Десять Теней маленькой девочки

      Внезапно сгустившиеся тёмные тучи и начавшийся проливной дождь не помешали членам клана Зенин собраться во внутреннем дворе прямо за главными воротами поместья. Из-за непогоды им лишь пришлось достать и раскрыть зонты, пусть те и не могли полностью укрыть их хакама и кимоно.       Для Наобито это было мелким неудобством — тем, которое всему клану надлежало стойко перенести. Потому что они должны были первыми поприветствовать Таню по её возвращении.       Когда ему впервые позвонил сын, Наоя, он не стал задавать вопросов. Вместо этого он немедленно разнёс новость и организовал для неё эту встречу. И хотя многих ошеломил тот факт, что Таня одолела Махорагу, Наобито не был удивлён. Наконец-то ознакомившись с её отчётами, он понял, что к этому всё шло уже давно. Хоть он и не знал, что именно она предприняла на этот раз для победы, он видел, что Таня подходила к проблеме методично, делая упор как на сбор информации, так и на безопасность. Как и во всём остальном, её победа была неизбежна, даже если для её обеспечения потребовалось некоторое время.       Этот подвиг не совершал никто прежде, и, возможно, никто не сможет повторить его в будущем.       Даже с учётом новых знаний, записанных для будущих поколений, это всё равно оставалось сомнительным. Нет, скорее так: обладая теми знаниями, что были у них сейчас, кто вообще решился бы на подобное? Способность Махораги к адаптации была известной величиной, но если бы прошлые владельцы техники Десяти Теней знали, насколько сильна его регенерация, попыток было бы куда меньше. Для тех, у кого не было помощи исключительно могущественного мага или кто сам таковым не являлся, это был смертный приговор.       И даже если бы у них была помощь сильного мага, можно ли было ему доверять? В конце концов, предательства и удары в спину были обычным явлением в обществе магов. Однако Наобито не мог представить, чтобы мальчишка Годжо когда-нибудь предал Таню. Столь уникальные условия вряд ли возникнут в будущем снова, даже спустя поколения, так что рассуждать об этом не имело смысла.       Таким образом, это был исторический момент, который, возможно, никогда не повторится.       Вот почему небольшой дождь не имел для него значения, и он ясно дал это понять подчинённым ему членам клана. Даже не зная всех подробностей, они знали достаточно, чтобы привести сюда даже своих детей, несмотря на погоду.       Дабы стать свидетелями появления величайшего пользователя Десяти Теней, когда-либо рождённого в клане Зенин.       Они оставались на месте, даже когда ливень усилился, проливаясь так, словно небеса оплакивали потерю ребёнка. Поскольку Махорага — Божественный генерал — предположительно обладал некой формой божественности, возможно, это было не так уж далеко от истины.       Вскоре сквозь стену дождя Наобито различил силуэты.       Когда они вошли в свет фонарей, висевших на стенах у распахнутых ворот, он наконец смог их рассмотреть. Сатору Годжо и Таня Зенин шли бок о бок; юноша крепко держал её за руку, словно поддерживая с каждым шагом. Видя, в каком состоянии находилась Таня, Наобито мог его понять. Будь на её месте кто-то другой, их бы, наверное, несли на руках, но это было так в её духе — желать идти на своих двоих, какой бы измождённой она ни выглядела. Несмотря на дождь, ни одна капля не коснулась их, соскальзывая с Безграничности и оставляя совершенно сухими и нетронутыми.       В трёх шагах позади следовал Наоя, чьи волосы и одежда насквозь промокли от дождя. Несмотря на это, он не выглядел недовольным ситуацией.       Никто не проронил ни слова, когда Таня переступила порог ворот; её движения были медленными и вялыми. При ближайшем рассмотрении стало видно, что одежда на ней испачкана и порвана, а на лице отчётливо читались следы усталости. Сатору двигался осторожно, каждый его шаг выверенный и внимательный, чтобы подстроиться под её темп. Его взгляд был сосредоточен исключительно на ней, а не на толпе, напряжённо наблюдавшей за ними.       Затем вспыхнул ослепительный свет.       Внимание всех присутствующих переключилось на одинокого члена отряда Куруру в маске, который смущённо опустил камеру. Казалось, он даже съёжился под направленными на него суровыми взглядами, хотя уже добился того, чего хотел.       Хотя внешне Наобито и сверлил его взглядом, внутренне он ему аплодировал. Фотография — когда её проявят — послужит отличной памятью.       Пока дождь продолжал лить вокруг, эти двое направились вглубь поместья. Хотя множество взглядов провожало их, никто не последовал за ними. Даже Наоя остановился, как только Таня и Сатору наконец вошли в здание и скрылись из виду.       И только тогда тяжесть только что произошедшего по-настоящему обрушилась на всех, кто остался снаружи.

