Мир на ускорении

Исследовательский центр Тайсона

Пока Маркиз тренировал шестое чувство и пытался освоить тёмную энергию, я продолжала совершенствовать свои навыки. К сожалению, для понимания принципов работы внутренней силы интуиция плохой помощник. Плохой, но не совсем, потому что несколько раз она меня здорово выручала, причём в самых ключевых вопросах – упорядочивания сигнатурного контура и создания голубой капли. Меня крайне заинтересовали эти прецеденты, особенно источник неожиданного вдохновения. В целом, конечно, оккультные знания из прошлой жизни давали намёк в какую сторону двигаться. Однако их роль была невелика, поскольку они, как и полагается, очень-очень абстрактны. Между этими ненадёжными подсказками и практической стороной остаётся огромный разрыв, который невозможно преодолеть с помощью логики и стандартных метод. Если бы всё было так просто! Логическому мышлению можно научить любого более-менее талантливого студента, даже имеющего склонность к гуманитарным наукам, но, тем не менее, научные открытия совершаются людьми совершенно особенного склада. Сам по себе метод интуитивного поиска, применительно к отдельному студенту или даже профессору-исследователю, не более чем гадание на кофейной гуще. В отличие от логики, интуиции невозможно обучить и стабильная её работа – такой же феномен, как талант к предсказанию судьбы. Но вся беда в том, что открытия почти никогда не бывают без интуитивных озарений, таких как сон Менделеева. Уже доходит до того, что некоторые начинают сравнивать науку с творческим процессом, отодвигая в сторону методологию, без которой, собственно говоря, наука и не существует. А уж когда свою версию навязывают учёные религиозного толка… если им верить, то сам Бог посылает откровения! Есть и другой подход, так сказать, через задний проход… печально известный индуктивный метод. Его обожал Конан Дойл и от лица своих персонажей – великих детективов – рекомендовал как дедуктивный. И поскольку это просто когнитивный процесс, его следы можно заметить хоть в научном открытии, хоть на месте преступления, хоть в повседневной жизни. Похожую мистификацию проделывали учёные-коммунисты во времена лысенковщины: пользовались достижениями буржуазной генетики, а обоснование брали из трудов Карла Маркса. Как бы мне ни хотелось выяснить, откуда к нам приходят откровения, которые одни приписывают Небесам, а другие пытаются объяснить сочетанием элементарных физических законов, но, как говорил апостол Павел: сие – тайна великая есмь… Я даже знаю способ развить интуицию: спиритическая закалка души через мириады перерождений. В какой-то мере реинкарнацию может заменить потакание истинной воле, но это тоже из области мистицизма, а значит, до понимания законов аномального познания ещё очень далеко. Зато мои усилия по замене биокинеза супервосприятием начали приносить плоды. Ранее я выдвинула гипотезу, что, получив источник энергии, можно будет использовать его для питания суперсил. Но оказалось, что отправить суперэнергию «пассажиру» невозможно, так как квантовый канал является не проводником, а направляющей для любого вида воздействий. Кейп становится своего рода точкой фокуса для влияния на реальность и это только первое препятствие. Допустим, я перенастрою квантовый канал к «пассажиру» и отправлю энергию. У неё моя сигнатура и никем другим использоваться она не может. Да и не будь этого препятствия, с чего бы «пассажир» согласился её принимать? Суперэнергия наполовину состоит из информации, так что можно считать её идеальным инструментом взлома. Я уже привыкла, что «птица обломинго» частый гость, так что решила пойти немного другим путём: если механизмы преобразования суперэнергии в воздействие на реальность под контролем «пассажира», то у меня есть супервосприятие – просто буду учиться у «старшего брата». Общие принципы работы суперсил уже немало помогли мне во время освоения супервосприятия. Осталось только научиться «азам» преобразования сигнатурной энергии во что-то полезное. Я уже давно догадалась, что «азбукой» биокинеза являются алгоритмы, отвечающие за микровоздействия. Сами они представляет собой влияние полевых свойств суперэнергии на естественные процессы. Это может быть кулоновская сила, телекинетически отталкивающая ионы, или слабое взаимодействие, трансмутирующее элементы, или гравитонное, для телепортации частиц. И хотя конечный результат получается однозначным, но вот алгоритмы, порождающие его, могут быть реализованы на каких угодно принципах. Это значит, что недостаточно выучить «азбуку» биокинеза, или даже освоить с нуля чужой «язык программирования». Скорее это похоже на попытку летучей мыши говорить по-человечески – люди общаются звуком, а мыши ультразвуком, и говорить на одном языке неспособны. Так и я не могу воспроизвести алгоритмы, используемые суперсилой, при помощи супервосприятия - это просто не в природе человека. Несмотря на кажущуюся бесполезность «азбуки» биокинеза в качестве учебного пособия, она много дала моему вдохновению для разработки собственного аналога сил. Постепенно я начала чувствовать общность крови, биокинеза и внутренней энергии. Это ощущение помогло преодолеть барьер способностей, и я начала понемногу повторять микровоздействия, опираясь на внутреннюю силу, уже на своей «технологической базе». Если сравнивать настоящую суперсилу и мои потуги, получалось примерно также, возьми я кусок фанеры и царапай её ногтями, в попытках повторить работу лазерного лобзика. Принципиальная возможность манипулировать спиралью ДНК или соединять разорванные ткани – само по себе суперкруто. Но вот мощность, производительность и охват воздействия… Воодушевляет лишь одно: дорогу осилит идущий. Для самых сложных операций можно создать нейробиоимпланты. По одному для каждого вида манипулирования, а в дальнейшем подумать над их универсализацией. Работа с внутренней силой в первую очередь буксует на функционале человеческого мозга, неприспособленного к завышенным требованиям. В целом, из-за огромной траты психической энергии, процесс похож на псионику из фантастических саг. Об этом я уже догадывалась ранее, оценив возможности суперсил по обработке информации и инженерному моделированию, задействованные для расчёта достаточно тривиальных биокинетических задач. Пока у меня остаётся надежда поднять эффективность работы собственной силы, но, к сожалению, до всего приходится доходить «методом тыка», совершая по пути все мыслимые ошибки. У внутренней силы нет защитных ограничений, оберегающих кейпов от самовзрывания, саморазрывания, самосжигания и так далее по списку. При этом оригинальный биокинез от «пассажира» остаётся настоящим спасением – он исправляет каждую мою оплошность. Процесс крайне трудоёмкий, опасный, но при этом скучный. Сначала сосредотачиваюсь на крови и через неё воспринимаю остальное тело – это самопальный аналог сканирования. Следом, по наитию, воздействую на клетки и более мелкие структуры, а затем возвращаюсь к биокинезу и сравниваю с работой алгоритмов. Тут-то и выясняется, насколько они изящны и экономны. По-хорошему, всё должно идти в обратную сторону, но после такого сравнения у меня появляется более глубокое понимание принципов биокинетических манипуляций. Возвращаясь к оперированию внутренней энергией, я улучшаю свои навыки: растёт охват, или мощность, или экономнее расходуется ресурс. Как бы то ни было, но я чувствую небольшой прогресс, поэтому не останавливаюсь на достигнутом. - Пенни, ты завтра свободна? – вошла в кабинет девушка, сейчас находящаяся в роли моей заместительницы, но постоянно забывающая о субординации. - Я не бываю свободна, Джей… - отвлеклась я от размышлений, во время которых погружалась в таблицы с данными всё глубже и глубже, – но для тебя, бэби, я всегда свободна! Чего желаешь: культурную программу, или сразу в отель? - Ты забыла обещание, данное маме? – покраснела от смущения девушка. Недавно я воспользовалась связями их семьи и согласилась позже отработать. Не знаю, как, но оказалось, что мать Жанны очень хорошо осведомлена о моих возможностях. Иначе не объяснить, почему она попросила именно такой вид отработки. Дочитав письмо, я попросила: - Окей, бэби, можешь поделиться своими мыслями? - Пэн, речь идёт о друге мамы. Его семье принадлежит небольшая, я бы даже сказала, карманная фабрика по производству сырья для нетрадиционной медицины. - А завозить его с плантаций они не пробовали? - О чём ты говоришь, как тогда получить прибыль? Нет, проще выращивать на искусственной среде. Речь идёт о дорогих видах, разумеется… - Значит, это биотехнологическое производство? Фух, слава Богу! Я уж подумала, что меня заставят разбираться в агрономических вопросах. А в чём там дело, собственно? Жанна откинулась на спинку кресла и ответила: - У персонала начались серьёзные проблемы со здоровьем. Мы же в основном занимаемся медицинскими технологиями? - Смотря, насколько их проблема близка нашему профилю. Может оказаться, что съездим зря… - начала я, но заметив взгляд девушки «переобулась», - хотя знаешь, давно хотела уехать с тобой куда-нибудь.

