совершенства не существует

«У нас не было другого выбора, Дженни. Эти... сомнительные комментарии распространялись со скоростью лесного пожара. Что было бы, если бы об этом узнал твой дедушка? Или твоя сестра? Ты должна понимать, что семья превыше всего». – От покровительственного тона у Дженни свело челюсти. – «Ты должна понять, что мы с твоим отцом просто хотим для тебя самого лучшего». «Точно. Лучше всего было отправить меня на другой конец света. Поняла». «Нам нужно было держать ситуацию под контролем». «Но дело было не в ситуации, верно? Потому что я сказала тебе, что ничего не было», — усмехнулась Дженни. — «Дело было во мне. Ты хотела контролировать меня». «Ты сама выбрала университет и получила желаемую специальность. Мы тебя ни к чему не принуждали». «Я не о дипломе говорю!» — раздраженно воскликнула Дженни. — «Ты хотела, чтобы я ушла. Ты думала, что, если я исчезну, все решится само собой. Именно поэтому и ты, и папа – отъявленные трусы». «То, что мы против ненормального поведения, не делает нас трусами, Дженни Ким». И в этот момент её мать перестала быть похожа на её семью.  

***

  Дженни была уверена в себе, когда объявила о возвращении в мир свиданий. Она уже не в первый раз пытается найти подходящего человека, каждый вечер знакомясь с разными людьми. Она уже проходила через это, и именно так она встретила своего бывшего парня. Дженни познакомилась с Тэяном на съемках фотосессии, за которыми она наблюдала, и он довольно быстро попросил у нее номер телефона. Она была очарована им с первого взгляда, когда они вышли на улицу вместе, и тогда же поняла, что не хочет встречаться ни с кем другим. Прошло три года, и они уже не были вместе, но Дженни до сих пор помнила то чувство, когда она просто знала, что нашла того самого. Того, кого ей хотелось бы видеть снова и снова. Того, с кем ей никогда не надоест разговаривать. Того, кто мог бы легко завоевать ее сердце. Очевидно, что Тэян не был тем, кто ей нужен, но Дженни не обязательно было думать об этом так далеко наперед. Ей просто нужно было найти родственную душу, а с тем, как долго продлится эта связь, разберется время. Когда она впервые рассказала Чеён о своих планах, та пришла в неописуемый восторг. Она тут же открыла профили многочисленных знакомых в соцсетях, настаивая на том, что чем больше вариантов, тем лучше. Дженни пришлось поблагодарить ее за то, что она немного облегчила ей задачу по поиску потенциальных партнеров, но она была очень строга в выборе людей, с которыми хотела общаться. «Я не хочу разговаривать с теми, кто живет не в Сеуле». Это было ее первое условие. Чеён дулась и обижалась, просматривая имена своих друзей в Австралии, а также некоторых родственников и друзей из далеких городов Южной Кореи. Дженни не хотела строить отношения на расстоянии, особенно с человеком, которого она раньше не видела. Она не была против подобных отношений как таковых, но была почти уверена, что у нее ничего не выйдет с человеком, с которым она не могла видеться регулярно. Она не хотела рисковать. «Ты даже не знаешь, кто этот человек!» Должно было быть очевидно, что Дженни не собиралась встречаться с совершенно незнакомыми людьми. Даже если это был друг друга, Дженни нужна была какая-то гарантия, что человек, с которым она идет на свидание, порядочный. Таким образом, симпатичные парни и девушки, за которых никто не мог поручиться, были исключены из списка. «Ты же говорила, что она раньше встречалась с женщиной?» Большинство женских профилей, которые показывала ей Чеён, принадлежали девушкам, которые, как она была уверена, не против встречаться с... другими девушками. Если бы Чеён не подтвердила, что эти девушки не интересуются исключительно парнями, Дженни бы дала им зеленый свет ради собственного спокойствия. Она не хотела сталкиваться с отказами в духе «я натуралка», если можно было этого избежать, особенно с «я натуралка, но не против попробовать». По опыту Дженни, в конце концов они всегда начинали возражать. Со временем, когда они начали собирать информацию о людях, которые нравились Дженни настолько, что она могла с ними связаться, у них появился список потенциальных партнеров. На самом деле список был не таким уж длинным. Она записала меньше десяти имен, и Дженни даже не была до конца уверена, что хочет со всеми ними познакомиться. По правде говоря, она даже не была уверена, что хочет им писать. Она никогда не испытывала потребности переходить в личные сообщения; от одной этой мысли ей казалось, что она делает что-то запретное. Поэтому за нее отвечала Чеён. Она не просила о свидании напрямую, а скорее заводила