кофе, пьеса, дом

мисс детектив снова берется за дело. — это похоже на кошмарный сон! зачем, зачем он приперся в школу! зачем он явился на свет! — мона села на корточки, окруженная парнями, схватилась за голову и начала усилено думать. — это усложняет дело! ну почему его не сбил автобус? почему он не задохнулся в собственной постели! тотальное отчаяние. — эй, доверься нам. ни один скарамучча не приблизится к тебе! — утешал ифа. — а ещё мы должны показать ту запись директору, помнишь? — а ещё ты обещала рассказать о том, что у вас произошло с фишль. — оророн стоял ближе всех к моне, оперевшись спиной о стенку. — когда закончим со всем, сходим в кафе. или в бар… вообще, они с эми договорились молчать о том, что они в отношениях. но ведь рассказывать близким друзьям о приключениях в гримерке никто не запрещал, верно? мегистус посмотрела наверх. не вставил своего комментария только аякс. он был каким-то загадочным с утра. — а ты чего притих, братан? — спросил у него ифа. — у тебя на лице такое выражение, будто ты нихрена не понял. либо понял, но делаешь вид, что не понял. — нет, я… я все понял. просто живот болит с самого утра. — хэй, погоди… — оророн подошел ближе к аяксу. — тебя что, опять эскофье чем-то накормила? ахах! — нет, боже упаси! приболел я. вот стою, заражаю вас своими бактериями. тьфу! план был неплохим. достаточно неплохим. сначала мона должна была встретиться с эссой, чтобы подобраться как можно ближе к её мобильному устройству. ребята долго думали, на что эскофье безоговорочно бы обратила внимание. конечно же… конечно же на скарамуччу. достаточно лишь одного писка о том, что он где-то поблизости делает что-то шумное. тарталья еле согласился на то, чтобы подраться с ним среди коридора. рискованно — может привлечь учителей, поэтому он думал долго. но ради моны… что ж. после того, как эсса прибежит на шум, а её телефон чудесным образом останется у моны, ей придётся нарушить личное пространство и лезть в её переписки. — но что, если она заберёт телефон или не отвлечется на скарамуччу? хорошо работать в команде, не так ли? слабые места выявляются эффективнее. спасибо огромное оророну. на этот случай были методы более отчаянные. проводить такие эксперименты часто было нельзя — времени мало, плюсом эсса могла почувствовать подвох. самая рискованная часть плана «б» — часть, в которой эскофье становится частью драки, и телефон из её руки выбивается силой. «а если и это не сработает»? план «с» был, пожалуй, самым надежным, но самым трудно исполнимым: дождаться, пока эсса оставит телефон на столе и куда-то отойдет. но нет. невозможно. она даже в туалет берет его с собой. — по поводу чего, согласно нашему плану, дорогая мона, я должен буду наехать на скарамуччу, м? — тарталья задал очевидный вопрос. — ну… по поводу лайлы, мэйби? будешь играть хорошего парня. впрочем, как и обычно. — выдохнула мона. — пф. ладно. справедливо. — нужно будет связаться с ней… мона нервничала. сложно поверить в это, но эскофье ей так ничего не написала со дня вечеринки. это ставило её под ещё большие подозрения. мегистус собралась духом и пошла на поиски подруги. все оказалось довольно просто: эсса любила третий этаж. очень любила. она нередко оставалась там, и лишь спустя недели расследований моне удалось понять, что причина кроется в скарамучче, уроки которого чаще всего проходили там. «плюс в копилку доказательств», или как там говорил ифа? — доброе утро, эсса! мона старалась делать вид, словно ничего не происходит. вообще ничего не происходит и не происходило пару дней назад. — ааа, доброе. — мрачновато протягивает эскофье и закидывает ногу на ногу. — как твое самочувствие, милая мона? выздоровела? что ещё за «милая мона»? со скарой переобщалась? плохая девочка, фу! — да я столько лекарств выпила, что тошнило потом не от еды, а от них. в общем, да. мне гораздо лучше. — а мне, как видишь, хреново… — прохрипела эсса, сильнее зарываясь в кофту. — в чем дело? — да я… что-то… видимо перебрала с алкоголем. знобит. не могла оклематься целый понедельник. даже ничего не выкладывала все эти дни, кроме пары фоток! — под конец речи эскофье оживилась. «давай, мона, думай, как забрать её телефон! думай-думай-думай!» — крутилось в её голове, и мона отчаянно вела счёт в своей голове, прежде чем приступить к плану. все было схвачено. — чтоб сама эскофье и без фотографий с вечеринки?! да ты врешь мне! — смеялась мона. напряженно, но вроде звучало естественно. — я толком ничего не снимала даже. только парочка видео и штук десять фото. все время ушло на веселье… или на то, чтобы приставать к тарталье. или на то, чтобы поставить под сомнения