***

      Привести себя в порядок и переодеться в свежую одежду заняло некоторое время, но, выпив чашку кофе из термоса, Таня почувствовала, что теперь у неё достаточно сил. Хотя это, скорее всего, было временно, учитывая природу кофеина, она всё же сочла, что энергии хватит на разговор с Наобито. Это было слишком важное дело, чтобы откладывать его на другой день.       Однако, стоило ей выйти из комнаты — предварительно велев Сатору оставаться внутри — как она обнаружила, что количество слуг, выстроившихся по стойке смирно за её дверью, увеличилось впятеро. Это слегка сбивало с толку, но и это было ещё не всё. По пути все, кого она встречала, кланялись ей куда ниже обычного.       Более того, стоило ей лишь мельком взглянуть на кого-то, они тотчас же опускали головы. Даже те, кого она знала большую часть своей жизни, делали то же самое. Хуже всего было то, что каждый норовил перекинуться с ней хотя бы парой слов. Вскоре она выяснила, что все они уже знали о её победе над Махорагой, хотя с тех пор прошло всего несколько часов.       К тому моменту, как она добралась до кабинета Наобито, Таня была уже морально истощена.       Тем не менее, она одёрнула одежду и привела выражение лица в норму, прежде чем постучать в дверь. Услышав утвердительный ответ, она отодвинула дверь и вошла.       Наобито сидел в своей обычной позе, но первое, что бросилось ей в глаза — нигде не было видно его любимой фляги с алкоголем, что само по себе являлось редкостью. Мало того, на его лице застыло суровое выражение, когда он приветствовал её.       — Наобито-сама. — Таня подалась вперёд, чтобы поклониться, но Наобито поднял ладонь и покачал головой. Вместо этого он жестом предложил ей сесть, что она и сделала. — Я пришла доложить об успешном подчинении Махораги.       Наобито кивнул.       — Наоя рассказал мне в общих чертах.       — На сорок второй попытке я---       — Остановись, — прервал он. — Я бы хотел послушать всё в подробностях, но вижу, что тебе нужен нормальный отдых. Как будущий глава клана, ты должна лучше заботиться о своём здоровье.       — Будущий глава клана? — переспросила Таня, игнорируя лицемерие советов о здоровых привычках от запойного алкоголика. — Я думала, этот вопрос всё ещё остаётся спорным.       Годами между кланами Зенин и Годжо велись активные переговоры о деталях предстоящего брака. Переговоры, которые часто перерастали в споры — иногда даже доходя до угроз или насилия. Не будет преувеличением сказать, что любое соглашение утверждалось через бурю криков и драк. Честно говоря, было удивительно, что до сих пор никого не убили.       Камнем преткновения стал тот факт, что ей придётся взять фамилию Годжо, как того требовал закон. Один из супругов должен был взять фамилию другого. Оспорить этот закон или найти в нём лазейки было вполне возможно с тем богатством и политическим влиянием, которым обладал клан, но это привлекло бы слишком много внимания со стороны широкой общественности. В конце концов, одной из сторон пришлось уступить, а поскольку Сатору уже являлся главой своего клана, он никак не мог взять фамилию Зенин.       Переговоры по этому поводу были настолько жестокими, что ей пришлось лично вмешаться вместе с Сатору.       В обмен на то, что она примет фамилию Годжо, её первенец получит фамилию Зенин. К сожалению, это соглашение всё ещё встречало серьёзное сопротивление, так как было бы крайне странно, если бы глава клана Зенин носил фамилию Годжо.       Однако, вопреки всем этим опасениям, Наобито просто пренебрежительно махнул рукой.       — После того, чего ты достигла, это не имеет значения, — сказал он. — Если уж ты не можешь стать главой клана, то не может никто.       — Наобито-сама?       — Таня, — начал он. — Клан признаёт силу. Ты и раньше с лихвой доказывала своё могущество, но теперь ты стала сильнейшей наследницей техники Десяти Теней за всю долгую историю нашего клана. Никто больше не посмеет оспаривать твою легитимность, какие бы мелкие придирки ни пытались выдвинуть.       Хотя Таня кивнула, внутренне она сдержала гримасу.       Дело в том, что предыдущая ситуация была для неё отчасти выгодна, так как позволяла изящно выйти из гонки за место главы. После помолвки с Сатору в этом просто отпала необходимость. Теперь же казалось, что её втягивают в это насильно, несмотря ни на что.       — Не слишком ли это поспешно? — спросила Таня ровным тоном. — Нужно также подумать о Мегуми.       — Об этом мальчишке? — фыркнул Наобито. — Ты лучше меня знаешь, что он никогда не приручит Махорагу. У него не хватит на это воли, даже если ему будет помогать Годжо.       Таня медленно кивнула.       Это правда, что Мегуми не был помешанным на битвах маньяком, как многие маги, но, по её мнению, это нельзя было назвать недостатком. На самом деле, для неё это был скорее плюс, потому что ей никогда не пришлось бы беспокоиться, что он влезет в опасную ситуацию и погибнет.       — Твой выпускной уже скоро. В марте, не так ли? — спросил Наобито. Дождавшись от неё кивка, он продолжил: — После того как окончишь школу, я уйду в отставку, и ты займёшь моё место, пока ещё носишь фамилию Зенин.       — Наобито-сама?!       — Я никогда не планировал держаться за свою должность до самой смерти, — ответил он, потянувшись за флягой с алкоголем, но лишь схватил пустоту, осознав, что намеренно оставил её этим утром. — Единственная причина, по которой я ждал так долго, — дать тебе возможность насладиться остатком школьной жизни без этого бремени на плечах. Скоро это перестанет быть проблемой.       — Но это всё равно слишком внезапно.       — Ты готова, Таня, — сурово произнёс Наобито. — Ты уже давно берёшь на себя изрядную долю моих обязанностей и справляешься с ними лучше, чем когда-либо я. Когда тебе больше не нужно будет посещать занятия, ты сможешь управляться и со всем остальным.       — Подождите, вы имеете в виду ту административную работу, которую вы мне поручали...?       — Да. — Наобито кивнул. — Большинство этих бумаг относилось к моим обязанностям главы клана. А значит, ты готова. Примешь ли ты должность главы клана?       Таня поджала губы.       Честно говоря, должность звучала не так уж плохо, если дело касалось в основном административной работы. С одной стороны, пост главы клана больше не был так уж необходим из-за помолвки с Сатору и её растущего личного состояния. С ошеломительным успехом первого релиза iPhone в Америке и предстоящим летним релизом в Японии её финансы взлетели до небес. Собственно, была ли вообще нужда продолжать работать?       На данном этапе она могла бы просто стать домохозяйкой и пожинать плоды своих трудов.       ...но тогда, в чём был смысл Махораги?       Рассуждая рационально, ей следовало отступить уже после первых пары попыток. Подчинение Махораги попросту не являлось необходимостью, особенно учитывая её помолвку с Сатору. Более того, в своей последней попытке она необъяснимым образом рискнула жизнью, когда следовало бы однозначно отступить.       Почему? И ради чего?       Тем более, когда она узнала об ограничениях Махораги — ограничениях, о которых стало известно лишь после завершения ритуала и получения притока знаний через технику Десяти Теней. Главное ограничение заключалось в том, что после развоплощения Махорага терял все полученные адаптации. И хотя теоретически она могла бы держать Божественного генерала призванным постоянно, это было непрактично. Гигантский шикигами, повсюду следующий за ней по пятам, — хоть мысль и забавная — лишь выставил бы её помешанной на битвах и милитаристкой. Прятать Махорагу в своих тенях всё время тоже не представлялось возможным из-за его колоссального веса.       Возникал вопрос: если бы она знала об этих ограничениях заранее, стала бы она вообще сражаться с Махорагой?       Ответ был... не обязательно "нет"...       Таня нахмурилась.       Это должно было быть однозначное "нет", но её чувства по этому поводу оказались куда более неоднозначными, чем она предполагала. И всё потому, что...       Она покачала головой.       Похоже, постоянное нахождение в окружении боевых маньяков оказывало на неё куда большее влияние, чем ожидалось.       — Таня.       — Да, Наобито-сама?       — Ты так и не ответила на вопрос, — сказал он. — Возьмёшь ли ты на себя обязанность возглавить клан?       С другой стороны, позиция главы клана была относительно безопасной и сводилась в основном к административной работе. Было бы неплохо получить опыт, пока текущая глобальная ситуация остаётся мирной и стабильной, тем более что Наобито, скорее всего, останется в роли советника. Даже если в будущем она уйдёт в отставку, этот опыт позволит ей снова занять должность, если что-то случится или если между ней и Сатору произойдёт размолвка.       Тем временем, пока Мегуми, очевидно, не был желанным кандидатом на пост главы, она могла бы обучить его хотя бы до приемлемого уровня. На данный момент слова Наобито означали лишь то, что Мегуми не хватало мотивации должным образом посвятить себя магии. В её глазах это делало его относительно вменяемым. На самом деле не было нужды перекраивать его в боевого маньяка; требовалось лишь изменить его воспринимаемый образ. Клан, глубоко укоренившийся в традициях, должен быть весьма уязвим к тактике пиара, особенно если за этим будет стоять она.       А если ей придётся уйти в отставку раньше времени и Мегуми будет не готов, всегда остаётся Наоя.       Пусть Наоя и добровольно снял свою кандидатуру на пост главы клана, это не означа      ло, что он не мог взять на себя эту роль, тем более что Наобито готовил его к этому с самого детства. Даже если он — по какой-то причине — не займёт эту должность напрямую, он всё равно мог бы стать регентом при Мегуми до тех пор, пока тот не будет готов взять власть в свои руки.       Следовательно, было ли ей что терять, заняв пост главы клана? Нет. Более того, это было в её интересах.       По крайней мере, пока.       — Я согласна.

