Между строк

Таня задержалась в клубе дольше всех. Подруги уже разошлись по домам, а ей не хотелось возвращаться в пустую квартиру – родители снова уехали в командировку. Она заказала третий коктейль и облокотилась на барную стойку, наблюдая, как танцпол постепенно пустеет. Именно тогда она заметила ее. Блондинка в обтягивающем черном платье сидела в дальнем углу зала, курила тонкую сигарету и что-то писала в блокноте. Даже в полумраке клуба было видно, как леденящие голубые глаза контрастируют с ярко-алыми губами. Таня не заметила, как сама начала двигаться в ее сторону. – Место свободно? – спросила она, указывая на соседний стул. Голубоглазая блондинка медленно подняла взгляд, окинула Таню оценивающим взглядом и убрала блокнот в сумку. – Для такой красивой девушки – всегда, – ее голос звучал низко и немного хрипловато. Таня села, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. – Я Таня. – Джулия, – блондинка протянула руку, и Таня заметила тонкие длинные пальцы с коротко подстриженными ногтями. – Ты здесь часто бываешь? – спросила Таня, делая глоток из бокала. – Первый раз, – Джул улыбнулась, обнажив ровные белые зубы. – Переехала в город недавно. Разговор завязался легко. Джул оказалась удивительно эрудированной – они говорили о книгах, музыке, искусстве. Таня не могла оторвать взгляд от ее губ, от того, как они искривленно улыбались, когда Джулия отпускала очередную язвительную шутку. – Ты слишком молода для таких разговоров, – вдруг заметила Джули, пристально глядя на Таню. – А ты слишком самоуверенна, – парировала та. Голубые глаза вспыхнули интересом. – Докажи, что я ошибаюсь. Таня не помнила, кто из них первый наклонился, но через мгновение их губы уже слились в поцелуе. Вкус виски и сигарет, смешанный с дорогими духами, заставил Таню зажмуриться. Джулия первой прервала поцелуй. – Моя квартира в двух кварталах отсюда. Таня лишь кивнула.

