Доминант без опыта, недорого

Безопасность, разумность, добровольность — главные принципы БДСМ. С первыми двумя пунктами Джисон, отчаянно желающий найти себе хорошенького саба, безрассудно пролетел. О какой безопасности может идти речь, когда едешь домой к какому-то незнакомцу, и что говорить о разумности, если решил этому незнакомцу нагло соврать о своём опыте и намерениях. Получается, добровольность тоже под вопросом.

☻☻☻

Несколько дней назад двадцатилетний Хан Джисон твёрдо решил распрощаться со своей девственностью и сделать первый опыт незабываемым. Он, насмотревшись красивых видео с тематикой БДСМ, загорелся идеей воплотить свои жаркие фантазии в жизнь, не имея никакой практики, кроме самоудовлетворения рукой. Даже игрушки ни разу им не использовались, потому что их нужно где-то купить, а это стыдно. Даже если на сайтах пишут, будто всё анонимно, — он им не верил. Что угодно же скажут, лишь бы товар купили. На тематическом сайте он листал анкеты всех подряд, самоуверенно решив, что даже если человек ищет себе нижнего, то для такого, как Джисон, сам сможет занять эту роль. На глаза попалась анкета одного крайне привлекательного молодого человека. Настолько привлекательного, что всякое желание искать кого-то ещё пропало в ту же секунду, как он увидел его фото. Парень двадцати шести лет, некий Минхо с внешностью греческого бога. Хан в какой-то момент засомневался, реальные ли это фотографии, но профиль был подтверждён. В анкете того было чётко сказано, что интересуют его исключительно опытные молодые люди. И только сабы, без всяких «но». Категорично и очень понятно. Понятно для кого угодно, кто не Джисон. Прежде чем писать ему, Хан вернулся на свой аккаунт и заменил единственную выложенную фотографию на ту, что поприличнее, как он сам думал. Предыдущая была обычным селфи в немытое зеркало, где разглядеть его было тяжело ещё и из-за капюшона на голове. Да и сделано фото было пару лет назад. На новой же хорошо видно не только лицо, но и фигуру. Друг сфотографировал его несколько дней назад у здания университета. Джисон тогда решил, что выглядит чертовски сексуально в своих очках и обтягивающей чёрной водолазке. Правда, однокурсники с ним не согласились и окрестили званием типичного ботана. Но кто их вообще спрашивал? Ладно, он сам же и спросил. Мнение своё из-за их тупых шуток не поменял и всё ещё был в восторге от получившихся фотографий. В своей анкете он поменял пункт, где писал, что ищет милого сабмиссива, на нейтральное «роль не имеет значения». После небольших корректировок он вытер потные ладошки о домашние штаны и вернулся на страничку Минхо. Хани: Привет! Спешу сообщить радостную новость — твои поиски закончились! Твой идеальный партнёр здесь:) На сайте, к сожалению, нельзя было узнать, в сети ли пользователь, как и статус сообщений, прочитаны они или нет. Хан убрал с колен ноутбук и встал с кровати, убеждая себя не обновлять страничку каждые несколько секунд. Он ходил по своей маленькой съёмной студии и уже раздумывал, не стыдно ли будет пригласить сюда этого Минхо. Если прибраться, помыть посуду, стереть пыль с поверхностей, помыть полы и… нет. Слишком много мороки. Нужно будет напроситься к нему домой, но никак не звать к себе. И совершенно не важно, что парень ещё даже не ответил. Продержавшись от силы пять минут, Хан снова залез на кровать. Лёг на живот и притянул ноутбук поближе. Обновив сайт, он увидел одно новое сообщение. Едва не взвизгнув от радости, он открыл единственный диалог, и всё веселье тут же спало. Минхо: Где там мой идеальный партнёр? Не вижу. Вижу только школьника с нулём информации в анкете. Не интересует. Искренне возмущённый тем, что его назвали школьником, он быстро напечатал ответ, яростно стуча по клавиатуре слегка отросшими ногтями, которые каждый раз ленился подстричь. Хани: Какой я тебе школьник? Я студент вообще-то! И подумай получше. Специально для тебя сделаю скидку! Минхо: Какую скидку? Ты себе здесь клиентов ищешь? Хани: Нет конечно. Мне не приходится вообще никого искать. Я настолько хорош, что желающих стало слишком много, и я решил брать оплату. Но раз ты меня заинтересовал, первый раз будет бесплатно. Джисон уронил голову на клавиатуру, сгорая от стыда из-за того, что он вообще несёт. Он с чего-то решил, что в подобных кругах заведено оплачивать сессии. Почему же ещё они так называются и аж настолько серьёзно преподносятся. Правда, не подумал, кто кому должен платить. Наверное, исходя из того, кто опытнее и кто будет всем руководить… Минхо: Вот это щедрость. А меня как нашёл, раз у тебя и так очередь? Хани: Случайно. Ну так что, когда можно к тебе приехать? Минхо: Лет через пять, когда подрастёшь и наберёшься ума. Хани: Я лучший на своём курсе, не сомневайся в моём уме! Сейчас, правда, он и сам сомневался, есть ли в его голове хотя бы след мозга. Хани: Я просто плох в переписках. Давай встретимся, и ты убедишься, что я нормальный. Нет, скорее, даже лучший из всех, кого ты когда-либо знал!;) Минхо: Не заинтриговал. Парень, выбери кого-нибудь из своей очереди. Хани: Но я уже выбрал тебя. Минхо: Сделаю вид, что мне жаль. Всего доброго. Хани: Стой! Пожалуйста? Дай хоть шанс! Давай сходим поужинаем, и если я тебе не понравлюсь, то отстану! Я угощаю! Джисон написал до того, как успел подумать. А теперь молился, чтобы Минхо не согласился. Потому что денег у него сейчас не было ни на какой ужин. Максимум, который он мог себе позволить после недавней оплаты квартиры, — это лапша быстрого приготовления и растворимый кофе. До смешного маленькая стипендия и нестабильные подработки на фрилансе не позволяли жить на широкую ногу. Вообще слабо жить позволяли. Благо, родители частенько помогали с арендой. Минхо: Ну, раз ты так просишь. Давай, я согласен. Сегодня в восемь. Ноутбук захлопнулся в ту же секунду, как Хан прочитал ответ. И что теперь? Невероятный красавчик согласился с ним поужинать. Потрясающе. И ужасно одновременно. Осталось четыре часа, чтобы где-то найти деньги. И нет бы отпустить эту идею, пережить позор и больше никогда не отвечать… слишком просто для него. Целеустремлённость не всегда идёт на пользу. Хани: Супер! Куда пойдём? Минхо: *ссылка* Давно хотел там побывать. Раз уж такой востребованный парень угощает, можно разгуляться, правда? Перейдя по ссылке, он попал на сайт популярного и неприлично дорогого ресторана в самом центре города. Хани: Конечно, тебе можно всё.

