Броманс

— Как же он меня достал! Бьянка, не в силах больше сдержать эмоции, с силой захлопывает дверь своей комнаты и падает на кровать. Хвала Посейдону, Дивина где-то болтается с Кентом, иначе бы полезла с расспросами. А Бьянке меньше всего хочется объяснять, как и почему её жизнь стала полным дерьмом. В эту секунду она ненавидит всех: нового директора, за то, что тот принуждает её нарушать правила школы и использовать песни сирен, чтобы получить финансирование. Винсента Торпа, за то, что вместе с сыном забрал все свои деньги; Гидеона, потому что тот хоть и скрылся, но наверняка разыскивает её мать. И себя Бьянка ненавидит тоже. Как бы она не бежала от Бренди Джейн — старой себя, та наступает на пятки, не давая Бьянке Барклай стать той, кем она всегда хотела. А хотела она стать тем, кто добивается своего собственным трудом, а не даром. Сиренам не доверяют. И она хорошо усвоила это с детства. Стоит ей заполучить что-то, она тут же слышит шушуканье за спиной. Ее поздравляют и чествуют, но она отчетливо видит сомнения в глазах окружающих и немой вопрос — «Это она сама или смухлевала?». Хотела бы Бьянка послать всех к черту. Но в отличие от своих одноклассников, та учится на грант. За её плечами нет богатых родителей, тётушек, дальних родственников или именитых предков. По сравнению с другими неверморцами, она — никто. И всё, что у нее есть — только результат её собственных усилий. Которые так легко поддаются сомнению, едва только люди узнают, что она сирена. Голубые глаза на черной коже выдают Бьянку с потрохами, поэтому ей даже не нужно что-либо говорить. С нормалами проще, всегда можно сказать, что это — линзы. Сиренам доверяют только сирены, на них не действует ни одна, даже самая мощная из песен. Поэтому они всегда держатся вместе, даже не потому что нравятся друг-другу, а из банального желания не чувствовать сомнений на свой счёт. Бьянка пялится в полоток. Через час у нее урок фехтования и как куратору группы, ей придется обучать новеньких. Сейчас она спасается только этим: мыслью, что она снимет напряжение и забудет, пусть даже на время, о своих проблемах. Барклай лежит на кровати, слушая тишину, возможно, впервые за день. Девушка с железной волей, привыкшая контролировать ситуацию, совершенно сбита с толку. Учебный год только начался, но он уже стал невыносимым. Бьянка настоящая акула подростковой жизни. Она знает, как манипулировать, как влиять на других, и как строить сложные стратегии. Она не брезгует использовать свои сильные стороны, чтобы подстроить ход событий под себя. Но она ни разу не использовала песни сирен, чтобы заполучить желаемое. Пусть некоторые и считают иначе. Она играючи делает вид, ей нет никакого дела, что о ней думают. Она выстроила блестящий фасад королевы школы. За этим фасадом скрывается неуверенность и страх. Она боится потерять статус, а значит, боится показаться слабой. А она просто не может этого допустить. Какой угодно. Только не слабой. Ей хочется, чтобы час до тренировки длился чуточку дольше. В тишине и одиночестве она набирается сил, чтобы вновь выйти за дверь и делать вид, что всё хорошо. Но так или иначе, стрелка на часах доползла до нужной цифры, и Барклай собирается на тренировку, бросая в сумку чистую экипировку. Застегнув молнию, она звучно выдыхает, в готовности покинуть свою комнату. Путь до класса по фехтованию лежит через всю школу, и ей хочется проделать его в одиночку, желательно ни с кем не сталкиваясь и не участвуя в смолтоках. Каким-то чудом ей это удается. Обычно в это время директор Дорт делает свой вечерний обход, ухмыляясь и заискивая с учениками, будто он в доску свой. Ей меньше всего хочется встретить именно его. Бьянка могла бы стать его союзником, не начни он ей угрожать и принуждать. Однако сегодня её новый мучитель на обход не явился. Барклай понадеялась, что его хватил удар. Или, во всяком случае, он занят тем, что разгребает последствия семейного визита Уэнсдей Аддамс в Уиллоу Хилл. Забот ему с того дня прибавилось, а сбежавший Хайд и новые сведения об опытах над изгоями взволновало сообщество настолько, что этот инцидент грозит школе закрытием. В очередной раз. Едва учебный