Мир на ускорении

Исследовательский центр Тайсона

- Давно у тебя не был, - заметил профессор Хендрикс, беря у меня чашку кофе. - Работаем по графику, - махнула я освободившейся рукой. – Никаких прорывов нет. - Это хорошо, когда наука стабильна, - похвалил проф. – Неужто нет новых проектов? Я сардонически усмехнулась. Едва удалось собрать команду новичков и заставить тянуть без меня старые проекты. В последнее время мне немного не до того, о чём я и не преминула намекнуть: - О каких новинках вы говорите? - Таких, что заинтересовали бы военных и бизнес. - А, эти, под которые можно выбить финансирование… Мне кажется, сейчас важнее получить больше идей, а не придумывать практическое применение падающим с неба технологиям. - Эми, - прищурился проф, втягивая аромат кофе, - помнить о финансировании нужно всегда, а то и не заметишь, как твою лабораторию придут закрывать. - Благодарю, - искренне ответила я, так как старикан делился жизненным опытом. Но в наших обстоятельствах его советы были не совсем уместны, так как он не знал о предстоящих проблемах мирового масштаба. Скоро всё рухнет и рассыплется, неважно насколько удачно идут дела на данный момент. Самые сливки я, можно сказать, уже собрала. Это касается как создания имени в учёных кругах, так и связей среди золотой молодёжи. Если и затевать сейчас что-то новое и продолжительное, то работа, скорее всего, не будет доведена до конца. - Профессор, есть у меня один проектик, соответствующий вашим требованиям. Если только вы не слишком щепетильны… - Давай-ка подробнее! - заинтересовался Хендрикс. - Это развитие двух наших основных направлений – способов консервации суперэнергии и её влияния на организмы. - Ты про опыт с мышами? – не понял профессор. – Как это можно продать? - Ну… достаточно будет пятиминутного промо-ролика, показанного тем же сенаторам, и мы тут же будем профинансированы всем федеральным бюджетом, - улыбнулась я. - Заинтриговала, - довольно осклабился проф. - И что же это за проект такой, которым можно заинтересовать власти? - А что их заботит больше всего на свете? – загадала загадку я. Хендрикс принял условия игры и задумался над ответом. - Угрозы со стороны Губителей и нестабильность в обществе? - Прошу прощения, - ухмыльнулась я, - но думаю, что господа сенаторы и команда президента не занимаются этими вопросами лично, а спускают своим подчинённым. Полагаю, представителей власти больше заботит ситуация в целом, при которой они со страшной скоростью теряют контроль. - А, вот ты о чём? Да, в этом есть смысл. Но мы-то чем можем им помочь? Твой опыт с мышами чисто фундаментальный, ведь люди мышей не едят. Консервация суперэнергии – это поинтереснее, но у неё тоже узкий спектр внедрения. - Вы правы, профессор, - согласно кивнула я, заставив глаз мужчины нервно дёрнуться. – А если соединить их вместе? - Сдаюсь, - признал поражение Хендрикс через некоторое время. – У меня возникли некоторые догадки, но явно не того калибра, чтобы заинтересовать инвесторов настолько сильно. - Мы должны предложить властям возможность сохранить себя, - дала ответ я. – То-есть сохраниться не как отдельные личности, а как власть, вернуть контроль над ситуацией. - Признаться, сейчас это кажется невозможным… - Если уж вам, профессор, возврат управляемости при нынешних обстоятельствах кажется фантастикой, то представьте себе реакцию президента, когда ему на стол ляжет проект, позволяющий сделать это. - Если бы он был подтверждён экспертами, - подобрался Хендрикс, - тогда любой на месте президента ухватился бы мёртвой хваткой. Даже зубами вцепился, полагаю… - Ха-ха, - рассмеялась я, - верно! - Только не преувеличиваешь ли ты? Это действительно реализуемо? Я отодвинула сервиз и гипнотизируя Хендрикса взглядом, тихо проговорила: - Предложить такой проект, основанный на исследованиях нашей лаборатории – возможно! Но я не утверждала, что его можно будет реализовать. Потому и задала вопрос о вашей щепетильности. - Хм, - пришёл в замешательство Хендрикс, - если в нём не будет обмана… - Никакого, профессор! Как действует президент? Даёт распоряжение, которое отправляют по инстанциям. Самые квалифицированные специалисты под контролем федеральных властей – «сторожевые псы». Умники проведут перекрёстную оценку и придут к заключению, что проект реален. В таких условиях обман просто-напросто невозможен. - Интересные вещи ты говоришь… Насколько я тебя понял, так как в проекте не будет ошибок и лжи, он провалится по независящим от нас