиться не хотела. Любые мои попытки смягчить её неприязнь натыкались на непробиваемую уверенность девушки в том, что я лишняя в их племени. Несмотря на своё вечное бахвальство, Сокка, видимо, как-то прочухал, что я увядаю в деревне. Пару раз он брал меня с собой на охоту и рыбалку. Там, среди льдов, когда Катара не сверлила меня подозрительным взглядом, я чувствовала себя почти живой. Сокка объяснял, как пользоваться копьём, но для меня оно было слишком длинным. Поэтому парень вручил костяной ножик. Простая рукоять удобно лежала в ладони, а лезвие, выточенное из чьего-то клыка, хищно блестело на солнце. Полезная вещица, особенно для разделки мяса. Хотя местные и не оценили мои старания. Все вокруг не воспринимают меня всерьёз и считают неразумным ребёнком. «Айрис, деточка, принеси воды», «Айрис, милая, подержи нитку». Каждое такое обращение заставляло стискивать зубы. Не знаю, может, дух Луны играет только с детьми, или высшие силы хотят видеть в истории только подростков, но я однозначно уменьшилась. Такой хвостик я носила ещё в школе. Ещё у меня пропало несколько шрамов. И на ощупь пропали проколы из ушей. Зеркал здесь нет, а в воду особо не посмотришься. Из личных вещей имеются: джинсы, футболка, белые носочки, кроссовки, нижнее бельё и резинка на хвостике. Всё. Все мои серёжки, кольца, браслеты, побрякушки и подвески остались в Италии, ну, точнее, я надеюсь, что они хотя бы там остались. Парадокс, меня закинуло в другой мир, а я переживаю о безделушках. А о чём ещё думать? Страдать о том, что я не могу нормально поесть? Или о том, что мне до трясучки в руках хочется найти в кармане телефон? Или строить возможные планы на будущее? Ага, аж два раза. Если даже в этой маленькой деревушке есть столько нюансов выживания, строить какие-то планы дальше одной локации просто бесполезно. Вот и остаётся только учиться, приспосабливаться и выживать. Но с каждым днём я отчётливее понимала, что такими темпами скоро помру от истощения. Решено, если завтра брат с сестрой вернутся без аватара, то я начинаю собственноручно строить лодку. *** Мдя, вот кто по-настоящему ведёт себя по-детски. Аанг не успел толком появиться в деревне, как уже разнёс половину дозорной вышки. Пока Сокка в ужасе её осматривал, а Катара светилась от восторга, я наблюдала за этим «спасителем мира» с безопасного расстояния. С виду совсем обычный двенадцатилетний пацан, но ощущения рядом с ним, мягко сказать, странные, какое-то давящее чувство. Когда Пра-пра увела Катару, я поняла: сейчас или никогда. Нужно с ним знакомиться. Я мягко оттеснила восторженную мелюзгу и подошла к Аангу, натянув свою лучшую дежурную улыбку. — Привет! Меня зовут Айрис, — я лучезарно поздоровалась. — Сокка взахлёб рассказывал, что с тобой был какой-то необычный зверь... — Да, это Аппа! Мой летающий зубр, — Аанг просиял и тут же, по-детски торопливо, перебил меня. — Хочешь познакомиться? Пошли! Он очень добрый. Ой, а почему у тебя белые волосы? Я таких раньше не видел. Ты маг воды? Мдя, точно ребёнок. Его энергия буквально искрится во все стороны. — К сожалению, не маг, — я горестно развела руками. — Сокка говорит, что надо мной зло подшутил дух Луны: не только волосы обесцветил, но и забросил на Южный полюс, лишив памяти. Мой дом очень далеко отсюда. А ты-то как здесь оказался? — А? Я? — Аанг на секунду замялся, и в его глазах промелькнула совсем не детская тень. — Это длинная история, не хочу сейчас об этом говорить. — Тогда неважно! — я легкомысленно махнула рукой, продолжая свою игру. — А твой зубр правда умеет летать? По-настоящему? — Конечно! Надо только подождать, пока Аппа отдохнёт, — серьёзно ответил мальчик. Мы подошли к зверю. Ну что сказать, зрелище незабываемое. Огромное, шестилапое, пушистое создание с умными глазами. Я протянула руку, перебирая густую шерсть, и начала вдохновенно врать. — Знаешь, Аанг, мне кажется, раньше я жила в Царстве Земли, в нууууу очень маленькой деревушке рядом с Омашу. Если Аппа умеет летать, как думаешь, я могла бы