☻☻☻

В семь вечера Джисон стоял перед зеркалом в прихожей, долго сомневаясь, достаточно ли презентабельно выглядит для похода в ресторан. Белая рубашка, что доставалась из шкафа последний раз на школьный выпускной, чёрные брюки с того же времени, слишком плотно сидящие на выросших в объёме бёдрах, и такого же цвета тонкий пиджак. Хотел надеть и галстук, но так и не разобрался, как его завязывать. Даже подробный туториал на ютубе не помог. Расчесав волосы, он обул белые кроссовки, потому что приличнее обуви не нашлось, и почти бегом покинул дом, торопясь на остановку. На такси ему точно не хватит. Хан занял денег у родителей, наврав, что у него сломался ноутбук, который нужен ему для работы и учёбы, пообещав вернуть всё в следующем месяце. Жил Джисон в часе езды от центра, так что на встречу уже безбожно опаздывал. Ещё и пробки усугубляли положение. Он написал несколько сообщений Минхо на том же сайте, что задерживается, потому что слишком долго ждал такси. Никаких других способов связи парень ему не дал, ссылаясь на то, что Хан похож на тех людей, которые потом будут звонить ночами и дышать в трубку. Настаивать Джисон не стал, дабы не подтверждать звание слишком навязчивого человека. А ведь очень хотелось. В ресторан он пришёл только к половине девятого. Минхо писал, что уже ждёт внутри и хостес проводит его к нужному столику. И чем ближе Джисон подходил, следуя за сотрудницей заведения, тем больше хотел провалиться сквозь землю. Исчезнуть, телепортироваться куда-нибудь подальше или проснуться, с облегчением осознав, что это лишь сон. Минхо сидел к нему лицом с самодовольной ухмылкой на губах. Невозможно красивый, с аккуратно уложенными по бокам чёрными волосами и в самой обычной одежде. В простом коричневом джемпере и светлых джинсах. Хан же в своей классике в сочетании с кроссовками смотрелся до смешного нелепо. Ещё и на голове образовался бардак, пока бежал. Поблагодарив девушку хостес, Джисон сел напротив, неловко поправляя ворот, затем волосы, пиджак… волнение давало о себе знать. — И тебе привет, Хани, — мягкий голос звучал насмешливо, будто Минхо не на свидание пришёл, а позабавиться этим неловким представлением. Джисон только сейчас осознал, что так и не представился. Чёрт его дёрнул подписаться этим слащавым «Хани». — Привет, — прокашлявшись, поздоровался он. — Я Джисон. Хан Джисон. Пока нервничающий студент пытался держать спину ровно и прижимал напряжённые ладони к коленям, Минхо расслабленно откинулся на спинку кресла, прожигая всё тело парня оценивающим взглядом. — Ли Минхо, — коротко представился в ответ Ли и открыл меню, отдав внимание ему. Хан наконец смог выдохнуть. — Значит, ты у нас человек с большим опытом, Хан Джисон. Думаешь, я подхожу тебе? — не отрываясь от изучения списка блюд, спокойно спросил он. — Ну, знаешь, я люблю быть кем-то вроде тренера, — продолжал бессовестно врать Джисон, спрятав краснеющее лицо за меню. — Вот как. Этим на жизнь зарабатываешь? — Нет, я… — Хан замялся. Не говорить же ему, что он фактически безработный и оттого практически нищий, — да. Да, я типа учитель. Провожу обучение для начинающих. Мысленно он уже тысячу раз ударил себя по лицу. Даже не предполагал, что способен столько врать и придумывать на ходу бред вселенского масштаба. Какой, нахрен, учитель? БДСМ-гуру, блин. — Удивительно. Где же ты к своим двадцати столько опыта набрался? — Минхо даже не пытался сделать вид, что верит ему. — Или у тебя врождённый талант? — Скорее, последнее. Опыта не настолько много, но у меня хорошая память, и я умею правильно преподносить информацию! Вот увидишь, я и тебя обучу! — Не сомневаюсь. Когда к ним подошёл официант, Минхо заказал бокал вина, апельсиновый сок, салат, горячее… а дальше Хан уже не слушал, прикидывая в голове, сможет ли за всё расплатиться. Как же стыдно будет, если на карточке не окажется достаточно денег. Опозориться при первой же встрече в его планы не входило, поэтому себе он взял только чай и десерт, сказав, что перед их встречей плотно пообедал с друзьями. — Я принёс небольшую анкету и хочу, чтобы ты её заполнил, так как в твоём профиле совсем мало информации, — Минхо достал из сумки целую стопку листов А4, скрепленных степлером, и передал Джисону вместе с ручкой. — Заполни, пока ждём заказ. Хан непонимающе нахмурился, взял в руки бумаги и стал вчитываться в текст на первой странице. И чем ниже спускался взгляд, тем меньше воздуха оставалось в лёгких. Фантазии этого озабоченного девственника можно было позавидовать. Это была анкета границ допустимого, где каждый пункт нужно было оценить от нуля до пяти, где ноль — табу, а пять — отлично, всегда за. И вначале всё было вполне знакомо и прилично, если это можно так назвать: классический анальный секс, римминг, минет, двойное проникновение, засосы, защищённый/незащищённый секс, ролевые игры, множественные оргазмы… список казался бесконечным. Пролистав пару страниц, он наткнулся на пункты, которые заставили подавиться собственным шоком. Открылось то, с чем он ещё не успел ознакомиться на любимом сайте в разделе БДСМ роликов. Хан