***

      Месяц спустя...       Из-за огромного количества гостей мероприятие не могло проводиться ни в одном из зданий поместья Зенин, ни даже в главном дворе. Однако за поместьем простиралась обширная равнина — свободное пространство на случай необходимости расширения. Поскольку поместье и так было достаточно велико для клана, эта территория в основном использовалась для тренировок и спаррингов, когда требовалось много места. В данном же случае пространство было жизненно необходимо, так как на церемонии обязаны были присутствовать все ветви клана Зенин.       Была возведена прочная деревянная сцена, поднятая достаточно высоко, чтобы стоящих на ней было видно всем зрителям, сидящим внизу. Зрителей собралось великое множество, расставленных рядами и колоннами. Стулья были дорогими, с мягкой обивкой, обеспечивающей и комфорт, и роскошь. Более того, травянистая равнина была покрыта дорогими коврами, которые, вероятно, будут использованы лишь для этого единственного события и больше никогда.       Для Чодзюро Зенина всё это казалось странностью, но не самой большой странностью в эту эпоху перемен.       В прошлом лидеры клана устраивали более традиционные церемонии своего возвышения, которые в основном состояли из роскошных залов и пиршеств для тех, кого считали достаточно важными, чтобы удостоить приглашения. Уж он-то знал, ведь лично присутствовал на нескольких из них. Никогда прежде церемония не проводилась за пределами поместья и не требовала присутствия всех, в ком текла хоть капля крови Зенин. Впрочем, прошлые мероприятия организовывали старейшины совета; в этот раз всем руководил и всё организовывал тот юнец, Наоя.       Взгляд Чодзюро снова вернулся к деревянной сцене.       Там находилось несколько сидений более дорогого вида и куда более позолоченных. На этих стульях восседали некоторые старейшины и нынешний глава клана, Наобито. Однако та, что отличалась от остальных, располагалась в самом центре — то самое место, предназначенное для следующего главы клана.       Повелительница Махораги — юная белокурая девушка, за чьим взрослением он наблюдал с самого детства — сидела на троне такой вычурной экстравагантности, что в лучах солнца инкрустированные бриллианты сверкали и переливались, словно сошедшие со страниц сказки, которую рассказывают внукам на ночь. Впрочем, хотя она и сидела на вещице, которая, вероятно, стоила как целая башня в Токио, хмурилась она всё сильнее, а её глаз то и дело дёргался.       Такое подёргивание обычно свидетельствовало о недосыпе, но, учитывая, что это был день её возвышения, было вполне понятно, что прошлой ночью ей не удалось нормально выспаться. Хотя, кроме дёргающегося глаза, других признаков нехватки сна — вроде покрасневших белков или тёмных кругов под глазами — не наблюдалось.       В нём пробудилось желание дать ей какой-нибудь дельный совет, но он подавил его.       Таня больше не была ребёнком. И всё же, несмотря на то, что он видел, как из маленькой девочки она превратилась во взрослую девушку, ему с трудом верилось, как далеко она зашла. Время пролетело так быстро, что напомнило ему о том, как он смотрел, как росли его собственные дети, хотя это было очень давно.       Чодзюро откинулся на спинку стула. Рядом с ним сидела жена, а вокруг — его дети и их семьи. Он многое повидал и пережил, но никогда ещё не чувствовал себя таким старым, как сегодня.       Времена и впрямь изменились.       В прошлом женщины не обладали таким потенциалом магов. Но теперь сильнейшим магом в истории клана, уходящей корнями в эпоху до Хэйан, стала женщина с примесью иностранной крови в венах. По традиционным правилам и здравому смыслу это не должно было быть возможным. И всё же теперь эта самая возможность была прямо перед ним, и он больше не мог отрицать, что, возможно, именно эти самые традиции и мешали клану стать сильнее на протяжении всех этих столетий.       Наверное, пришло время уйти на покой.       Изящная морщинистая рука шлёпнула его по запястью.       — Дорогой, начинается.       Его жена выглядела такой взволнованной, словно это она стояла там, наверху.       Протянув руку, Чодзюро взял её ладонь в свою и снова посмотрел на деревянную сцену, наблюдая, как Наобито, нынешний глава клана, направляется к трибуне в самом начале сцены.

