Десять Теней маленькой девочки

      2005 (прошло 2 года)       Мягкий утренний свет проникал сквозь раздвижные сёдзи, смягчённый и отфильтрованный ими, и всё равно оставлял тонкие узоры на татами. Из приоткрытого окна лёгкий ветер донёс тонкий аромат сакуры — верный знак наступления весны.       Но казалось, что в этот раз меняется не только погода.       В прачечной Мисато Зенин не могла отделаться от охватившего её ностальгического чувства, пока она складывала только что постиранные вещи своей дамы и аккуратно укладывала их в чемодан. Мысль о том, что та маленькая девочка, за которой она ухаживала и которую почти вырастила сама, теперь уезжает в пансион на четыре года, была горько-сладкой. Большая часть членов клана обучалась внутри него, но не было редкостью, когда кто-то уходил на долгий промежуток времени. Даже ей самой, после того как она натренировалась так, чтобы предотвратить утечки проклятой энергии, позволили испытать широкий мир в одиночестве.       Это было давно — тогда, когда она была подростком и смотрела на внешний мир глазами, раскрашенными книгами, телевидением и фильмами. С неисчерпаемым оптимизмом и восхищением она сняла маленькую комнатушку — едва на десять татами — на те стипендии, что получала. К сожалению, восхищение быстро сменила разочарованность. Тех удобств и роскоши, к которым она привыкла, нигде не было видно, а внешний мир был не так милосерден к ошибкам.       Члены клана обычно помогали друг другу как могли, но эти немаги… Они не боялись воспользоваться всем тем, чем могли, даже если им от этого мало что было. Постепенно разочарование превратилось в отвращение и ужас, затем — в боль и тоску. В конце концов, на грани слёз, она умоляла вернуть её раньше срока. Когда она вернулась в усадьбу в растрёпанном виде с ничем, кроме единственной бутылки воды, о ней позаботились ровесники и старшие женщины клана. В слабости она назвала несколько имён мужчинам. Она никогда не выясняла, какая кара постигла тех, кого она назвала — ей оставалось лишь хотеть забыть всё это как можно скорее.       Детали со временем стерлись, но травма осталась навсегда.       Младшие девушки могли ворчать из-за традиций и ограничений клана, но это была комфортная жизнь, где с ними обращались бы хорошо, если они выполняли ожидаемое. Даже если они поступали не лучшим образом, их всех связывала родственная кровь, и выговоры, как правило, были мягкими, пока они подчинялись. Конечно, если кто-то хотел, он тоже мог попытать счастья вне клана, как когда-то сделала и Мисато. Однако очень немногие решались остаться навсегда вне клана — приспособиться там было чересчур тяжело.       Поэтому у Мисато были опасения отпускать ту маленькую девочку, которую она растила, чтобы…       Нет — так мыслить было неправильно. Тане теперь пятнадцать, и решения в этом вопросе у неё не было. Тот Годжо так рвался попасть в Токийскую школу магии, а верховные в Штаб-квартире магов считали, что только Госпожа Таня сможет удержать его в узде. Хотя те множественные подарки и соглашения, которые Штаб предоставил клану, вероятно, сыграли свою роль, зная свою подопечную так долго, сама Госпожа Таня отправилась бы с Годжо и по собственной инициативе. Они всегда были вместе, да так, что она представить не могла сценарий, где такого бы не было.       Мисато положила в чемодан ещё одну аккуратно сложенную рубашку.       Таня всегда была не такой, как другие дети. Мисато ещё при первой встрече поняла: это одарённый ребёнок. Когда ей сказали, что это дитя — пользователь Десять теней, Мисато представила, какие тяготы ждали её в будущем.       Для женщины в клане Зенин путь мага сильно не поощрялся, хоть и не запрещался напрямую. Помимо предотвращения утечек проклятой энергии, иногда приходилось защищать дом — как высокородные женщины периода Эдо практиковали нагинату. Лишь немногие становились полноценными магами, но, как и мужчины, многие из них терпели ужасные судьбы от рук проклятых духов и заклинателей. За свои годы она видела множество юношей, отправлявшихся на миссии оптимистичными и весёлыми, чтобы потом уже не вернуться.       Если возвращались — то в виде тела, предназначенного для кремации.       Тем не менее Мисато было запрещено отговаривать Госпожу Таню от пути мага, хоть ей этого и хотелось. Это была судьба тех, кто рождается с легендарной наследственной проклятой техникой. Выбора не было.       