чувствовал, как к лицу приливает кровь, пока он пытался понять, что такое анальный крюк и зачем нужны зажимы для яиц. Различные подвешивания, унижения, запреты (запрет убирать язык в рот? кто и как к этому пришёл?), асфиксии разных степеней… слишком много новой и странной информации за раз. Джисон быстро пролистал оставшиеся страницы и вернул стопку владельцу. — Мне это не нужно, я приемлю всё, — уверено заявил он, убеждённый, что никаким рабом не станет и это сам Минхо ещё будет называть его своим господином. — Ты точно всё прочитал? — с сомнением спросил Ли, не спеша убирать анкету. — Там есть многое, что даже я не практикую. — Да, ничего такого, я уже всё пробовал, — Джисон пожал плечами, вновь и вновь мысленно ударяя себя. Кто его всё время тянет за язык? — Ладно, тогда в следующий раз дам свою. Потому что я не настолько… разносторонний, — немного растерянно ответил Минхо, убирая листы обратно в сумку. В голове Джисона отложился только факт того, что следующая встреча всё-таки состоится. Значит, он заинтересовал Минхо, и ему действительно удастся лишиться девственности с этим красавчиком. Великолепно. Вскоре им принесли напитки и салаты. Ли придвинул заказанный бокал вина к нему, а сам взял свой сок. — Это я для тебя взял. Ты какой-то нервный, расслабься немного. — Но я спокоен, — возразил Джисон, но отказываться не стал. Подрагивающие руки выдавали волнение слишком явно. — А я за рулём, так что выпить всё равно придётся тебе. Хан согласно кивнул и сделал несколько больших глотков, услышав тихий смешок со стороны парня. Ну и пусть смеётся. Он ему ещё покажет. Остальное время нервный Джисон болтал без умолку, неся всякую чушь о своих несуществующих партнёрах, пытаясь возвысить себя в глазах Минхо. Тот, кажется, совсем не воспринимал его всерьёз, смотря будто свысока. И это начинало выводить из себя. — Представляешь, он потом умолял меня встретиться ещё раз, предлагал на коленях ко мне приползти аж с другого конца города! Но он меня не впечатлил, — Хан за эту встречу уже несколько раз задумался, почему не стал каким-нибудь писателем, с такой-то фантазией. — А ты почему молчишь? Расскажи о своём опыте. — Не люблю говорить о своих бывших партнёрах. Да и опыта у меня значительно меньше, не было ничего интересного, — спокойно ответил Ли, прожигая его своим «я вижу тебя насквозь» взглядом. Минхо весь вечер вёл себя сдержанно и невозмутимо, лишь изредка комментируя истории собеседника. Он молча ел, не сводя с него глаз, следя за каждым движением, вслушиваясь в каждое слово, будто искал возможность уличить во лжи. Но, даже если в болтовне энергичного парня что-то не сходилось, Ли делал вид, что не заметил этого. Как, например, когда Джисон запутался, было у него в месяц по пятнадцать встреч или же он ужасно занятый работой и учёбой, из-за чего к нему нужно записываться за полгода, потому что может выделить время на встречи с секс-партнёрами не больше раза в неделю. И за дорого. А Минхо, конечно же, исключение из правил. Вскоре официант принёс счёт, и Хан с уверенным видом взял его в руки, пока внутри трясся от напряжения. К счастью, денег у него хватало. Только вот совсем впритык. Даже на автобус до дома не оставалось. Возможно, у него завалялась какая-нибудь мелочь в кармане? Он расплатился картой и про себя проклял Минхо, который так и не предложил разделить оплату. Парень надеялся на его воспитание, уже представлял, как будет отказываться, но тот настоит и переведёт хоть какую-то часть. — Подвезти тебя до дома? — звучит его голос, как ангельское спасение, когда они выходят из ресторана. И Хан уже было хотел согласиться, но вспомнил, где живёт. Райончик, мягко говоря, так себе. Стыдно показывать свой древний дом, что грозил в ближайшем будущем развалиться. — Нет, спасибо, у меня ещё дела, я на такси поеду. — Где находятся твои дела? Вдруг нам по пути. — Я… нет, не по пути. Мне нужно очень далеко! — оправдывается Хан, нервно улыбаясь и делая шаг назад, будто собирается бежать. В целом не худший выход из ситуации. — У тебя ещё с кем-то встреча? Надеюсь, не в лесу? — Нет! Ты у меня единственный! В смысле… один сегодня! В смысле вообще один. Нет, не так… Короче, я еду к друзьям, пока, — быстро бросает он и действительно сбегает. Так и плетётся до дома пешком, придя лишь к двум часам ночи, совершенно не чувствуя ног и поражаясь тому, что всё это ради какого-то секса. Ладно, секса с нереальным красавчиком. Уже лёжа в кровати он открывает сайт, добавленный в закладки, вспомнив, что они даже не решили ничего насчёт следующей встречи. В диалоге уже висело непрочитанное сообщение. Минхо: Спасибо за ужин. Встретимся завтра. К шести будь у меня. *адрес* И вот усталость с болью в ногах больше не беспокоят, а мир кажется ярче. Завтра произойдёт то, чего он так ждал. Прощай девственность — здравствуй прекрасный зад Минхо. Хани: Не за что, сладкий;) Жду встречи! Он поднимается с постели и берёт со стола ноутбук. Ночь будет длинная. Нужно к вечеру заработать денег, иначе не на что будет даже доехать до своей мечты. Минхо: И зачем я в это ввязываюсь… Доброй ночи.