улететь домой? Настойчиво перебирая шерсть, я не смотрела на Аанга. Врать нехорошо, но найти более простой способ сбежать из деревни мне не удалось. — Конечно, когда Аппа наберётся сил, я смогу помочь тебе, — Аанг погладил зубра по носу. — Твои родные, наверное, сильно переживают? — Не знаю, — я криво усмехнулась, думая о своей пустой квартире. Тряхнув головой, продолжила. — Я практически ничего не помню. Ни о том, где именно находится мой дом, ни о том, кто меня там ждёт. Кстати, мне кажется, или малыши тоже захотят познакомиться с Аппой? Давай их позовём сюда. Давящее чувство в груди никуда не делось, но я продолжала улыбаться. План-минимум на сегодня выполнен, с Аангом познакомилась, зубра погладила. Теперь пора бы спрятаться, пока на горизонте не нарисовался Зуко, а то поджарит ещё мимоходом, и поминай как звали. *** Птичка-обломинго в этот раз пролетела мимо. Как только Аанг пошёл кататься на пингвинах, меня уже и след простыл. Набравшись храбрости, я договорилась с Соккой, что одна прогуляюсь по местности, пособираю какие-нибудь местные травы и ягоды, если вообще смогу их найти, и с чистой совестью утопала подальше от драки. Теперь я чувствовала себя увереннее, костяной нож привычно лежал в руке, особо опасных тварей здесь не водится, да и снаряжение сейчас несравнимо более подходящее, чем в первый день попаданчества. Отойдя подальше, я наконец-то смогла вдохнуть полной грудью. Здесь, вдали от деревни, исчез навязчивый, въедливый запах жира и рыбы. Воздух был ослепительно чистым, стылым и пах только морозом. Я набрела на несколько кустиков морошки и принялась собирать ягоды, чувствуя, как монотонная работа успокаивает нервы. Потом прошлась вдоль берега, выудила пучок водорослей и даже поймала какую-то мелкую рыбёшку. Вокруг царило безмолвие, нарушаемое лишь низким гулом ветра и стоном оседающего льда. В деревне, среди людей, было слишком шумно. Сложно осознать в череде ежедневных событий, но похоже, я устала, от постоянной суеты, от прилипшей улыбки, от неопределённости. Это не совсем похоже на мультяшную детскую сказку. От меня постоянно что-то хотели, куда-то торопили. А здесь, наедине с собой, я чувствую себя свободнее. Захотелось подурачиться и прыгнуть в сугроб с криками “юху”. Я не стала отказывать себе в этом удовольствии и немного пробежалась по мягкому снежку, поднимая в воздух тучу снежинок. Как странно, они настолько лёгкие, что ненадолго зависают в воздухе и совсем не желают слипаться обратно. Я закружилась в этом странном танце снега и, хохоча, рухнула в сугроб. Но стоило мне затихнуть, как радость испарилась. Накатила безумная слабость, резко заболела голова и захотелось закрыть глаза, чтобы больше ничего не видеть. В душе разрасталась гулкая пустота, обещавшая, что можно больше ничего не делать. Я почти поддалась этой тоске, но какая-то навязчивая мысль на краю сознания не позволила в ней раствориться. Что-то не так. Но что? Я одна, никого нет, всё же хорошо? Тишина и покой, почему я не могу расслабиться? Устремив взгляд в небо, я упорно пыталась анализировать ситуацию, но вместо логики натыкалась на глухое одиночество. Я очутилась в любимом мире, но мне здесь плохо. Внезапно горизонт расчертила сверкающая полоса. — Хмммм, прогуляться, что ли, к сигналу? Полюбуюсь корабликом, — тихо пробормотала я себе под нос. Пришлось подниматься, отряхивая штаны, и ползти навстречу приключениям. *** Замечательная идея о “лёгкой прогулке” разбилась о законы этого мульта. Стоило мне подойти к ледяным пригоркам, как я оказалась в кольце пингвинов. Эти пернатые рэкетиры недвусмысленно требовали долю от моего улова. Пришлось позорно дезертировать, оставив им всю рыбу. Зато я неплохо покаталась с ледяной горки. Перья птичек оказались короткими и скользкими из-за жира, на ощупь больше напоминающие рыбную чешую, поэтому, съехав один раз, я пообещала себе больше никогда не подходить к этим тварям. Кхем. Так или иначе, передо мной предстал внушительный корабль народа огня. Огромная, ржавая