Не пиши «The End»...

«У Грома было множество недостатков. Упертый, импульсивный, властный, порой слишком самоуверенный и даже наглый, совершенно не видящий границ, если дело касается его желаний, заносчивый и немного грубый… Но стоило ему улыбнуться ей, как Мира забывала обо всем этом, думая только о хорошем. О том какой он надежный, честный и открытый, как он заботится о ней и как защищает, порой рискуя не только своими интересами, но и собой… И всё остальное вдруг становилось таким неважным. Ведь главное, что он у нее был, и они были вместе, а весь остальной мир за пределами них двоих для нее уже не существовал. Только с ним. Навсегда» — Из книги «Лети» Киры Климовой Комментарий пользователя Thunder in your city: Черт, мне кажется, я столько комплиментов за всю свою жизнь не получал! Комментарий пользователя Это не девочка — это война: Ну это тебе на ближайшие сорок лет. Цени Комментарий автора: На сто…

***

После душа Макар дал мне свои чистые вещи, потому что всю мою одежду, вплоть до белья, пришлось повесить сушиться на батарею. Помимо футболки я одолжила у парня еще и трусы, которые запросто заменили мне шорты и оказались неожиданно удобными, из-за чего задумалась о том, чтобы купить себе такие домой. Мы устроились на диване в гостиной, где Гром укутал меня в теплый плед и вручил чашку с горячим чаем, который приятно пах малиной и смородиной. Я положила голову Макару на плечо и некоторое время мы просто сидели, прижавшись друг к другу, наслаждаясь близостью и наблюдая за событиями четвертого сезона «Друзей». Я спохватилась только на девятнадцатой серии, которая символично называется «Эпизод, где все спешат», вспомнив, что мне тоже пора бы уже вернуться домой. Часы показывали половину девятого, и я понимала, что если потороплюсь, то еще успею вернуться до возвращения отца и не вызвать его гнев. — Мне уже пора, — произнесла с сожалением, выпутываясь из пледа, чтобы встать и пойти собираться, но Макар неожиданно перехватил меня за талию и вернул на место. Я нахмурилась. — Ты чего? — Я не отпущу тебя к нему, — заявил он вдруг со всей серьезностью, крепко обнимая меня обеими руками и утыкаясь носом в плечо. Из груди вырывался тяжелый вздох. — Вдруг снова возьмется за свое. Я не допущу этого. — И что ты предлагаешь? — спросила, чувствуя болезненное желание послать всё к черту и остаться, но в то же время осознавая, чем именно мне это грозит. Я ведь не могла прятаться от отца вечно. — Давай сперва разберусь с ним, — предложил Макар просто, и я почувствовала, как по коже прошелся холодок. В голове билась мысль, что ничем хорошим это не закончится. — Поверь, я смогу объяснить всё предельно доходчиво, чтобы у него не возникало желания не только грабли свои распускать, но и домой водить кого попало. Таких тварей только учить надо. Он инстинктивно крепче сжал меня в объятьях, из-за чего невольно вздрогнула и рванула из кольца его рук, но Макар снова удержал меня, немного ослабив хватку. Словно извиняясь, он оттянул ткань футболки и поцеловал меня в плечо. — Если он навредит тебе, я себя никогда не прощу, — выдохнула, прижавшись к нему. Мне была приятна забота Макара, но я тоже хотела позаботиться о нем. — Я рассказала тебе вовсе не для того, чтобы втянуть в этот конфликт. Просто не могла скрывать правду… Но это не значит, что я жду от тебя действий. Обещай мне, что не станешь вмешиваться в это! — Не могу, — фыркнул Гром, отстраняясь. Он встал с дивана и направился в кухню, где открыл форточку, чтобы закурить. Мне пришлось пойти следом за ним. — Разве что… ты съедешь из дома, и тебе больше не придется иметь с ним никакого дела. — Съехать? — переспросила, ощутив знакомое волнение, ведь меня столько раз посещали подобные мысли, но не хватало возможностей, чтобы это осуществить. Единственной