***

      — ...и поэтому мне доставляет огромное удовлетворение осознание того, что будущее клана сияет ярко, — произнёс Наобито в микрофон на трибуне. Стоя лицом к толпе, он говорил, и его голос разносился из динамиков, расставленных повсюду. — И хотя традиции, бывшие оплотом нашего клана, изменились, это лишь к лучшему. Подобно тому, как старые телевизоры, способные выдавать лишь 30 кадров в секунду, уступили место плоским экранам, которые выдают до 120 кадров в секунду, мы тоже должны модернизироваться в ногу со временем.       Сидя на безвкусно-помпезном троне, на который её усадили, Таня едва сдерживала гримасу. Помимо того, что ей приходилось слушать, как Наобито пытается втиснуть в свою речь как можно больше аналогий с телевидением и анимацией, она должна была сидеть на стуле — троне, — который был столь же бесполезно вычурным, сколь и дорогим.       Глядя на зрителей, она вновь была ошеломлена тем, сколько на самом деле членов клана здесь присутствовало. Она знала, что у клана много ветвей, особенно с разбавленными кровными линиями, но их количество поражало воображение.       Хуже того, ей придётся встретиться и пообщаться со всеми ними во время пира и в последующие дни, особенно учитывая, что все они, без сомнения, захотят наладить с ней связи.       А виновник всего этого — Наоя — сидел в первом ряду с самодовольной ухмылкой на лице. Была ли это месть за то, что его обошли при выборе главы клана? Если да, то она была скорее на уровне мелкой пакости, чем чего-то опасного. И всё же, ей нужно будет отплатить ему, когда всё это закончится.       В конце концов, Наоя практически закрепил у всех первое впечатление о ней: образ самовлюблённой женщины, восседающей на до абсурда экстравагантном троне.       ...ей действительно не следовало соглашаться позволить Наое заниматься организацией мероприятия.       — С огромным удовольствием я представляю нового лидера клана Зенин, — наконец объявил Наобито, вызвав у многих вздохи облегчения. — Таню Зенин!       Таня встала с трона и направилась к трибуне, а Наобито отошёл обратно на своё место. Подойдя, она поправила микрофон, закреплённый на ней.       Теперь требовалась речь.       — Уважаемые члены клана Зенин, — начала она. — Сегодня начинается переходный период в нашем великом клане. Исторически сложилось так, что клан Зенин действовал методами, которые, будучи эффективными для поддержания статус-кво, продемонстрировали свою неэффективность в вопросах распределения талантов и оптимизации ресурсов. В связи с этим я намерена внедрить поэтапную инициативу по реструктуризации, ориентированную на продвижение исключительно по заслугам...       Несколько человек в толпе дёрнулись. Кто-то кашлянул, а кто-то другой незаметно проверил время на часах.       — ...кроме того, в отношении внешних связей я намерена занять более проактивную позицию при взаимодействии как со Штабом магов, так и с нашими современниками. Это включает, но не ограничивается, пересмотр текущих соглашений, переоценку будущих...       Как раз в тот момент, когда Таня собиралась перевернуть следующую страницу заготовленной речи, Наобито встал и кашлянул в кулак.       — Прошу всех поприветствовать Таню Зенин. Величайшего мага, когда-либо украшавшего клан Зенин, и вашего нового главу клана!       Он начал яростно аплодировать.       Не прошло и секунды, как все зрители подхватили аплодисменты, настолько громкие, что они почти оглушали.       Она моргнула, удивлённая таким приёмом — нет, овациями стоя — и почувствовала, как на её губах невольно появляется улыбка.       Идеально сработано.