***

Джул прижала Таню к двери, как только та переступила порог. Ее пальцы впились в бедра девушки, губы обжигали кожу на шее. – Ты такая податливая, – прошептала Джулия, кусая Таню за мочку уха. – Только с тобой, – выдохнула та в ответ. Джул медленно провела руками по бокам Тани, заставив ее содрогнуться. – Боюсь, мне придется тебя разочаровать, – она улыбнулась, отстраняясь. – Я люблю контролировать каждый момент. Таня почувствовала, как сердце бешено заколотилось в груди. Голубоглазая развернула ее спиной к себе и медленно расстегнула молнию на платье. – Так лучше, – прошептала она, целуя плечи Тани. Таня зажмурилась, когда тонкие пальцы скользнули под ткань бюстгальтера. – Джулия.. – она не успела договорить, как губы блондинки снова нашли ее. Таня закусила нижнюю губу, когда пальцы Джул скользнули под ткань её платья. Прохладные подушечки пальцев обжигали кожу, оставляя за собой мурашки. — Ты дрожишь, — прошептала та прямо в ухо, и её горячее дыхание заставило Таню сжать кулаки. — Это.. потому что холодно, — выдохнула Таня, хотя в квартире было душно. Джулия рассмеялась — низко, хрипловато, и одной рукой расстегнула застёжку бюстгальтера. — Врёшь так плохо, — она обвила другую руку вокруг талии Тани и резко прижала её к себе спиной. — Но мне нравится. Таня вскрикнула, когда зубы Джулии впились в её плечо. Боль смешалась с удовольствием, и она почувствовала, как между ног стало тепло и влажно. Джул, будто читая её мысли, провела ладонью по животу вниз, остановившись у края трусиков. — Такая мокрая уже, — она улыбнулась в кожу Тани. — А мы только начали. Таня зажмурилась, когда длинные пальцы скользнули под кружевную ткань. Первое прикосновение к её кипящей плоти заставило её вскрикнуть. — Тише, — Джулия прикрыла её рот ладонью. — Или ты хочешь, чтобы нас кто-то услышал? Но пальцы не останавливались, скользя вдоль её складок, собирая влагу, надавливая ровно настолько, чтобы Таня закусила губу до боли. — Джул... — она застонала ей в ладонь. Блондинка убрала руку и резко развернула Таню лицом к себе. Она притянула её за шею в поцелуй, одновременно с этим просовывая два пальца внутрь. Таня вскрикнула ей в рот, цепляясь за её плечи. Джулия двигала пальцами медленно, но глубоко, большим пальцем надавливая на клитор. — Ты такая тесная, — она прикусила губу Тани. — Как будто никогда этого не делала. Таня, красная от стыда и возбуждения, могла только кивнуть, и в тот момент Джулия лишь нарастила темп, делая толчки грубыми. — Кончай для меня, — приказала Джулия, и Таня послушалась, сжимая её пальцы внутри, трясясь в волнах оргазма. Та вытащила пальцы, облизала их, не отрывая ледяного взгляда от Тани. Таня легла на спину, тяжело дыша, её тело всё ещё мелко дрожало от пережитого удовольствия. Простыни под ней были прохладными, волосы растрёпаны, а губы слегка опухшие от поцелуев. Джулия сидела рядом, облокотившись о подушку, и уже докуривала сигарету. Дым кольцами уплывал в полумрак квартиры, подсвеченный лишь неоновым светом из окна. — Ты... — Таня попыталась говорить, но голос сорвался. — Я? — Джул повернула голову, и голубые глаза холодно блеснули в темноте. — Ты так... — Таня жестом показала на себя, на кровать, на них обеих. Джулия усмехнулась, достав два бокала с виски. — Это было просто развлечение. Не усложняй. Она сделала глоток и протянула бокал Тане. Та взяла, пальцы их на секунду соприкоснулись — кожа Джул была прохладной, несмотря на только что закончившийся секс. Таня сделала глоток, алкоголь обжёг горло. — Я так не думаю, — она вдруг сказала, неожиданно для себя самой. Джул подняла бровь. — Ты не просто так это сделала, ты смотрела на меня весь вечер. Джул затянулась, выдохнула дым прямо в лицо Тане. — Может быть, но это ничего не меняет. Она наклонилась и вдруг провлажным пальцем провела по шее Тани, дотронулась до её губ. — Ты вкусная, но утром я уезжаю. Таня почувствовала, как внутри всё сжалось. — Почему? — Потому что так надо. — Джул раздавила сигарету в пепельнице и лениво потянулась. — Спи, кошка. Она повернулась на бок, спиной к Тане, ясно давая понять, что разговор окончен. Таня сжала простыни в кулаках, но через минуты три тёплое дыхание Джул стало ровным — она заснула. Таня долго смотрела на её спину, на следы своих ногтей между лопаток, на растрёпанные светлые волосы, а потом осторожно прижалась губами к её плечу. Джули во сне вздохнула, но не проснулась.

***

Утро встретило Таню пустотой в кровати и запиской на тумбочке: «Было прекрасно. Надеюсь, наши пути еще пересекутся.

Возможно твоя Д.»