надеждой оставался университет, где мне бы предоставили комнату в общежитии. — И куда? — Сюда, — отозвался Гром, обведя взглядом кухню. Я даже невольно повторила за ним. Не верилось, что он это серьезно. — Уступлю тебе спальню, сам устроюсь на диване. Не думаю, что это станет проблемой. Я почувствовала, как волнение усилилось, ведь мне даже в голову не приходило, что мы можем съехаться. Казалось, что это слишком быстро, навязчиво и нагло с моей стороны. Сперва занять его мысли своими проблемами, а затем оккупировать и квартиру. Но в то же время подобная перспектива вызывала восторг, ведь это означало бы, что мы можем засыпать и просыпаться, завтракать и ужинать, смотреть фильмы вместе, да и вообще делать всё, что захочется. Хоть я и не была к этому готова, идея мне нравилось, разве что… — А если он захочет отыграться на Крис? — спохватилась, ведь сестре и так частенько из-за меня перепадало. Макар в ответ только пожал плечами, выдохнув очередное облако дыма. Ему никогда не было дела до судьбы Кристины. — Я не могу этого позволить. — Тогда я поеду с тобой, — хмыкнул Гром, выбросив окурок в пепельницу на подоконнике. Он пошел в свою спальню, чтобы достать из шкафа толстовку, и я снова побежала за ним. — Разве это не шантаж? — вспыхнула, остановившись в дверном проеме. Я невольно смутилась, наблюдая за тем, как Макар снимает домашние штаны, чтобы переодеться. Взгляд упал вниз, и я машинально отвернулась. В памяти так невовремя всплыли воспоминания о совместном душе, когда я впервые увидела парня совсем без одежды. Кажется, Маруся не обманула по поводу его… достоинства, впрочем, мне и сравнивать было особо не с чем, но в перспективе того, что это должно поместиться в меня, казалось, что будет непросто. — Шантаж, — согласился Макар, у которого, судя по звучанию голоса, моя реакция вызвала усмешку. Даже не заметила, как он подошел ко мне, поэтому едва не вздрогнула, когда парень негромко заговорил прямо возле уха. — Но ты не оставляешь мне выбора. Если снова предложишь расстаться, то мой ответ ты уже знаешь. Я не готов быть в отношениях, в которых должен как сраный куколд наблюдать за всем со стороны, меня это не вставляет… Но и ни с кем другим быть не хочу, так что при любом раскладе найду способ вернуть тебя, только сперва поступлю по-своему. — Какая отвратительная наглость, — прошипела я, оборачиваясь. Но его голос, его взгляд и даже отчасти содержание слов будоражили меня. Гром снова усмехнулся в ответ, словно бы фраза была комплиментом. — Ты ведь сама позволила мне тебя присвоить, — парировал Макар, обнимая меня за талию и притягивая к себе. От его прикосновений на коже привычно выступили мурашки. — Я просто защищаю свою территорию. Он говорил шутливо, но в словах читалась едва уловимая угроза. Словно бы и правда был готов сделать всё для моей защиты, что согревало и тревожило одновременно. В том момент я отчетливо поняла, что мне неизбежно придется выбирать сторону. Я не могу быть хорошей для всех, не могу защитить всех… — Еще пометь меня! — закатила глаза я, пытаясь отшутиться и одновременно оттянуть принятие решения. В ответ Гром рассмеялся. Его приподнятое настроение оказалось заразительным, из-за чего не смогла сдержать улыбку даже в такой драматичный момент. — Вообще-то уже, — отозвался парень, оттягивая вниз футболку, чтобы показать маленький засос чуть выше груди. Даже и не заметила, когда он его поставил. — Но об этом знаю только я, и мне этого достаточно. — Ладно. Я перееду, — сдалась, подумав о том, что Крис меня рано или поздно простит. Она ведь и сама всегда мечтала вырваться. — Только давай я сделаю это завтра после школы, когда дома не будет отца. У меня будет несколько часов, чтобы забрать вещи. А пока мне лучше вернуться домой. — Пока тебе лучше пойти спать, — заявил Макар