громадина, вросшая в вечный лёд, больше напоминала кадр из мультфильма. Она давила своим присутствием, пропахшая солёной гарью и безнадёгой. И вдруг, глядя на этот железный скелет, на меня нахлынуло окончательное, бесповоротное осознание: я здесь одна. По-человечески «одна». Рука невольно дёрнулась к карману, ища телефон. Захотелось сфотографировать этого монстра, но пальцы наткнулись лишь на грубую шерсть чужой одежды. Пустота там, где должен быть гаджет, отозвалась тупой, почти физической болью. Мои игры, музыка, книги, галерея, соцсети, всё это просто исчезло. Вся моя предыдущая жизнь перестала существовать. Шелковистая русая коса, кольца, браслеты, серёжки, подвески, всё, абсолютно всё исчезло. Я осталась без маникюра, без макияжа, без всех тех мелочей, которые делали меня мной. Заперта теперь в теле подростка, в мире, который совсем не похож на мультфильм. — Ну почему? — мой голос сорвался на хрип и утонул в свисте ветра. Зачем я здесь? В этой замечательной истории мне нет места. Я же самый обычный человек. Я же просто… никто. Просто лишняя. Паника, которую я так долго глушила улыбчивой маской, наконец прорвала плотину. Осев на стылый снег, я обхватила колени. Вспомнилась родная квартирка, запах утреннего чая и ворчание мамы, что я опять засиделась допоздна за сериалом. Эти воспоминания жгли сильнее, чем мороз. Здесь не было горячего душа, не было привычной работы с зарплатой, не было нормальной еды, не было ничего, кроме снега. Бесконечное белое безмолвие. — АААААААААА! Ну за что?! — закричала я в равнодушное небо, чувствуя, как одиночество перерастает в ядовитую ярость. — Что я такого вам сделала, чёртовы духи? Луна, или Океан, или кто там ещё. Кто-нибудь… ответьте… Но ответом мне был лишь свист студёного ветра. Мир не собирался давать инструкции или подсказки. Губительная белизна нещадно слепила глаза. Из груди поднималось что-то грязное, разъедающее все хорошие мысли. Я сидела в сугробе, пока слёзы не замёрзли на щеках. Выбор был прост и страшен: либо я позволю этому миру сожрать себя, либо я вцеплюсь в него зубами и выгрызу своё право на счастье. Я обязана улететь с аватаром. Но что будет дальше? Тяжёлый вздох вырвался из лёгких облаком пара. Жить без ответов оказалось невыносимо, но сидеть здесь на месте было ещё хуже. Я поднялась, отряхивая одежду и не оглядываясь на одинокое сооружение, медленно побрела прочь. Бездумно шагая по пустоши, я ждала, когда можно будет вернуться в деревню. *** Я застала подростков в самый разгар сборов. Сокка впихивал в тюки вяленое мясо, а Катара поправляла спальные мешки. — Я лечу с вами, — максимально твёрдо, насколько возможно в моём положении, сказала я. Катара отвлеклась от сборов и медленно выпрямилась. Я кожей почувствовала, как она мечтает утопить меня в ближайшей речке. Если бы рядом не было её брата, то я бы уже кормила собой рыб. — Исключено, — отрезала она, скрещивая руки. — Аанга похитили, и мы должны торопиться, а ты нас задержишь. — Катара права, Айрис, — Сокка на мгновение отвлёкся от укладки еды. — У нас нет времени на игры. Ты только под ногами будешь путаться. Он сказал это беззлобно, просто как факт, но меня задело. Рефлекторно натянула улыбку и с непробиваемой решимостью возразила. — Во-первых, я видела корабль народа огня, а во-вторых, я не брошу Аанга, и точка, — я сделала паузу, поймав взгляд Сокки. — И вы ведь понятия не имеете, как заставить зубра взлететь. Катара ехидно улыбнулась, размахивая руками. — О, и ты, конечно же, нам его не скажешь? — в её голосе сквозила такая неприязнь, что мне на секунду захотелось скинуть её с зубра. Но рациональность не позволила мне этого. — Скажу, — я полезла на спину Аппы, поднимаясь по хвосту, стараясь унять дрожь в ослабевших пальцах. — Давайте мы всё обсудим по дороге? Время уходит. Сокка, не заметив нашей маленькой перепалки, радостно уселся в седло. — Ладно, малявка, убедила. Главное, чтобы эта мохнатая гора реально оторвалась от земли. Я глубоко вздохнула, чувствуя, что это будет