Поэтому Мисато просто наблюдала, как Госпожа Таня становится жемчужиной клана, не произнося вслух своих настоящих мыслей. Даже как её постоянная наблюдательница, она удивлялась, когда подопечная превосходила ровесников; даже одарённый Мастер Наоя не мог сравниться с её блеском. Госпожа Таня разбивала все ожидания, и ни дня не проходило, чтобы это не замечали. Юные девушки смотрели на неё с восхищением. Некоторые даже пытались следовать по её пути, даже если это было глупо. Очень глупо.       Мисато остановилась, держа в руках аккуратно выглаженную блузку.       Трудно было поверить, что прошёл уже десяток лет с момента их знакомства. Та маленькая девочка выросла в прекрасную юную женщину. Хоть она и была всегда спокойной, в ней было нечто притягательное, что делало её центром внимания. Даже юный Мастер Наоя и тот Годжо не могли устоять перед её харизмой.       И всё же Мисато не могла отделаться от ощущения, что между её подопечной и остальными всегда была некая дистанция.       Девочка всегда оправдывала ожидания Мастера Наобито, каким бы тяжёлым ни был груз. Наблюдая за ней так долго, никто лучше Мисато не знал, как усердно она трудится, чтобы соответствовать этим ожиданиям. Все те жестокие тренировки от Тодзи Зенина. Все ночи, проведённые за изучением исторических текстов клана. Выдерживание презрительных взглядов сомневающихся в клане. Госпожа Таня прошла через всё это, не пророняя ни слова жалобы и не пролив ни одной слезинки.       Даже перед ней.       Если у Мисато и было какое-либо сожаление — так это в том, что Госпожа Таня никогда не открывалась ей и не позволяла разделить часть бремени. Как её личная прислуга, Мисато могла лишь наблюдать и молча поддерживать с края.       Поэтому Мисато была благодарна мальчику Годжо. Единственное время, когда она видела, что Госпожа Таня опускает маску — было, когда она была с ним. Это были единственные моменты, когда Таня вела себя как другие девочки, а не как маг.       Мисато уложила последнюю стопку одежды в чемодан и удовлетворённо вздохнула.       Это было всё. Слегка усилив руку проклятой энергией, чтобы поднять чемодан, она вышла из прачечной, перешла двор и направилась к главным воротам. Рядом с воротами стоял чёрный седан, в который сейчас загружали несколько слуг оставшиеся вещи её Госпожи, хотя для девушки её возраста их было не так уж много.       Ещё пара чемоданов, набитых необходимостью, которую Мисато сочла незаменимой для молодой девушки, несмотря на слова подопечной, что хватит одного. В глухой горной местности эти вещи не так просто было купить. Она серьёзно ожидала, что будет регулярно спускаться в город за тампонами? Поэтому она упаковала запас на год.       Почти в стороне Мисато заметила, как Госпожа Таня перекидывается парой слов с юным Мастером Наоей — достаточно далеко, чтобы дать им немного уединения. Отдав свой чемодан, который положили в машину, она отошла в сторону улицы и терпеливо подождала, пока подопечная закончит разговор с юным Мастером.       Когда они окончательно попрощались, слуги завершили загрузку остальных вещей её Госпожи. Лишь после того, как юный Мастер ушёл, Мисато подошла к своей подопечной. Видеть девушку, которая когда-то едва доставала ей до пояса, теперь ставшую ровней по росту, вызвало в ней целый вихрь эмоций, но она сдержала себя и попыталась улыбнуться.       — Таня-сама, — мягко сказала Мисато с почтением. — Ваши чемоданы погрузили в машину.       — Ах. Спасибо, Мисато, — Таня ответила с лёгкой улыбкой. — За всё.       На мгновение Мисато хотелось обнять её, но она удержалась. Она не имела права, как слуга, делать такое по собственной инициативе. Вместо этого она отступила, дав подопечной возможность обменяться парой слов с другими приходившими проводить её. Несмотря на количество людей, вскоре настало время уезжать. Когда её подопечная — нет, уже бывшая подопечная — собиралась сесть в машину, Госпожа Таня в последний раз оглянулась в сторону Мисато.       — Прощай, Мисато.       — Прощайте, Таня-сама. Берегите себя и учитесь хорошо.       Дверь машины закрылась. Её зрение стало чуть размытым, когда машина ушла по дороге и исчезла за горизонтом.       Весна — время перемен, но в этот раз, всё казалось более горьким, чем раньше.