бескомпромиссно, указывая в сторону кровати. Я нахмурилась. — Я ведь сказал, что не отпущу тебя туда одну. Либо мы поедем вместе, либо ты останешься здесь. Его слова вновь вызвали во мне неоднозначный отклик. С одной стороны, это воспринималось как своеобразная забота, а с другой… как стремление к контролю, из-за чего вдруг почувствовала легкую тревогу, потому что это перекликалось с тем, чего я так боялась… — Не разговаривай со мной так, — попросила, набравшись смелости. Мне не хотелось допускать даже мысль, что я собираюсь перебраться из одной клетки в другую. — Словно бы ты можешь распоряжаться моей жизнью. — Прости, — выдохнул парень, и выражение его лица заметно смягчилось, что вызвало облегчение. Он обнял меня крепче и поцеловал в висок. — Я просто реально беспокоюсь, и мне будет легче, если ты останешься здесь. Тебе нужно отдохнуть, а завтра мы вместе съездим за твоими вещами. Идет? Он отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза, и я, помедлив, кивнула. Спать не хотелось, и я подумала предложить Макару посмотреть еще несколько серий, но заметила, что он не спешит снимать толстовку и переодеваться обратно в домашнюю одежду. — Ты куда-то собираешься? — спросила, почувствовав неладное. Он ведь запросто мог поехать к отцу и без меня, а это ничем хорошим бы не закончилось. — Вообще-то я хотел прогуляться в супермаркет, купить что-то к чаю, — сообщил Гром, направляясь в прихожую. Я поплелась за ним. — Собираешься следить за мной? Честно говоря, теперь у меня возникают подозрения в посягательстве на мою жизнь. — Переживешь, — буркнула, метнувшись в комнату, чтобы снять с батареи свои брюки. К счастью, они уже высохли. — Подожди, я с тобой! Мне тоже нужно прогуляться… Макар не стал спорить, и уже через несколько минут мы с ним спустились на улицу, где по-прежнему было сыро и прохладно. Я невольно поежилась, и парень обнял меня за плечи, прижимая к себе, что помогло хоть немного согреться. До супермаркета мы добрались за десять минут, после чего разделились, договорившись встретиться на кассе, ведь нас интересовали разные отделы — Гром пошел выбирать сладости, а я — творог и сметану, ведь решила приготовить сырники на завтрак. Пока парень стоял в очереди на кассе, я отошла, чтобы позвонить Крис, считая важным предупредить о своем переезде к Макару. Сестра ответила только после третьего звонка, ведь наверняка была занята на работе. Ее уставший голос был тому подтверждением. — Чего тебе, мелкая? — спросила она, когда мне все же удалось дозвониться. В это время я уже отошла в другой конец зала, где было поменьше народу. — Случилось что-то? — Крис, я… съезжаю, — начала осторожно, помня о ее отношении к Грому. Было понятно, что она не обрадуется. — Макар предложил пожить у него какое-то время, и я решила согласиться. — Окей… А от меня ты чего ждешь? Одобрения? — бросила сестра раздраженно, совсем не скрывая, что идея ей не нравится. Я подавила тяжелый вздох. — Ты же знаешь, что я его ненавижу. Но раз уж решила, кто я такая, чтобы тебя отговаривать? — Крис… — прошептала я, вновь испытав это неприятное щемящее чувство. Меня не покидало ощущение, что я ее бросаю. — Может, тебе тоже съехать? Ты ведь можешь пожить у кого-то из друзей, либо хотя бы снять комнату? У меня есть заначка — немного, но я могла бы тебе добавить, если… Я прикусила нижнюю губу, чувствуя, что, если продолжу говорить, запросто могу разреветься. С тех пор, как уехал Кай, мы с сестрой негласно держались друг друга, прикрывая перед отцом и пытаясь хоть немного облегчить существование в этом доме. Съезжая оттуда, я по факту становилась предательницей, которая променяла ее на парня. — Да забей, мелкая, справлюсь… Не в первый раз, — отозвалась Кристина привычным небрежным тоном, но мне показалось, что ее голос дрогнул. Мне