разговор в духе «у меня есть одна горячая штучка, которая может вас заинтересовать». В основном это делалось для того, чтобы понять, кто из кандидатов действительно заинтересован в отношениях. Некоторые сразу же отвечали вопросом «насколько горячая?», что немного смущало Дженни, а другие просто читали сообщения Чеён, что совсем не радовало ее подругу. В итоге она закончила на трех мужчинах. Первый парень, как ни странно, был моделью, как и ее бывший. В его профиле были как профессиональные фотосессии, так и фотографии с, судя по всему, дорогого отпуска. Он был из тех, кто много путешествует ради удовольствия, что показалось Дженни довольно скучным. Чеён познакомилась с этим парнем через свою сестру, хотя толком с ним и не общалась. Чтобы узнать о нем как можно больше до встречи, Дженни даже написала Элис и спросила, как они познакомились и такой ли он приятный в жизни, как в сети. Старшая подруга уклончиво ответила, что они как-то вместе ездили за границу с общими друзьями. «Я почти ничего не помню, кроме того, что все мои незамужние подруги пускали слюни по этому парню. Кажется, он был ничего». Это была вся информация, которую Дженни получила от сестры Чеён. Это был не зеленый свет, но Дженни решила дать ему шанс. Он пригласил её на ужин. Это был обычный ресторанный сет с стейком слабой прожарки и красным вином. По какой-то причине именно такие свидания ассоциировались у Дженни с его профилем в соцсетях. Поначалу он был очень милым. Он представился как Роун, и Дженни не могла не заметить, что при личной встрече он выглядел как настоящая знаменитость. У него был высокий рост и низкий голос, и он соответствовал всем ее подростковым стандартам. Первая проблема была в том, что Дженни уже не была подростком, и с тех пор ее взгляды сильно изменились. Роун любил много говорить о себе. Дженни бы не возражала, если бы не тот факт, что он также любил перебивать ее, как только она открывала рот. Она хотела узнать его получше, но не могла сказать того же о нем. Дженни сомневалась, что он вообще помнит ее имя. «Ты когда-нибудь ныряла с аквалангом? Когда я был на Гавайях…» Ей становилось все труднее и труднее уделять ему все свое внимание. Истории, которые он рассказывал, повторялись одна за другой, но Роун этого совершенно не замечала. Он упомянул какой-то особенный, уникальный случай, произошедший с ним в какой-то далекой стране, а затем следующие десять минут хвастался этим. Снова и снова. Дженни это уже порядком надоело. Она время от времени молча кивала, и, видимо, этого было достаточно, чтобы Роун продолжал говорить о том, о чем хотел. По крайней мере, еда была приличная, хотя она никогда не была большой любительницей стейков. Роун не мог этого знать, ведь он даже не спросил, что она хочет, но зато не забыл поделиться забавным рассказом о роскошном ужине в ресторане Гордона Рамзи в Лондоне в прошлом году. Дженни наконец-то удалось отвлечься от рассказов Роуна, когда к их столику подошел сомелье. Как только зашла речь о вине, Роун воспользовался случаем, чтобы продемонстрировать свои познания в области изысканных вин, которые, по его словам, он приобрел во время поездки во Францию. Дженни особенно гордилась собой, когда не стала поправлять его ужасное произношение французских вин. Вряд ли ему было бы интересно узнать, что она три года училась в Париже. Он спросил, бывала ли она когда-нибудь в этой стране, и, не дождавшись ответа да, продолжил разговор с сомелье. Бедняга, – подумала Дженни. Голос Роуна начал затихать, когда Дженни услышала, как у нее в кармане завибрировал телефон. Как можно незаметнее она потянулась к спинке стула, чтобы достать телефон из кармана. Она открыла экран, чтобы посмотреть уведомления. Улыбка появилась на ее губах, когда она увидела имя Лисы в последних сообщениях. Лиса как проходит твое свидание? 19:14 Они наконец обменялись номерами после того, как Лиса справедливо заметила, что у нее нет возможности связаться с Дженни в кафе. Сначала Дженни просто попросила Лису написать ей, когда у нее будет вечерняя смена (без менеджера) и она будет чувствовать себя одиноко. Девушка поддразнила ее, сказав, что у этого предложения очень непристойный подтекст, но Дженни поспешила его опровергнуть. Как ни странно, пару дней назад Лиса спросила Дженни, когда та планирует снова начать ходить на свидания. Дженни почти забыла, что Лиса была первым человеком, которому она рассказала о своих намерениях, и после некоторого замешательства все же сообщила ей о предстоящем свидании с Роуном. Лиса пожелала ей всего наилучшего, но вечер для Дженни обернулся настоящей катастрофой.