***

      Таня молча ехала до новой школы. Прощание с Мисато не выходило из головы. Связь между ними была очевидна, пусть и развивалась не на виду. Несомненно, Мисато не стремилась к выдающимся подвигам; она была средней во всём. Однако, она отличалась своей надёжностью, что по-своему было ценным.       Даже когда Мисато болела, она устраивала себе замену. Обычно замена справлялась не хуже, но, странно, ощущения были другие. Раньше Таня особо не думала об этом, но теперь эти мысли цепляли её всё чаще.       Чтобы отвлечься от мыслей, Таня смотрела в окно на проплывающие пейзажи и думала о месте, куда она сейчас направлялась.       Токийская столичная техническая школа магии — или же просто Токийская школа магии — была одной из двух школ в Японии, посвящённых воспитанию будущих магов. Поскольку это была школа-пансион для сверхъестественно одарённых, ожидалось, что все ученики будут жить в общежитии до выпуска из-за удалённости и опасностей поездок.       Общежитие располагалось глубоко в горах Уширо, скрытое от посторонних глаз современного общества ограждающим барьером. Он не только скрывал школу, но и защищал человека, укрытого внутри горы.       Речь о Мастере Тенгене.       В обществе магов было известно, что Мастер Тенген — по сути бессмертный древний маг, который помогает реализовывать и поддерживать барьерные техники по всей Японии. Без Мастера Тенгена, постоянно укрепляющего барьеры и упрощающего их использование, то такие средне-ранговые маги вроде менеджеров, которые работают в Школе магии, не смогли бы применять технику занавеса. В этом смысле Мастер Тенген — ядро современных магических техник и их образа жизни.       Например, без барьера Мастера Тенгена сама гора, куда направлялась Таня, подвергалась бы беспрерывным атакам проклятых духов из-за высокого скопления хранимых там проклятых предметов — собранных веками или переданных кланами, не имевшими возможности хранить их безопасно. И это не считая заклинателей.       Большая часть проклятых инструментов, находящихся во владении клана Зенин, тоже хранилась там, поскольку двор клана не мог предполагаться местом их надёжного хранения лучше, чем усилённые барьеры у территории Тенгена. По крайней мере, так говорили публично. Реальная причина была в том, что большинство этих предметов были низших рангов и клан не хотел держать их в основном арсенале; действительно ценные вещи хранились в усадьбе клана под множеством печатей и барьеров.       Седан вскоре остановился у подножия горы, где стояла тории — и путь наверх уводил по каменным ступеням, расположенным на немного крутом склоне. Выходя из машины, Таня посмотрела вверх на длинную дорожку, что вела вверх по горе Уширо, образованную рядом красными тории, поставленными так близко, что казалось, будто это сделанный вручную туннель. По обеим сторонам тропы росли пышные деревья, высокие и здоровые, которые заслонили бы почти весь свет с дорожки, если бы не тории и факт того, что облака уже скрывали всё небо.       Забавно, но по склону шли и опоры линий электропередач, выше деревьев, их провода соединяли их между собой.       Пара членов клана шла позади, неся её чемоданы в руках и на плечах. Если бы не проклятая энергия, неимоверно нелепо было бы нести столько багажа по длинной лестнице в гору. Но никто не жаловался. Как члены подразделения Кукуру — низшей ветви Хэи, для тех, кто не обладает врождённой техникой — им и полагалось справляться с грузом. Кроме того, их обязанностью помимо ношения багажа было охранять её от внезапных атак или засад.       