Нужные вещицы

Являлось это случайностью или нет, но Учёный всё чаще находил предлоги для того, чтобы провести время в компании Яна. Он не рассказывал ему о свойствах рапидия, не навязывал ценные советы по раздаче мотивирующих пинков альтерам, а просто приходил выпить вместе первую из своих привычных четырёх чашек кофе. Или поработать над отчётом в модуле очистки, пока Ян крутился над преобразованием специальных ресурсов. Или устроить с ним партию в пив-понг после общего отбоя. Ян недоумевал, почему никто из команды до сих пор не подтрунивал над ними. Со стороны они казались спутниками, кружащими по своим орбитам вокруг общего знаменателя — одного прямого разговора, который бы всё прояснил. Возможно, одного свидания. Ян давно созрел предложить его, если бы варианты не ограничивались одними и теми же надоевшими модулями, где они сталкивались по сотне раз на дню. В комнате отдыха постоянно кто-то отирался, а голограмма парка со скамейкой, отличающегося от памятной Учёному университетской рощи, хоть и казалась самым приятным местом на базе, но подразумевала много пустой болтовни по душам, которую Учёный на дух не переносил. Других идей, чем там можно было заняться, у Яна не водилось. Фильмы, которые его экипаж притащил с собой, в девяносто пяти процентах случаев из ста (Ян был уверен в точности прогноза) Учёный называл «совершенно идиотской тратой времени». Перебрав все доступные варианты, он был близок к отчаянию, пока не получил системное предупреждение о повышении солнечной активности в связи с приближающейся бурей. — Полярное сияние? — озадаченно переспросил Учёный, когда Ян вкратце изложил свою идею. — Здесь? Устраивать встречу снаружи в окружении разнообразных аномалий было довольно рискованно. Кроме того, они периодически выигрывали у него в соревновании за внимание Учёного. И всё же Ян не сомневался: — Магнитные полюса планеты сильно смещены относительно земных, и наш маршрут как раз пролегает через зону, близкую к полярному кругу. — Хм-м. — Ты только представь, как можно обогатить наш планетарный отчёт для корпорации, если мы зафиксируем подобное явление! — Наш отчёт? — уточнил Учёный, кашлянув. — Твой, — сразу же пошёл на попятную Ян. — Твой труд о Глизе 3804Ab. Он не собирался претендовать на такие сложные материи. По снисходительной улыбке Учёного Ян догадался, что слегка переоценивает пользу сбора данных об обыкновенном для Солнечной системы атмосферном явлении. — Хорошо, Ян. Давай посмотрим, что мы сможем узнать в процессе этой… авантюры. — Мне кажется, я вижу, как ты ищешь самую мягкую формулировку, чтобы не задеть меня отказом, — хмыкнул Ян, ничуть не обидевшись. — Одна из вещей, которой я стараюсь у тебя научиться — находить компромисс между эмоциями и логикой, — смутился Учёный. — Хотя не буду скрывать, что новый вид сырья стал бы для меня более интересным открытием, чем полярное сияние. Сбор в шлюзе назначили на 22:00. К этому часу альтеры обычно разбредались по личным каютам и не выходили дальше модуля переработки органики, и можно было не опасаться того, что кто-то из них обнаружит временную отлучку двух членов экипажа. С горем пополам забравшись в скафандр, Учёный потерял большую часть и без того слабого энтузиазма. Нахмуренные брови и взгляд, нервно обегавший стыки и швы скафандра, с головой выдавали его волнение. — Итак, — объявил Ян, — у нас есть около полутора часов на всё, пока уровень радиации не начнёт зашкаливать. Аномалии активнее вечером, но я подготовил хороший запас