стало не по себе, но сестра поспешила закончить разговор. — О себе лучше подумай. Ты будешь дурой, если не воспользуешься шансом сбежать, но ты будешь дурой вдвойне, если при этом доверишься ему… На том конце линии воцарилась тишина, и я сжала в руках телефон, намереваясь перезвонить ей, но в этот момент подошел Макар. Он протянул мне стаканчик кофе, который захватил для меня в автомате, на что отозвалась благодарной улыбкой. — Всё в порядке? — спросил парень, очевидно, заметив мою задумчивость. Я машинально кивнула. — Сестре звонила? — Угу, — промычала, решив не отрицать очевидное. По голосу и выражению лица Грома было ясно, что это не праздное любопытство, и он действительно беспокоится. — Не могу понять, за что она тебя так не любит. — Ну… я не самый лучший человек, — хмыкнул Макар, и я нахмурилась. Он усмехнулся. — Точнее нет… я считаю себя просто идеальным, но наверняка найдутся те, кто со мной не согласится. Твоя сестра, например, учителя, одноклассники… чертов Кит. — Как мило, что ты сам постоянно о нем упоминаешь, — заметила я, хоть понимала, почему он это делает. Разговоры о его эксцентричном приятеле неизменно поднимали мне настроение, хоть я и не могла объяснить причину. Наверняка всё дело было в том, как к этому относился сам Макар. Они вроде бы и соперничали, но в то же время постоянно обменивались забавными подначками. — Мне пора начать беспокоиться? Гром фыркнул, а затем притянул меня к себе, чтобы поцеловать, словно бы показывая, что мое место в его сердце не займет никто — ни Кит, ни кто-либо еще. Я невольно расслабилась, на время отпустив тревоги, но позже они вернулись. В глубине души я боялась, что у Крис и правда есть причины злиться на Макара и дело вовсе не в безответной влюбленности. Вернувшись в квартиру, мы с парнем снова засели за просмотр сериала, заварив себе чай и перетащив на диван все купленные в супермаркете вкусняшки. Я снова потеряла счет времени, а когда опомнилась, на часах было уже за полночь, из-за чего пришлось остановиться на середине сезона, ведь нам обоим нужно было выспаться перед непростым днем. — Если хочешь, я уступлю тебе кровать, — предложила я, когда Макар вышел из душа. Я невольно отвела взгляд, чтобы не пялиться на то, как блестят капли воды на его коже. — Мне не принципиально, где спать, а ты наверняка уже привык ночевать в спальне. — У меня есть идея получше, — с этими словами Гром вдруг взял меня за руку и повел в сторону своей комнаты. Он подвел меня к постели и откинул в сторону одеяло, под которое я, помедлив, забралась, после чего он лег рядом. — Такой вариант тебя устроит? — Вполне, — согласилась, чувствуя приятный трепет от осознания того, что мы будем спать вместе. Мы уже делали это раньше, но в этот раз всё словно бы было более по-настоящему. — Спокойной ночи. Макар поцеловал меня в щеку, после чего придвинулся ближе, чтобы обнять. Сон пришел быстро, ведь я и правда ужасно устала, а близость парня дарила умиротворение и уют. Мне нигде не было так спокойно, как рядом с ним, благодаря чему спала сладко и крепко, и даже чуть не проспала звонок будильника. Когда проснулась, первым делом отправилась в кухню — готовить сырники, которые у меня вышли немного кривыми и разными по размеру, но всё же вполне неплохими на вкус. Макар приготовил нам по чашке кофе, и я не смогла сдержать улыбку, думая о том, что теперь так будет каждый день. Это казалось какой-то ожившей мечтой, страницей из идеального романа, что так и хотелось перечитывать… — Я надеюсь, ты задумалась о том, чтобы почаще готовить мне эти потрясные сырники, — заговорил Гром, нарушая молчание. Он даже не догадывался, что именно об этом я и думала. — Хотя бы в качестве подарка на Новый год и на день рождения. Правда, птичка, это отвал всего! — Разве что на «золотую» свадьбу, — усмехнулась