Хотя с этой проблемой она могла справиться и сама, ведь технически была сильнее их вместе взятых.       Таня вошла в первый тории и начала подниматься по состаренным каменным ступеням, за ней следовали сопровождающие. Ступени были вытерты десятилетиями использования, но хорошо содержались — не угрожая разрушением, разве что с мелкими трещинами. Вокруг лестницы росли разные растения и живая природа. Лес тянулся по обе стороны, отбрасывая огромные тени на значительную часть ступеней. Никаких перил или разделителей не было, поэтому многие ступени были покрыты растительностью, например, папоротниками и полевыми цветами, прорастающими или проникающими сквозь трещины в камне.       Пока она шагала всё выше по длинному пути, солнце полностью вышло из-за облаков.       Нежный ветер прошёл мимо, тронув цветы и листья позади неё. С каждым шагом, без конца и края, она переставала отслеживать пройденное расстояние. Хотя расстояние и высота не были чем-то из ряда вон выходящим, она была в достаточно хорошей форме, поэтому это её не особо беспокоило. Для других это могло быть полноценной тренировкой, но для неё — скорее спокойной но утомительной прогулкой. Она могла бы использовать проклятую энергию, чтобы усилить себя или вызвать шикигами для поездки, но это не оставило бы лучшего первого впечатления для наблюдающих.       Действительно, она не была настолько наивной, чтобы думать, что этот единственный путь будет без охраны.       Даже при скрытии барьера было бы глупо не выставить несколько стражей для наблюдения, хотя Таня подозревала, что кто-то более высокого положения будет наблюдать за приездом новых учеников. Так поступила бы она, чтобы лучше понять личности прибывших. Поэтому лучше с самого начала поставить ногу правильно.       Однако, путь был всё равно однозначно долгим и нудным.       Кому-то мирная природа могла показаться умиротворяющим, но уже через несколько минут ей это надоело. Мысли её унёслись к будущему и тому, как лучше воспользоваться текущей возможностью.       Это именно Сатору был заинтересован в поступлении. Не по практическим причинам, а чтобы убежать от своего клана и жить где-то, где его не доставали. Честно говоря, без Тани как голосом разума, он бы наверняка перевернул свой клан с ног на голову.       Не раз ей приходилось отговаривать его от попытки силой захватить лидерство, чтобы клан перестал доставать его. Это равнялось бы смещению трудоспособного президента компании ради того, чтобы заменить его бесполезным человеком, который будет лишь раздавать все поручения другим и бездельничать. Конечно, это была совершенно ужасная идея, которую она немедленно останавливала, тем более, что её, скорее всего, он бы потянул за собой, ведь такой был образ действий Сатору.       Прямо как сейчас он втянул её стать студенткой удалённой школы на горе в глуши. К счастью, в отличие от многих его глупых идей, она не была полностью против этой, ведь она сама задумывалась о поступлении.       Хотя формально Токийская школа — место для молодых магов, на деле она функционировала как главный центр для магов-ветеранов в регионе. Это был популярный узел в обществе магов, где собирались многие важные фигуры по той или иной причине. И хоть шанс познакомиться с другими начинающими молодыми магами и казался... неплохим, настоящим преимуществом ходить в эту школу была возможность связаться с опытными магами, а также членами факультета.       