защитных зарядов и поведу нас самым безопасным маршрутом. — Поэтому ты собрал ещё один крюк? — Учёный аккуратно осмотрел собственноручно разработанное устройство для преодоления высоких подъёмов, словно видел его впервые. — Да, он нам пригодится. Доберёмся до опорного узла у пещеры, пройдём сквозь неё, зафиксируем данные и будем дома до полуночи. Учёный, казалось, даже не слушал его, погружённый в свои мысли, и Яну пришлось одёрнуть его. — Что-то не так? — Нет-нет, — заверил альтер, насилу выдавив из себя улыбку. — Это ведь не первый раз, когда ты выходишь в открытый космос? — Ян подошёл к нему, чтобы перепроверить работу всех систем скафандра. — Давай скорее приступим… От внимания Яна не ускользнуло его беспокойство, многократно усилившееся, едва они покинули лифт и ступили на поверхность планеты. — Всё в порядке? — осведомился Ян, заранее включив свой люминатор, чтобы быстрее обнаруживать угрозы и заодно лучше видеть дорогу в вечернем полумраке. — Не отходи далеко от меня и дай знать, если заметишь что-то необычное. Учёный молча поднял вверх большой палец. Создавалось впечатление, что скафандр жал ему: Учёный передвигался неуклюже, то и дело спотыкаясь о зарытые в песок камни, медленно шевеля ногами в массивных ботинках и неповоротливо оглядываясь каждые пять-семь шагов, чтобы проверить, не преследует ли их какая-нибудь злобная аномалия. Весь его исследовательский запал в одночасье иссяк, явив Яну Дольскому обычного человека, вполне подверженного страхам и уязвимостям. — Долго ещё? — не вытерпел Учёный, когда они преодолели всего пару сотен метров. Ему явно не терпелось вернуться на базу, в свою уютную лабораторию, и соприкасаться с космосом только в отчётах Дольского. — Почти пришли. Осталось взобраться на тот уступ, — Ян указал на шестиметровую отвесную скалистую стену в нескольких десятках метров от них. — И пройти сквозь пещеру. — Д-да. Ага. Проще простого. Как ты там говорил? Как орешки щёлкать, — нервно затараторил Учёный. — Ты справишься! — Ян положил руку ему на плечо, надеясь таким образом слегка унять его тревогу. — Для Яна Дольского, истинного профессионала и неустрашимого исследователя это раз плюнуть! Он весело подмигнул ему, и Учёный устало вздохнул, будто целый день объяснял элементарные вещи ребёнку. По дороге к нужному месту Ян обезвредил несколько самых настырных аномалий, преграждавших путь, и всё это время Учёный держался позади него, буквально дыша в чужой затылок. — Вот и всё, приятель, — сказал Ян, меняя люминатор на крюк, и прицелился к вершине уступа. Металлический стержень с загнутым концом взмыл вверх, зацепившись за край твёрдой породы, и трос тут же потянул Яна ввысь, в два счёта подняв на нужный уровень. — Эй! — крикнул Учёный ему вслед. — Я думал, ты поможешь мне забраться! — Мне нужно убедиться, хорошо ли зацепится твой захват. В этом деле требуется некоторая сноровка, — объяснил ему Ян. С такой высоты его альтер был похож на игрушечного астронавта. — Направь эту штуку на меня и нажимай кнопку. — Спасибо, я прекрасно осведомлён о том, как работает устройство, которое сам и создал, — заворчал Учёный и повторил инструкцию Яна. Крюк выстрелил, дёрнул Учёного вверх с силой натянутой рогатки. Не успев толком сориентироваться, тот вхолостую проскользнул ботинками по гладкой вертикальной поверхности, и, не отыскав в ней опоры, повис посреди пути, держась за одну ручку и отпустив кнопку, которая закручивала лебёдку внутри устройства. — Ян! — крикнул Учёный, безуспешно болтая