четыре
19 марта 2026 г., 19:18
«Париж звучит как мечта, дорогая».
Дженни больше всего на свете хотелось уехать.
Ее мать ходила по спальне со сложенной одеждой в руках и оживленно рассказывала о местах, которых никогда не видела.
«Я уверена, что там будет чудесно, мам». Она помолчала. «И… спасибо, что позволяешь мне это делать».
Позволяешь? Дженни рассмеялась про себя. Родители поддерживали ее больше, чем кто-либо другой.
«О, не переживай. Я понимаю, как это бывает. Ты заведешь новых друзей, приведешь мысли в порядок и начнешь с чистого листа. Это именно то, что тебе нужно».
Дженни сдержанно кивнула.
Уйти – это хорошо.
Именно то, что ей было нужно.
спорили говорили. Но Чеён была её лучшей подругой, и Дженни считала своим долгом отчитаться перед ней.
«Она, кажется, была довольно… расстроена, как мне показалось».
«Из-за чего?»
«Ну, из-за того, что ты порвала с ней по телефону. А еще из-за того, что ты ее заблокировала и не отвечала».
Чеён поджала губы. «Она не хотела со мной встречаться. У меня не было выбора!»
«Именно это я и сказала!» — ахнула Дженни. — «Милая, ты не виновата в том, что все так вышло».
«Да… не виновата».
По нерешительному взгляду Чеён Дженни поняла, что та все равно чувствует себя виноватой. Осознание того, что Джису расстроена, не помогло – скорее, только усугубило ситуацию. Дженни постучала пальцами по колену Чеён, ожидая, что та посмотрит на нее. Но Чеён не поднимала глаз.
Дженни не знала, что произошло между Джису и Чеён, но ей и не нужно было этого знать, чтобы понять, что чувства никуда не делись. По реакции обеих девушек было легко понять, что между ними накопилось много неразрешенных противоречий, какова бы ни была причина. Не было ни злобы, ни обиды, только… разочарование.
«Хочешь с ней поговорить?» — тихо спросила она. Дженни даже не думала о том, чтобы встретиться с Тэяном, чтобы развеять свои сомнения, но она знала, что ситуация с Чеён иная.
Чеён вздохнула и накрыла руку Дженни своей, остановив ее. «Даже если бы я попыталась, она бы, скорее всего, не послушалась».
«Что ты имеешь в виду?»
«Ну, знаешь», — Чеён слегка закатила глаза, — «у нее обычное отношение я не вижу проблемы, даже когда проблема явно есть».
«А в чем проблема?» — поинтересовалась Дженни. Ей всегда было любопытно, что заставило Чеён передумать. Она не так часто встречалась с Джису, но Чеён была так влюблена. Должно быть, случилось что-то серьезное, раз она так резко все бросила.
«Ну, иногда мне казалось, что у нас с ней разные взгляды на жизнь».
«Что?»
«Ничего», — Чеён быстро пресекла дальнейшие расспросы, встала и сложила одеяло.
«Она волнуется, понимаешь?» — как бы невзначай заметила Дженни. Чеён на мгновение замерла, и Дженни увидела в ее глазах тревогу.
«Из-за чего?»
«Из-за тебя».
Чеён поджала губы и вернулась к уборке.
«Она, похоже, не беспокоилась обо мне, когда неделями не выходила на связь», – усмехнулась она.
Так что... Дженни была недалека от истины, когда обвинила Джису в том, что та избегает общения с ней. Она действительно не могла понять, что такого сложного в общении. Это основа любых долгосрочных отношений. Но, с другой стороны, Дженни сама была брошена и не могла ничего сказать.
«Ты уверена, что не хочешь с ней встретиться?»
«Все кончено, мне больше нечего сказать».
Дженни не совсем в это поверила.
----
Прошло чуть больше недели, и Дженни снова оказалась на знакомой тропинке, ведущей к ее самому любимому заведению быстрого питания. После того как Лиса любезно разрешила ей взять свою одежду, чтобы переодеться по дороге домой, Дженни пообещала вернуть ее выстиранной, как только сможет. Изначально планировалось встретиться с ней на следующий день после того, как она одолжила одежду. Дженни не хотела рисковать и забыть о встрече, чтобы не вернуть вещи, что было маловероятно, но все же возможно. Она даже уточнила у Лисы, когда та будет свободна, прежде чем уйти в тот вечер. Она не хотела показаться навязчивой, но, исходя из предыдущего опыта, Дженни не хотела заходить в закусочную, когда там работает менеджер Лисы. (Это ничем хорошим не закончилось бы, Дженни специально подчеркнула это.) То, что помешало ей вернуться на следующий день, было ничем иным, как очередным разбитым сердцем. Когда Тэян с ней расстался, Дженни разрывалась между злостью и горем. Почему-то ей казалось, что больше всего пострадала ее гордость, а не сердце. Конечно, тот факт, что Тэян несколько дней заставлял ее чувствовать себя полной неудачницей, не добавлял ей оптимизма, но Дженни постепенно начала учиться не думать о нем. В отличие от Дженни, Чеён сама решила положить конец своим отношениям. «Решила» – громкое слово, подумала Дженни. Чеён просто ускорила процесс, пока не стало слишком больно. Вот во что верила Дженни и в чем пыталась убедить Чеён. Расставание Дженни прошло иначе. Например, Чеён плакала почти каждую ночь после того, как рассталась со своей девушкой. Дженни сильно сомневалась, что Тэян переживал нечто подобное после того, как бросил ее. Скорее всего, он не испытывал чувства вины и не сожалел о том, как отреагировал на расставание, хотя Дженни могла бы поспорить, что он вел себя как полный придурок. А вот Чеён... она чувствовала всё и вся. Дженни посоветовала своей лучшей подруге взять несколько