я, закатив глаза. Он явно переигрывал, но мне было приятно. — Приму это как вызов, — отозвался Макар, подкладывая себе в тарелку еще пару штук. Я наелась тремя, хоть давно хотела приготовить сырники, но всё не было настроения. — Скажем внукам, что наш брак держится на сырниках… Когда они попробуют, то явно всё поймут. — Вот уж спасибо! — наигранно оскорбилась я, решив не относиться к словам о браке серьезно. В какой-то мере нас с Громом всегда объединяла любовь к дурачествам. — Нет бы там сказать про поддержку, заботу и уважение… Сырники! Парень рассмеялся, и я тоже не смогла устоять перед его красивым заразительным смехом. В конце концов я смилостивилась и пообещала, что буду готовить сырники так часто, как ему захочется, ведь это и правда было не сложно, да и мне самой они нравились. Он, в свою очередь, согласился испечь вечером шарлотку. — Я освобожусь в пять, и мы сразу поедем за твоими вещами, — сообщил Гром, меняя тему, что немного снизило мой оптимистичный настрой. Я почти перестала думать о предстоящем возвращении домой, но мне нужно было забрать вещи, черновики, а, главное, деньги. — Пока можешь побыть здесь, я дам тебе ключи. — Не нужно. Я приду на тренировку, если ты не против? — спросила, и он кивнул. Я подумала о том, что в квартире без него будет неуютно. — Отлично, тогда захвачу что-нибудь для твоего тренера. С Николаем Анатольевичем мы вроде бы поладили. По крайней мере, он всегда дружелюбно улыбался, когда я приходила проведать Макара, и даже по-доброму надо мной подшучивал. Всё предлагал записаться в секцию, но я уверяла, что свою дозу физических нагрузок получаю на работе, где время от времени приходилось таскать тяжелые коробки. По сути, мой магазин был почти как бесплатный фитнес-зал, где есть большие веса, приседания и наклоны, еще и жесткий тренер в лице начальницы, который стояла над душой, напоминая, что нам надо бы разгрузить еще три телеги с товаром, а я как-то сильно медленно работаю… — А вот и барышня пожаловала! — улыбнулся Николай Анатольевич, когда я зашла в зал после окончания уроков. На этот раз у меня не было возможности что-нибудь приготовить, но я купила упаковку творожных сырков в ближайшем супермаркете и первым делом подошла к нему, чтобы предложить перекусить. — Я ведь уже говорил, что тебе нужно заглядывать почаще. Он подмигнул мне, и я улыбнулась в ответ, расположившись на своем привычном месте на стопке матов, где открывался самый лучший вид на тренирующегося Макара. За ним можно было наблюдать бесконечно, что я и делала, едва удерживаясь от того, чтобы подойти ближе, но меня останавливало присутствие тренера. Он явно бы не оценил, если бы я бросилась лапать его подопечного. — На сегодня свободен! — объявил Николай Анатольевич ближе к шести часам вечера. Турнир был всё ближе, из-за чего занятие затянулось. Тренер хотел убедиться, что Макар будет в лучшей форме. — Не забывай про режим! Тебе нужно приберечь энергию для чемпионата, — на этих словах он почему-то посмотрел в мою сторону, и я неловко улыбнулась. Щеки предательски вспыхнули. — Это твой последний шанс заявить о себе! Гром молча кивнул, и тренер вышел за дверь, оставляя нас вдвоем. Взгляд невольно упал на часы на дисплее телефона, и я ощутила тревогу. Время бежало стремительно, приближая возвращение домой отца, а это означало бы, что я как минимум уже не смогу забрать свои вещи, а как максимум… рискую попасться ему, и это было страшнее всего. — Пять минут, и я буду готов, — сообщил Макар, словно прочтя мои мысли. Кивнув, я снова опустилась на маты, но ожидание и правда оказалось недолгим. Когда парень вернулся из душевой, его волосы были еще влажными, и я испытала болезненный порыв зарыться в них пальцами. — Едем? — Угу, — промычала, а затем все же подошла к нему, чтобы