☻☻☻

К десяти утра Джисон только закончил редактировать очередной текст — одно из немногих заданий, за которое обещали заплатить сразу и которое можно было сделать быстро. Буквы плыли перед глазами, а зевки участились до нескольких за минуту. Спать хотелось безумно. Только вот была опасность проспать встречу. Он завёл пятнадцать будильников, поставил на каждом разную мелодию, несколько раз проверил, точно ли включён звук, и только после этого опустил голову на подушку, наконец-то закрыв глаза. Усталость сработала на отлично, отправив его в сновидения за считанные секунды. Проспав всего три часа, он со злостью выключил очередной будильник, отбросил одеяло и, раздосадованно простонав в голос, пошёл в душ, пошатываясь. Последние сутки выжали из него всю энергию. И это перед таким-то важным днём. В душе он провёл ещё два часа. Сначала просто сидел под струями прохладной воды, пытаясь выйти из состояния овоща, а после решил гладко выбриться везде, где только можно, несколько раз поранившись и один раз чуть не упав в обморок от количества крови, вытекшей из, казалось бы, крошечного пореза на ноге. Этот день точно был против него. Джисон, собираясь, перемерил несколько почти одинаковых трусов, выбирая перед зеркалом, какой оттенок серого ему больше идёт. В итоге решил, что лучше всего выглядит без белья, и натянул обтягивающие джинсы на голое тело. Пусть Минхо, когда будет раздевать его, сразу встретится лицом к лицу с тем, что навсегда изменит его жизнь. Ведь после его члена, Хан уверен, парень не сможет думать ни о чём другом. Ехать в этот раз тоже пришлось на автобусе. За простую редакторскую работу платили совсем мало, но это уже лучше, чем ничего. Минхо жил в хорошем районе в двадцати минутах езды от центра. Дом выглядел дорогим. Та самая высокая новостройка, на которую смотришь и думаешь, что такое себе могут позволить только неприлично богатые люди. Хан, подходя к зданию, написал ему, что уже на месте. — Привет, как добрался? — спрашивает буднично Ли, пропуская гостя в помещение. — Привет, отлично. Я же тут рядом живу, знаю эти места, — снова зачем-то врёт он и смотрит в стену, о которую хочет удариться головой, пока они ждут лифт. — Жил. Не живу. Уже переехал. — Почему? — Съехал от родителей, — конечно же он не скажет, что родители его и вовсе живут на окраине в частном доме. — Похвально, — коротко отвечает парень, когда они заходят в лифт и едут на шестнадцатый этаж. Джисон держит спину ровно, старается сохранять спокойствие, но руки прячет в карманах джинсовой куртки, потому что те трясутся слишком заметно, выдавая его с потрохами. В квартире у парня было прохладно. В воздухе витал аромат чистоты и свежести, что-то цитрусовое с нотками мяты. Запах был не резкий, но Хан уже решил, что запомнит его надолго и будет ассоциировать с одним человеком. Хоть от самого Ли и пахло сладко, чем-то напоминающим жжёный сахар, казалось, что этот аромат совершенно ему не подходит. Слишком приторный для такого, как он. Или, быть может, он и сам сладкий саб на самом-то деле? И пока Джисон, погружённый в свои фантазии, ходил по квартире, Минхо взял со стола несколько распечатанных листов и сел в одно из двух кресел, стоящих у небольшого круглого стола в гостиной. — Конечно, чувствуй себя как дома, — саркастично протянул он, смотря на то, как Хан с любопытством заглядывает в ящики высокого стеллажа. — В спальню тебя проводить? Там тоже много интересного. — Да я сам найду. У тебя же двухкомнатная? Не заблужусь, — спокойно ответил гость, не уловив намёка, продолжая свой обыск. — Сядь сюда, пожалуйста, — Минхо терпеливо предлагает ему сесть в соседнее кресло и пододвигает в его сторону бумаги. — Раз уж ты настолько разносторонний и открытый ко всему, ознакомься с моей анкетой и обрати особое внимание на то, что я не приемлю совсем. Хан нарочно громко вздохнул, желая уже просто перейти к делу. Он взял бумаги и быстро пробежался по ним взглядом, не вчитываясь, а скорее делая вид, что хоть каплю заинтересован во всех этих условностях. — Ага, окей, — он положил листы обратно на стол и посмотрел на Минхо, чей взгляд был наполнен сомнением и недоверием. — Когда уже начнём? — Я впервые сталкиваюсь с таким, как ты… — О, так я особенный? — Не то слово, — покачал головой Ли и поднялся, жестом руки показывая Джисону сделать то же самое. — Идём в спальню? — спросил он, когда парень осторожно подтолкнул его к выходу из гостиной. — Да. Только каждый в свою. — Что? Но почему? — Хан замер, упираясь руками в косяк, отказываясь уходить. — Кодовое слово назови. — Какое кодовое слово? — Вот именно. Оно указано в анкете, я хотел убедиться, что ты прочитаешь. Мне нужен ответственный партнёр, а не какой-то пацан, решивший поразвлечься, насмотревшись низкосортной бдсм-порнухи. Иди давай, — Минхо не выдержал и закинул его себе на плечо, чтобы вывести уже сопротивляющегося на выход. — Да я просто забыл его сказать! Из головы вылетело! — его нисколько не смущало то, насколько отчаянно он желал переспать с этим парнем. Джисон просто повис на чужом плече, будто всё идёт по плану, пока усиленно думал, какое он там слово мог придумать. — Ну так говори. — Не помню. — Тогда какое у меня отношение к омораси? — Положительное? — Хан не скажет, что понятия не имеет, какое значение у этого слова. Но звучит как что-то японское, вроде шибари. — Зачем я вообще тебя пригласил? — он поставил гостя у двери и скрестил руки на груди, ожидая, когда тот обуется и уйдёт. Джисон понимает, что облажался. И нужно бы мирно уйти или извиниться и пообещать всё прочитать, отнестись со всей серьёзностью, как-то исправить положение… но разве это был бы Джисон? Он набирает воздуха в лёгкие и делает уверенный шаг вперёд, хватая за ворот футболки ещё не успевшего среагировать