выходных. Это не сразу улучшило бы ее самочувствие, но лучше всего было бы остаться дома и отдохнуть в первые пару дней. Чеён послушалась ее – на один день. Чеён была не только добрейшей душой на свете, но и умела быть чрезмерно позитивной и оптимистичной. Это была одна из причин, по которой она так хотела, чтобы Дженни нашла себе кого-то другого. Она верила, что после каждой грозы бывает радуга, и жила по этому принципу. Дженни не была уверена, что это ей как-то помогает. Чеён вернулась к работе в кафе через сорок восемь часов после расставания. Дженни предположила, что это было своего рода отвлечением. Чеён уходила утром и возвращалась поздно вечером, так что у нее почти не оставалось времени на мысли о бывшей. И хотя Чеён постоянно повторяла, что с ней все в порядке, Дженни каждое утро замечала у нее опухшие глаза. Дженни знала. И Чеён тоже знала. Мы не подходим друг другу. Это было единственное объяснение, которое дала Чеён. Не было смысла торопиться. Дженни не стала расспрашивать, почему Чеён поступила так, как поступила. В конце концов, несовместимость – вполне уважительная причина для расставания. Дженни прекрасно это понимала. Но когда Дженни видела грусть в глазах Чеён всякий раз, когда на экране ее телефона появлялось лицо бывшей девушки, она чувствовала, что между ними есть невысказанное. В последующие недели Дженни была занята по той простой причине, что на ней лежали обязанности лучшей подруги. Одна мысль о том, чтобы оставить Чеён одну в такой уязвимый момент, вызывала у Дженни тревогу. Она вспоминала, как Чеён была первой, кто спросил, как у нее дела, когда о разрыве ее отношений еще никто не знал. Чеён за версту чуяла, что Дженни сама не своя, и она была как никогда близка к горькой правде. Дженни не успела и слова сказать, как Чеён уже стучалась в дверь ее номера с пивом и едой на вынос. Так поступали все лучшие друзья. Чеён ни о чем ее не просила, но Дженни все равно заходила в ее кафе сразу после работы. Каждый день она удобно устраивалась за первым попавшимся свободным столиком и просматривала на своем ноутбуке дизайны и отчеты, пока Чеён работала. «Мне нравится звук печатания», — сказала ей однажды Чеён. Дженни знала, что она имела в виду не сам звук, а то, что он не дает тишине воцариться в комнате. Дженни сама с этим сталкивалась: в полной тишине ее мысли становились громче, и Чеён, скорее всего, чувствовала то же самое. Поэтому, даже закончив работу, Дженни продолжала нажимать на клавиши ноутбука. Чеён не придется беспокоиться о тишине, пока Дженни рядом. Дженни вспомнила, что произошло, только когда Чеён принесла из своей комнаты знакомый пластиковый пакет. «Это твоя одежда?» Верно. Мокрая одежда Дженни, которая больше недели пролежала в пластиковом пакете на столе Чеён. — «Черт». Не обращая внимания на ужасный запах от одежды, Дженни, не теряя времени, по очереди запихнула все вещи в стиральную машину. Она не слишком переживала за свою одежду (кроме, может быть, новых джинсов), но начала слегка паниковать, когда с сушилки исчезла толстовка Лисы. Она помнила, что постирала ее и повесила сушиться вместе с лосинами и нижним бельем, но огромной белой толстовки нигде не было видно. Чеён пришлось на цыпочках прокрасться в свою комнату и вернуться с пропажей, прежде чем сердце Дженни снова забилось в привычном ритме. «Прости, я взяла ее несколько дней назад. Я думала, она твоя». Дженни не могла злиться, когда Чеён так дулась. В конце концов, они с Чеён часто делились одеждой, даже не спрашивая разрешения. – «Ничего страшного, я просто постираю его еще раз». После двух дней стирки, сушки и глажки Дженни наконец нашла время вернуться в закусочную Лисы. У Чеён был выходной, так что Дженни не беспокоилась, что подруга будет скучать в кафе. Скорее всего, она сидела дома, закутавшись в одеяло, под звуки диснеевских мультфильмов. Как обычно, Дженни остановилась прямо перед стеклянной дверью, чтобы заглянуть внутрь и убедиться, что заходить безопасно. Она трижды проверила свои записи, чтобы убедиться, что Лиса работает по субботам (а ее менеджер – нет), и с радостью увидела, что за стойкой действительно стоит только она. Однако довольно необычным было то, что с Лисой оживленно беседовал еще один человек, стоявший по другую сторону прилавка. Дженни осторожно подошла к входу и заметила, что незнакомец – женщина. Дженни видела только ее спину, пока та продолжала разговор, но по чистой темно-синей медицинской форме, в которую была одета незнакомка, Дженни предположила, что это врач. Странно. Дженни понятия не имела, почему врач решила провести субботний вечер в таком месте. И у нее не было времени разбираться. Как только Дженни открыла дверь, она услышала только голос девочки. А потом застыла на месте. «Ты!» – чуть не закричала Дженни, захлопнув за собой дверь. Она вытянула свободную руку и обвиняюще указала пальцем на девушку в медицинском халате. Одного низкого голоса было достаточно, чтобы понять, кто перед ней, но когда девушка повернула голову, Дженни видела только красный. Сначала девушка просто бросила на нее скучающий взгляд. Но потом, когда их взгляды наконец встретились, Дженни увидела, как легкое раздражение на лице девушки постепенно сменяется полным недоумением. Она