сложный день. Удостоверившись, что Катара держит поводья, я отдала заветную команду. — Хип-хип! Аппа утробно заворчал, переступил мощными лапами, и мир под нами качнулся. Мы начали набирать высоту. Сердце ушло в пятки, как на самых диких аттракционах. — Он летит! Летит! Девчата, он… — радостно воскликнул Сокка и замолк, глядя на наши довольные лица. Катара почти сразу отвернулась, демонстративно разглядывая гладь воды. — И чем именно ты собралась нам помогать, Айрис? — её голос звучал сухо, почти официально. — Магией ты не владеешь, и оружием тоже. — Эээ нет, возможно, ты не заметила, но я неплохо управляюсь с ножом, — разглядывая девушку, я специально прокрутила рукоять между пальцев, — и я могу быть полезной в других вещах. Катара, ты же не думала, что я вечно буду подшивать ваши шубы в деревне? Я хочу увидеть мир и найти путь домой. Пойми, сейчас мы одна команда, нравится тебе это или нет. Я улыбнулась ей своей самой широкой улыбкой аниматора, от которой обычно дети лезли обниматься. Катара не ответила. — Конечно, мы одна команда! — Сокка, блаженно не замечая грозовых туч, сгустившихся между нами, радостно спросил. — Мы и так отлично ладим, правда, Катара? Сестра лишь молча осматривала горизонт, ища глазами чёрный дымный след. *** Как только зубр успел коснуться палубы, так сразу Сокка и Катара, забыв обо всём на свете, рванули к Аангу. А я, видимо, с помутившимся от голода рассудком, решила им помочь. Непреодолимо захотелось достать шест, сиротливо валяющийся у самого края палубы. Подошвы кроссовок предательски скользили по мокрой стали. Приходилось бежать аккуратно, стараясь не навернуться. Дрожащими руками я вцепилась в гладкое, отполированное дерево за мгновение до того, как к нему потянулась ещё одна рука. Прямо передо мной на палубу взбирался Зуко. В каждом его движении отчётливо читался гнев. Он ещё не успел полностью взобраться на корабль, но даже так можно было ощутить исходящий от него жар. В груди всё похолодело, а сердце пропустило удар и спряталось в пятках. Наши взгляды встретились. В сериале его глаза были просто жёлтыми, но здесь, сейчас, в них плескалось раскалённое золото. Обхватив обеими руками планер, я прижала его к груди, замерев от восхищения и не в силах оторваться от завораживающего зрелища. Вдруг ветер хлестнул меня по щекам, заставляя зажмуриться и прийти в себя. Развернувшись на пятках и вжав голову в плечи, я поспешила сбежать от живого наваждения. В это время Сокка помогал Аангу взобраться на зубра, а Катара приготовилась колдовать. Заметив её махи руками, я в ужасе шарахнулась подальше от траектории водной атаки. Пара мгновений, и вдоль всей палубы протянулась ровная полоска образовавшегося льда. Кинув взгляд через плечо, я чуть не споткнулась. Ноги принца сковала ледяная ловушка. Кое-как удержав равновесие, я ускорилась. Риск поскользнуться и превратиться в кучку пепла подстёгивал лучше любого стимула. Взбежав по хвосту зверя, я рухнула в седло, хватая открытым ртом воздух. В боку нещадно кололо, а по виску стекала капля холодного пота. Как только Катара залезла к нам, так сразу Аппа тяжело оторвался от пола, стремительно набирая высоту. Внизу, на удаляющемся корабле, Зуко неистово кидался огнём, выбираясь из ледяного плена. Освободившись, он немедленно попытался сбить зубра. Вместе с дядей принц создал гигантский огненный шар и запустил его вслед улетающему зубру. Огонь неотвратимо настигал нас, как живое существо, готовое вцепиться во всё на своём пути. Но по закону мультика Аанг смог его отбить в сторону айсберга. Глядя вниз на уменьшающуюся фигурку подростка, я испытывала смешанные чувства. Меня трясло от пережитого ужаса, но одновреме́нно я не хотела так быстро улетать. Бедный принц при виде лавины сморозил такую умилительную моську удивления и недоверия, что мне стало стыдно за аватаровскую команду. Откинувшись на спину, я закрыла лицо предплечьем. Перед моим взором всё ещё стояли нереально золотистые живые глаза. Надеюсь, это не последняя наша встреча.