слова подруги о болезни. хотя, мона занимается тем же самым… веселье, да? — нет, эсса. не верю. твоя галерея обязана пестрить селфи на фоне бара. или фотографиями фишль и барбары. ах, нет, там должны быть фотки из туалета! — мона подшучивала над подругой, ожидая, пока та сдастся. — хэй! я сейчас обижусь и больше никогда не приготовлю тебе что-нибудь вкусное! если это вкусное, конечно, будет без подвоха. мона смотрела на эссу сверху вниз, давая понять, что она не доверяет её словам. признаться, даже играть не пришлось. эскофье сдалась. победа. — на, полюбуйся! тут только фотографии конспектов, скриншоты переписок в комментариях под всяким кринжем, котята, рецепты и всякий ненужный хлам! — эсса насупилась и дала телефон прямо в руки мегистус. — ну, конечно же, там, кхм, могут быть мои личные фотографии, но с другой стороны, чего ты там не видела… эсса болезненно прокряхтела, приняла позу поудобнее и закинула голову назад. мона улыбнулась. довольно открыто со стороны эскофье — давать свою собственность. мило. но где же?.. — да ты просто пидор! — завали ебало! мона уже вся сжалась изнутри из-за волнения. телефон из рук чуть не выпал! она посмотрела на эскофье, собираясь спросить «что же там происходит» своим дрожащим голосом, но не пришлось. — я сейчас нахрен убью тебя, скар! чистейшая победа! на лице эскофье такое удивление, будто её позвали на казнь. причём не смотреть, а участвовать. — пойдем! — вырвалось у неё, и она сорвалась с места. мона едва поспевала за ней. эскофье падка на громкие случаи, и драка парней — один из них. неужели эта драка эссе ценнее того, что может быть найдено в её телефоне? когда они прибежали, эскофье еле пробралась в самый эпицентр. — да прекратите вы! — бесстрашно, но трепетно крикнула она. что за синдром главного героя? в общем, так эсса влезла в катающийся на полу ком из скарамуччи и аякса. ребята заткнулись, и шум стих. мона успела зайти в директ эссы и убедиться в том, что ее догадки верны. конечно. чат со скарой в самом верху. значит, он был последним, с кем она общалась. но что искать? что смотреть в этой переписке? мона чувствовала себя максимально некомфортно: кругом заинтересованная в драке толпа, давящая со всех сторон, а впереди эскофье, которая, неясно, разбирается с ребятами или уже идёт обратно за телефоном. последние сообщения в их переписке — ровное «понял, спасибо» от скарамуччи, и куча забавных стикеров, отправленных в ответ. странно, он и благодарить умеет? искать по быстрому поиску сообщений что-то было нерационально, так что… вложения. конечно же! мона открыла вложения этой удивительной беседы и застыла на месте с широко раскрытыми глазами… последнее — это присланные фотографии эскофье весьма… горячего содержания. но не настолько горячего, чтобы бить тревогу. визуально похоже на те, что мелькнули в её галерее. чуть выше непонятные скриншоты (явно не споров эссы в комментариях и уж тем более не скриншоты рецептов), еще выше фотографии тартальи, которые и так вся школа видела, затем парочка мемов… все. ощущение, что они либо очень мало общались, либо редко обменивались фотками, либо эскофье периодически подчищала их чат. в общем, мона узнала, что хотела, а пытаться узнать что-то большее — страх да и только. не нужны ей такие риски. она закрыла приложение, заблокировала экран и стала ждать, пока эскофье закончит разборки. — привет. можно тебя… на разговор, пожалуйста? мона дрогнула и обернулась на знакомый голос. — д-да… конечно. хотя погоди… — мона протиснулась вперёд, незаметно подкладывая в руку увлеченной эссы ее же телефон, а потом вернулась обратно. она даже не заметила… как оказалось, позади была лайла, опасливо выглядывавшая в центр коридора, куда уже стекались услышавшие шум учителя. девушка отвела мону в сторону. — держи, я все думала, как вернуть тебе твою одежду… — лайла протянула пакет в руки мегистус, опуская взгляд к полу. — спасибо, лайла. — мона не хотела тревожить её, но пришлось. — я могу кое-что уточнить?.. было видно, что она поняла, куда клонит мона, но все же согласилась, пусть и с отторжением в глазах. — …если скарамучча причинил тебе вред, пожалуйста, не стесняйся говорить! я обязательно помогу тебе. — говорила мегистус искренне, чувствуя, как начинают слезиться глаза от опустошенного вида лайлы. — пожалуйста… в глазах девочки читалось смятение, страх и сомнения. очень странно. ее как будто что-то очень сильно напугало… вернее, напугал. — всё в порядке. лайла ответила торопливо, после чего попыталась уйти. мона схватила её. — ах? — я помню о твоей одежде тоже. мона мягко улыбнулась и отпустила знакомую. миссия была успешно выполнена.