узнала ее – Дженни была в этом уверена. – «Что ты здесь делаешь?» Дженни недоверчиво рассмеялась. Она уверенно шагнула к сидящей девушке и остановилась в нескольких сантиметрах от ее носа, вытянув указательный палец. Из-за неожиданного приближения девушка резко откинулась назад и уперлась рукой в столешницу, чтобы не упасть. – «Клянусь, Ким Джису, я так близка к тому, чтобы дать тебе пощечину». Джису крепко схватила ее за руку и отвела в сторону. «Я бы хотела посмотреть, как ты попытаешься, Дженни». «Не испытывай мое терпение...» — Дженни грубо прервали, схватив за плечи и заставив сделать два шага назад. «Что я говорила о том, чтобы не срываться на первом встречном?» В голосе Лисы слышалась чуть большая паника, чем в предыдущие разы, когда Дженни так поступала. Возможно, дело было в том, что на этот раз Дженни не собиралась отступать. Не сводя глаз с Джису, она подняла другую руку и толкнула пластиковый пакет, который держала, в грудь Лисы. – «Твоя одежда». Джису перевела взгляд на Дженни. – «Какого черта у нее твоя одежда?» «Э-э…» «Не переводи тему». — Дженни быстро вернула внимание к себе. Это был довольно высокомерный жест, но когда дело касалось разбитого сердца ее лучшей подруги, Дженни была беспощадна. – «Я думала, что больше никогда тебя не увижу, но раз уж мы здесь, не хочешь объяснить, какого хрена ты так поступила с Чеён?» «Ты серьезно? Она была той, кто порвал со мной. Это не моя гребаная проблема, что она чувствует себя слишком виноватой из-за этого». «И как ты думаешь, чья это тогда вина?» «Ну, честно говоря, это не твое гребаное дело, Дженни». «Еще как мое дело, когда ты обижаешь мою лучшую подругу», – возразила Дженни. Джису по-прежнему сидела, скрестив руки на груди. Дженни тоже не собиралась отступать. «Дамы, пожалуйста… давайте все успокоимся, хорошо?»----
Через несколько минут Дженни оказалась за тем же столом, что и в предыдущие разы, когда устраивала сцену перед Лисой. Не то чтобы она делала это намеренно, но почему-то она всегда оказывалась в неподходящее время в неподходящем месте (не считая Лису, разумеется). Напротив нее сидела не кто иная, как Джису, тоже с недовольным выражением лица. Дженни без проблем ответила ей сердитым взглядом. Лиса быстро вернулась за свой столик. Она явно не доверяла Дженни и Джису настолько, чтобы оставлять их наедине надолго, и Дженни не могла ее в этом винить. Если бы они продолжили ссориться, Дженни не смогла бы сдержаться. «Вот твоя диетическая кола», – весело объявила она, ставя серебристую банку перед Дженни. Затем она повернулась к Джису и так же радостно улыбнулась. – «А вот твой апельсиновый сок». «Что? Я тоже просила диетическую колу», — возмутилась Джису. «Да, но у нас осталась только одна». «И почему она ее получила?» Лиса пожала плечами, не обращая внимания на агрессивные претензии. «Ну, я подбросила монетку. Решка – Дженни, орел – тебе. Так получилось, что выпала решка». «Да, точно. Это никак не связано с твоей слабостью к хорошеньким-» Дженни не могла не заметить, как Лиса слегка пнула ее под столом. Это было сложно не заметить, учитывая, что Джису издала самый громкий стон боли, наклонившись, чтобы потереть икру. Лиса невинно похлопала девушку по спине, а Джису пробормотала себе под нос: «Ты за это заплатишь, Манобан». Несмотря на беспокойство по поводу исхода разговора, Дженни вежливо попросила Лису оставить их с Джису наедине. Удивительно, но Лиса согласилась дать им несколько минут на разговор, хотя Дженни сомневалась, что беседа затянется. Вряд ли она вообще получит какие-то ответы. Уже то, что Лисе удалось усадить Дженни и Джису за один стол, не доведя ни одну из них до истерики, было впечатляющим. Дженни была не в настроении вести светскую беседу, особенно с Джису. Но, учитывая, что она находилась в общественном месте, где были люди, она хотя бы могла вести себя прилично. Но это не означало, что она не могла вести себя самодовольно. Дженни даже не пыталась скрыть ухмылку, когда поднесла банку к губам и сделала глоток. Джису явно разозлилась, но благоразумно решила промолчать. За все время отношений Чеён Дженни встречалась с Джису всего дважды. Она бесчисленное количество раз видела фотографии и слышала истории от своей подруги, но, учитывая, что Дженни все еще была с Тэяном и работала полный день, у нее не всегда было время на встречи с этой парой. Первая встреча была формальным знакомством за ужином, во время которого Дженни узнала о профессии Джису и об основах их отношений. Если она ничего не путает, они впервые встретились после того, как Чеён случайно порезалась разбитым стаканом на работе. Дженни пришлось выслушать восторженный рассказ лучшей подруги о симпатичном враче, которая несколько часов накладывала ей швы. Во второй раз Дженни столкнулась с этой парой в кафе. Джису была в белом халате и такой же медицинской форме, как та, что на ней сейчас, только более светлого оттенка синего. В ее наряде не было ничего необычного, учитывая безумный график работы Джису. Она чаще бывала в больнице, чем дома, и Дженни предполагала, что это может стать проблемой в отношениях. В то время она почти не общалась с этой парой, но до сих пор помнит, как обе девушки смотрели друг на друга с любовью в глазах. «Что пошло