причинам? - Ага, и в процессе работы над ним будет совершено множество открытий, появятся новые рабочие места, а отдельные технологические элементы проекта позже станут применяться где-то ещё. Ведь и расщепление ядра можно использовать не только для взрывов, но и для получения электроэнергии. - Эми, ты – демон! – похвалил Хендрикс. – Вот только меня смущает кое-что. Неужели кроме тебя никто не догадается о будущих препятствиях на пути проекта? - Профе-ессор, - укоризненно протянула я, - вы же опытный учёный. Вы сами рассказывали мне о передаче результатов исследований армии и министерствам. Да, там есть хорошие специалисты, но разве они способны разобраться в тонкостях нашей работы? Это могут сделать лишь конкурирующие лаборатории. - По проекту консервации суперэнергии мы сотрудничаем с МИТом, - напомнил мне проф. - Да, но они тоже будут включены в будущий проект федерального значения. Он слишком глобальный, чтобы мы забрали всё финансирование себе. Напротив, нам удастся отщипнуть лишь малую часть, а остальное достанется другим. - Окей, - сдался Хендрикс, - не пора ли уже познакомить меня с деталями? Наверняка реализация твоей идеи потребует больших вложений и масштабных исследований, да и времени займёт немало. - Насчёт времени вы угадали, профессор, но всё остальное уже разработано. Тяжёлая промышленность тоже не требуется, нужно только закончить с запуском таблеток-энергетиков. - Каких ещё таблеток? – непонимающе посмотрел на меня начальник. - Это то, к чему мы пришли в итоге разработки метода консервации. Инъекции пока не продвинулись. - А, это тот самый совместный с МИТом проект? Но что насчёт нового, федерального? - Окей, - согласилась я и начала излагать суть: - Энергетики пока не дойдут до каждой клиники, ибо получились слишком дорогими. Согласно нашим планам, их будут использовать достаточно обеспеченные граждане. Но если мы заинтересуем федеральные власти, то таблетки станут массовым продуктом и себестоимость их снизится. Со временем также проявится их полезность. - Значит, идея основана на энергетических таблетках? – догадался проф. – Но при чём тут мыши? - При том, что большинство людей реагируют на суперэнергию как мыши. Наша прибыль будет основана в первую очередь на продажах таблеток, а не на исследовательских грантах. - И как эти медпрепараты вернут властям контроль над обществом, смешанным с паралюдьми? - Это комплексный организационный проект. Мы предложим создать систему, при которой паралюди будут донорами суперэнергии для создания таблеток. Злодеями останется лишь то меньшинство, силы которых для консервации непригодны. Остальные же станут очень обеспеченными гражданами с полезной профессией. - Ого, - восхитился Хендрикс, - я думал, что ты нашла какую-то хитрую схему использования суперсил, а на самом деле это социальный проект?! - Отчасти. Система учитывает снижение напряжённости путём ассимиляции паралюдей со слабыми способностями. Таких как Триумвират прибылями от создания таблеток не привлечь. Но и моя идея на этом не заканчивается, у неё есть продолжение… - Ну-ка, ну-ка… - Я думаю, что с самыми сильными правительство сумеет договориться, так или иначе. В конце концов, эти люди особенно хороши в переговорах. Тем самым, сильнейших людей можно вывести за скобки. - Всё ещё не вижу связи… - нетерпеливо отозвался проф. - Уже подхожу к основному блюду… Итак, самую большую проблему, по моему мнению, представляет неуправляемая масса триггернувших обывателей со средним уровнем сил. Сейчас они нейтрализуют друг друга, занимая сторону либо злодеев, либо героев. У меня, кстати, эффективность этой системы, взятой из комиксов, всегда вызывала вопросы… - И каким ты видишь решение? - Самым очевидным, разумеется. Хитрые схемы на представителей власти хорошего впечатления не произведут, а ведь именно они будут нашими заказчиками, не так ли? Я полагаю, что идеальной с их точки зрения, была бы ситуация, при которой СКП или армия полностью контролируют паралюдей, но, к их сожалению, сейчас это невозможно. Так было до недавних пор, но вот, у Дракон появились неплохие альтернативы в виде новых образцов вооружения. С помощью тинкертеха рано или поздно военные станут сопоставимы по силам с одинокими кейпами. - Где связь с таблетками? Невольно на моё лицо выползла улыбка: - Эта связь есть! Что самое главное для армии? Унификация и единообразие! Дракон потому так бьётся над вооружением для СКП, что требуются серийные образцы. Из паралюдей тоже невозможно собрать боевые