*****

- Автобус сейчас будет, - сообщила Жанна, комкая края сумки. Она взяла в дорогу больше вещей, чем я ожидала. Место встречи назначено у входа в исследовательский центр. Это и для солидности, и для удобства. Пусть хоть шофёр увидит, что мы специалисты, а не какие-то рандомные студенты. - Кто нас там встретит? – поинтересовалась я. Для моей личности шабашка вышла мелковата, но услуга миссис Фонтенот была очень своевременна и мне не жаль потратить день на ответную любезность. Я подозревала, что Жанна напросилась в поездку, чтобы побыть со мной. Решено, уделю ей больше внимания по возвращении. - Директор фабрики. Он наёмный специалист, не член семьи, но мы знакомы лично. Это же неформальный визит, верно? Я кивнула. Мне оказали услугу – я оказала услугу. Жанна и её семья пока не знают о моей идентичности с Панацеей. В их глазах я перспективный молодой учёный со своей исследовательской группой, пусть и студентов, но уже прославившейся. - Ты взяла на дорогу почитать? – заботливо спросила Жанна и я тряхнула ещё большей, чем у неё сумкой, набитой бумажными папками. Они ещё не оцифрованы помощниками и брать с собой лэптоп бессмысленно. Автобус подъехал, и мы отправились в путь. Кроме нас был лишь водитель, но мы его не видели со второго этажа. Удобно устроившись на диване, я взяла папку с отчётами, Жанна – журнал мод и принялись каждая за своё, перелистывая страницы одной рукой. Время в пути пролетело незаметно, за приятными обнимашками, и только сверившись с имплантом я обнаружила потерю нескольких часов: - Наконец-то приехали! Встречал нас моложавый мужчина средних лет. - Привет, Джейн, давно не виделись, - обрадовался он моей девушке. Увидев меня, сразу возбудился: - Вот это да! Неужели к нам прибыла сама мисс Адамс?! - Откуда вы её знаете? – в свою очередь удивилась Жанна. - Я Джонсон, управляющий заводом, - представился мужчина, показавшийся мне чудаковатым. – Когда хозяин сообщил, что пришлёт подходящего специалиста, я и не думал, что это окажется настолько подходящий специалист… - Жанна, он наверно смотрел передачи о нашей лаборатории, - подсказала я. – Не так ли? - Истинно так, мисс Адамс. Я был в шоке, когда увидел кадры с переливанием крови. - А почему вы сказали, что я особенно подхожу, и для чего, собственно? - О-о-о, мы тоже занимаемся биотехнологией, - довольно нелогично ответил Джонсон и пригласил нас внутрь. – Проходите, леди! - И что конкретно вы производите? – начала я задавать наводящие вопросы, закончив переодевание. Хотя предприятие мелкое, но техника безопасности у них на высоте: нам предложили защитные костюмы известной фирмы, в которых можно работать с опасными биологическими материалами. - Женьшень, мисс Адамс, - ответил управляющий. – Женьшень для производства китайских снадобий. Их бум уже позади, но рынок достаточно стабилен. Особенно спрос на средства, улучшающие потенцию. Пожилые джентльмены не утратили к ним интерес после изобретения «Виагры». - Очень хорошо, - автоматически похвалила я, осматривая ферментёры и центрифуги, – а что с жалобами сотрудников? - Кошмар! – изменился в лице мистер Джонсон. – Я уже начал нанимать латиносов. Они терпят головную боль и работают. - Это здесь? - В следующем помещении, - распахнул передо мной дверь Джонсон. Я зашла и почувствовала неприятное давление на виски. Запустила самосканирование и двинулась дальше. Сзади зашипела Жанна. Я обернулась и заметила, что она морщится. - Что ты чувствуешь? - спросила я и проверила её. - Странно ноет голова. - Ты можешь подождать в приёмной. Нет смысла страдать вместе с нами, ведь