притянуть к себе и коротко поцеловать. Гром тут же заключил меня в крепкие объятья, из-за чего на душе стало теплее. — Спасибо, что ты рядом. — Разве может быть иначе, птичка? — хмыкнул Макар, размыкая объятия. Он взял меня за руку и переплел наши пальцы. — От меня, знаешь ли, не так просто отделаться… До моего дома мы решили проехаться на маршрутке, ведь на пешие прогулки времени не оставалось. Когда мы вышли на остановке, было почти семь, и я невольно ускорила шаг. До возвращения отца оставалось еще несколько часов, но мне не хотелось рисковать, подставляя Макара. — Подождешь меня здесь? — попросила, останавливаясь у входа в подъезд. Парень нахмурился. — Вдруг Крис дома. Не хочу, чтобы она лишний раз нервничала. — Ладно, — нехотя согласился Гром, целуя меня в щеку. Я почувствовала облегчение, ведь проблем с сестрой и правда не хотелось. — Если что, тут же зови меня. Я кивнула, хоть ни о каком «если что» думать не хотелось. Махнув парню на прощание, я заскочила в подъезд и побежала вверх по лестнице, чувствуя, как сердце ускоренно колотится в груди. Было ощущение, будто бы я совершаю какое-то преступление, хотя всего-то хотела забрать свои немногочисленные вещи. — Крис! — крикнула я первым делом, как только зашла в квартиру. Но сестра, очевидно, была на работе, либо гуляла с друзьями — я перестала следить за ее графиком, ведь мы почти не пересекались. В квартире была тишина, но я на всякий случай окликнула ее еще раз: — Крис, ты дома? Ничего. Захлопнув дверь, я машинально скинула обувь и поспешила в комнату, чтобы достать с верхней полки шкафа рюкзак побольше. Брать много я не планировала — первым делом открыла свой тайник, чтобы достать черновики, флешку, на которой хранила главы будущей книги, и большую часть заначки, решив оставить немного на случай, если деньги понадобятся Крис, либо придется вернуться домой. Затем вытряхнула свой ящик с носками и нижним бельем, после чего взялась собирать вещи, прихватив всего понемногу, чтобы быть готовой к любым погодным условиям. Когда дело дошло до теплых вещей, поняла, что одного рюкзака не хватит, поэтому вытащила из недр гардероба объемную сумку, с которой мы с сестрой ездили в летний лагерь, и принялась запихивать одежду уже в нее. Следом пошли обувь, школьные принадлежности и средства гигиены, из-за чего у меня появились сомнения, что удастся впихнуть всё в маршрутку. Вроде бы взяла немного и только самое необходимое, но мне пришлось повозиться, застегивая сумку. Так увлеклась, что даже и не заметила хлопок двери. — Куда-то намылилась? — голос отца заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась и тут же застыла, увидев его у выхода в комнату. — Я… съезжаю, — выдохнула, с трудом найдя в себе силы говорить. Отец нахмурился, и я почувствовала, как меня охватывает страх. Это было воплощением моего самого жуткого кошмара. — Больше не стану… сидеть на твоей шее. Всё как ты хотел. — К трахалю собралась? — рыкнул мужчина, шагнув ко мне, и я инстинктивно отступила назад, к кровати. Сердце колотилось так сильно, что пульсировало в висках. — Вчера тоже у него ночевала? — Тебя это не касается! — вспыхнула я, чем только разозлила его еще сильнее. Лицо отца исказил гнев. В следующий момент он приблизился ко мне и грубо схватил за волосы, из-за чего я вскрикнула, а на глазах мгновенно выступили слезы. Было больно, обидно и жутко, и я едва могла пошевелиться, глядя на него затравленным взглядом. — Меня всё касается! — прошипел отец, с силой встряхивая меня. От этого мысли в голове еще больше спутались. — Не позволю, чтобы мои дочери выросли шлюхами! Я из тебя всю дурь выбью! Он замахнулся, и первым моим порывом было зажмуриться, как я это делала всегда. Впадала в ступор, выпадала из реальности, растворяясь в страхе перед гневом отца. Но вдруг