Если бы не я...

Возвращаться обратно в приют после всего того, что произошло за день, Ремингтону было крайне трудно и неуютно. В голове перегруз, не хотелось никого видеть и слышать, не хотелось говорить, ходить, есть и передвигаться по зданию, натыкаясь на болезненно знакомые места, поэтому Лейт предпочёл переодеться в пижаму, завернувшись с головой в одеяло, повернуться лицом к стене и попытаться уснуть. (Спойлер — сделать это получилось с превеликим успехом. Вымотанный за день и истощённый Рем провалился в сон за считанные минуты) Тони с Иво даже попыток заговорить с ним делать не стали. Всё поняли, хоть и не прекрасно и не до конца, поэтому решили, что пока их действия будут только нервировать Ремингтона, а не помогать ему, так что лучше на неопределённый срок постоять слегка поодаль, дожидаясь относительной нормализации его состояния, при которой уже можно будет что-то делать, говорить и выяснять продуктивно и конструктивно. *** Раннее утро в приюте. Все, в том числе и Ремингтон, собираются в школу. Сегодня пятница, уроков мало, поэтому переться ради них на другой конец штата ой, как неохота. Но надо... Ремингтон ни живой, ни мертвый. Даже 10-часовой сон не помог мыслям встать на свои места и хотя бы немного утихомириться. Но этого парень, как всегда, ни за что не даст показать. Ни его одноклассникам в другой школе, ни учителям это точно не нужно. Сделает лицо кирпичом, уж как-нибудь отсидит эти несчастные три урока, и поедет в приют – отдыхать... Так по итогу и вышло. Хоть и выглядел Рем, особенно по сравнению со своим до настоящего момента хорошим расположением духа, намного более грустным, тревожным и вялым, никто не захотел интересоваться причиной такой резкой смены настроения. Прощу говоря, насрать всем было на него. Ну, как и ему на всех, что было даже к лучшему, ведь хотя бы сдесь никто не донимал вопросами, косыми взглядами и всем прочим. Три урока пролетели, как один миг, что не могло не радовать. Рем спокойно и тихо, как тень, собрал вещи и поехал обратно в приют. Ни Иво, ни Тони пока что не было в комнате, ведь мало того, что учились они в другой школе, которая находилась дальше от приюта, так ещё и должны были сегодня отправиться со своими классами на две разные экскурсии, поэтому Рем, придя в непривычно пустую комнату, скинул рюкзак и просто молча сел на кровать. Он мог делать что угодно. Никого не было рядом. До обеда оставался еще целый час. Но Лейт выбрал сидеть, как истукан, и пялиться в стену. Даже не в окно. Это действие, на удивление, успокаивало его. Он разглядывал еле-заметные неровности в местами выцветшей краске, выглядывался в редкие трещинки в штукатурке, изучал плинтусы под потолком, пылинки, витавшие в сером воздухе, и волей-неволей забывал о насущных проблемах. Он мог заниматься этим часами, как вдруг... Короткий и аккуратный стук в дверь, которым Рем, хоть и услышал, но решил проигнорировать. Через минуту тот же звук повторился, но более настойчиво и громко. Тут уже парень не мог продолжать отсживаться, делая вид, что не слышит этого, ведь тот, кто стучал, явно не был настроен уходить просто так. Неторопливо встав, Рем с неким недоверием подошёл к двери и открыл её. – кто тут? Кто вам нужен? Спросил брюнет, сперва не разглядев незванных гостей. Но секунду спустя... – Рем! Привет! А нам именно ты и нужен! Воскликнул воодушевлённым голосом Райн. – а... в смысле.. нам?... Опешевший Рем стоял в дверном проёме, уже крепко стискиваемый в объятьях одноклассника, как вдруг заметил стоящих за его спиной двух подозрительно знакомых ему взрослых людей. – пс.. Райн. – м? – а это... кто? Родители что ли твои?... просто мне лица показались знакомыми, вот я и спросил.. – да, а что?) Тут на лице блондина начала расплываться не просто радостная, а хитренькая ухмылочка. – а.. что они здесь делают?.. что случилось? почему ты один? Если нам опять нужно в участок, то где Джон с Натой? – неет, в участок нам не нужно. Всё ж сделали уже! Я по другому делу к тебе приехал) Ремингтон совсем ничего не понимал и ни о чём не догадывался, и эта масляная, двольная-предовольная улыбочка друга ещё больше сбивала его с толку. – так по какому?! Райн, что происходит? Я не понимаю! Ты какими-то загадками говоришь. Ты чего-то явно недоговариваешь... – верно, так и есть. Парень опять улыбнулся и, выдержав паузу в несколько секунд, вдруг как ни в чём не бывало сказал : – собирай вещи. Прям все все все. – в каком смысле?.... зачем? Спросил совсем отчаявшийся Рем, на лице котрого уже, правда, виднелась кривенькая, но улыбочка. – ну, как зачем. Тебе же нужны будут твои вещи в новом доме. Вряд ли тебе они совсем безразличны. Рем опешил окончательно. Минуту он стоял в абсолютном ступоре с каменным лицом. Затем до него, кажется, начало что-то доходить, и тогда брови, до этого абсолютно неподвижно сомкнутые, вдруг расправились, потом опять сдвинулись, затем снова и снова, начав жить какой-то своей отдельной жизнью. То же произошло и с губами. – чт.. что ты имеешь в виду?... какой новый дом..? Я.. я не до конца понимаю.. Райн?... – Реми) ты едешь к нам. Теперь у тебя есть дом! И есть.. ну.. семья) Глаза Лейта распахнулись в трепетном удивлении и радости. Губы задрожали, бесшумно произнося какие-то слова, а пелена чистых, прозрачных слёз заволокла зрение. – к вам...? Дом?.. Семья?... Райн, вы меня...? – да, Рем) ты всё правильно понял) ты теперь часть нашей семьи! Ты рад? Тут Ремингтон, услышав эти слова непосредственно из уст Гейтса, совсем расплакался и кинулся к нему на шею. – ты спрашиваешь?!? КОНЕЧНО, Я РАД! Я...! Райни, боооже! Это правда? ЭТО ПРАВДА ТАК?! – да) – я буду жить с тобой?!?! – да! – МЫ ТЕПЕРЬ БРАТЬЯ?! – ДААА!!! – ААА, УРААА!!! Боже, что это за счастье!!! Крошечная комната и корридор наполнились радостными хриплыми возгласами и плачем Рема и звонким хохотом Райна. Друзья, а точнее теперь говорить сводные братья, не имея мочи отлипнуть друг от друга, так и сновали из угла в угол, попеременно что-то восклицая. Родители, для одного парня родные, для другого приёмные, стояли поодаль, молчали и не могли налюбоваться этой радостной картиной. – теперь ты уверен, что всё будет хорошо? – даа... теперь точно уверен)... КООООНЕЦ!