так, мистер Джонсон? - Да, - спохватился он, - Джейн, я сопровожу вас в комнату отдыха. Проводив парочку взглядом, я продвинулась вглубь обширного помещения. Там было повышенное давление, и при открытии двери чувствовался сквозняк. Благодаря подруге я быстрее обнаружила причину неприятных ощущений. Их вызывали ультразвуковые вибрации, идущие отовсюду. Мои искусственные кости почти не резонируют, оттого болезненные для других звуки чувствуются гораздо слабее. Звук тоже можно использовать в качестве оружия. Самый яркий пример – взрывная волна от применения вакуумного или ядерного боеприпаса. Я тоже использую вибрации из-за их высокой проникающей способности. Особенно, если ситуация благоприятствует – например, вырубив Манекена. - Мы проводили анализ воздуха: утечка газов и прочие тесты, - сообщил вернувшийся управляющий. – Персонал заходит в рабочую зону только при крайней необходимости, а самые мнительные из них – уже уволились. Боюсь, такими темпами нашу фабрику скоро закроют. Я бродила по залу в поисках источника колебаний и вскоре обнаружила его. К моему удивлению, это оказался не сломанный прибор, а биогенераторы с женьшенем. Пощупав корпуса, удостоверилась, что сотрясения возникают в воздушной среде по небольшому радиусу от массы выращиваемых клеток и через металлические конструкции расходятся вовне. Хотя причина оказалась найдена быстро, мне было интересно разобраться в происходящем до конца, да ещё и не давала покоя оговорка Джонсона, сделанная при встрече. - Я могу открыть ферментёры? - Пожалуйста, только не портите продукцию без особой причины, - попросил управляющий. Добравшись до зоны культивирования, я проверила женьшень и поцокала языком. - Вы что-то обнаружили? – всполошился мужчина. - Скажите, мистер Джонсон, а есть ли среди ваших сотрудников паралюди? - Мы не проверяем на наличие сверхспособностей, - уклончиво ответил менеджер и поморщился. - Вижу, вам тоже неприятно здесь находиться. Предлагаю перейти в другое помещение, чтобы ваше самочувствие восстановилось, - милосердно предложила я. - Не будете брать пробы? Многие анализы можно провести на нашем оборудовании. Я уняла исследовательский зуд и отказалась: - Благодарю за предложение, но всё что необходимо я уже сделала, мистер Джонсон, так что скорее пойдёмте отсюда. Он отвёл меня не в зону отдыха к Жанне, а предложил свой кабинет, чем подтвердил свою сообразительность. - Мисс Адамс, вы меня в чём-то подозреваете? – спросил управляющий после того как усадил в кресло и налил стакан сока. - Разумеется! Вы сами по себе любопытный персонаж: интересуетесь последними научными открытиями и суперсилами… - Я не парачеловек, если вы об этом, - запротестовал мужчина. - Нет, - согласилась я, - но всё же, среди ваших сотрудников кто-то им является. - Допустим, и что с того? Быть парачеловеком и работать в нашей стране не запрещено. - И слава Богу! Но, мистер Джонсон, вы же сами заинтересованы, чтобы выяснился источник нездоровья среди сотрудников, разве я неправа? - Это так, - замялся директор, - но вы затронули интересы компании. - Каким образом? - Под угрозой находится наша интеллектуальная собственность. - Ага, - догадалась я, - у вас имеются незапатентованные технологии? Мужчина красноречиво замолчал, подтверждая догадку. - Тогда что мы будем делать? - Мисс Адамс, если вы убедите меня, что проблемы со здоровьем сотрудников связаны с суперсилами, то я открою всю информацию. - Окей, а если я уже обо всём догадалась сама? Когда вы меня увидели, то сразу обрадовались: якобы, я самый подходящий специалист из возможных. - Это