Таня улыбнулась и потянулась за телефоном. Понедельник, школа, благо это был последний год в школе, она еле успела на первый урок. – Слышала? У нас новая преподавательница по психологии, – прошептала подруга, когда Таня втиснулась за парту. – И что? – Говорят, строгая. Когда в класс вошла она, Таня едва не поперхнулась. Черный брючный костюм, собранные в тугой пучок волосы, холодный взгляд. Таня сидела за последней партой, нервно теребя край учебника. Всё её тело помнило вчерашнюю ночь — прикосновения Джулии, её губы, голос, шептавший похабные слова прямо в ухо. А теперь эта же женщина стояла у доски в строгом костюме, представляясь классу как их новый преподаватель психологии. — Меня зовут Джулия Владимировна, — её голубые глаза скользнули по классу, задержавшись на Тане дольше, чем нужно. — Сегодня мы начнём с основ поведенческой психологии. Таня опустила взгляд, чувствуя, как краснеет. Она заметила, как пальцы Джулии слегка дрожат, когда та открывает учебник. Значит, она тоже волнуется. — Ларина, — вдруг раздался её голос. — Как вы считаете, может ли случайная сексуальная связь повлиять на профессиональные отношения? Класс захихикал. Таня подняла глаза и увидела едва уловимую ухмылку в уголках губ Джулии. — Я... не знаю, — прошептала Таня. — Тогда подойдите к доске, разберём этот вопрос вместе, — Джулия протянула ей мел. Когда их пальцы соприкоснулись, Таня почувствовала знакомый электрический разряд. Джулия наклонилась, будто помогая с формулировкой, и прошептала: — Здесь, после седьмого урока.

***

Таня стояла перед дверью кабинета психологии, дрожащими руками поправляя воротник блузки. Она вошла без стука. Джулия сидела за столом, освещённая последними лучами заходящего солнца. Она медленно подняла голову. — Закрой дверь на ключ. Таня повиновалась, сердце бешено колотилось в груди. — Подойди сюда. Они стояли лицом к лицу, разделённые лишь учительским столом. Джулия обхватила пальцами край стола, будто сдерживая себя. — Ты понимаешь, что это безумие? — спросила она тихо. — Да. — Меня могут уволить. — Никто не узнает. Джулия резко встала, заставив Таню отступить назад. В два шага она преодолела расстояние между ними. — Ты не представляешь, как сложно было сегодня вести урок, зная, что ты сидишь там, — её голос дрожал. — Зная, что под этой юбкой. Таня ахнула, когда Джулия резко прижала её к шкафу с учебниками. — Я должна была это проверить, — прошептала Джулия, задирая Таню юбку. Её пальцы скользнули между ног Тани, подтверждая догадку. — Грязная девочка, — выдохнула Джулия, чувствуя влажность. — Ты специально? Таня могла только кивнуть, прикусив губу. Джулия внезапно отстранилась, поправила волосы и отошла к столу. — Иди домой. — Но... — Сегодня — нет. — Голос Джулии снова стал твёрдым, учительским. — Я должна быть уверена, что ты способна соблюдать правила. Она протянула Тане ключ. — Завтра. В это же время. Если придёшь — значит, ты моя. Если нет — мы больше не вспоминаем о вчерашнем дне. Таня взяла ключ, их пальцы снова соприкоснулись. — Я приду. Дверь закрылась за ней с тихим щелчком.

***

Таня пришла первой. Она сидела на учительском столе, расставив ноги, когда Джулия вошла в кабинет. — Я твоя, — просто сказала Таня. Джулия закрыла дверь на ключ, прижала Таню к стене кабинета, одной рукой зажав её запястья над головой. Второй рукой она медленно расстегнула верхние пуговицы блузки, обнажая бледную кожу. — Ты дрожишь, — прошептала она, касаясь губами ключицы Тани. — Боишься, что нас услышат? Таня лишь кивнула, чувствуя, как горячее дыхание Джулии обжигает кожу. — Хорошо, — губы скользнули вниз, к груди. Она резко засунула пальцы в рот Тане, заставив её сглотнуть слюну. Свободной рукой Джулия задрала юбку, обнажив голые бёдра. Её пальцы скользнули между ног, собирая влагу, она улыбнулась и резко ввела два пальца внутрь, заставив Таню вскрикнуть. — Тссс, — она прикрыла её рот ладонью. Многневние и движения её пальцев стали быстрее, глубже. Большой палец надавливал на клитор, заставляя Таню выгибаться. Таня закусила губу, чувствуя, как волны удовольствия накрывают её. Ноги задрожали, тело напряглось, Джулия вытащила пальцы и облизала их, не отрывая ледяного взгляда от Тани.