подразделения. Максимум – хаотичные команды героев. До сих пор лучшим примером для подражания служил китайский Янбань, но они используют бесчеловечные методы порабощения, для нас неприемлемые. - Я не так хорошо разбираюсь в паралюдях… - остановил меня Хендрикс. - Простите, профессор, я увлеклась. Секрет в том, чего пока ещё никто не осознал: накачка организма суперэнергией постепенно улучшает его и в итоге, человек становится обладателем аналога суперсил. Очень слабым, по классификации СКП, но намного сильнее обычного человека. Важно, что аналог сил заключается в укреплении тела на физическом уровне. И самое главное: эти силы абсолютно единообразны, а не как у кейпов. - Много слабых перевесят одного сильного? - Конечно, нет! Но представьте себе армию сверхлюдей, вооружённую образцами от Дракон и обеспеченную боевыми коктейлями нашей разработки. Мистер президент захочет её сразу же, как узнает. В каждом президенте есть толика Адольфа Гитлера. Все необходимые элементы для создания армии у нас уже разработаны. - Понимаю… - глубоко задумался Хендрикс. – И ты утверждаешь, что этот план в итоге провалится? Даже мне он кажется реалистичным. - Что за беда, если провалится? – улыбнулась я. – Главное – сколько пользы он принесёт, пока мы будем над ним работать.

Центр содержания паралюдей имени Баумана

Вокруг всё было спокойно, как вдруг Маркиз содрогнулся телом. Я тоже ощутила, как внутренняя энергия заколебалась, будто до неё дошла волна сотрясений. Тут же вскочив, подбежала и дотронулась до мужчины, сканируя во всех диапазонах. - Почувствовала? – приоткрыл один глаз отец и слабо улыбнулся. - Да. Не знала, что это так заметно внешне. Когда я запустила свою энергосистему, поблизости не было никого, кто мог бы наблюдать. - Что скажешь? - Поздравляю, Маркиз, ты второй сверхчеловек этого мира! - Уверена? - Конечно, нет, откуда мне это знать наверняка? Довольствуйся пока тем, что стал вторым известным мне сверхчеловеком. - Ладно, ладно, - рассмеялся отец. – Второй этап оказался чуть легче первого. Ты уверена, что я всё сделал правильно? У меня довольно странные ощущения… - Это только цветы, плоды появятся позже. На самом деле ничего плохого новое состояние не принесёт. Мы в лаборатории проверяем воздействие суперэнергии на грызунах. Рассеянная в теле, она способствует формированию сигнатурного контура. Тот, в свою очередь, пополняет энергией организм и влияет на него положительно. Нет причин подозревать, что на человека это действует хуже. - И что же хорошего происходит с вашими мышами? - Ну, как минимум, они становятся здоровее. Уже все заметили, что суперэнергия связана с живой природой. Её нельзя получить как тепловую или электрическую, с помощью генераторов, созданных из мёртвых материалов. В обратную сторону это тоже работает: на своём примере могу утверждать, что активированный сигнатурный контур влияет положительно. Я посмотрела твой, он получился абсолютно таким же, как у меня. - Ну, с твоей способностью, - благодушно усмехнулся отец, - оздоровление организма не так уж необходимо. Это мне, старику, хорошо. - Ты вовсе не старик. - А что касается контура… доверюсь тебе. Я пока не могу просканировать твой. Почему они одинаковые, они что, вообще другими быть не могут? Или это из-за семейного сходства? - Знаешь, - смутилась я, - ты иногда задаёшь такие глубокие вопросы, что я не знаю, что и ответить. Когда экспериментировала с сигнатурной энергией, двигая её при помощи супервосприятия, закольцевать её мне показалось хорошей идеей. Наверно, в подсознании хранятся какие-то закладки на этот счёт. Но это не значит, что наша с тобой модель контура универсальна и явно не из-за семейного сходства. - Ты намекаешь, что это особенность всех людей? – заинтересовался Маркиз. Я ещё раз испытала приступ самодовольства, что мой отец такой умный. - Скорее особенность разумных существ, но и к человеку это может иметь отношение. К сожалению, на Земле нет других разумных видов, чтобы проверить. И знаешь, в тебе тоже есть толика учёного. - Сочту за комплимент, - подмигнул мне Маркиз и расслабленно опёрся на стену спиной. Он позволил себе насладиться ощущением победы. В такие моменты враг может неожиданно напасть и преуспеть, но я была начеку: - Кажется, мне повезло лично застать момент твоего триумфа, но не расслабляйся, по-настоящему сложен третий этап, - пришлось обломать веселье. – Сожалею, но я тоже не могу ждать слишком долго. Лучше если ты приступишь к тренировке без долгого перерыва.