***

      Поместье Зенин выглядело именно так, как его представляла себе Рико Годжо. Оно было таким же грандиозным и вычурным, как и поместье Годжо. По правде говоря, внешне они были настолько похожи, что она задумалась, не нанимали ли они одного и того же дизайнера. Впрочем, учитывая, как оба клана, похоже, любили традиции, этим зданиям, вероятно, были сотни лет, или около того.       Фонари отбрасывали тёплое свечение на внутренний двор, освещая территорию и отражаясь от поверхности близлежащего пруда. Слуги бесшумно сновали между людьми, предлагая еду и напитки всем присутствующим на сегодняшнем мероприятии. А именно — на официальной церемонии возведения Тани в ранг нового главы клана Зенин.       Это больше походило на афтерпати, даже если они так это не называли.       — И у тебя было что-то подобное, прежде чем ты стал главой клана, Сатору? — спросила Рико, слегка склонив голову.       — Неа, я пропустил все эти формальности, — лениво ответил Сатору, держа руки в карманах. — Это просто бессмысленная встреча после самой церемонии. Надо же дать всем этим старым хрычам почувствовать свою значимость.       Рико лишь хмыкнула в ответ, блуждая взглядом по сторонам.       Учитывая, сколько людей было на самой церемонии, казалось странным, что здесь присутствовала лишь их малая часть. Впрочем, это было логично: такое количество народу просто не поместилось бы, даже в этом огромном дворе. Разве что если бы их набили как сардин в банке. При мысли об этом на её лице появилась лёгкая улыбка.       Среди толпы было много незнакомых лиц. Она предполагала, что большинство из них — члены клана Зенин, но наверняка были и гости, как она и Сатору.       Важные люди и всё такое.       Некоторые лица выделялись сильнее других. Как, например, седой старик, стоящий почти в центре двора и беседующий с небольшой группой людей так, словно он здесь хозяин. Если бы ей пришлось угадывать, он, вероятно, был бывшим главой клана Зенин; от него исходила та же аура, что и от отца Сатору.       А ещё там стоял крашеный блондин рядом с ним, скрестивший руки на груди с таким видом, будто он предпочёл бы оказаться где угодно, только не здесь.       На мгновение их глаза даже встретились.       Несмотря на то, что они никогда раньше не встречались, парень прищурился и смерил её свирепым взглядом. В отместку Рико показала ему язык и тут же юркнула за спину Сатору.       — Какой грубиян, — пробормотала она.       Сатору лишь фыркнул.       Проигнорировав грубого блондина, она снова переключила внимание на остальную толпу. Её взгляд перестал блуждать, когда она наткнулась на ту самую девушку, которую искала. Таня стояла чуть поодаль, одетая куда более официально, чем кто-либо другой. Несколько членов клана Зенин кружили вокруг неё, как мотыльки, слетевшиеся на свет. Хотя, если присмотреться, это могли быть служанки, судя по тому, как одна из них поправляла Тане рукав, а другая — причёску.       Рико почувствовала, как её пальцы за спиной инстинктивно сжались. Прошло немало времени с тех пор, как они разговаривали в последний раз.       Сатору взглянул на неё сверху вниз.       — Хочешь с ней поговорить?       — ...я не знаю, — призналась Рико. — Стоит ли?       — Да, почему нет? — Сатору ухмыльнулся. — Пошли.       Прежде чем она успела засомневаться, он уже зашагал вперёд.       — Эй, подожди меня! — крикнула Рико, поспешив за ним.       Таня заметила их приближение почти сразу.       Она что-то тихо сказала сопровождавшим её людям. Те поспешно поклонились и отошли, давая ей немного пространства. Затем её взгляд переместился на них и остановился на Рико, с расчётливым выражением в глазах. В этом не было ничего нового, ведь Таня смотрела на неё точно так же при их первой встрече.       Словно пытаясь её оценить.       Сатору небрежно махнул рукой.       — Йо, Таня.       — Сатору. — Она коротко кивнула. — Рада, что ты смог прийти. Я знаю, что в последнее время ты был занят делами своего клана.       Он лишь ухмыльнулся.       — Ни за что на свете не пропустил бы.       Затем внимание Тани полностью переключилось на Рико. Какое-то время они обе просто смотрели друг на друга. Сатору открыл рот, вероятно, чтобы что-то сказать, но Таня заговорила первой.       — ...Рико. Давно не виделись.       Рико неловко почесала щёку.       — Да... давненько.       Впервые за долгое время Рико вдруг почувствовала себя крайне неуютно. Атмосфера вокруг них казалась странной. Она не была враждебной или чем-то в этом роде, но и не ощущалась такой же, как раньше.       Рико перенесла вес на другую ногу.       — ...эм, поздравляю, — добавила она. — В смысле, с тем, что стала главой клана. И с окончанием школы тоже.       — Спасибо. — Возникла небольшая пауза. — Как твои дела? Надеюсь, Сатору серьёзно отнёсся к твоему новому членству в клане Годжо.       — Конечно, отнёсся! — вмешался Сатору. — Я купил ей все самые крутые вещи, о которых только может мечтать девчонка. Я даже провожу с ней персональные тренировки!       — Тренировки? — Таня изогнула бровь. — Для чего?       — Для магии, ну разумеется, — нахально ответил Сатору с ухмылкой. — Малышка Рико у нас хочет стать магом.       