Минхо. Тянет его рывком на себя и целует, зажмурившись, пытается языком пробраться к нему в рот, но парень поддаваться не спешил. Ли резко толкает его к стене, будто придя в себя, обхватывает рукой его шею, надавливая всей ладонью, склоняется ближе и выглядит так, что уже хочется передумать и сбежать. Потому что взгляд его не говорит ни о чём хорошем. Он пугает, посылая нервную дрожь по телу. И Хан в эту же секунду перестал видеть в нём милого, стонущего под ним саба, о котором фантазировал всё это время. — Тебе настолько плевать, что с тобой сделают, да? — горячее дыхание осело на губах, когда Минхо заговорил полушёпотом. Голос его стал звучать на пару тонов ниже. Он точно не был в восторге от этой самодеятельности студента. — Да, если это будешь ты, — нагло отвечает Джисон, собрав всю волю в кулак. Потому что даже говорить было тяжело от внезапной смены настроения и давления на шее. Колени подрагивали, грозясь в любой момент согнуться. — Не ной потом, бесстрашный, — выплёвывает Ли и впивается в его губы, резко потянув на себя за шею, на которой от такой хватки вскоре точно проявятся следы. Джисон стонет в поцелуй то ли от боли, то ли от удовольствия. Минхо ловит момент и проникает языком глубже, целуя с напором. Большим пальцем давит на подбородок, заставляя открыть рот шире, отстраняется и смотрит на парня, чей взгляд уже поплыл и был направлен куда-то сквозь. Губы блестят от слюны, язык высовывается наружу, пытаясь облизать палец, что так и лежит на подбородке, прямо под нижней губой. Минхо усмехается и вновь наклоняется, проводя своим языком вдоль его, облизывает, как леденец, прежде чем взять Хана за руку и увести в комнату. Спальня оказалась небольшой, зато с огромной кроватью. По первому взгляду казалось, будто она минимум пятиспальная. Осмотреться нормально он не успел. Минхо, не раздумывая, бросил его на мягкую поверхность и одним движением перевернул на живот, сам забираясь верхом, всем своим весом вдавливая его тело в матрас. Джисон замирает, усиленно думая, как выходить из этой ситуации, не подставив при этом свой зад, который так-то собирался беречь до конца своих дней. — Раз ты такой на всё готовый, практикующий абсолютно всё, значит, я могу прямо сейчас трахнуть тебя без смазки и прелюдий, а ты останешься доволен? Так? У Хана внутри всё стынет от его угрожающего тона голоса, раздающегося у самого уха. Точно не такой исход событий он себе представлял. Ли, услышав в ответ лишь сдавленный выдох, приподнялся, дав гостю возможность дышать. И для Джисона это стало шансом повернуть происходящее в свою сторону. Он собрался с силами и оттолкнулся руками от кровати, разворачиваясь и скидывая с себя не самого лёгкого парня. Минхо, не ожидавший ничего подобного, упал на матрас рядом и с приподнятой бровью наблюдал за взбунтовавшимся. Джисон, будто на адреналине, сам оседлал чужие бёдра, вцепившись руками в его запястья, наивно полагая, что сможет удержать их, если Минхо решит выбраться из его хватки. Он уже хотел сказать что-нибудь пафосное и горячее, чтобы сразить парня, но был сражён сам. Ли рассмеялся, как-то пугающе, совсем не весело и заразительно. Хотелось не посмеяться в ответ, а спрятаться. Медленно и без особых усилий он освободил свои запястья, приподнялся, опираясь на локти, смотря на него, как на наивного ребёнка. — Если бы ты прочитал мою анкету, — Минхо кладёт руку ему на плечо и резко толкает на бок, меняя их местами, сам нависает сверху, пальцами обхватив его челюсть, и больно сжимает, — то знал бы, что активный пассив меня не интересует. Бешеный пульс отдаётся неприятным стуком в висках, Джисон не шевелится, не дышит, не моргает. Реальный страх смешался с возбуждением и волнительным предвкушением. — Ты будешь меня слушать? Отвечай, — говорит строго Ли, но ответа не получает. Хватка на челюсти не ослабевает, будто пальцы приросли к чужой коже. — Назови своё стоп-слово. — Я... не знаю, — дрожащим голосом выдавливает из себя Хан. Он однажды уже придумывал его, но неожиданное количество новых эмоций вытеснило из головы вообще всё. — Значит, будем придерживаться цветовой системы. Красный — стоп, жёлтый — что-то меняем, зелёный — всё в порядке. О зелёном говорить, только если я спрошу, об остальном сразу. Понял? — Минхо смотрит выжидающе, хочет увидеть хоть какое-то понимание в его глазах, а видит слёзы. — Красный, — смущённо отвечает он, стыдясь своих не вовремя вылезших наружу эмоций. — Что случилось? — тон парня меняется на обеспокоенный, и он разжимает пальцы, мягко поглаживая покрасневшую кожу. — Извини, я… — он отводит взгляд, пытаясь быстро придумать себе оправдание, — я вспомнил, что не подготовился, и запереживал, что ты из-за этого разозлишься. Может, в следующий раз продолжим? — Я и сам могу тебя растянуть, в этом нет проблемы. — Как бы сказать, — замялся Хан, и в целом больше ничего не нужно было говорить. — Подожди, но как? Ты ехал ко мне с целью заняться сексом и даже задницу не помыл? Ты… удивительный, — Ли поднимается с кровати, идёт к шкафу, берёт из ящика полотенце и бросает гостю. — Иди мойся. На полке в ванной лежит насадка на душ, либо можешь воспользоваться обычной грушей, как тебе удобнее. Она в верхнем ящике, смазка там же. Джисон берёт полотенце и плетётся в ванную комнату. Он заходит в достаточно просторное помещение с большой ванной, в которой спокойно могут поместиться двое. В голове уже всплывают картинки, как они лежат в ней вместе с Минхо после жаркого секса. Только вот не радует мысль, что, кажется, девственность он потеряет не ту, что планировал. Ещё и клизма весь настрой сбивает. Хотя настрой этот ушёл уже давно. Как только парень бросил его на кровать — уверенность в задуманном отскочила от матраса и вылетела в окно, разбившись с шестнадцатого этажа.