ногами в попытке оттолкнуться от стены. — Вот же чёрт, — засуетился Ян, — квантовый компьютер должен был создать тебя с идентичными физическими данными… — Идентичные физические данные не означают идентичный практический опыт! Вытащи меня быстрее! Ян закивал, почти не сдерживая смешки при виде этого зрелища. — Держись, сейчас… Только не шевелись! Уф-ф! Спустя минуту бестолковой возни и попыток Яна помочь, Учёному наконец удалось взобраться на уступ. — Ты как? — с искренним беспокойством спросил Ян, помогая ему встать на ноги с четверенек. — Фантастически, — зло прошипел альтер, пытаясь выровнять дыхание. — Готов задержаться в этой пещере, чтобы разработать чертежи лифта для обратной дороги. — Брось, ты молодец. Небо над их головами — непривычно ясное, не закрытое от наблюдателя плотными тучами — переливалось знакомыми созвездиями. Они оба устремили взгляды чуть левее Кассиопеи, где необычайно ярко по сравнению с другими звёздами выделялось земное Солнце. — Поспешим, — поторопил Учёный. — Судя по расчётам, скоро начнётся. Первые признаки сияния появились всего через несколько минут после того, как они добрались до обозначенной метки на карте. Свечение быстро расползлось по всему небосводу, как акварель по мокрой бумаге, от самого горизонта до свода пещеры в скальной породе, оставшейся у них за спинами. Яркие бирюзовые штрихи смешивались с бледно-лиловыми полосами, менее расплывчатыми и более стабильными, чем на земных фотографиях. — Это выглядит… захватывающе, — пробормотал Ян, запрокинув голову, жадно ловя и оставляя в памяти открывшуюся перед ним картину. — Я никогда не видел полярное сияние вживую. Почему такой цвет? Учёный уставился на него с лёгким упрёком. — Ты вообще не посещал лекции по предполётной подготовке? Атмосфера нашей планеты насыщена тяжёлыми газами. Видимый спектр ксенона и криптона… — Насколько я помню, — попытался сумничать Ян, — на нашей планете атмосфера состоит преимущественно из азота и кислорода. — Браво, — похвалил альтер. — Ставлю «удовлетворительно» за то, что ты смог прочитать первый параграф учебника. Они вновь подняли глаза к небу, прекратив свою шутливую перепалку так же легко и внезапно, как начали её. — Уму непостижимо, — вдруг произнёс Учёный, и Дольский только теперь заметил, что он прекратил вбивать данные в портативный компьютер. — Корпорация вдоль и поперёк изучила эту планету, научный отдел проанализировал уйму информации, чтобы суметь закинуть человечество сюда… Конечно, я читал о том, что подобные оптические явления возможны в локальной звёздной системе, но знать и увидеть своими глазами — далеко не одно и то же. — Ну, раз мы стали первой разумной формой жизни, запечатлевшей это поразительное явление, не нужно ли нам как-то назвать его? Учёный коротко пожал плечами и шагнул ближе к Яну: — Как тебе нравится интеральное сияние? Лучи столкнулись друг с другом, то двигаясь организованными геометрическими колоннами, напоминая рапидий, то раскидывая по небу сетчатый мицелий, принимая вид жил интерала. Ян успел повидать много удивительного, шокирующего и пугающего на этой планете, но ничто из того, что он встречал, он не смог бы назвать красивым. Как и вообразить, что разделит нечто красивое с одним из своих альтеров, чья рука незаметно поймала его ладонь в толстой перчатке скафандра. — По-моему здорово, — согласился Ян, улыбаясь Учёному со всей теплотой, на которую было способно его беспомощно бултыхающееся в груди сердце. — Интеральное сияние. Так и запишем.