Таня снова посмотрела на неё, и Рико вновь почувствовала себя под микроскопом.       — ...понятно, — сказала Таня через мгновение. — И каковы успехи, Рико?       — Всё хорошо, — ответила Рико. — Я многому учусь.       — Хм. Хм. — Сатору гордо закивал. — Этого и следовало ожидать, когда тебя учу я.       Таня смерила его ровным взглядом.       — Я видела, как ты учишь. Из тебя едва ли получается хороший учитель, Сатору.       — Это ещё что должно значить? Скажи ей, какой я потрясающий, Рико!       Это была знакомая перепалка, которую Рико много раз видела между ними в прошлом. И почему-то, наблюдая за этим снова, она почувствовала, что напряжение спадает. Почти как будто ничего и не изменилось.       — Так и есть, по крайней мере, когда он вообще появляется, — добавила Рико, слегка пожав плечами. — К тому же он почти всегда опаздывает.       — Уф! — Сатору драматично схватился за грудь.       — Вечно прогуливает? — спросила Таня с лёгкой усмешкой. — Это так на него похоже.       — И объяснения у него ужасные.       — Понимаю. Обычно они сводятся к какой-нибудь вариации "просто сделай".       — Вот-вот! Не у всех же есть супер-особенные глаза, как у него.       — Иронично, как он жалуется на объяснения Сёко, когда его собственные немногим лучше.       — Эй, эй! — запротестовал Сатору. — С каких это пор разговор превратился в "помучай Сатору"?!       Рико рассмеялась, а губы Тани едва заметно дрогнули. И вот так Рико вдруг снова почувствовала себя комфортно в обществе Тани.       — Я вообще-то планирую поступить в Школу Магии в следующем году, — добавила Рико. — Можно мне... иногда обращаться к тебе за советом?       — Конечно, — ответила Таня. — Я дам тебе свой номер.       — Супер! — Рико просияла, доставая телефон. — Я готова.       Таня взглянула на устройство и замерла.       — ...это что, iPhone?       — А? — Рико моргнула. — Сатору подарил. А что, это что-то особенное?       — Он же ещё даже не вышел в Японии.       Сатору ухмыльнулся.       — Я же говорил тебе, что достал ей всё самое крутое, разве нет? Я заказал его из Америки.       — ...тебе действительно стоит так легкомысленно тратить средства клана Годжо? — бесстрастно спросила Таня.       — Ага, если я сам так решил, — нахально ответил Сатору. — Вот тебе профессиональный совет. Хороший глава клана знает, как сделать так, чтобы его люди были довольны.       — Забудь, что я спросила, — сухо отозвалась Таня, обмениваясь номерами с Рико.       — Спасибо, Таня. — Рико улыбнулась, взглянув на телефон. — Я напишу тебе позже.       — Договорились.       — Эй.       Внезапный четвёртый голос вмешался до того, как кто-либо успел сказать что-то ещё. Тот самый грубый блондин, что был раньше, теперь стоял в нескольких шагах от них. Его глаза на мгновение метнулись к Рико и Сатору — задержавшись лишь на секунду, — прежде чем окончательно остановиться на Тане.       — ...вы тут закончили, да? — спросил он.       — А тут похоже, что закончили, Наоя? — раздражённо спросил Сатору. — Научись читать атмосферу.       Наоя презрительно хмыкнул.       — А ты разве не занят тем, что подрабатываешь нянькой? — усмехнулся он, вздёрнув подбородок в сторону Рико. — Ей, наверное, уже пора спать.       — Ч-чего!? — возмущённо выпалила Рико, ткнув в блондина пальцем. — Кого это ты назвал низкорослой малолеткой!?       Наоя моргнул.       — ...я этого не говорил.       — Но намекнул!       — Вовсе нет.       — У тебя идиотский акцент! И отвратительно покрашенные волосы!       Сатору громко фыркнул со стороны.       — Ха! Даже она видит, что ты притворяешься блондином.       Глаз Наои на мгновение дёрнулся. Затем он развернулся — нарочито игнорируя Рико и Сатору — и снова посмотрел на Таню.       — Так вы здесь закончили или нет?       — Да, — спокойно ответила Таня. — А что?       — Старик сказал привести тебя, как закончишь болтать, — ответил он, пожав плечами. — Что-то там про "обязанности" и фотографии для архивов клана.       — Понятно. — Таня кивнула им обоим. — Тогда прошу меня извинить.       — Ага, — ответил Сатору. — Поговорим позже, Таня.       — Было приятно снова тебя увидеть, Таня, — добавила Рико.       Таня склонила голову, после чего повернулась и ушла. Наоя последовал за ней, не проронив ни слова.       — Хмф. — Рико скрестила руки на груди. — Серьёзно, какая муха его укусила?       Сатору лишь фыркнул.       — Этот парень - самый настоящий сисконщик.       — Он её брат?       — Двоюродный.       — "Сисконщик" не это значит, дурачок.       — Эх, семантика. — Сатору отмахнулся.       Рико лишь фыркнула и потянулась за пирожным с ближайшего стола.       Откусывая кусочек, она в последний раз задержала взгляд на Тане. Ту уже втянуло в очередную группу членов клана: она была окружена голосами и вспышками множества камер — все пытались запечатлеть её стоящей рядом с седым стариком.       Пирожное таяло во рту — мягкое, насыщенное и почти до приторности сладкое.       Сладость осталась на языке.       Даже если всё было уже не так, как раньше, Рико была рада, что снова смогла с ней поговорить. Потому что она действительно считала Таню своим другом, даже если та, возможно, не испытывала к ней того же.