☻☻☻

Проторчав в ванной полтора часа, Джисон чувствовал себя как никогда чисто и будто уже не девственно. Он с чего-то решил, что насадка для анального душа, толщиной с его средний палец, если не больше, выглядит не так уж ужасно. Лучше, чем тонкий носик силиконовой спринцовки. Смазка тоже была проигнорирована, ведь в душе вода, зачем ещё что-то. Он же не дилдо в себя пихать собрался. Оказалось всё сложнее, чем предполагалось, но с горем пополам он справился и вернулся в комнату в одном полотенце, повязанном на бёдрах. Казалось, что после этого душа уже ничего не страшно. Кроме члена в жопе, конечно же. Минхо так и сидел на кровати, только рядом теперь ещё лежал тюбик смазки и упаковка презервативов. Он следил за тем, как Хан осторожно подходит ближе, словно крадётся к дикому зверю, боясь даже дышать громко, только бы не спровоцировать. — Иди сюда, — Ли хлопает по постели и двигается в сторону, когда парень неловко забирается на неё, одной рукой придерживая полотенце, чтобы не слетело раньше времени. Усмехнувшись на это действие, Минхо сдёрнул с него ткань, отбрасывая на пол. — Ложись, малыш. Ты же не растянул себя? — Хан отрицательно качает головой и ложится на спину, согнув ноги в коленях, пытаясь закрыться от чужих глаз. Слишком неловко. — Расслабься. Минхо нежно целует его колено, спускаясь губами к внутренней стороне бедра, руками раздвигая его ноги в стороны. Джисон дрожит, глубоко дышит, в надежде успокоить рвущееся из груди сердце, но не выходит. Показываться обнажённым перед почти незнакомым человеком странно и стыдно. Пусть он и любил своё тело, но демонстрировать его так открыто не привык. Влажные губы тем временем скользят всё выше, зубы мягко прихватывают чувствительную кожу, а язык зализывает место укуса. Ощущения контрастные, приятные. Но расслабиться это не помогает от слова совсем. Хан напряжён и чувствует себя перетянутой струной. Смотрит в потолок, сложив руки по бокам, и едва дышит. Вскоре слышится щелчок открытия лубриканта, и сердце замирает. Чувствует, как прохладная смазка капает между ягодиц, как смазанный палец массирует вход, а затем надавливает, начиная проникать внутрь. А Джисон шипит, потому что неприятно. Жжёт после неудачного пользования анальным душем, который, собственно, тоже был не лучшим по ощущениям. Он жмурится и сжимает в руках простыню, напрягаясь ещё больше. Не замечает уже, как успокаивающе его гладит по животу Минхо, как целует тазовые косточки и как зовёт его. — Джисон, ты здесь? Эй, почему ты настолько напряжён? — он прекращает своё действие и непонимающе смотрит на сжавшегося парня. — Джисон, отвечай, мне нужно знать. Минхо двигается ближе, наклоняется к его лицу и аккуратно берёт за подбородок, слегка поглаживая. Хан открывает глаза и поджимает губы. Подсознание кричит, что пора бы уже сказать правду. — Я никогда не был снизу, — совсем тихо шепчет он, и Ли хмурится, долго всматриваясь в его глаза, полные сожаления. — Сверху, кстати, тоже… — Ты шутишь? — неверяще выдыхает парень, но Джисон качает головой. — Вот же идиот, — зло выплёвывает он, убрав руку и сев прямо, подальше от этого отчаянного девственника. — А если бы был кто-то более неадекватный, чем я? У тебя мозг вообще есть? О таком нужно говорить в первую очередь и в обязательном порядке! — Да ты бы тогда не согласился даже встретиться со мной! — протестует Джисон и тут же тушуется, словив предупреждающий взгляд, от которого холодок бежал по спине. — Конечно, я вроде не писал в анкете, что ищу себе учеников! Это ты у нас учитель, гуру секса хренов. Ты хоть совершеннолетний или тут тоже наврал? — Про возраст не врал, правда, могу документы показать! — И кем ты работаешь? Я уж думал, что ты меня в ресторан водил на деньги, заработанные своим мастерством. — Я их занял, — пробубнил он, отвернувшись. Слишком стыдно смотреть в глаза. — Но я зарабатываю! Просто тогда только за аренду заплатил и не осталось денег. — Чем ты зарабатываешь? — Разным… ну, копирайтинг там, сайты простенькие делаю, курсовые студентам… — Поверить не могу, — Минхо качает головой, не зная, что теперь делать с ним. — Я верну тебе деньги за тот ужин. И не спорь, будь добр, хватит уже. Парень выходит из комнаты и возвращается через пару минут уже с несколькими купюрами в руках и одеждой Джисона, которую тот оставил в ванной. Он засунул деньги в карман его джинсов и бросил вещи на кровать. — Давай, собирайся, я отвезу тебя домой, — говорит он, но Хан продолжает лежать, прикрывшись уголком одеяла. — Ты слышишь меня? Поднимайся, пока я сам тебя не одел и не вынес отсюда. — Не хочу, — упирается наглый гость, — неужели я зря пихал в себя твой дурацкий душ? Это не очень-то приятно, знаешь ли! — Ты вот прям настолько девственник? Даже игрушками никогда не пользовался? — Нет. Не возникало желания. Я думал, что всегда буду сверху, я же создан для этого! Минхо громко смеётся, имея ровно противоположное мнение на его счёт. Он снова забирается на кровать у его ног, медленно тянет в сторону одеяло и ведёт ладонями вверх от щиколоток до бёдер, сжимая их. Нет смысла отрицать, что этот парень выглядит сексуально в своей невинности и отчаянном желании отдаться ему. — А я думаю, что ты создан для того, чтобы стонать снизу, слушаться и принимать всё, что дают. Будешь делать всё, что я скажу? Хан кивает, согласный уже на всё, лишь бы он не останавливался. Вдыхает глубоко, задерживая воздух в лёгких, пока внутри всё сжимается, сворачивается в узел, посылая по телу волны мурашек. Каждое касание отзывалось в нём приятной дрожью и роем тех самых бабочек в животе. — Скажи вслух, что ты понял, — Ли останавливается и ждёт ответ. — Я понял. — Нет, что именно ты понял? Произнеси полностью. — Хён, это слишком, — смущённо отзывается он, уже краснея. — Мы можем закончить. — Ладно! Я… понял и буду слушаться, — тихо и быстро бормочет он, но для Минхо достаточно и этого. Пока что. Ли снова целует, совсем рядом с полутвёрдым членом, обходит его стороной, ведёт губами вверх по животу, задерживается у сосков и проводит по одному кончиком языка, зажав второй между пальцев. Хан мычит, сдерживая стон, снова жмурится, чувствуя, как уже возбуждён до предела, и при этом стыдится происходящего. — Хочешь, я завяжу тебе глаза, чтобы тебе было легче расслабиться? — шепчет Минхо, заметив, видимо, как он всё ещё напряжён. Получив утвердительный кивок, Ли тянется к верхнему ящику прикроватной тумбочки и достаёт оттуда