Дженни  просто ужасно 19:15

Лиса ответила почти сразу, и Дженни была рада отвлечься. Роун, казалось, вообще ничего не заметил, потому что уже вовлек сомелье в свой рассказ. Лиса что именно ужасно? 19:15

Дженни   он.  19:15

Лиса он что, пристает к тебе? тебе нужна моя помощь? 19:15

Дженни 

 пожалуйста :( 19:15

Лиса, казалось, что-то печатала несколько секунд, а потом вышла из сети, так и не отправив ответ. Дженни вздохнула и положила телефон на колени, снова устремив скучающий взгляд на самого эгоцентричного мужчину из всех, кого ей доводилось встречать. Наконец сомелье удалось вырваться из ловушки Роуна: он принял заказ от Дженни и ушел, пожалуй, слишком поспешно. Роун замолчал на полуслове и разочарованно проводил его взглядом. «Я как раз дошел до самого интересного!» — пожаловался он. Дженни закатила глаза, но приберегла свои колкости на потом. Ей предстояло еще одно долгое прослушивание без права высказаться. Роун неожиданно замолчал на несколько секунд. Дженни вопросительно подняла бровь, а он продолжал смотреть на нее непонятным взглядом. В его глазах мелькнуло что-то веселое, но Дженни не могла понять, что именно. До тех пор, пока он снова не открыл рот. «Дженни, я давно хотел спросить…» — начал он медленно, и Дженни даже не успела удивиться тому, что он запомнил ее имя, как конец его фразы наполнил ее ужасом. «Ты ведь бывшая Тэяна, да?» На хер мою жизнь. Казалось, что вечер вот-вот станет в десять раз хуже. «Прости, что?» Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… этого не может быть. «Ю Тэян?» — на лице Роуна появилась самоуверенная ухмылка, которую Дженни не терпелось стереть с его высокомерного лица. Он точно знал, что делает. — «Мы раньше работали вместе. Снимались для Calvin Klein, знаешь ли». Нет, Дженни не знала и не хотела знать. Она крепче сжала телефон под столом, безуспешно пытаясь скрыть растущее раздражение. «Точно. Я поняла». Телефон продолжал вибрировать, но Дженни была слишком занята тем, чтобы держать себя в руках. Каковы были намерения Роуна? «Да, мы были вместе. Это ответ на твой вопрос?» Роун усмехнулся и откинулся на спинку стула, ухмыляясь так, что Дженни могла описать эту ухмылку только как зловещую. «Держу пари, он был никудышным парнем. Этот придурок однажды сорвал один из моих модельных контрактов, представляешь?» Да, — Дженни отчаянно хотела ответить. Учитывая поведение Роуна за ужином, Дженни не удивилась, что его навязчивые вопросы были вызваны мелочной обидой. Даже несмотря на то, что Дженни не питала к нему особой симпатии, она не могла не признать, что Тэян невероятно профессионально подходит к своей карьере модели и с ним приятно работать. Дженни никогда не сопровождала неудача настолько, чтобы Роун стал моделью для ее рекламной кампании, но она не сомневалась, что он был сущим кошмаром на съёмочной площадке. Дженни быстро разблокировала телефон, пока Роун продолжал жаловаться, и просмотрела непрочитанные сообщения от Лисы, прежде чем написать ответ. Лиса прости, только что пришел клиент 19:18 Лиса я работаю до 11, хочешь зайти после? смена Рюджин уже закончилась, если тебя это беспокоит 19:18 Лиса дженни? надеюсь, все в порядке. 19:19

Дженни 

позвони мне прямо сейчас  19:20

Мелодия звонка по умолчанию на Samsung еще никогда не звучала так приятно для Дженни. Она дала телефону прозвонить несколько секунд, чтобы Роун успел бросить на нее обвиняющий взгляд. Не сводя с него глаз, она приняла звонок и поднесла телефон к уху, чтобы он был виден ее спутнику. «Алло?» «Дженни? Ты в порядке?» По взволнованному тону Лисы было понятно, что она очень переживает, и Дженни почувствовала себя виноватой из-за своих последних сообщений, в которых не было контекста. «Что случилось? Тебе нужно, чтобы я приехала прямо сейчас?» «Э-э-э...» — Лиса замолчала на другом конце провода, вероятно, подбирая слова. — «Ах да, немедленно. Кот заболел». «Только не кот!» — драматично воскликнула Дженни, для пущего эффекта хлопнув свободной рукой по столу. Тихий смех Лисы только усугубил ситуацию. — «Неужели больше никто не может о нем позаботиться?» «Нет, ты моя единственная надежда. Ты нужна мне прямо здесь и сейчас». Дженни изо всех сил старалась сдержать смешок. Лиса явно получала удовольствие от своей роли. Роун не был настолько глуп, чтобы остановить ее, когда Дженни встала и схватила свою сумочку. В тот момент Дженни не особо волновало, обиделся ли он на нее за столь очевидное желание уйти. «Не волнуйся, я уже в пути». «Скоро увидимся, Дженни».