не так?» – первое, что спросила Дженни. Джису с недовольным видом взяла свой сок в упаковке и сорвала пластиковую обертку с прикрепленной соломинкой. Она проткнула острым концом отверстие для питья и начала делать большие глотки. «Черт его знает», — наконец ответила она, стиснув соломинку зубами. «То есть ты хочешь сказать, что даже не знаешь, почему она с тобой рассталась?» Джису отвела взгляд и покачала головой. Дженни закатила глаза. «Для начала было бы неплохо, если бы ты ответила честно». «Как будто я тебе что-то должна». «Ты права, ты не обязана мне ничего объяснять. И все же я не вижу, чтобы ты собиралась уходить». После этого Джису замолчала. Дженни вздохнула, скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. Она заметила, что нога Джису под столом подпрыгивает, но взгляд девушки оставался бесстрастным. «Вы с Лисой переспали?» «Что, прости?» Дженни выпрямилась. В этот момент раздался звук, будто тарелка упала в раковину. «Одежда». «Это было… нет, ответ – нет», — объяснила Дженни, покраснев. Тот факт, что Джису смутила ее своими комментариями, не способствовал вежливому обсуждению. – «И опять же, перестань пытаться сменить тему». «Как дела у Чеён?» Вопрос прозвучал так неуверенно, что Дженни едва его расслышала. Она удивленно подняла бровь, не ожидая, что Джису сдастся. – «А тебе какое дело?» Другая девушка сжала в руке пустой пакет из-под сока и с силой швырнула его на стол. «Может, вы обе просто… прекратите? Чеён заблокировала меня буквально везде. Все, чего я хочу, – это немного больше общения, ясно? Черт возьми, мне пришлось написать ей, потому что она не отвечает на сообщения и звонки с незнакомых номеров. И знаешь что? Я даже не заслуживаю такого допроса, когда она бросила меня по телефону». «Она порвала с тобой по телефону, потому что ты, тупица, не хотела с ней встречаться». «Я врач, чего она от меня ждала? Что я буду уходить из отделения неотложной помощи, когда вздумается?» Дженни усмехнулась. «Да, конечно. С твоей стороны довольно бесстыдно делать вид, что она не просила несколько раз. И каждый раз ты придумывала одно и то же оправдание». Джису резко встала и уставилась на Дженни, нахмурив брови. Она положила ладони на стол и наклонилась так, что Дженни услышала ее взволнованное дыхание. «Я закончила этот разговор. Передай Чеён, что если ей когда-нибудь понадобятся ответы, она знает, где меня найти». — Не дожидаясь ответа Дженни, она схватила свои вещи и направилась к двери. Дженни хихикнула. — «Это не сработало, да?» Джису замолчала, ожидая продолжения. «Я имею в виду, твоё избегание. Поэтому ты отказалась с ней встречаться, да? Потому что знала, что она тебя бросит?» Дженни не хотела заходить так далеко. Оглядываясь назад, она понимает, что единственной стервой во всей этой ситуации была она сама. Она даже не знала всей истории: при виде того, как страдает Чеён, у нее кровь вскипела, но это все равно не давало ей права так себя вести. Ей действительно стоило перестать лезть в чужие дела. Джису опустила взгляд, намеренно скрывая боль в глазах. — «Да, может, поэтому». Джису не дала ей времени извиниться и выбежала за дверь. Дженни вздохнула и обхватила голову руками, потирая уставшие глаза. Почему она так плохо умеет разбираться в чувствах других людей? Учитывая специфику своей работы, Дженни считала, что неплохо умеет принимать решения. Когда дело доходило до выбора тканей и материалов для дизайна, корректировки размеров или подбора наиболее подходящих моделей для модных показов, Дженни всегда находила ответ за считанные секунды. А вот с пониманием людей все было не так просто. Дженни часто делала неверные предположения, которые приводили к хаосу. «Это было не очень красиво». Да, это действительно было некрасиво. Дженни обрадовалась, что Лиса не стала ее отчитывать. «Мне правда очень жаль». «Бывало и хуже», — задумчиво произнесла Лиса, обходя стол. Она села на то же место, где минуту назад сидела Джису. Дженни молча ждала, пока Лиса вытирала со стола несколько капель сока, а потом отложила влажную салфетку в сторону. «В следующий раз, может, стоит действовать нежнее». «Я не планирую это повторять». «О? Ты получил все ответы?» Лиса слегка улыбнулась. «На самом деле нет». Что ж, один ответ она все-таки получила. Дженни поняла, что Джису еще даже не начала забывать Чеён, а поскольку ее лучшая подруга была в похожем состоянии, Дженни не думала, что они скоро придут в себя. «Ты знаешь, почему они расстались?» Лиса спокойно покачала головой. – «Честно говоря, я ни о чем не спрашивала». «Конечно», — рассмеялась Дженни. Так они и познакомились. – «Ты не задаешь вопросов, но при этом даешь правильные ответы». «Это не так». «Для меня так». Может быть, Лиса просто с рождения умела читать Дженни так, словно знала ее десятилетиями. Это был талант, а не навык. Дженни знала бы об этом, ведь она совершенно не умела читать людей, сколько бы ни пыталась. Она даже не могла понять, почему Тэян с ней расстался, не говоря уже о том, чтобы разобраться в скрытых проблемах других людей. «Так… ты лучшая подруга Чеён?» «Ты ее знаешь?» «Только по имени. Я с ней никогда не встречалась». Дженни нахмурилась. — «Никогда? Они были вместе почти два года». «Я знаю. Джису ни разу не предложила