плотную чёрную повязку на глаза и две пары кожаных наручников. — А это зачем? — Для полноты ощущений. Давай руки. Джисон протянул обе руки, и Ли надел на его запястья по одному наручнику из разной пары, пристегнув свободные к прутьям изголовья кровати. Передавать кому-то власть над собой оказалось возбуждающе и в то же время тревожно. Чувство неизвестности и неуверенности в том, что с ним может сделать малознакомый человек, будоражило, пугало и привлекало. — Не давит? — Минхо просунул палец в наручник, проверяя, не перетянул ли. — Нет, — Хан на пробу несколько раз дёрнул руками на себя, проверяя прочность цепочки. Та выглядела очень даже крепко. Следом на глаза опустилась повязка. Минхо затянул её на затылке так, чтобы она прилегала плотно, не оставив ни единой щёлочки, отрезав у Джисона возможность подглядывать. Так он остался без шанса не только выбраться, но и видеть. Сердце стучало всё сильнее, и Хан был на грани паники, удерживаемый от животного страха лишь мыслью о добровольности происходящего и стоячим членом, истекающим смазкой. Минхо затих. Казалось, что пропал и слух, но вскоре послышался скрип кровати. Матрас прогнулся сильнее, а чужое дыхание коснулось шеи. Влажный язык прошёлся по кадыку, зубы вцепились в кожу под ухом, спустились ниже, до самой ключицы. Джисон дышал быстро и рвано, теряясь в чувствах, обострившихся от невозможности двигаться и полной темноты перед глазами. — Как относишься к сверхстимуляции? — раздался голос снизу, когда Ли уже дышал ему в выбритый лобок. — Не знаю. — Чёрт, забыл, что ты девственник. Значит, сегодня и узнаем. Только договорив, он взял в рот его влажную головку, слизывая предэякулят, вырвав из Джисона самый громкий стон за сегодня. Минет ему тоже ещё никто не делал. Во рту Минхо было мокро, тепло и узко. Когда Ли начал медленно двигаться, опускаясь до конца, одной рукой играясь с яичками, Хан успел лишь сбивчиво пробормотать, что сейчас кончит. Он излился ему в рот спустя минуты полторы с момента, как парень коснулся губами его члена. Снова стало стыдно. Хотелось начать оправдываться, но Минхо, проглотив сперму, продолжил вылизывать и сосать обмякший орган, что быстро начал твердеть снова. Джисон ёрзал на постели, уже совсем не сдерживая высокие стоны, не понимая, что чувствует. Это слишком для него. И слишком хорошо, чтобы попросить остановиться. Ли свободной рукой берёт смазку и, прервав мучительные ласки, выдавливает её себе на пальцы. — Я сейчас буду касаться тебя там, а ты должен не забывать дышать и постараться расслабиться, хорошо? — Джисон кивает несколько раз, снова играя в молчанку. — Я хочу слышать тебя, малыш. Отвечай словами. — Хорошо, — быстро произносит парень, снова активно кивая. Удовлетворённый послушностью парня, Минхо вновь насаживается ртом на его член, одновременно начиная массировать вход смазанными пальцами. Хан совсем теряется, пытается держать ровное дыхание, но давится воздухом и плаксиво стонет, когда чувствует, как снова близок к разрядке. Минхо резко останавливается, последний раз облизывает член и обхватывает его рукой, а сам спускается ниже, неожиданно припав к сжимающемуся анусу губами. Обводит языком по кругу, проникает кончиком внутрь, надавливает чуть сильнее, погружаясь глубже, а затем снова ласкает на поверхности. Джисон звучит уже совсем плаксиво, чувствует, как повязка мокнет у висков, впитывая его слёзы. Рука Минхо движется на члене легко и быстро, скользя по всей длине, пока тёплый язык трахает его дырочку. И он кончает второй раз, выгибаясь в спине. Ждёт, когда Ли остановится, но тот продолжает. Ладонь размазывает сперму по органу, смешиваясь со смазкой, по комнате разносятся громкие хлюпающие звуки. — Пожалуйста, хватит, — просит он, запинаясь, давясь своими стонами. — Какой цвет, Хани? — спрашивает парень, не прекращая двигать рукой и снова скользя языком внутрь. Джисон несколько минут думает, извиваясь от почти нетерпимого удовольствия, граничащего с болью. — Зелёный, — всё-таки произносит он, всхлипывая. Минхо довольно хмыкает и отпускает измученный член. Но только лишь для того, чтобы вновь взять его в рот. Палец же медленно проникает внутрь расслабленного отверстия, не встречая сопротивления. Он начинает осторожно двигаться и добавляет второй, когда Джисон начинает подаваться навстречу. Нащупав простату, Ли слегка надавливает и слышит в ответ вскрик парня, а после молящее «ещё». — Попроси лучше, — говорит Ли и ведёт языком по головке. — Хён, пожалуйста, сделай так ещё раз, — плаксиво тянет он, совсем растеряв стеснение. Разум поплыл, сосредоточившись на ощущениях. Хотелось, чтобы происходящее никогда не заканчивалось и при этом закончилось поскорее. Эмоции смешались, и уже трудно было отличить одну от другой. Пальцы повторно проходятся по простате, и Джисон снова стонет на грани крика, кончая третий раз. Ли даже не успел взять его член в рот, как тот уже излился на живот. Хан хнычет, когда к двум пальцам прибавляется третий, не сдерживает жалобных стонов, пока Минхо набирает темп и губами пробирается выше по животу, пачкаясь в его сперме и целуя, языком проталкивая в рот парня его собственный вкус. Целует влажно, грязно, кусает губы до крови и слизывает её тут же. Хан не замечает боли, не замечает ничего, кроме дурманящих голову ощущений. Минхо заводит свободную руку ему за голову и снимает повязку, всматриваясь в его затуманенный взгляд. Он будто не здесь. Словно наелся запрещённых веществ и находится где-то не в этой реальности. — Малыш, ты со мной? — Да, — на выдохе отвечает он заторможено и несколько раз моргает, выглядя так, будто только проснулся. — Чего ты хочешь, скажешь мне? — Хочу… почувствовать тебя в себе. — Доминант из тебя так себе, — усмехается Минхо и немного резче толкается пальцами, снова попадая по простате, заставляя парня выгибаться. Ли снова целует шею, оставляя на ней яркие засосы и тут же любуясь ими, ловя себя на мысли, что ему приятно знать, что он первый, кто касается этой нежной кожи и кому позволено видеть его вот таким. Слушать, как он стонет, доводить до помутнения сознания, делать его покорным. Он не сдерживается больше, тянется к упаковке с презервативами и открывает один. — Я хочу без них, — неожиданно выдает Хан, и Ли замирает. — Уверен? Я чист, но тебе не стоит верить на слово всяким незнакомцам. — Пожалуйста. Хочу почувствовать, как ты кончишь в меня. И Минхо не самый сильный человек, чтобы долго сопротивляться