----

Дженни думала, что ее первое свидание после расставания могло пройти и хуже. Конечно, было неприятно, что ее использовали как пешку в ссоре с бывшим, о которой она даже не подозревала. Но если бы Дженни не сбежала вовремя, Роун мог бы еще долго говорить о Тэяне, а это была бы не самая приятная тема для разговора. В тот вечер Лиса стала для нее настоящим спасением. После импровизированного телефонного разговора Лиса заверила ее, что нет никакой необходимости приходить к ней на работу, пока Дженни в безопасности и не ходит на эти ужасные свидания. Дженни знала, что у нее нет причин навещать Лису после этого кошмарного вечера, но почему-то ей хотелось увидеться и рассказать обо всем, что ее тревожило. Лиса умела слушать и не давала банальных советов или пустых утешений, когда они были не нужны. «В следующий раз тебе повезет больше», — только и сказала Лиса. Дженни очень хотелось в это верить. Следующий раз наступил раньше, чем она ожидала. Ее второй кавалер, тоже парень, написал ей через неделю после ее фиаско с Роуном. Он вежливо спросил, не могла бы она встретиться с ним лично в выходные, и Дженни ответила, что свободна в субботу вечером, предварительно заглянув в его профиль в Instagram, чтобы освежить в памяти информацию о нем. Ким Чонин был очень привлекательным мужчиной. У него были аккуратно зачесанные волосы, которые иногда изящно спадали на его красивый лоб, придавая этому зрелому мужчине довольно невинный вид. У него был мягкий голос и веселый смех, который трогал Дженни до глубины души. Проблема Чонина заключалась в том, что он был — за неимением лучшего слова — довольно скучным. Мужчина пригласил Дженни на ужин, как это делали Роун и многие другие парни до него. Дженни никогда не возражала против вкусной еды, но ей бы очень хотелось, чтобы мужчины могли предложить ей нечто большее, чем просто ужин. Она не требовала многого, но непринужденная беседа была бы как минимум тем, что помогло бы ей понять, есть ли между ними связь. Чонин был очень мил, но, честно говоря, Дженни приходилось самой начинать разговор. Ее смущал тот факт, что в личных сообщениях он вел себя уверенно, а в реальной жизни был робким и сдержанным. Она гадала, не был ли тот, кто писал ей, совсем другим человеком – возможно, его хорошим другом, который хотел, чтобы он больше общался с людьми, его версией Чеён. Дженни не чувствовала себя неловко, ей было просто непривычно. Она любила поговорить, но ей также нравилось получать ответы, которые состояли не из пяти слов. Чонин был очень красив. Подростковая Дженни влюбилась бы в него с первого взгляда. Но взрослая Дженни прекрасно понимала, что внешность ничего не значит, если она не чувствует чего-то во время их общения. И, если уж начистоту, Чонин, похоже, не был так уж заинтересован в ней. Он ни разу не попытался произвести на нее впечатление во время их свидания. Его комплименты звучали натянуто, как будто он делал их из вежливости. Когда он как бы невзначай сказал ей: «У тебя красивые волосы», Дженни заметила, что ему было трудно даже посмотреть ей в глаза. И дело было не в том, что он стеснялся… Чонин отчаянно пытался скрыть свою неопытность во флирте. В конце вечера Дженни узнала, что Ким Чонину вообще неинтересно ходить на свидания. По крайней мере, ему неинтересно встречаться с женщинами. Дженни прекрасно понимала, в каком он положении, и впервые за вечер Чонин решил откровенно рассказать, с кем бы он на самом деле хотел пойти на свидание. Дженни просто слушала, как он изливает душу. Она понимала его разочарование, помнила, как больно было проходить через то же самое с другими людьми. «Когда я была моложе, мне всегда казалось, что мне повезло, потому что меня привлекали мальчики», — призналась она как-то раз. Это была довольно интимная мысль, которой она хотела поделиться, но ей казалось, что Чонин должен это услышать. «Меня привлекали не только мальчики, но раньше я думала, что этого достаточно, чтобы притворяться, что это так. В глубине души я не лгала ни себе, ни кому-либо другому, просто была… избирательной. Это как любить и мятный шоколад, и ванильное мороженое, но есть только ванильное, потому что оно всем нравится». Глупая аналогия заставила Чонина слегка улыбнуться. — «Получилось?» «Определенно нет», — рассмеялась Дженни. — «Притворяясь натуралкой, я не перестала испытывать симпатию к девушкам, и мне стало очень трудно делать вид, что они меня не интересуют. Да, я могла бы встречаться только с парнями и до конца жизни есть ванильное мороженое, но это означало бы, что ради всеобщего счастья мне придется отказаться от самой себя. Так что я просто перестала это делать». «Даже если это означало потерять близких?» «Если для того, чтобы потерять их, мне нужно было лишь перестать диктовать, что я должна чувствовать, значит, они никогда и не были мне близки», — пожала плечами Дженни. — «Это не мне нужно было меняться, а им – принять это». Дженни заботилась не о всех, а только о своих родителях. Она изо всех сил старалась казаться перед ними идеальной дочерью, потому что они внушили ей, что в противном случае она опозорит семью. Но оказалось, что Дженни больше стыдилась того, что притворялась... кем-то, кем не была. Чонин, похоже, остался доволен ее ответом. Он откинулся на спинку стула и ослабил галстук. Он немного расслабился, и Дженни наконец-то стало весело, хотя финал оказался не таким, как она ожидала. Подводя итог, можно сказать, что второе свидание Дженни не было полным провалом, просто оно оказалось очень платоническим. У Чонина не было шансов стать любовью всей ее жизни, но Дженни не удалила его из списка подписчиков, и он тоже.