нас познакомить, а я не просила». «Не странно ли это?» — удивилась Дженни. Наверняка у Джису была возможность познакомить свою девушку с близкой подругой. «Опять же, я не задаю вопросов». «Да-да, я поняла», — отмахнулась Дженни. — «То есть ты хочешь сказать, что они встречались больше года и расстались, но ты ни разу… ни разу не видела Чеён лично?» «Нет». «Точно. Интересно». «Тебе стоит перестать этим заниматься». «Перестать что?» Лиса игриво постучала указательным пальцем по лбу Дженни. «Пытаться напрягать свой маленький мозг, когда в этом нет необходимости». Дженни надула нижнюю губу. «Я просто пытаюсь…» «…разобраться?» «…да». Лиса усмехнулась в ответ на полушутливый вопрос. Она посмотрела на напиток Дженни, затем снова подняла глаза и указала на полупустую банку кока-колы. — «Можно?» «Бери». Пить из одной банки было странно интимно, но Дженни решила, что они уже через многое прошли и ей не должно быть неловко. После их второй встречи она надела (чистое) нижнее белье Лисы, так что хуже уже быть не могло. Мысли Дженни прервала сцена, в которой Лиса пыталась пить из банки, не касаясь губами горлышка. У нее неплохо получалось, но несколько капель кока-колы все же попали мимо рта. Дженни не смогла сдержать улыбку. Ловко, но все равно неаккуратно. Когда Лиса поставила банку на стол, Дженни достала из сумки чистую салфетку. — «Вот, держи». «Спасибо». «Я не ожидала, что ты так поступишь». «Ну, разве тебе не было бы неловко, если бы я этого не сделала?» «Поверь, мне уже все равно». — Дженни заметила, как слегка покраснели щеки Лисы. Это было довольно мило. — «Кстати, спасибо». «За что?» «За колу», — Дженни подняла банку и одним глотком допила остатки напитка. «Ты на самом деле подбросила монетку?» Лиса изо всех сил старалась подавить усмешку. «Это выглядело так, как будто я подбросила?» «Ни капельки». «Достаточно справедливо. Я просто подумала, что новые клиенты должны быть в приоритете. Кроме того, Джису всегда получает бесплатную диетическую колу». «Разве это не против правил или что-то в этом роде?» «Нет, когда заведение принадлежит ее отцу». «Твой босс - это… отец твоей подруги?» Лиса кивнула. «А еще он мой арендодатель». Каким-то образом все необычное в Лисе стало обретать для Дженни смысл. «Понятно. Ты на него в обиде?» «Не особо», — сухо ответила Лиса. — «У меня есть работа и дом, жаловаться не на что». «Тебе здесь нравится?» — вдруг спросила Дженни. — «Я имею в виду твою работу». «Я не против, но и не жду чего-то особенного». «Полагаю, это не работа твоей мечты». Впервые на лице Лисы появилась грустная улыбка. — «Даже близко нет». Дженни была застигнута врасплох этим подавленным тоном. По большей части Лиса всегда говорила о своей жизни довольно равнодушно. За исключением того случая, когда она впервые увидела старый район Дженни, Лиса никогда не поднимала эту тему. «Так в чем же дело?» «В чем что?» «В работе твоей мечты», — уточнила Дженни. «А это важно?» «Конечно, важно, ты же не собираешься на пенсию». «И не собираюсь менять работу». «Ты мне не скажешь?» «Ты не перестанешь ныть?» «Я не ною!» — фыркнула Дженни. Может, и так, но Лисе не стоило так на этом заострять. — «С тобой невесело». «И все же это... третий раз, когда ты сюда приходишь?» «Эй, на этот раз у меня была причина», — Дженни указала пальцем на брошенный на стойке пластиковый пакет. — «После сегодняшнего вечера я могу официально исчезнуть». «И кто тут скучный?» «А что?» — Дженни придвинулась ближе, положив руку на стол. — «Тебе ведь нравится мое общество, да?» «Все это было шуткой», — сказала Дженни. Но то, как Лиса отвела взгляд и затеребила пальцы, навело ее на мысль, что, возможно, она не так уж далека от истины. «Ну, у меня особо нет выбора». Дженни сморщила нос, изображая полушутливое, полуобиженное выражение, и скомкала салфетку, которую Лиса оставила на столе. Она не почувствовала себя виноватой, когда швырнула ее в Лису, которая начала хихикать, глядя на ее лицо. «Ладно, хорошо, ты не такая уж плохая». «Не так уж и плохо?» — недоверчиво повторила Дженни, но из-за смеха, который так и рвался с ее губ, слова, вероятно, прозвучали не так четко, как ей хотелось. Беззаботный смех Лисы был невероятно заразительным.----
В последнее время Дженни, похоже, повадилась ошиваться на рабочих местах своих друзей и составлять им компанию. Можно ли вообще назвать Лису ее подругой? Дженни полагала, что да. Она точно была не просто случайным знакомым, как ее коллеги по модной студии. В любом случае Дженни была рада, что Лиса стала чуть более приветливой с клиентами, и ей хотелось думать, что отчасти это благодаря ей самой, которая развлекала девушку в перерывах между заказами. «Ты мечтаешь быть знаменитой?» Составлять компанию также означало задавать вопросы, на которые у Дженни не хватало слов. В свою защиту она могла бы сказать, что молчала бы, если бы не тот факт, что Лисе нравилось слушать ее безумные догадки. Когда посетителей не было, сидеть в тишине было неловко. «Что за знаменитость?» — спросила Лиса, хотя Дженни чувствовала, что ее ответ далек от правильного. «Не знаю, ты мне скажи». «Ну, мне говорили, что раньше я была похожа на айдола из K-pop». Это была довольно интересная информация, но не особо полезная. — «Как именно