была импульсивная реакция, - сознался Джонсон, - и я о ней уже сожалею. - Отчего же? Вы сами признали, что фабрику скоро закроют. Буду откровенна: ваша проблема действительно связана с суперсилами! - Хорошо, - сдался менеджер, - если вы о чём-то догадались, то просто озвучьте ваши мысли. Если ваши догадки верны, то мои опасения о краже технологий окажутся беспочвенными. - Согласна, - ответила я. – Итак, вы видели по новостному каналу передачу о моём открытии. Затем, будучи заинтересованным, вам попал в руки ролик одного из выступлений, описывающих достижения исследовательской группы ВУСТЛа, так как некоторые из этих презентаций были публичными. Я всё верно угадала? - Пока – да, - признал немного удивлённый Джонсон. - Тогда я уверена, что не ошиблась. По описанию процедуры ТС-реанимации в прессе вы восстановили процесс накачки суперэнергией и разыскали подходящего парачеловека, который его воспроизвёл на женьшене. Наверно, это была самая трудная часть плана? - Вообще-то нет, - покачал головой менеджер. - С задачей справился мой кузен. - Полагаю, - продолжила я, - главная особенность вашего изобретения – это использование рассеянной формы суперэнергии на растениях, причём на каллусной массе, я угадала? - Не совсем, - поправил меня биотехнолог. - Кузен может воздействовать исключительно на растения. Если бы не это, ничего бы не получилось. - Идея применить воскрешающую технологию для роста растений – довольно прорывная, - похвалила я. - И снова возражу, - ухмыльнулся Джонсон. – Может вы не знаете, но как только какой-нибудь химик синтезирует новое вещество, его сразу же проверяют во всех областях, в том числе и на растениях. То же относится и к любой другой технологии. - Хорошо, - согласилась я, - это вполне логично. Тогда ответьте: как вам понравилось воздействие суперэнергии на растения? - Сначала никак, - вздохнул управляющий, - но меня мотивировали ваши опыты. Мы с кузеном продолжали напитывать каллус энергией и через какое-то время получили ошеломительный результат. Думаю, это в первую очередь подходит для биотехнологии. Услышанное меня ничуть не удивило. У всех растений сначала стимулируется регенерация. При микроклональном размножении эффект должен быть намного выше, чем от гормонов. Тем временем, энтузиазм собеседника окончательно угас: - Но меня пугает ваш прогноз. Если растения становятся патогенными для человека, то на моей технологии можно поставить крест. - Не думаю, что всё настолько печально, - отозвалась я на реплику впавшего в депрессию изобретателя. – Моя версия заключается в том, что вы неудачно выбрали объект для эксперимента. - Как это? – не понял Джонсон. - Вы слышали о мандрагоре? - Чего? – мужчина очень удивился. – У нас никогда не было заказа на мандрагору, но кое-что я о ней знаю. Чаще всего это растение упоминают в сказках… - Давайте представим, что женьшень – это мандрагора, - с улыбкой предложила я. - Окей, но что это даст? - Проведём совместный эксперимент. Что вы помните о мандрагоре? - Паслёновое растение, как и картофель, в то время как женьшень из семейства аралиевых. В средневековой медицине считалось волшебным: если вытащить мандрагору из земли, она издаёт оглушительный вопль, - вспомнил множество подробностей биотехнолог. - Достаточно. Можете пожертвовать для эксперимента частью продукции? - Да, но что мы будем с ней делать? Я объяснила мужчине свою идею, затем сходила за Жанной и достала чистый лабораторный журнал, начав вести записи. За это время Джонсон выкинул из большого цветочного горшка первую попавшуюся пальму и велел сотрудникам извлечь из