Конечно, в клане Зенин уже было много действующих магов. Поэтому острой необходимости в этом не было, но, положив все яйца в одну корзину, она осталась бы ни с чем, если бы её когда-нибудь изгнали. Кроме связей с Сатору и Каори. Последняя оказалась весьма полезной, позволяя ей быть в курсе всех серьёзных событий в мире магов, например, растущего числа проклятий особого ранга в последнее время.       Всё же, Токийская школа тогда была лишь мыслью.       Пока не внезапное и спонтанное решение Сатору. Честно говоря, Таня должна была предвидеть это. Ему просто нечему больше учиться в своём клане. Он всегда был сильным, и продолжал становиться ещё сильнее. Будучи вундеркиндом от природы, он улучшил не только использование Безграничности; каждый аспект его магии демонстрировал признаки прогресса. Большинству людей было бы сложно заметить разницу, как если бы их спросили, в чём разница между двумя сортами дорогого чая, хотя один определённо лучше другого.       Однако, Таня была рядом с ним так давно, что видела разницу.       Рост его силы был ошеломляющим, и ей приходилось работать ещё усерднее, чтобы не отставать. Жаль только, что темпы роста не затронули другие аспекты его жизни, например, уровень зрелости. За последнее десятилетие он вырос только буквально. В детстве они были примерно одного роста – для своего пола – но за последние два года Сатору совершил невероятный скачок роста.       Сатору теперь доминировал над ней ростом — 191 см. В обычной ситуации это бы не раздражало, но он никогда не упускал случая подразнить её по этому поводу.       Причём она вовсе не была низкорослой! К счастью — в отличие от прошлой жизни — теперь она выше среднего: 168 см. Родители в этой жизни не были низкими, у неё был хороший рацион и режим упражнений, которые предотвратили задержку роста. В прошлой жизни её низкий рост всегда доставлял ей неприятности, особенно потому, что из-за него она выглядела слишком по-детски. К счастью, на этот раз ей об этом не пришлось беспокоиться, но постоянные подколы Сатору всё ещё действовали ей на нервы.       Продолжая подниматься по лестнице, у неё внезапно завибрировал телефон.       Достав его, она увидела сообщение от Наои. В нём был простой вопрос, добралась ли она уже до школы. Она быстро ответила, что почти приехала. Он ответил почти сразу же, что всё ещё в пути, и пожаловался на то, что поездка слишком долгая.       Почему он был на пути? Потому что направлялся в Киотскую техническую школу магии, единственную другую школу магов в Японии.       Когда Наоя впервые сказал ей о своём зачислении, она удивилась. Однако, немного подумав, она поняла, что это логично. Он просто был дальновидным, как и она. Он мог бы легко остаться в усадьбе клана, никуда не выходя, но хотел наладить внешние связи. Она делала это в Токийской школе, а он планировал сделать то же самое в Киотской. Таня делала это для себя, а Наоя – чтобы укрепить свою позицию и поднять клан на новые высоты, когда он наконец станет главой. Даже если это не было сказано прямо, это означало, что Наоя активно учится на её примере, и это было почти лестно. Это также означало, что он с меньшей вероятностью предаст её.       Вот если бы Сатору мог быть таким же…       Поднявшись по лестнице, выйдя из окружающего леса и пройдя последние ворота тории, Таня впервые увидела Токийскую столичную техническую школу магии. От стены с воротами до восьмиэтажного здания за ней не было и намёка на современное школьное здание, которое она ожидала увидеть. Вместо этого эстетика больше напоминала феодальную эпоху, традиционную по внешнему виду и стилю. Честно говоря, это место ощущалось как продолжение поместья её клана.       Таня слегка нахмурилась.       Она лишь надеялась, что политика не будет такой же.

