Туманы Совнгарда

— Когда вызовем, делайте шаг вперёд. По одному, — приказала капитан. — Ох и любят имперцы делать всё по списку... — проворчал Юрг. — Ульфрик Буревестник, ярл Виндхельма. Тот спокойно прошёл вперёд и последовал к плахе. — Я горжусь тем, что служил тебе, ярл Ульфрик! — бросил ему в след Ралоф. — Ралоф из Ривервуда... Юрг из Морровинда... Толпа у эшафота неустанно росла пока звучали бесконечные списки имён. — Локир из Рорикстеда... — Нет, я не мятежник! Вы не имеете права! Конокрад, который ни капли не походил на воина, резко рванул в случайную сторону, но далеко уйти ему не удалось — лучники сработали быстро. — Хельмар из Сиродила... Похоже, что никому кроме неё не было страшно идти на встречу собственной смерти. Тоскливая тишина была пронизана только одной мыслью: что они не справились, и смерть Ульфрика будет символом торжества эльфов. Норды верят, что умершие достойно отправляются в Совнгард — праздничный зал великих воинов. А что может быть достойнее смерти в борьбе за собственный дом? Генерал Туллий уже заканчивал свою речь, и казнь вот-вот должна была начаться. Оглушительный раскат грома среди ясного неба на мгновение приостановил церемонии. Кто-то из имперцев даже тихо переспросил, что это было, но, кажется, никто даже не обратил внимания на его вопрос. Генерал приказал приступать и жрица Аркея, покровителя мёртвых, начала произносить свою стандартную речь: — Ныне же вверяем мы души ваши Этериусу, и да пребудет с вами благословение Восьмерых... — Во имя Талоса могучего, заткнись и давай к делу! Кто-то из солдат Братьев Бури вышел к жрице и повернулся лицом к плахе: — Я что, всё утро ждать буду? Капитан молча подошла к нему и, толкнув ногой в спину, уложила на колоду. — Мои предки улыбаются, глядя на меня, имперцы. А ваши — улыбаются вам? Удар топора. Голова безымянного солдата покатилась в ящик. Население городка радостно завопило: — Поделом! — Смерть Братьям Бури! — Жил без страха и умер без страха, — с горечью произнёс Ралоф. — Дальше — изменница из Сиродила! — пронеслось эхом в ушах. В этот момент в небе, точно за цитаделью, пронеслось тёмное пятно — или показалось? Хельмар прищурилась, пытаясь рассмотреть его. Это был дракон? Но разве они не вымерли сотни лет назад? Хотя разве это уже важно? Ватные ноги предательски несли её к плахе, перешагнув обезглавленное тело человека, который ещё вчера боролся за свои убеждения с оружием в руках, а сегодня больше походил на нелепый соломенный манекен, принявший неестественную позу. В нём больше не было ни злости, ни ненависти, ни каких-либо других эмоций. Ещё немного и они встретятся в Совнгарде — по крайней мере, ей хотелось бы в это поверить. — И в последнем пути пусть озарит тебя благословение Акатоша, Аркея, Дибеллы, Зенитара, Кинарет, Мары, Стендарра и Джулианоса, — продолжила жрица свою прежде резко оборванную речь. — И Талоса, — с показной уверенностью добавила Хельмар. Толчок в спину — и её шея опускается на мокрую и тёплую от чужой крови колоду. Попытаться бежать? пригрозить влиятельной семьёй? молить о пощаде, ведь она не сражалась в боях? умереть с честью? Противный палач на фоне холодной каменной башни прервал поток мыслей. Теперь он возносил своё оружие уже над ней. Пронзительный грохот раздался снова, и картинка сменилась кромешной тьмой.