вспомнила слова Макара о том, что я вовсе не слабачка и не трусиха, что мне под силу со всем справиться, ведь я сильнее, чем думаю, и это придало мне решимости противостоять ему. Вспомнив все уроки Грома и брата, я с размаху ударила мужчину коленом в живот. Его рука все же успела пройтись по моему лицу, но удар получился не таким сильным, а сам отец от неожиданности не успел закрыться, и тут же согнулся пополам, выпустив меня из хватки. Я проскочила мимо него и рванула к двери, но в последний момент он развернулся и схватил меня за ногу. Падая на пол, я больно ударилась коленом и закричала, но всё равно попыталась вырваться, чувствуя, как глаза застилают слезы, а рот наполняет кровь из разбитой губы. — Ты мне еще ответишь за это, — процедил отец, потянув меня на себя. Я попыталась отбиться от него, наотмашь махнув ногой. — Нужно было лупить тебя, как твоего выблядка-брата! — Заткнись! — прохрипела, ведь ненавидела, когда кто-либо задевал сестру или брата. Не важно, кто — придурки-одноклассники или родной отец. — Ты по сравнению с ним вообще ничего не стоишь! Ненавижу тебя! Силы стремительно заканчивались, а вот отец, кажется, наоборот, был преисполнен жаждой поквитаться со мной. Пытаясь уцепиться за половицу, я сломала себе пару ногтей, но ему все же удалось подтянуть меня к себе. Перевернувшись на спину, я резко закрылась руками, но именно тогда в прихожей вдруг послышался шум. — Отвалил от нее! — голос Макара заставил меня с облегчением выдохнуть. Он ворвался в комнату и тут же повалил отца обратно на пол. Я отползла в сторону, с ужасом наблюдая за тем, как парень обрушивает на мужчину град из ударов, в кровь разбивая лицо. К горлу подкатила тошнота, и я часто и тяжело задышала, пытаясь успокоиться. — Макар, — позвала слабым севшим голосом, но он меня не услышал. Мне стало совсем не по себе. — Макар, прекрати, пожалуйста! Макар! Ты меня пугаешь! Он резко обернулся, и я машинально прикрыла лицо рукой, с ужасом увидев, насколько черны от злости его глаза. Руки парня были в крови, а отец, которого он придавил своим весом к полу, кажется, не подавал признаков жизни. Я никак не могла найти в себе силы отвести взгляд от пугающей картины. — Бери вещи и пойдем, — бросил мне Макар сухим безжизненным голосом. Я спешно кивнула. Он уже собирался подняться, как вдруг отец с размаху обрушил на его голову старый ночник, брошенный мною под кроватью. Гром потерял равновесие, что позволило мужчине заполучить преимущество, тут же оказавшись над парнем. — Нет! — закричала я, когда он со всего размаху ударил Макара по лицу. Я вскочила с пола и рванула в их сторону, но отец отшвырнул меня, словно тряпичную игрушку. Из-за слабости я тут же рухнула вниз, сильно ударившись головой об стол. — Макар… Голова закружилась, и я вдруг почувствовала, как перед глазами темнеет. Боль нарастала, поглощая всё вокруг, включая мое сознание, которое стремительно уплывало. Пытаясь заглушить ее, я протянула руку к пульсирующему участку на затылке, где волосы были перепачканы в чем-то липком и мокром. Когда снова посмотрела на ладонь, мне показалось, что на ней появилось что-то черное, и именно тогда я окончательно отключилась… «Пока птичка собиралась, я курил возле подъезда, чувствуя непреодолимое и неконтролируемое желание отправиться следом за ней. Мимо прошел какой-то мужик, что напрягло меня, но я понятия не имел, как должен выглядеть ее шизанутый батя, поэтому решил не спешить. Птица не спешила и не писала, и я мысленно выделил ей еще несколько минут, прежде чем пойду к ней. Адреса тоже не знал, но был уверен, что разберусь по ситуации. Время текло так медленно, что это всё сильнее меня бесило. В конце концов, я психанул, выбросил окурок и зашел в подъезд. В этот момент послышался шум, а затем и ее крик, из-за чего резко рванул