***

Модуль шлюза встретил ночных гостей ровным гудением ламп и капсул по очистке скафандров от следов пребывания на поверхности планеты. Учёный, избавленный от необходимости изображать из себя экипаж «Аполлона-11» перед высадкой на Луну, снял свой шлем с невероятным облегчением. — Вижу, ты рад вернуться на базу, — добродушно заметил Ян. — Не то слово, — признался Учёный, торопливо раздеваясь до светло-серого биологического комбинезона. — Всё же я предпочитаю приносить пользу миссии из своей лаборатории, а не с передовой… Ян, закончивший менять спецодежду на обычную униформу за несколько минут, спокойно ждал альтера. — Несмотря на то, что вылазка прошла неидеально, у меня есть одна вещица, чтобы сгладить плохое первое впечатление… — Он забрался в карман брюк и выудил из него брелок на шнурке, почти целиком помещавшийся на ладони. Учёный посмотрел на Яна, затем на предмет в его раскрытой ладони, пока неуверенность на лице не сменилась яркой эмоцией узнавания. Он осторожно взял из чужих рук фонарик, который легко можно было перепутать с лазерной указкой, и провёл большим пальцем по сенсору, регулирующему мощность света. Плотный красный луч впился в грудь Яна. — Ох, Ян, это же… Мой фонарик для астрономических наблюдений? — Наш первый люминатор, — засмеялся Дольский. — Помнишь, как мы купили его? — Конечно, — кивнул Учёный, в изумлении и растерянности рассматривая столь ценную для них обоих безделицу. — В том классном сувенирном киоске в музее космонавтики. Первая и, кажется, последняя трата карманных денег, которую одобрил отец... На его лице мелькнула тень глубокой грусти: — Послушай, Ян, все эти вещи… Почему ты отдал их мне? Учёный скинул обтягивающий капюшон с головы, и тут же запустил пятерню в волосы, поспешно потрепал их, зачёсывая назад, словно его действительно волновал внешний вид в эту минуту. Немного поколебавшись, Ян протянул к нему руку, и поправил одну из выбившихся прядей. — Потому что, когда мы вернёмся домой, нам всем понадобится что-то, с чего будет легче начать заново. Новая жизнь нуждается в точке опоры — в чём-то знакомом или… дорогом сердцу. Учёный надел ремешок фонарика на запястье, сделал шаг навстречу Дольскому, и их дыхание слилось в поцелуе — уверенном, как неотвратимое продолжение общей истории, и вместе с тем спокойном, словно для него не требовалось никаких объяснений. Ян обхватил Учёного за плечи, крепко прижимая к себе и впитывая слабые разряды тока, мечущиеся между ними, пока не почувствовал, как в уголках чужих губ заиграла робкая улыбка, словно кто-то рассказал его альтеру забавную шутку в неподходящее время. Учёный отстранился от него с тихим вздохом, снимая и протирая очки от случайного отпечатка. — Ты когда-нибудь целовался с человеком, одетым в термозащитное белье для скафандра? — спросил он, посмеиваясь. — Честно? — Ян слегка потерял дар речи. — Возможно, это было самое эротичное переживание в моей жизни.

***

Ян присел на корточки, чтобы получше изучить содержимое оставленной у входа в его личную каюту коробки. Сверху, прикрытые аккуратно сложенной университетской толстовкой, лежали копии журнала миссии, планетарный отчёт и увесистый сборник научных заметок Франкова, испещрённый разноцветными закладками. Сразу под ним Ян нашёл спутанный ком личных вещей: нижнее бельё и красный фонарик, Марию Склодовскую-Крякря и даже зубную щётку, запутавшуюся в чистом носке. Самый нижний слой в коробке был отведён под «КосмоТопию», полюбившуюся им с Учёным за последние пару недель. — Доброе утро, — поприветствовал Учёный, появившись из лифта. — Вижу, ты обнаружил находку до того, как я успел разбудить тебя. — Доброе… — Ян поспешно закрыл коробку и поднял с пола, чувствуя весь её вес камнем в груди. — Ты ведь не собираешься вернуть мне все эти вещи? Альтер уставился на него в немом удивлении. К широкому карману халата была прицеплена голографическая заколка, на секунду перехватившая внимание Яна, но ему было трудно смотреть куда-то ещё, кроме озадаченного лица Учёного. — Вместе с отчётом для корпорации и использованной зубной щёткой? — беззлобно передразнил он. — Так ты в самом деле собираешься?.. — Именно. Думаю, нам давно пора было сделать это. — Уже придумал, что мы скажем остальным? Учёный пожал плечами, забрав коробку из рук Яна, и бесцеремонно шагнул в капитанскую каюту. — Оставлю дипломатию на тебя. Надеюсь, ты по-прежнему любишь спать у стены?