----

Лиса сегодня было лучше? 22:42

Дженни да, можно и так сказать 22:44

Лиса скоро второе свидание? 22:44

Дженни ему это неинтересно

22:44

Лиса но ты же говорила, что это свидание было лучше? 22:45

Дженни

он гей 22:45

Лиса о второй страйк 22:45

Дженни все еще работаешь? 22:50

Лиса нет 22:50 Лиса хочешь прийти ко мне в гости? 22:51

Дженни уже в пути 22:53

----

У Лисы хватило наглости засмеяться над рассказом о ее втором свидании. Дженни усмехнулась и заявила, что никак не могла знать, что этот мужчина – гей, ведь в переписке он был само очарование. Она даже не обиделась, когда Чонин использовал ее, чтобы на следующей неделе пойти на свидание с другим парнем, а наоборот, с радостью его поддержала. Дженни задело то, что это был уже второй провал подряд. Она не возлагала особых надежд на эти спонтанные свидания, но не ожидала, что ей так редко будет удаваться найти приличных людей, с которыми можно провести время. Было очевидно, что Чонин – неплохая компания, но в итоге он оказался не слишком подходящим романтическим партнером. «В третий раз повезет», — сказала ей Лиса, когда Дженни с обреченным видом плюхнулась на диван. Или третий раз – и ты вне игры, — хотела добавить Дженни, но не рисковала, ведь ее слова могли стать реальностью. Ее последнее свидание было с девушкой, и от этого Дженни нервничала еще сильнее. У Дженни никогда не было официальных отношений с девушками. Ее первый, ну, весь опыт с девушкой случился во время ее пребывания во Франции, и они продолжали встречаться, не собираясь вступать в отношения. После возвращения в Сеул у нее было всего несколько романов, пока она не встретила Тэяна и не осталась с ним на следующие три года. «Ого, ты просто потрясающая!» Пак Суён была... высокой. Это первое, что заметила Дженни, когда девушка встала со своего места и наклонилась, чтобы тепло обнять ее. И, честно говоря, Дженни стоило бы привыкнуть к тому, что ее окружают высокие девушки, учитывая, что ее лучшая подруга и любимая работница фастфуда были настоящими великаншами. «Я могла бы сказать то же самое о тебе», — ответила Дженни, присев на пустой табурет рядом со своей спутницей. — «Ты… вау». Неужели Дженни всегда так плохо умела флиртовать? От тихого смешка Суён Дженни стало немного легче, ведь она так и не смогла сделать комплимент. Дженни неловко рассмеялась, пытаясь встретиться взглядом с любопытной Суён. Пак Суён была просто прекрасна – и снаружи, и внутри. Когда Дженни получила адрес бара, где должно было состояться их свидание, она отнеслась к этому с некоторым скептицизмом. Она всегда с осторожностью относилась к знакомствам в состоянии алкогольного опьянения и, возможно, перед выходом из дома немного перестраховалась. Она отправила адрес Чеён в сообщении, по электронной почте, в голосовом сообщении и даже записала его на стикере, прикрепив к холодильнику, чтобы ее лучшая подруга запомнила это место на случай, если она куда-нибудь запропастится. Она также распечатала скриншот профиля Суён в Instagram и написала на обороте: «это последний человек, с которым меня видели, – на случай, если спросит полиция», не обращая внимания на то, что подруга посмеивается на заднем плане, напоминая ей, что Суён была её подругой по предыдущей подработке. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Удивительно, но Суён хватило и пяти минут, чтобы полностью завладеть вниманием Дженни. Она говорила так увлекательно, что Дженни не возражала бы молча любоваться ею весь вечер. Суён всегда делала паузы, чтобы дать Дженни возможность высказаться (в отличие от первого свидания), а когда Дженни нечего было сказать, девушка совершенно естественно переходила на другую тему (в отличие от второго свидания). История жизни Суён тоже заинтересовала Дженни. Эта начинающая актриса в свободное время работала волонтером в приютах для животных, а иногда любила выпить, чтобы расслабиться, – отсюда и свидание в баре. Дженни едва удержалась от того, чтобы не покраснеть, когда пальцы Суён «случайно» коснулись ее руки и остались на коже, слегка поглаживая указательный палец Дженни. Проблема была в том, что Дженни пришлось опустить взгляд, чтобы не встречаться глазами с Суён, а это означало, что она могла хорошо рассмотреть длинные ноги девушки, о которых Дженни могла только мечтать. Короткое фиолетовое платье не оставляло простора для воображения. «Это из-за алкоголя», — лгала Дженни, когда Суён указывала на её раскрасневшиеся щёки. Не имело значения, что оправдание было совершенно очевидным, ведь Суён нравилось видеть её смущённой. Боже, эта женщина знала толк в играх. Когда Дженни пригласили на танец, она вежливо отказалась. Танцевать означало прижиматься к девушке, которая источала сексуальность, а это, пожалуй, была не лучшая идея. Вот только Пак Суён так просто не сдавалась. Она очень деликатно подталкивала Дженни к танцполу, пока та не перестала сопротивляться и не пошла за ней. С мужчинами было проще, потому что Дженни инстинктивно держалась настороже, помня о своем опыте общения с неуважительными идиотами, и никогда не ошибалась. Но девушки... с девушками Дженни чувствовала себя слабой. Возможно, дело было в том, что они могли понять ее чувства без слов. И Дженни знала, что не сможет скрыть своего влечения к Суён, когда та так чувственно танцевала рядом с ней... с ней в конце концов. О, Дженни это понравилось даже больше, чем следовало. И когда Суён предложила уйти оттуда... разве Дженни могла отказаться? Суён спросила, можно ли ей поцеловать Дженни по-настоящему, и в голосе Дженни прозвучало неприкрытое отчаяние, когда она ответила: «Да, пожалуйста». Суён улыбнулась в ответ на поцелуй, а Дженни просто хотела на секунду вернуть себе уверенность. Доказать, что она знает, чего хочет, не хуже Суён. Оказалось, что ее спутница живет всего в нескольких кварталах от бара, и Дженни решила, что было бы здорово проводить ее до дома. Но по пути они целовались, и Дженни поняла, что намерения Суён не совсем совпадают с ее собственными. К черту все, — подумала Дженни, поднимаясь вслед за девушкой по лестнице. Прошло довольно много времени с тех пор, как Дженни в последний раз получала удовольствие от секса, и прикосновения и поцелуи Суён явно говорили о том, насколько хороша эта девушка в постели. Но в те несколько мгновений, когда Дженни позволила совести взять верх, она начала сомневаться в себе. «Я ведь больше не увижу тебя после сегодняшнего вечера, да?» Суён рассмеялась, услышав этот неожиданный вопрос. «Зависит от того, как все сложится... может, мы еще встретимся, кто знает?» Она говорила так беззаботно и непринужденно, что Дженни с трудом заставила себя вырваться из ее объятий. «Боюсь, для меня эта ночь закончится здесь», — неуверенно произнесла она. Суён тут же отстранилась и отошла на некоторое расстояние, в ее глазах читалась тревога. «Что-то не так? Я тебя смущаю?» «Нет, нет», — Дженни покачала головой и в отчаянии провела рукой по волосам. Суён была такой милой, от ее прикосновений у Дженни горела кожа, а от ее смеха замирало сердце. Дженни было по-настоящему хорошо, и она была бы не против продолжить. Но как бы ей ни хотелось поддаться искушению и хоть раз побыть эгоисткой, она знала, что на следующее утро ей будет в два раза больнее. «Я... ищу кого-то посерьезнее». Дженни знала, что отношения с человеком, который не собирается оставаться с ней надолго, аукнутся ей в будущем. И, как и предсказывала Дженни, Суён оказалась настоящим ангелом. Она даже объяснила, почему не заводит отношений (по крайней мере, пока), и Дженни могла понять ее беспокойство по поводу того, что личная жизнь может навредить ее карьере. Это было несправедливо, но Суён утверждала, что сама на это согласилась. Учитывая поздний час, Суён великодушно предложила Дженни переночевать у неё, если та захочет, но Дженни предпочла вернуться домой и завершить свидание на позитивной ноте. Суён без колебаний расплатилась за такси, и Дженни больше всего на свете хотела бы познакомиться с ней при других обстоятельствах.