ты выглядела раньше?» «Ну, э-э...» – Лиса почесала затылок и тихо рассмеялась. – «Раньше я часто красила волосы». «Правда? У тебя есть какие-нибудь фотографии?» «Я так не думаю», - Лиса покачала головой и отвела взгляд. «А даже если бы и были, я бы никогда никому их не показала». «Почему? Слишком неловко?» «Эй! Раньше я выглядела очень хорошо. Как айдол, помнишь?» - Возразила Лиса почти самодовольно. «И сейчас ты выглядишь очень хорошо», — рассмеялась Дженни. Трудно было не заметить, что Лиса очень красивая. Она не прилагала особых усилий, чтобы выглядеть привлекательно, и Дженни сказала это в качестве комплимента. Она не красилась, но ее лицо было от природы красивым, а из одежды у нее были в основном свободные худи и футболки, но даже в фартуке Лиса выглядела очень стильно. По мнению Дженни, у нее был просто потрясающий вкус. Комментарий прозвучал небрежно, и именно поэтому у Лисы тут же покраснели уши. Девушка с трудом подбирала слова и вместо этого в десятый раз за вечер принялась протирать прилавок. Дженни наслаждалась каждой секундой. «Не привыкла к комплиментам?» Лиса откашлялась. «Ну, сложно сказать, что я хорошо выгляжу, когда ты выглядишь так». Дженни не нужно было смотреть на свой наряд, чтобы понять, о чем говорит Лиса. В отличие от Лисы, Дженни предпочитала более облегающую одежду, за исключением повседневной. Это было связано с тем, что на работе ей приходилось носить строгую одежду. Иногда она надевала платья и длинные пальто, иногда — сшитые на заказ женские костюмы, но в целом придерживалась одного стиля. «Спасибо. Но я по-прежнему настаиваю на своих словах». Лиса по-прежнему не смотрела на нее. Дженни улыбнулась еще шире. «Может, тебе стоило ответить на вопрос о работе, чтобы не краснеть», — поддразнила она. «Я не... краснею», — пробормотала Лиса, убирая чистящие средства. Ее слова резко контрастировали с раскрасневшимися щеками. Лиса начала снимать рабочую форму, и Дженни, взглянув на настенные часы, присвистнула от удивления, увидев, который час. «Фотограф». Дженни мгновенно повернулась к Лисе. «Что?» «Я мечтала стать фотографом», — уточнила Лиса. Она не выглядела разочарованной или расстроенной, но Дженни чувствовала, что и не радуется. «Мечтала?» — осмелилась спросить Дженни. Лиса напевала, выключая свет на кухне. Она вышла из служебного помещения и присоединилась к Дженни за столом, который та практически присвоила себе. — «Ты, наверное, никогда не увидишь меня в другом месте работы». Советы по выбору профессии были не сильной стороной Дженни. С первого курса университета у нее было довольно четкое представление о том, чем она хочет заниматься в жизни, и с тех пор она шла к своей цели. Должно быть, она делала что-то правильно, раз сейчас работает в сфере моды. Однако в глазах Лисы не было и намека на амбиции. «Ну, ты же можешь оставить это как хобби, верно? И подождать, пока появится возможность превратить это в профессию». Лиса рассмеялась в ответ на это предложение. «Я бы ждала очень долго. Я же тебе говорила, да? Надежда – это не про меня. К тому же у меня даже нет камеры, чтобы снимать это в качестве хобби». Дженни нахмурилась. — «Но если дело в твоей страсти...» «У меня было это», — поспешила добавить Лиса. Она небрежно переплела пальцы и подняла руки над головой, разминая спину после долгой смены. Это почти отвлекло Дженни от того, что она хотела сказать. «Но я его продала». «Погоди, что? Зачем?» «Зачем вообще кто-то продает свои любимые вещи?» — риторически спросила Лиса, опуская руки и расслабляясь на стуле. «Да, но… а что, если…» Дженни с трудом подбирала слова. Как Лиса могла отказаться от того, что любила больше всего на свете? «Любые деньги – это деньги, Дженни». Лиса ответила на ее безмолвный вопрос. «Иногда, чтобы выжить, нужно просто делать все, что потребуется». «Деньги – это не всё, есть еще...» «Именно так сказал бы человек с деньгами», — усмехнулась Лиса. Дженни не могла с этим поспорить, не показавшись при этом лицемеркой. Она родилась в богатой семье, и на ее нынешней работе платили более чем достаточно, чтобы она могла ни в чем себе не отказывать. Она никогда не стремилась выставлять напоказ свое богатство или принижать трудности, с которыми сталкивалась Лиса. Лиса, похоже, не обиделась, но Дженни все равно переживала, что их разговор может задеть ее чувства. «Я что, только что вела себя как бесчувственная стерва?» «Нет», — Лиса тут же одарила ее самой ободряющей улыбкой. — «Я все понимаю». «Прости, я просто подумала…» Дженни искренне верила, что Лиса способна на многое, но она явно забыла, что для большинства людей жизнь – та еще сука. «Я знаю, но я уже давно сдалась. Я вложила в это всю душу, но, в общем, ничего не вышло». Дженни могла понять, почему Лиса перестала расстраиваться. Должно быть, ей было тяжело продолжать попытки и ждать, и Дженни не могла ее винить. «Понятно». «Уже поздно», — Лиса встала и указала на часы. — «Мне скоро закрывать. Как ты доберешься домой?» Дженни решила, что таким образом она завершает разговор. «На автобусе», — Дженни тихо собрала вещи и пошла за другой девушкой. — «Автобусная остановка ближе, чем вокзал». «Да, это недалеко».----