вверх. Не помню, как поднялся на нужный этаж и как ворвался в квартиру, не помню, как увидел ее и что именно почувствовал. В моей голове билась только мысль, что я должен урыть этого сраного ублюдка, который даже дышать рядом с ней не имел права, не то, что грабли свои распускать… Пришел в себя только тогда, когда она меня позвала. Я бросил что-то в ответ, отчетливо понимая, что голос будто бы и не мой, ведь внутри по-прежнему бушевала злость, но я нашел в себе силы остановиться, понимая, что она не должна видеть меня таким. Мне не хотелось ассоциироваться у нее со страхом и жестокостью, и именно поэтому я никогда не приглашал ее на свои турниры. Затылок вдруг пронзила резкая боль, из-за чего я вновь на несколько секунд выпал из реальности, едва не вырубившись окончательно из-за резкого удара по голове. Перед глазами застыло искаженное злобой окровавленное лицо этого мудака. — Макар… — едва уловимый шепот заставил меня бороться. Собрав все силы, я вывернулся и снова повалил мудака на пол, на этот раз не сдерживая ярость и желание уничтожить его, урыть… убить, превращая его лицо в кровавое месиво, пока он не перестал не только шевелиться, но и будто бы даже дышать… — Макар… Я резко обернулся и тут же замер, увидев мою птичку, которая в неестественной позе раскинулась на полу. Под ее головой медленно расползалось пятно крови, что подействовало отрезвляюще. Когда я приблизился к ней, она была еще в сознании, но оно, кажется, уже покидало ее. — Блять, птичка, нет, — выдохнул, подхватывая ее на руки. Она приоткрыла глаза, но уже не видела меня. — Не смей меня бросать… Ты же знаешь, что от меня нереально отделаться! Память стерла всё плохое. Как уходил из ее квартиры, как добирался до ближайшей больницы с ней на руках, как сидел в коридоре, не обращая внимания на запах своей и чужой крови и подозрительные взгляды случайных свидетелей. Запомнил только это чувство абсолютной беспомощности и отчетливое осознание того, что уже без нее не смогу…» Дочитываю до конца и машинально касаюсь затылка. Шрам всё еще периодически ноет на погоду, но это ерунда, ведь всё могло закончиться хуже. Если бы Макар не пришел, если бы не спас меня от отца, если бы не нашел в себе силы остановиться… Всё могло быть гораздо-гораздо хуже, но мне повезло… Нам повезло. Рука сама по себе тянется к телефону, чтобы ему написать, но в этот момент на дисплее высвечивается сообщение от Ники. Я вспоминаю, что впереди еще совместный поход на каток и тяжело вздыхаю. Кай пообещал сходить с нами, что немного успокаивает, ведь меня беспокоит перспектива, что Ника все же приведет с собой Макара. Сообщение от Ники: Привет. Не спишь? У меня назрела проблема Сообщение от Будущей жены моего па: Нет, слишком рано для меня. Что случилось? Что-то с Макаром? Сообщение от Ники: Нет, но я передам ему, что ты беспокоилась 😊У меня очень деликатная проблема… Дело в том, что я… влюбилась Сообщение от Будущей жены моего па: Это же здорово! И ты хочешь, чтобы я помогла сообщить от этом Макару? Сообщение от Ники: Нет… Косте. Ну в смысле сообщить Косте, что он мне больше не нравится Сообщение от Эксперта по отшиванию Костиков: А… оу… ммм Сообщение от Ники: У тебя ведь богатый опыт в расставаниях, вот я и решила к тебе обратиться. Как это сделать помягче? Сообщение от Эксперта по отшиванию Костиков: Богатый опыт?! Это Макар тебе сказал? Сообщение от Ники: Ну ты же сама ему говорила про свою насыщенную личную жизнь! Сообщение от Эксперта по отшиванию всех: Ммм… ну да… Ладно, давай завтра встретимся и обсудим это, хорошо? Сообщение от Ники: Тогда в шесть на катке 😊Адрес скину. Спокойной ночи! — Ну надо же… эксперт… — бормочу я, закатывая глаза. Даже Гром, спящий на подушке рядом со мной, будто бы улыбается. — Всего-то одного отшила, да и то не без помощи!