----

В тот вечер Дженни не связалась с Лисой. Ну, за несколько часов до этого она получила сообщение с вопросом, придет ли она, как делала на двух предыдущих свиданиях, но Дженни была слишком занята и не проверяла телефон до глубокой ночи. Она сделала себе мысленную пометку ответить, но в тот вечер ей хотелось только одного – вернуться домой к своей лучшей подруге. «Я думала, у тебя другие планы на вечер», — поддразнила её Чеён, когда Дженни плюхнулась рядом с ней на кровать. Чеён лежала, положив ноутбук на живот, когда вошла Дженни. Она явно не собиралась ложиться спать так рано, ведь ей нужно было убедиться, что Дженни в надежных руках. Как только подруга заняла ее место, Чеён закрыла ноутбук и подвинулась, чтобы освободить место для них обеих. Дженни просто забралась под одеяло и уставилась в потолок, тяжело вздыхая, а Чеён приподнялась на локте и посмотрела на уставшую подругу. «Никакой связи?» «Была», — пробормотала Дженни. — «Физическая связь.» «Ты с ней переспала?» Дженни устало покачала головой. — «Не думаю, что это было бы разумным эмоциональным решением». Суён была ее самой милой спутницей на свидании, но Дженни не видела, чтобы между ними могли сложиться отношения. Провести с ней ночь – значит просто почувствовать то, чего у нее никогда не будет, а этого Дженни хотела избежать любой ценой. Она уже проходила через это, и ничем хорошим это не закончилось. «Эмоциональная вовлеченность?» — с усмешкой повторила Чеён. — «Дженни, ты можешь заниматься сексом просто ради секса. Если бы она тебе нравилась, это могло бы стать хорошим отвлечением». Неудивительно, что Чеён советовала ей наслаждаться жизнью. Это напомнило Дженни о том, как они познакомились много лет назад, еще до Тэяна, до того, как Дженни снова обжилась в Сеуле. Когда она вернулась после учебы за границей, ей не к кому было обратиться за поддержкой. Она разорвала все связи с родителями и общалась только с двоюродной сестрой и парой друзей из старшей школы, но ей пришлось заново строить свою жизнь самостоятельно. Новая работа, едва приличная квартира с одной спальней и полное отсутствие тех, на кого можно по-настоящему положиться. Пока она не встретила Пак Чеён. Самое забавное, что Чеён не сразу стала ее подругой. Дженни заходила в ближайший круглосуточный магазин, чтобы быстро что-нибудь купить, а Чеён работала там кассиром. Сама того не осознавая, Дженни заводила разговор с девушкой каждый раз, когда та пробивала ее покупки, и иногда проговаривалась, как тяжело ей приходится из-за напряженной работы и отсутствия личной жизни. Они стали очень хорошими... знакомыми? Дженни не знала, как это назвать. Но когда Чеён в шутку предложила ей помочь с сексом, чтобы выпустить пар, Дженни восприняла это предложение всерьез. Они провели вместе всего одну пьяную ночь. Это было так давно, что Дженни почти ничего не помнила, кроме того, что они обе смеялись до упаду. И даже когда позже они стали общаться исключительно как друзья, Дженни не чувствовала себя неловко. Так началось их бесконечная дружба. Тогда времена были другие. Дженни и Чеён обе знали, что это не перерастет ни во что большее, чем интрижка. Но теперь Дженни считала, что одной ночи секса ей будет недостаточно. Проведя ночь с Суён, она бы не почувствовала себя лучше из-за того, что в отношениях с другими девушками ничего не изменилось. «Мы поцеловались. Почти добрались до ее спальни. Думаю, она была бы хороша». «О, Суён отлично умеет заниматься сексом». Дженни сделала паузу. «Ты спала с ней?» «Мы встречались пару месяцев», – очень непринужденно призналась Чеён. Дженни нахмурилась. «Ты свела меня со своей бывшей?» «Ну да?» «Разве это не противоречит правилам поведения для девочек или что-то в этом роде?» Чеён пожала плечами. — «А что такого? Я бы не возражала». Дженни