Когда Лиса сказала ей что это недалеко, Дженни не подумала, что та собирается проводить ее до автобусной остановки. Ей не стоило так удивляться, ведь Лиса никогда не упускала возможности доказать Дженни, что мир не полностью состоит из придурков. Они шли уже несколько минут довольно медленным шагом. Улица была почти пустой, если не считать проезжающих мимо машин. Лиса решила держаться ближе к краю тротуара, который находился рядом с проезжей частью, и Дженни не могла отделаться от мысли, что на это решение повлиял печальный опыт, когда быстрые машины разбрызгивали воду. В тот вечер риск был невелик, ведь дождя не было, но Дженни все равно оценила эту заботу. «У тебя нет машины?» Дженни хотелось рассмеяться. Многие в тот или иной момент задавали ей этот вопрос, естественно предполагая, что у нее есть какой-нибудь современный автомобиль. — «Я не умею водить». Ей льстило, что люди думали, будто она умеет водить, но печальная правда заключалась в том, что Дженни так и не сдала экзамен по вождению. В предыдущие годы Тэян обычно подвозил ее до работы, а на обратном пути ей нужно было просто сесть на поезд. Это было лучше, чем тратить деньги на такси или три часа ждать после работы, пока ее парень заберет ее домой. Конечно, теперь у Дженни не было машины, но общественный транспорт вполне ее устраивал. «Ты никогда не подавала заявление на получение лицензии?» — удивилась Лиса. «Я пыталась», — поморщилась Дженни. — «Дважды провалилась». «Дважды подряд?» «О нет, я не так стремилась уязвить свою гордость». — Дженни усмехнулась. — «В первый раз я попробовала, когда еще училась в старшей школе, а потом еще раз, когда только окончила университет и вернулась в Сеул. Оба раза были провалами, но, думаю, первая неудача всегда ранит сильнее всего». «Это был теоретический или практический экзамен?» «Практический. Я слишком нервничала». К тому же она чуть не сбила кого-то, но Лисе не обязательно было об этом знать. «Это вполне объяснимо», — прокомментировала Лиса. Дженни что-то промычала в ответ, но, когда они подошли к автобусной остановке, ей пришлось прищуриться, чтобы разглядеть маленький электронный экран с расписанием. Ей пришлось сделать еще несколько шагов, прежде чем текст стал разборчивым, и она разочарованно застонала, увидев время ожидания следующего автобуса. «Двадцать минут? Это что, шутка?» «Могло быть и хуже». Оптимизм Лисы звучал почти так же позитивно, как у Чеён. Но от этого Дженни не стало легче. «Такими темпами мне придется сдавать третий экзамен по вождению», — пробормотала она. Она ничего не могла сделать, чтобы выиграть время, поэтому со вздохом устало опустилась на холодное металлическое сиденье. Через полсекунды она с криком вскочила и потерла ягодицы. «Черт, сиденья ледяные». Не дождавшись ответа от Лисы, Дженни повернулась к девочке, чтобы проверить, здесь ли она. На ее лице отразилось недоумение, когда она увидела, что Лиса, никуда не девшаяся, снимает с себя одежду. — «Что ты делаешь?» Лиса молча сняла толстовку и бросила ее на сиденья на автобусной остановке. Затем она снова надела куртку и выжидающе посмотрела на Дженни. — «Садись». Как только Дженни поняла, что произошло, она тут же начала качать головой, взяла толстовку и протянула ее Лисе. «Тебе будет холодно. Надень ее обратно». Лиса пожала плечами и взяла толстовку, но вместо того, чтобы выполнить приказ Дженни, положила ее обратно на стол и села сверху. Она похлопала по месту рядом с собой, приглашая Дженни присоединиться. «Ты такая надоедливая», — наконец пробормотала Дженни, но все же села рядом с девочкой, не возражая. «Ты так не думаешь». «Нет, не думаю», — обреченно призналась Дженни. Лиса вовсе не раздражала ее. Дженни просто ненавидела то, что Лиса продолжала проявлять доброту, но она не могла ответить ей тем же. Лиса скрестила длинные ноги и засунула руки в карманы куртки. Дженни подумала, что без толстовки ей, наверное, холодно. «Знаешь, ты можешь пойти домой. Ждать придется минут двадцать, если я неясно выразилась». «Прошло уже восемнадцать минут», — заметила Лиса. — «И ты сидишь на моей толстовке». Дженни закатила глаза. «Ладно, во-первых, я же просила тебя вернуть её. А во-вторых, я могла бы просто постирать её и вернуть, как в прошлый раз». «Знаешь, для человека, который был так уверен, что сможет исчезнуть после сегодняшнего вечера, ты как-то слишком часто находишь повод вернуться». При виде возмущенного лица Дженни ухмылка Лисы стала еще шире. «Так раздражаешь», – повторила она, и это прозвучало скорее как нытье, чем как жалоба. – «И я никогда не говорила, что собираюсь исчезнуть». Дженни не хотела исчезать. В Лисе было что-то такое, что помогало ей чувствовать себя спокойно даже в самые трудные времена, и Дженни не хотела этого лишаться. Она не знала, чувствует ли Лиса то же самое, но заметила, что поведение девушки во время работы постепенно меняется. Лиса всегда была спокойной, но в последнее время стала чуть более оживленной. Неважно, было ли это связано с чудесным присутствием Дженни, но она с радостью осталась бы, если бы это помогло Лисе не так сильно скучать на ее, скажем так, невдохновляющей работе. Лиса просто кивнула, похоже, довольная ответом. Затем она вытянула ноги и смущенно уставилась на свои туфли. «Где ты училась?» «Ты про мой диплом?» «Ты сказала… что тебе нужно