год только начался. Совет школы и главные спонсоры в одном шаге, чтобы забрать своих детей и вслед за Винсентом Торпом, отправить их подальше от Джерико, Невермор и, разумеется, самой Аддамс. Наверняка этот клоун еще сильнее сожмет свои ручонки на шее Бьянки. С учетом рисков, его цель оправдает любое средство. Даже если это средство — она сама. Надев экипировку, сирена выходит в центр зала. Она пришла первой, чтобы приветствовать своих младших одноклассников, которые собираются один за другим, здороваясь и направляя на нее свои детские любопытные глаза. — Здравствуйте, дети! — громко произносит она. — Меня зовут Бьянка, и я куратор команды по фехтованию среди юниоров. Обычно занятия ведет тренер Влад, но раз в неделю это буду делать я. Сегодня мы познакомимся и я расскажу, насколько это прекрасный и благородный спорт. Барклай, никогда не испытывавшая трудностей в общении с публикой, быстро завоевывает внимание и этой. Дети кивают, улыбаются, слушают, пока, конечно, тяжелая дверь зала не начинает оглушительно скрипеть, переманивая все внимание на себя. — Это еще что? — бурчит она себе под нос. Опоздавший всего на пару минут Аякс, запыхавшись вваливается в зал с сумкой и шпагой наперевес. — Простите, я опоздал! — добродушно извиняется он, смущенно при этом улыбаясь. — Проходи! — говорит Бьянка дежурно. Она не любит, когда опаздывают, особенно если берется за ответственное дело. Аякс еще ни разу не проводил тренировку у младшей группы и не знал, что делать, поэтому просто послушно стоит рядом с Бьянкой в ожидании ценных указаний. — Представьте, что фехтование это игра в рыцарей, — продолжает она. — Вы и ваш соперник как будто сражаетесь, но вместо опасных мечей у нас есть специальные спортивные шпаги. Они лёгкие, гибкие и не могут поранить. На конце шпаги есть маленькая кнопочка, когда вы делаете укол, кнопка нажимается, и на табло загорается свет, это значит, очко ваше, — Бьянка показывает шпагу на вытянутых руках и демонстрирует, а затем продолжает: — В фехтовании, дети, мало просто махать шпагой, тут нужно думать, обманывать соперника, двигаться быстро, как кошка, и быть внимательным. Первое, чему нужно научиться, это держать шпагу правильно. Бьянка легким броском перекидывает шпагу из одной руки в другую и встает в стойку. Аякс, все это время ожидающий команды от своей напарницы, делает то же самое, демонстрируя верное положение рук и ног. — Теперь вы! — командует Барклай. Дети повторяют, смешно подпрыгивая своих экипировках, держа на весу маленькие шпаги. Бьянка продолжает объяснять азы, Аякс ходит между новенькими, поправляет их движения и шапочки маленьким горгончикам, не в силах скрыть улыбку, видимо всё это его действительно забавляет. Его напарница же более нейтральна и даже слегка отстранена, что объяснимо, учитывая события. Но терпеливо повторяет движения вместе с напарником, чтобы закрепить знания младших. До конца тренировки остается 15 минут, и сирена предлагает детям усесться на скамью, чтобы продемонстрировать мастерство фехтования. Маски и перчатки надеты, она ждала этого момента весь день. Из всех учеников Невермора, самый достойный соперник сейчас лежит в коме, второй по достойности уехал в Швейцарию, но оставался третий и он как раз стоит перед ней. И по сравнению со всеми остальными обстоятельствами, это — однозначно выигрывало звание лучшего на сегодня. — En garde! — командует Аякс и они оба встают в стойку. — Prêts? — ответ следует незамедлительно. Горгон кивает. — Allez! — выкрикивает Бьянка и делает первый выпад. Обычно нерасторопный горгон, двигается ловко и легко, сирена это замечает, внутренне радуясь, что её оппонент летом не терял даром время. Как и планировалось, на какое-то время Бьянка действительно забывает обо всём дерьме, что ей нужно разгребать и награждала уколом за уколом единственного из одноклассников, кто пытался ей помочь. Причем просто так. Ни Дивина, ни Кент, ни даже Йоко, не проявили в ней подобной чуткости. Только Аякс. Даже сейчас он помогает ей — не поддается, а делает свой бэст, чтобы Бьянка чувствовала себя в схватке с достойным соперником. Ведь ей так важно добиваться всего собственным трудом.