***

      Сразу, как Таня прошла сквозь ворота, её встретила сотрудница школы. Зная о её приезде, женщина быстро ввела её в курс дела и проводила до женского общежития. В назначенной комнате её сопровождающие выгрузили багаж и были сопроводены обратно к воротам, оставив её наедине с новой жилплощадью.       Комната была меньше, чем в усадьбе Зенин, но всё равно просторной по меркам общежития. Здесь уже поставили новую мебель, что, видимо, было сделано с учётом её статуса и обстоятельств. Как ни как, сюда её уговорили прислать люди из Штаб-квартиры магов, а не наоборот.       По крайней мере, так говорил Наобито.       Тем не менее обстановка была простой и без лишних деталей. Одна односпальная кровать на деревянном каркасе, простой письменный стол с креслом напротив. Даже пустая книжная полка была предусмотрена — возможно, с расчётом на её склонность к учёбе в клане.       В целом, всё было хорошо, с возможностью внести свои изменения и личные штрихи, не нарушая общего стиля, так что у неё не было никаких претензий. Хотя она не собиралась никак украшать комнату, выходя за рамки необходимого минимума. Такой стиль оформления интерьера её никогда не интересовал.       Таня закатила рукава и следующий час провела за распаковкой чемоданов. Когда она закончила, вся одежда аккуратно висела в шкаф, ноутбук и учебные вещи так же бережно были разложены на столе, а обувь — на полке у двери. Оглянув комнату в последний раз, она кивнула с удовлетворением — и тут в кармане зазвонил телефон.       На экране высветилось имя "Сатору", она тяжело вздохнула и подняла трубку.       — Да, Сатору?       — Эй, Таня! Ты уже переехала?       — Я только что закончила распаковывать вещи.       — О, я тоже. — по Сатору в телефоне раздался громкий шум падения. Что этот идиот опять вытворяет? — Я хотел, чтобы мы были соседями, но общежития разделяют по полу.       В какой-то мере Таня была рада, что в этой жизни она родилась девушкой. Регулярно разбираться с Сатору это одно, но быть с ним соседкой? Она не была уверена, выдержит ли её рассудок такое испытание.       — ...так и должно быть.       — Всё равно неприятно, — лениво ответил он. — А теперь вместо тебя моим соседом стал какой-то смазливый красавчик со странной чёлкой.       — Не груби однокурсникам, Сатору.       — Что? Я же не говорил такое ему. — Он отмахнулся. — В любом случае, раз уж ты распаковала вещи, не хочешь заглянуть в столовую и перекусить?       Таня глянула на часы. Было уже двенадцать, и ей действительно захотелось поесть.       — Ладно. Встретимся там.       — Отлично!       Вскоре она бросила трубку. Ещё раз осмотрев комнату, чтобы убедиться, что ничего не упустила, она подошла к входной двери, где стояла полка для обуви. Сняв с полки пару, она надела её и постучала обувью по полу, чтобы убедиться, что она надета правильно. После этого она открыла дверь, вышла на улицу и закрыла её. Заперев дверь, она пошла по коридору, когда увидела другую девушку, несущую открытую картонную коробку с одеждой.       Судя по всему, это была ещё одна студентка, которая переезжала, тоже первого курса. Однако она не была уверена, так как большинство студентов возвращались домой во время каникул. У девушки были короткие каштановые волосы и заметная родинка под правым глазом. На ней была повседневная уличная одежда: белая толстовка с капюшоном и джинсы.       — Ах, привет, — поприветствовала Таня. — Я Таня Зенин.       — …йо, — флегматично ответила та, небрежно поправляя коробку. — Сёко Иейри.       — Тебе помочь?       — Нет. — Сёко просто помотала головой. — Я справлюсь.       — Хорошо. Приятно познакомиться. — Таня отошла в сторону, чтобы девушка смогла пройти.       — Мхм. — Несмотря на кивок, Сёко, казалось, с трудом держала коробку, так как немного пошатнулась, из-за чего Таня чуть не протянула руку, чтобы поддержать её.       Конечно, это было лишь "почти". Она быстро отдёрнула руку, поскольку помощь, когда в ней не нуждаются, с большой вероятностью испортит будущие отношения. Хотя, возможно, ей не нужно было быть такой осторожной.       