*****

Когда я перемещаюсь сознанием в клон, находящийся в Птичьей Клетке, то либо наблюдаю за упражнениями Маркиза, либо выхожу на охоту за новыми знаниями. На самом деле, не каждый день удаётся увидеть его. Закрепившись в тюрьме и получив защиту, я отдала приоритет колледжу и команде Краскопульта, перемещаясь в центр заключения лишь когда появлялось свободное время. Пребывание заключённых в Клетке тянется как вязкий кисель. Редко кто-нибудь кого-нибудь убивает или калечит. В основном люди живут обсуждениями увиденного по зомбоящику или сплетничают друг о друге. После моего визита к Учителю информация просочилась и мне предложили заняться починкой сломанной техники. Я объяснила, что не получила механокинеза, а отвёрткой и ядрёным матом пусть попробуют управиться сами. Наибольший улов пока получен от Лабораторного Крыса, чего и следовало ожидать. Всё-таки он тоже Технарь с уклоном в преобразование живого, но я не ожидала, что специфика его силы будет настолько отличаться от моей. Та бурда, которую он готовит из доступных веществ, могла бы вызвать максимум диарею. После контакта с силой Крыса, она проявляет сложные реакции, похожие на программы поведения крови Левиафана, только ещё более бурные. Суммарно они высвобождают на порядки больше энергии, но по времени короткоживущи. Крысу понравился мой интерес, и он не отказался помочь разобраться в его способностях, хоть и безрезультатно. Процессы в организме, отравленном декоктами, я могу оценить лишь наблюдая за ними со стороны. Со мной они делали всё что пожелают, пока не подобрала подходящий алгоритм для противодействия. В итоге я пришла к выводу, что Крыс оставляет в подготовленной материи заархивированные биокинетические программы огромной сложности. Потом был большой перерыв, пока Маркиз развивал супервосприятие, прежде чем взяться за финальную стадию. Он перестал зажмуриваться и начал выполнять упражнения, не отвлекаясь от реальности. Заметив, что отец отдыхает, решила немного подбодрить: - Вижу, ты не выбиваешься из графика и скоро мы покинем это место. - Надеюсь, - тяжело вздохнул он. – Я прохожу эти муки ради освобождения, а ты зачем? - Прости? – не поняла я. - Чего ты, в конечном счете, хочешь достичь? Ведь не ради новых впечатлений ты придумала эту технологию и вряд ли это исключительно для меня. Я покачала ногой, глядя на свой подпрыгивающий носок и ответила: - В какой-то степени ты прав, но и первой причины было бы достаточно, не говоря уж о второй. Придумывать что-то новое мне нравится само по себе. - И всё же, должна быть более достойная цель… - Да, я хочу быть Солнцем для своих любимых. - Это какая-то аналогия? – скептически поднял бровь Маркиз. - Да, солнце дарит всем своё тепло ежедневно, не требуя платы. Но чтобы достичь этой цели, нужна большая сила. Я бы даже сказала, нечеловеческая сила. Отец в задумчивости тоже покачал ногой и произнёс: - Понятно… но мне неясно другое: если уж тебе начали нравиться женщины, то почему не ограничишься одной из них, которая на твой взгляд самая лучшая? Давно заметила, что этот вопрос не даёт ему покоя и наконец, отец не удержался и задал его. - Хе-хе, - смутилась я, - отвечу только если обещаешь не смеяться. Маркиз выпрямился и с торжественным видом положил руку на сердце, будто находится в зале суда. - Тебе действительно интересно? Не гарантирую, что раскрытие секрета произведёт на тебя впечатление… - В любом случае я выслушаю и попытаюсь понять, - заверил отец, – ведь мы не чужие люди. Он вслух не называл меня дочерью, а я его отцом. Сначала Маркиз удивлялся моей непоследовательности, ведь во всём остальном я держалась свободно, но потом я ему объяснила, что мне требуется только отсутствие у Дракон формальных доказательств моего проникновения в Клетку. В этой искусственной женщине ещё слишком много от компьютера. Как бы хорошо ни работала её интуиция, Дракон оперировала в первую очередь достоверной информацией. - Понимаешь… - начала я, не зная, как чётче сформулировать мысль, - вначале всё было совсем не так, как сейчас… - Вначале было Слово? – пошутил Маркиз. - Да, что-то типа божественного откровения, - ответила я, улыбаясь удачной цитате. – До меня дошла информация, что любовь является невероятно могущественной