биогенератора порцию женьшеня. Когда всё это доставили в дальний бокс, я заметила у окружающих признаки ухудшения самочувствия и озвучила вслух последнюю запись: - Ага, как только принесли каллус, у всех присутствующих проявилась болевая реакция. - Это ещё ничего не доказывает, - возразил Джонсон, и я добавила в журнал его слова, предложив: - Хорошо, тогда давайте поместим объект в землю. Техники вырыли ямку, положили туда биомассу и присыпали почвой. Первое время ничего не происходило, но потом ультразвук стал исчезать, пока не стих окончательно. Управляющий стоял, с глупым видом глядя на большой горшок. - Как-то это ненаучно… - тихо пробормотал он, а техники, пожав плечами, разошлись. - Вы довольны? – спросила я, красуясь под взглядом девушки. – Тогда могу ли я забрать это в качестве подарка? Джонсон посмотрел, как я показываю пальцем на цветочный горшок с женьшенем и мрачно кивнул, затем спохватился: - Постойте, а как мне доработать процесс выращивания? Ферментёры несовместимы с грязной почвой! - Прошу прощения, - пожала плечами я, - технологию придумали вы с кузеном, вам и доводить её до ума. Я же нашла источник проблем со здоровьем? Значит, свою часть завершила. - А… - Прошу вас не предлагать мне контракт на разработку технологии выращивания, у нас итак на работе завал… - Но почему мандрагора?.. - не мог прийти в себя управляющий, на которого свалилась задача по транспортировке моего «подарка» вместе с нами в исследовательский центр. - А вот это, - прижала я палец к губам, - огромный секрет! Лучше подумайте над патентацией изобретения. Идея лежит на поверхности, а значит, вас в скором времени кто-то может обойти. Отбившись от приставаний новоиспечённого фаната, я, наконец, забралась в автобус. Жанна посмотрела на меня странным взглядом и уселась напротив. Я вопросительно подняла бровь, но девушка не отреагировала, вместо этого спросив: - Расскажешь, что это было? Мы отъезжали, так что я не стала тянуть с объяснениями: - Друзьям твоей мамы повезло нанять такого многообещающего специалиста. Кажется, он придумал неплохой способ поднять эффективность биофабрики. - Значит, все эти проблемы из-за него? – догадалась подруга. - Можно и так сказать, но скорее, из-за сырой технологии. Люди делятся на несколько категорий: манифесторов, генераторов, проекторов и рефлекторов. Обычно бизнесмены – это манифесторы, исследователи – генераторы, а вот Джонсон – их гибрид. - Это хорошо или плохо? – не поняла Жанна. - Можешь сделать вывод сама. Он излишне инициативный, но, если дать ему волю, может превратить вульгарный бизнес в стартап. - Стартапы? Но они ведь связаны с риском. - Что мы и видели. Обычно манифесторы и генераторы уравновешивают друг друга, но когда их самые опасные черты собираются в одном человеке… - И что же мне написать маме? Джонсон не взорвёт доверенное ему предприятие? - Да, Жанн, это может быть опасно. Однако людей подобного склада полезно держать про запас. Все прочие категории в условиях естественного отбора проигрывают: или уступают инициативу другим, или попадают в неприятности из-за недостатка таланта. - Жалко парня, он же ни в чём не виноват… - Думаю, после регистрации патента его дела пойдут в гору. А если нет, Джонсон придумает что-нибудь новое и снова окажется "на коне". - А что за мандрагора? – захлопала глазищами Жанна. - В оранжерее нашего центра есть женьшень. Думаешь, я не проверила действие суперэнергии на всём, до чего смогла дотянуться? - А-а-а! - во взгляд девушки вернулось понимание. - Но всё равно это первый такой случай. Известный мне. Занимательно...