Фамилия Иейри не была ей знакома, так что Сёко, скорее всего, была из семьи немагов или из незначительного клана. Конечно, этого и следовало ожидать. Любой из известного клана или семьи, скорее всего, учился бы дома, а не здесь, где они не могут получить специализированное образование и где их способности будут записаны для просмотра людьми из Штаб-квартиры. Большинство студентов, которые якобы посещали эту школу, просто не имели других средств получить нормальное образование.       Было бы легко просто проигнорировать их, но Таня всегда была сторонником заслуг, а не евгеники. Последняя была проблемной системой, даже несмотря на то, что она формировала основу традиционного общества магов. В конце концов, количество и использование проклятой энергии — это то, что обычно передаётся по наследству. Счастливчики рождаются с унаследованной проклятой техникой, и для этого тоже есть разные ранги.       Увидев, что Сёко не использует должным образом свою проклятую энергию, чтобы удерживать коробку, ей стало очевидно, что та была первокурсницей из семьи немагов. Установление связи с ней не было приоритетом, поскольку её основное внимание было сосредоточено на студентах третьего курса и выше, которые, по крайней мере, пережили два года обучения и миссий, что значительно снижало вероятность их внезапной смерти. Однако это не означало, что она собиралась полностью её игнорировать. Всё же важно иметь хорошие рабочие отношения со всеми коллегами--- ну, в данном случае, студентами.       Сделав ещё несколько шагов вперёд, Таня резко остановилась на месте.       А столовая это где?

***

      Сатору барабанил пальцами по столу, наигрывая запоминающийся мотив из недавно пройденной видеоигры. Поднос, полный еды на столе перед ним, был практически нетронутым, за исключением десерта. Столовая в Токийской школе школе была практически пуста, хотя здесь и там сидели несколько взрослых. Он не знал, кто они — вероятно, другие маги — и его это не особо волновало. Как и большинство людей, которых он встречал, они ни капли его не интересовали.       По правде говоря, в мире было лишь несколько человек, которые могли удостоиться такого отличия.       И одна из них, видимо, не торопилась сюда. Он снова достал телефон, чтобы проверить время. Был полдень. На мгновение ему захотелось снова позвонить ей, чтобы поторопить, но он сразу же передумал. Таня и правда была как кошка; хоть и весело её дразнить и тыкать, если переборщить, она начнёт шипеть и царапаться. За годы методом проб и ошибок — в основном за её счёт — он постепенно выяснил хрупкий баланс того, как сильно можно её дразнить, прежде чем она выйдет из себя.       В прошлый раз, когда это случилось, она целую неделю с ним не разговаривала.       — А, вы, должно быть, Сатору Годжо. Я--       — Отвали.       Сейчас было забавно вспоминать об этом, но та неделя была тяжелой. Сатору провёл так много времени с Таней за эти годы, что, сам того не осознавая, забыл об том чувстве одиночества, которое раньше испытывал. Когда он был весь из колючек и бравады, отталкивая всех, поскольку они не могли понять одиночества, исходящего от абсолютной силы.       Его Шесть Глаз предупредили его о знакомом присутствии, входящем в здание.       Сатору убрал телефон в карман и помахал рукой. Таня, заметив его, приняла невозмутимый вид и проигнорировала его. Она направилась к стойке столовой, чтобы заказать обед. Забавно, но она уже была в своей школьной форме, хотя семестр ещё даже не начался официально. С другой стороны, она всегда была дотошной в таких вещах. Строго следуя правилам, она не нарушит закон, даже если полностью разрушит сам смысл этого закона.       Такие люди часто бывают хитрыми и изворотливыми, но она была не такой.       — Йо! — Сатору ухмыльнулся, наблюдая, как она садится напротив него за стол. — Ты, вижу, не торопилась.       — Мне пришлось спросить дорогу у кое-кого, — просто ответила она, доставая свои столовые приборы. — Кампус довольно большой, хотя в основном пустой. Я долго пыталась найти кого-то, у кого можно спросить.       — При тех деньгах, что они получают, он должен быть большим. Не знаю, почему он не ещё больше.       Он взял свои палочки и наконец начал доедать свой десерт.       — А, точно! Я сегодня встретил ещё одного первокурсника, его комната прямо рядом с моей.       — Ясно. У меня был похожий опыт по пути сюда, — сказала Таня, вытерев рот. — И доедай свою еду, Сатору. Нельзя всё время есть только сладкое.       — Пфф. Да ещё как льзя, — ответил он, но всё таки взял палочками кусок рыбы. — Ты знаешь, сколько калорий я сжигаю каждый день?       — И? Не вся вредная пища сжигается, — указала ему Таня, направив на него палочками. — Как магам, нам важно поддерживать правильную диету. Иначе мы можем быть не в состоянии сражаться на пике возможностей, когда это будет необходимо.       Сатору в ответ просто съел кусок рыбы.       Впринципе, она права. Хотя, не то чтобы это действительно имело значение, был он на пике физической формы или нет. Всё равно никто не мог преодолеть его Бесконечность. Тем не менее, он прислушался к её совету, как обычно делал. Это было меньшее, что он мог сделать, поскольку она обычно соглашалась на любые его забавные затеи.       Справедливо, как ни как.       Звонок мобильного телефона прервал их трапезу, но это был достаточно знакомый рингтон, поскольку он был у Тани. Сатору наблюдал, как она положила палочки и достала телефон. Она несколько мгновений смотрела на экран, а затем привычными движениями выдвинула мини-клавиатуру. Её пальцы запорхали над клавишами, вероятно, отвечая на сообщение.       — Кто это? — спросил он больше из любопытства, чем из чего-либо ещё.       — Наоя.       Сатору скривился при этом имени.       Ему не очень нравился двоюродный брат Тани. Что-то в этом поддельном блондине его раздражало. Может, из-за его высокомерия или напыщенного поведения, но раздражало, как часто он присоединялся к нему с Таней. Его раздражало ещё больше, что Таня всегда была не против, но это скорее всего только потому, что они родственники.       По крайней мере, Наоя не последовал за ними в Токийскую школу магии.       — А, — просто ответил Сатору. — Он же едет в Киото, да? Чтобы стать твоим соперником или типа того.       — Соперником...? — Таня нахмурила брови. — О чём ты? Он просто едет туда заводить связи.       — Правда? — Сатору приподнял бровь. — Но я помню, он говорил это в прошлом месяце.       — Не будь идиотом, — ответила Таня. — Зачем ему нужно становиться моим соперником? Ты, очевидно, ослышался.       — Потому что ты сильнее?       — Он будет следующим главой моего клана. С какой стати я вообще могу рассматриваться как соперник? И он бы сказал мне что-то, если бы это было так, — покачала головой она. — Ты будешь следующим главой клана Годжо, так что если у кого и будет соперник, так это у тебя.       — Хм, как скажешь.       Он так не думал, но Таня иногда могла быть весьма упрямой, поэтому он лишь пожал плечами в ответ.       — В любом случае, хочешь потом поиграть в Guilty Gear у меня?» — спросил Сатору, накалывая на палочки ещё один кусок рыбы. — Я взял с собой свою Playstation 2.       Она бросила на него свой обычный взгляд "Тани".       — Конечно, взял.       Он лишь усмехнулся в ответ.       — Давай! Всё равно тебе сейчас больше нечем заняться.       — Как насчёт подготовки к ориентации завтра?       В этот раз, уже Сатору пришлось закатить глаза.       Если есть что-то, что он узнал о Тане за эти годы, так это то, что она была осторожной. Иногда даже чрезмерно. Это была полная противоположность таким, как он, которые обычно всё делали наобум. А почему бы и нет? В большинстве случаев это срабатывало. Если нет, он всегда мог решить всё грубой силой. Он ведь сильнейший.       — К чему там готовиться? Они, наверное, просто будут вести речь о всякой скучной фигне, которые любят нести старейшины. Да лаааадно, Таня.       Таня просто несколько секунд смотрела на него, а затем сдалась со вздохом.       — Ладно, но я не буду засиживаться допоздна.       Сатору лишь широко ухмыльнулся в ответ.       О, она определённо засидится допоздна.