подобным просьбам. Он отбрасывает контрацептивы в сторону и быстро раздевается под наблюдением Джисона. Оставшись без одежды, Ли выливает смазку себе на член, размазывая по всей длине, и подставляет его ко входу, нависая над парнем. — Расслабься и дыши, я буду осторожен, — мягко говорит он и целует, начиная медленно входить, замирая, как только головка оказывается внутри. Хан и правда старается дышать, отчаянно отвечает на поцелуй, схватившись руками за цепи наручников. Боль как таковая не чувствуется. Лишь небольшое жжение и наполненность. Необычно, но приятно. Минхо продвигается дальше, сантиметр за сантиметром, пока не входит полностью и снова останавливается. Ждёт мучительно долго, давая привыкнуть. Тянется одной рукой к наручникам и, повозившись, освобождает его запястья, что заметно покраснели и натерлись в нескольких местах. Джисона же это совсем не волновало. Освобождённые руки ложатся на чужие плечи, впиваясь пальцами в кожу, когда Минхо начинает двигаться, с каждым толчком всё смелее и резче. Хан стонет, снова всхлипывает, когда член попадает по простате, а собственный получает стимуляцию от трения, зажатый между их телами. Он уже готов кончить четвёртый раз, но Ли выходит. Парень переворачивает его на живот и тянет на себя за бёдра, приподнимая их, чтобы одним движением войти на всю длину и начать вбиваться с новой силой, заставляя Джисона задыхаться в своих стонах, пускать слюни на матрас, в который он его вдавливает, обхватив одной рукой за заднюю часть шеи. Хан сжимает в кулаки смятую простыню, хнычет, едва не захлёбываясь слезами, воздуха не хватает, а разрядка снова подступает стремительно. — Хён, — сдавленно хнычет он, и Минхо не нужно объяснять, к чему это. Он ускоряется, отпускает его шею и толкается сильнее, ударяясь о зад с громкими шлепками. Сжимает мягкие бока до боли, зная, что на них точно останутся синяки. Ещё несколько движений под сбивчивые стоны, и он кончает глубоко внутри, замирает на несколько секунд, а после резко выходит, сразу же заполняя его растянутую дырку своими пальцами, чтобы ещё пару раз задеть простату и услышать совсем отчаянные рыдания Джисона, который снова болезненно кончил. — Знаешь, малыш, мне больше нравится цифра пять, — говорит Ли и переворачивает затраханное тело на спину, чтобы посмотреть на его раскрасневшееся лицо, мокрое от слёз, с блестящими от слюны губами. — Я больше не могу, — стонет он, но не останавливает. Минхо, уже готовый ко второму заходу, сам ложится на постель и тянет на себя парня. — Давай, хороший мой, я тоже хочу ещё раз кончить. Джисон кивает, сам насаживается на член и опирается дрожащими руками на его плечи. Минхо, согнув ноги в коленях, держит его за бёдра и сам вбивается в него. Не выдержав нагрузки, Хан ложится сверху, обнимая, прячет лицо в изгибе его шеи и измученно стонет. Ли гладит вымотанного парня по спине, а затем резко шлёпает по ягодице, приводя его в чувства. Он вскрикивает от неожиданности и выпрямляется, а после сам просит ещё. Минхо повторяет шлепок, прибавив силу, сжимает обеими руками его задницу и с бешеной скоростью толкается в него, глубоко и болезненно, пока снова не изливается в него, наполняя ещё больше. — В тебе так много моей спермы, сладкий, ты так хорошо её принял, — шепчет Минхо, лаская его член, всё ещё находясь внутри. Хан плачет, трясёт головой, хочет отстраниться, но Ли не отпускает, и он кончает пятый раз. Запрокидывает голову, стонет в голос, не стесняясь своей громкости. Дав Джисону немного времени отдышаться, Минхо снимает его с себя и укладывает на кровать, накрывая одеялом, а сам встаёт. — Не уходи, — просит жалобно он, поймав его ладонь. — Я за водой, малыш, сейчас приду, — Ли осторожно убирает его руку и уходит. Он возвращается с полулитровой бутылкой прохладной воды, открывает её и протягивает парню, который жадно впивается в горлышко, выпивая сразу половину. Минхо ложится рядом и притягивает его к себе, обнимая и ласково поглаживая по волосам, знает, что сейчас должен позаботиться о нём. — Как ты себя чувствуешь? — Будто меня засунули в стиральную машинку и несколько раз запустили режим отжима. Потрясающе, — Джисон звучит замедленно, по его интонации сложно понять, какие эмоции он испытывает. — Это значит хорошо или не очень? — Очень хорошо. Но в ближайшее время я бы подобное не повторял, — честно отвечает он и жмётся ближе, прикрыв глаза. Спать, правда, не хотелось совсем. Но лежать и просто обниматься, пока тебя ласково гладят и периодически оставляют трепетные поцелуи на волосах, хотелось до конца жизни. — Конечно, тебе нужно время восстановиться. А я к следующему раз придумаю что-нибудь поинтереснее. У меня тут качели завалялись… — Какие качели? Типа как гамак? — не понял Хан, но словосочетание «следующий раз» из уст Минхо разливалось теплом по сердцу. — Тебе ещё очень многое предстоит узнать, — смеётся Ли и целует парня в висок, бросая взгляд на прибитые к потолку крючки для подвесных качелей. — А пока твоя прекрасная задница не готова пустить меня снова, я готов сводить тебя на свидание. Если, конечно, твоя очередь из учеников не против, о мой бдсм-гуру. — И долго ты мне это будешь припоминать? — возмущается Хан, закатывая глаза. — Смотря, как сложатся наши отношения. Может, и до старости. Увидим. — Ладно, я попробую вписать тебя в свой плотный график, — Джисон улыбается и думает о том, что всё вышло даже лучше, чем планировалось. Потому что планировал он изначально просто соблазнить красавчика, потерять с ним девственность и больше его не беспокоить. А вышло, что этот красавчик не только в сексе хорош, но и человеком оказался приятным. С безграничным терпением. По итогу Хан провёл у него дома все выходные. И понедельник, пропустив пары. Потому что не высидел бы и часа. Тогда, под действиями эндорфинов, он не ощущал боли в полном объёме, зато сейчас очень даже. Поэтому несколько дней лежал и ныл, заставляя Минхо бегать вокруг него, приносить еду в постель, носить в ванную, мыть, делать массаж и выслушивать бесконечные жалобы на то, как всё тело болит и какой он монстр, раз сделал такое с ним. А сам при этом просил обязательно повторить. Минхо же так и продолжал про себя задаваться вопросом, зачем вообще его пригласил. Но выгонять и не думал. Всё равно уже пообещал свидание этому наглому парню. Парню, который запал в душу. Бессмысленно отрицать это. И даже подумает отдать ему честь стать первопроходцем в свою чёрную пещеру.