ухмыльнулась. — «А ты бы возражала, если бы я встречалась с Джису?» Чеён ущипнула Дженни за бок, заставив ее поморщиться. — «Это другое». «Она тоже твоя бывшая. В чем проблема, а?» Нижняя губа Чеён оттопырилась, и она недовольно надула губы. Она ничего не ответила, но Дженни любила докапываться до сути. «А, понятно. Нельзя встречаться с твоей бывшей, если ты все еще в неё влюблена, да?» Дженни не нужно было слышать подтверждение, чтобы понять, что она попала в точку. Как бы ее подруга ни пыталась это отрицать, было очевидно, что Чеён нашла свою пару в лице Джису. Возможно, время, проведенное порознь, помогло ей это осознать. Кстати, о дьяволе: по комнате разнесся резкий звонок, и обе девушки уставились на светящийся экран телефона Чеён. «Ты разблокировала ее?» «Только ее профиль, сообщения по-прежнему скрыты!» — поспешила объяснить Чеён. «И у тебя включены уведомления в ее Instagram?» — ахнула Дженни, когда Чеён тут же схватила свой телефон и прижала его к груди. «Я просто забыла их отключить, вот и все». Это было жалкое оправдание, в которое не поверила ни одна из девушек. Дженни была уверена, что ее подруга хотела быть в курсе того, чем занимается Джису, хоть и никогда бы в этом не призналась. Чеён тихонько разблокировала телефон и открыла последний пост Джису, прикусив губу, пока смотрела на селфи крупным планом, которое ее бывшая девушка недавно выложила. Дженни взглянула на экран и одобрительно кивнула. Джису, несомненно, была красавицей, и ее фотографии всегда это доказывали. Дженни знала это не понаслышке, ведь за последний год ее подруга заполонила ими всю свою галерею. – «Чертовски красивое селфи». Чеён тут же заблокировала телефон и бросила его в изножье кровати, разочарованно застонав. «Она такая раздражающая и такая сексуальная, я ее терпеть не могу». Дженни действительно старалась быть терпеливой со своей лучшей подругой. Она думала, что со временем Чеён сама во всем разберется. Но она сильно недооценила, насколько тяжело Чеён переживала расставание. Дженни потребовалось несколько попыток, чтобы разговорить Чеён. Из их прошлых бесед Дженни начала складывать воедино все факты, чтобы понять, почему Чеён рассталась с девушкой, в которую была так влюблена. Жаль, что Дженни была никудышным детективом и сама не нашла ничего существенного. «Она сказала, что не видит будущего со мной». Когда Чеён назвала истинную причину, Дженни села и посмотрела ей прямо в глаза. Это было абсурдно. С какой стати Джису не видит будущего с Чеён? И когда Дженни попросила ее рассказать подробнее, Чеён начала рассказывать о том, как однажды она пришла в больницу во время ночной смены Джису и случайно услышала разговор своей подруги с коллегой. Чеён подчеркнула, что слышала все слова отчетливо. «Это ненадолго», — сказала Джису. Дженни поверила подруге. У Чеён не было причин что-то выдумывать. Но когда она спросила, как Джису отреагировала на расставание, Чеён заявила, что Джису подтвердила ее слова. Она это признала. Так почему же они до сих пор гоняются друг за другом? Дженни даже не стала поднимать тему того, что произошло в кафе, когда они с Лисой вернулись из суши-бара и увидели, что бывшая пара хмуро смотрит друг на друга, сидя всего в нескольких сантиметрах друг от друга. У Дженни не было времени выяснять, собирались ли они поцеловаться или подраться, потому что Джису выбежала из кафе, а Чеён до конца вечера не проронила ни слова. Возможно, Дженни не хватало опыта, чтобы понять это. Она не смогла предсказать конец своих собственных отношений. Она не смогла понять, что первая девушка, в которую она влюбилась, не отвечала ей взаимностью, даже когда ей так казалось. Похоже, Дженни ничего не знала о любви. В ту ночь она могла только крепко обнимать Чеён и молча гадать, когда же все наконец наладится.

----