***

      Маки перехватила камеру поудобнее.       Она была чуть великовата для её рук, но Маки не собиралась признавать это вслух. Ещё чего, давать им очередной повод смотреть на неё свысока, даже если это была просто работа прислуги — делать фотографии для клановых архивов. Она подняла камеру и прищурилась, глядя в объектив и стараясь поймать хороший кадр.       Щёлк.       Таня стояла в самом центре кадра — именно там, где и должна была.       Даже в окружении взрослых, старейшин клана и других важных фигур, она не выглядела неуместно. Скорее, всё было ровно наоборот. Все остальные подстраивались под неё, едва заметно смещаясь, словно вращаясь вокруг чего-то, что невозможно было игнорировать.       Это было естественно, ведь Таня была настолько невероятна.       Она совершила то, что все считали невозможным. То, чего не делал ни один Зенин до неё. И хотя изначально она была женщиной, чужаком, на которую многие в клане смотрели свысока, она поднялась на самую вершину и доказала, что все они ошибались. Она была воплощением всего того, каким, по мнению Маки, должен быть Зенин.       И однажды она хотела стать такой же, как она.       Щёлк.       Маки сделала ещё один снимок. На этот раз Таня была запечатлена посреди разговора с Наобито.       — Маки.       Знакомый голос вырвал её из сосредоточенности.       — Чего тебе, Наоя? — спросила она, опуская камеру.       Наоя стоял рядом, засунув руки в карманы и глядя на неё со своим обычным безразличием.       — Сфотографируй, — приказал он.       — ...кого?       Он цокнул языком.       — Меня. С ней.       Маки моргнула.       — ...зачем?       — Потому что старику нужны фотографии для архивов клана, — тут же ответил Наоя. — Не тупи.       — Ага, он хочет её фотографии для архивов. Ну, знаешь, того человека, ради которого всё это устроено?       Наоя злобно уставился на неё.       Она ответила ему таким же взглядом.       — Просто сделай этот чёртов снимок, мелкая.       — Ладно, — ответила Маки. — Но взамен я тоже хочу один.       Наоя снова цокнул языком, после чего направился к Тане.       — Эй, — произнёс он, и толпа расступилась от одного звука его голоса. — Сфотографируйся со мной.       Таня мельком взглянула на него, затем на Маки.       — Хорошо.       Наоя встал рядом с Таней, скрестив руки на груди, в то время как Таня просто заложила руки за спину. На её лице появилась натренированная улыбка, а Наоя принял свою обычную самодовольную ухмылку.       Маки быстро настроила фокус, прежде чем нажать на кнопку.       Щёлк.       — Готово, — сказала Маки.       — Отлично, — ответил Наоя, уже направляясь обратно.       Маки протянула камеру ему. Он просто уставился на неё. А потом на неё саму.       — Давай же, — надавила Маки, раздражённая. — Я же твою сделала.       — Тц. — Наоя выхватил камеру из её рук. — Тогда пошевеливайся.       Маки лишь улыбнулась и подбежала к Тане.       — Могу ли я тоже сфотографироваться с Вами, Таня-сама?       — Конечно.       Маки быстро заняла место рядом с ней, изо всех сил стараясь вести себя обычно. Таня же просто приняла ту же позу, что и раньше.       Наоя поднял камеру.       — Стой смирно, мелкая, — проворчал он.       Маки немедленно выпрямила спину.       Щёлк.       — Спасибо, Таня-сама.       — Не за что благодарить.       Маки всё равно слегка поклонилась, прежде чем побежать обратно к Наое. Тот опустил камеру и без слов передал её обратно. Она с жадностью взяла камеру, глядя на экран. Таня стояла — идеальная, как всегда, — а рядом с ней была Маки. Она выглядела немного скованно и нервно, но она всё же была там, с ней.       Часть чего-то большего.       Её пальцы слегка сжали камеру.       — ...спасибо, — пробормотала она.       Похоже, Наоя её не услышал, так как уже развернулся и ушёл. Это было неважно; Маки не возражала. Вместо этого она снова посмотрела на фото.       Этот снимок не попадёт в клановые архивы. Она оставит его себе. Он будет служить ей мотивацией. Потому что, как и на этой фотографии, однажды Маки будет стоять рядом с ней на равных.