силой, недооценённой в нашем циничном обществе. - Это откровение, случайно, не из любовного романа? – с подозрением поинтересовался отец. - Уж можешь мне поверить: если я сказала, что оно божественное, то так оно и есть. Надеюсь, ты не считаешь Библию единственным Словом Божиим? После получения доступа к откровению, у меня возникла идея, как приручить эту силу… - Ты серьёзно? – рассмеялся Маркиз, и я укоризненно посмотрела на клятвопреступника. – Для этого не нужно собирать гарем. - Ты прав, для этого нужно заниматься любовью. Но что мы о ней знаем? То, что она должна быть истинной? Любить совершенно естественно, этим занимаются все, и поверь, истинная любовь тоже встречается. Однако, весь потенциал до сих пор никем не раскрыт. - Никогда об этом не думал с такой точки зрения, - признался Маркиз. – Любовь – это… ну, она приносит удовольствие. Силой любви называют самопожертвование, которое действительно может защитить в, казалось бы, безвыходном положении. Мне встречались такие примеры. Я представила ситуацию, в которой отец мог пощадить кого-то из своих жертв, если на защиту встала женщина. Это было бы вполне в его духе. - Ты говоришь о метафорической любви, а я о вполне конкретной. Представь её в виде суперсилы из категории «всё или ничего», причём, не как у Инженю, поскольку её ментальная мимикрия имеет к любви очень опосредованное отношение. Маркиз задумался, но надолго запутать его было сложно. Тряхнув кудрями, он произнёс: - Полагаю, в любви нет ничего дурного, даже если в процессе немного увлечься. Но мне кажется, или ты решила восполнить недостаток качества количеством? - И вовсе я не собираюсь компенсировать недостаток качества, - пробурчала я. – Ты всё ещё рассуждаешь как человек! Хм, силой любви овладеть сложно, но не невозможно. Взять, например, мои эксперименты с кровью: кто бы мог подумать, что при помощи голубой капли можно управлять собственным расчленённым телом?! Со стороны – настоящий фильм ужасов! - Не уходи от ответа. Ты на самом деле берёшь количеством? - Маркиз, это поверхностное суждение! Я не хочу прямо сейчас давать однозначный ответ, чтобы ты не упустил общую картину. Любовь – одно из самых объективных явлений в этой реальности, а у людей сложилось множество нелепых предрассудков на её счёт. - Таким образом, ты признаёшь правоту моих слов? - А почему бы и нет? Дело не в том, что человеческие нормы ограничены, а в том, что ограничена их природа. Я тоже боюсь допустить ошибку, но не в этом случае: однажды захотев освоить силу любви, сейчас для меня её законы столь же непреложны, как физика. - Но ведь никаких успехов с получением этой силы на данный момент у тебя не предвидится? – уточнил Маркиз. - Я держу наготове несколько клонов. В случае смерти, предположительно, любовная связь поможет вернуться к жизни. В конце концов, голубая капля – низкосортный заменитель. Только я боюсь, что единственной прочной связи душ, имеющейся у меня на данный момент, может оказаться недостаточно для возрождения. - Твой план на крайний случай? - Ты всё же не оценил, что я подразумевала под невероятной силой. Если всё пройдёт по плану, то конец света будет не страшнее прыщика на попе. Нас не разлучит даже гибель мультиверсума. - Ну ты и скажешь… - не поверил отец. – Однако неужели способность категории «всё или ничего» не имеет других применений? - В том древнем трактате о силе любви автор не приводил примеры её использования, вот я и проверяю наиболее очевидные варианты. Судя по контексту, владение ей вообще не предназначено для таких ничтожных существ как мы. - Я всё понял, - сделал вывод Маркиз. – Но должен признаться, что твоя цель, внешне выглядящая чрезвычайно романтично, в итоге поразила меня своей прагматичностью. - Хмпф, - недовольно фыркнула я, - ты пропустил мимо ушей, что я говорила? Это была моя первоначальная цель. - Что-то изменилось? - Разумеется! Мне настолько понравилось в процессе, что уже неважно, какие силы получу, и получу ли. Сейчас мне хочется быть Солнцем и ничего более. - Точно неважно? – подмигнул отец. - Ну, отказываться от преимуществ я не собираюсь… но ты правильно сказал: удовольствие – главная награда влюблённого человека. Всё настолько хорошо, что единственное, чего мне сейчас хочется – это продолжать.