***

Таня сидела за партой, стиснув бёдра, когда Джулия вела урок. Преподавательница медленно ходила между рядами, время от времени останавливаясь за спиной у Тани. — Интересный момент, — голос Джулии звучал ровно, но только Таня слышала лёгкую хрипотцу, — когда человек испытывает сильные эмоции, его зрачки расширяются. Её пальцы скользнули по плечу Тани, задерживаясь на секунду дольше, чем нужно. — Ларина, вы можете привести пример? Таня почувствовала, как по спине пробежали мурашки. — Я... — её голос дрогнул, когда Джулия наклонилась, якобы чтобы посмотреть в её тетрадь. — Например, — прошептала Джулия так, чтобы слышала только она, — когда тебя прижимают к стене в пустом кабинете. Таня покраснела до корней волос, Джулия отошла, удовлетворённо улыбаясь.

***

Таня закрыла за собой дверь в квартиру Джулии, прислушиваясь к тишине квартиры. Где-то капал кран, за окном шумел дождь, а из гостиной доносился тихий звук джаза – Джулия любила старые пластинки. Она сняла ботинки, оставив их аккуратно у двери, и прошла на кухню. Джулия стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле. На ней были те самые домашние брюки с выцветшими котами и просторная рубашка – вещи, которые никто, кроме Тани, не видел, да и Ларина их видела впервые. На удивление дома Джули была безумно нежной. — Ты забыла поесть, – сказала Джулия, не оборачиваясь. Таня улыбнулась и прижалась к её спине, обняв за талию. — Я ждала тебя. Джулия накрыла кастрюлю крышкой и повернулась. Её руки – те самые, что днём так уверенно держали её – теперь мягко обняли Таню, пальцы запутались в её волосах. — Идиотка, – прошептала она, целуя её в лоб. Они устроились на диване, под одним одеялом. Джулия разлила суп по тарелкам, строго следя, чтобы Таня ела. — Расскажи что-нибудь, – сказала она, отламывая кусок хлеба. И Таня рассказывала. О контрольной по алгебре, о дурацкой ссоре с подругой, о том, как мама опять звонила и спрашивала, почему она так редко бывает дома. Джулия слушала, иногда комментируя, иногда просто кивая. Её пальцы то и дело находили Танины – переплетались с ними, сжимали, гладили костяшки. — А у тебя как? – спросила Таня, когда тарелки опустели. Джулия откинулась на спинку дивана и закатила глаза. — Директор снова носится со своей инициативой про «духовные скрепы». Таня фыркнула и прижалась к её плечу. — Ну и идиот. — Да уж. Дождь за окном усиливался. Джулия встала, чтобы поставить пластинку – что-то медленное, с хрипловатым саксофоном. — Потанцуй со мной, – сказала она, протягивая руку. Таня засмеялась. — Я не умею. — Никто не видит. И они закружились посреди гостиной, неуклюже, смешно. Джулия напевала что-то под нос, а Таня чувствовала, как её дыхание смешивается с запахом её духов – дорогих, с нотками мускуса. — Ты пахнешь как учительница, – пробормотала Таня, уткнувшись носом в её шею. Джулия рассмеялась. — Я и есть. — Не здесь. — Нет, – согласилась Джулия, – не здесь. Они доплясали до спальни. Джулия расстегивала Танину блузку медленно, будто разворачивала подарок. — Ты так красивая, – прошептала она, и в её голосе не было привычной уверенности – только тепло. Позже, когда за окном уже совсем стемнело, они лежали, сплетясь, под одним одеялом. Джулия рисовала пальцами узоры на Таниной спине, а та слушала, как бьётся её сердце. — Ты завтра придёшь? – спросила Джулия, и голос её звучал так, будто она боялась ответа. Таня подняла голову и поцеловала её в уголок губ. — Конечно. Джулия закрыла глаза и притянула её ближе. — Хорошо.