вернуться в Сеул, верно? Где ты была до этого?» — довольно нерешительно спросила Лиса. Дженни показалось забавным, чем должно было. Она легонько толкнула ее плечом. «Я думала, ты не задаешь вопросов». «О, можешь не отвечать, если не хочешь». «Я спрашивала и о более странных вещах», — задумчиво произнесла Дженни, вспомнив о своей неудачной попытке опознать мальчика на фотографии в рамке, которую ей показала Лиса. По сравнению с этим вопрос Лисы был довольно невинным. «Я переехала в Париж, чтобы получить образование в сфере моды». «Звучит... очень здорово», — прокомментировала Лиса, хотя в ее тоне было что-то необычное, но что именно, Дженни не могла понять. Учеба за границей определенно была... чем-то особенным. Дженни возражала не против опыта как такового, а скорее против событий, которые привели к ее переезду во Францию в возрасте восемнадцати лет. Это помогло бы, если бы это было ее планом с самого начала, но этого никогда не было. Она не думала, что упоминание об этом пробудило бы воспоминания, о которых она не думала годами. «Теоретически да, звучит как мечта». «Теоретически?» Разочарование в ее голосе, должно быть, почувствовала Лиса, которая повернулась и с любопытством посмотрела на нее. «Почему? Твои родители были против этого?» Дженни фыркнула. — «Как раз наоборот. Это долгая история». История, которую Дженни предпочла бы навсегда забыть. Как ни странно, Лиса, похоже, была очень увлечена этой темой, и Дженни захотелось, чтобы время в автобусе пролетело быстрее. «Они, наверное, очень тобой гордятся, да?» «Не знаю», — пробормотала Дженни. — «Я не общалась с ними много лет». «О», — глаза Лисы расширились. Вероятно, она поняла, что затронула больную тему. — «Прости, мне не стоило ничего говорить». Дженни стало неловко, она не могла этого отрицать. Как бы хорошо она ни ладила с Лисой, она была не готова говорить об этой части своего прошлого. Но, заметив обеспокоенный взгляд Лисы, она не удержалась и ободряюще ей улыбнулась. «Все в порядке. Я приберегу разговор о родителях для встречи номер двадцать». «Это довольно серьезное обязательство», — усмехнулась Лиса, но ее взгляд по-прежнему был прикован к Дженни с некоторой неуверенностью. — «Ты сделаешь это? Придешь ко мне двадцать раз?» «Эй», — Дженни игриво толкнула Лису в колено. — «Не обязательно всегда так. Почему бы тебе не прийти ко мне?» «Я не знаю, где ты работаешь и где живешь». Рабочее место Дженни, скорее всего, было бы ужасным. Там не было приличного места, где можно было бы посидеть, кроме ее кабинета, а Дженни не хотела бы проводить за этими четырьмя стенами больше времени, чем необходимо. Она не представляла, чтобы Лисе понравилась такая формальная обстановка. «Чеён, моя подруга... у нее есть очень милое кафе неподалеку отсюда. По вечерам там не так многолюдно, и я как раз прихожу туда, чтобы ее навестить». Дженни любила кафе Чеён. Оно было не самым большим, там не было вычурных картин на стенах или другого дорогого декора, но Дженни нравилось, что там было тихо и уютно. Возможно, дело было в позитивной энергии Чеён, которая отражалась во всем, что она делала. — «Раз Джису не удосужилась ее представить, может, я сделаю это за нее». Было ли это странно? Дженни была почти в восторге от перспективы знакомства своей лучшей подруги с Лисой. Несмотря на все подшучивания, она действительно думала, что Чеён она понравится. Пригласить Лису в их кафе было самым меньшим, что могла сделать Дженни, ведь она намекнула, что они увидятся еще раз двадцать. (Не в качестве потенциального объекта любви, как утверждала Чеён.) Лиса тут же согласилась.----
Чеён дулась. Дженни вошла в их общую квартиру и увидела, что другая девушка лежит на диване, закутавшись в нежно-голубое одеяло. Оно было накинуто на все тело и голову, но Дженни все равно разглядела обиженное выражение лица, когда Чеён встретила ее обвиняющим взглядом. «Ты бросила меня», — захныкала она. Чеён крепко вцепилась в одеяло и отвернулась в противоположную сторону, раздраженно фыркнув! Дженни громко рассмеялась, сбросила пальто и разулась. «Ты такой большой ребенок», — проворковала она, плюхнувшись рядом с Чеён и широко раскинув руки. — «Иди сюда, я все исправлю». Чеён по-прежнему не смотрела на неё, но, не мешкая ни секунды, бросилась в объятия Дженни, которая, в свою очередь, прижала к себе большой комок одеял и с любовью погладила её по голове. «Ты все это время была в закусочной?» – едва слышно спросила Чеён, растворяясь в объятиях Дженни. «Да, а еще долго ждала автобус». «Хорошо провела вечер без меня?» Дженни несколько секунд размышляла, стоит ли упоминать о своей встрече с Джису. Она не хотела портить вечер Чеён, но и не хотела лгать, упуская что-то из виду. Она подумала о Тэяне и о том, как люди сами рассказывали ей о том, что видели его, без ее вопросов. Это было неприятно, но Дженни все равно хотела знать. «Сегодня я встретила Джису.» Чеён тут же выпрямилась и сбросила одеяло с плеч. «Правда?» Дженни кивнула. «Судя по всему, она близкая подруга Лисы. Она была там, когда я вошла». «О», — тихо выдохнула Чеён. Она неловко потерла руку и избегала зрительного контакта. «Она… она что-то сказала?» Дженни очень старалась не выдавать Джису никакой информации о Чеён, когда они
