Объект S-23 Серпински

Сколько вы помните жертв, пострадавших или раненных в боевых действиях? Казалось, все эти крупные числа в миллионы, десятки миллионов человек это просто цифра. Цифра. Цифра кода. Цифра на экране ЛТ монитора. Цифра в блокноте. Такая же цифра была нацарапана на корпус боевой реплики EULR «Ойле» 4891. Являясь репликой 4-го поколения, та попала под разные этапы развития Нации. Бомбежки Китежа, осада Винеты и огромные, глубиной в несколько километров рабочие предприятия по добыче полезных ископаемых на РотФронте. Все это казалось чем-то обыденом. Нация стабильно отправляла на фронт реплик, гештальт офицеров и добровольческие корпуса. Казалось, жизнь в солнечной системе образована лишь для вечного противостояния между Нацией и Империей Евсан. Но эти мысли были слишком сложные для обычной универсальной реплики. Особено 4891. Та лишь протирала пол. На объекте S-23 Серпински. Реплика с тряпкой в руках, с важным видом пыталась вымочить лужу крови, которая уже давно засохла и не желала никоем образом вытираться. Бои на орбите и даже на поверхности Ленга, стали обычным делом. Имперские реплики провели храбрую попытку штурма – благо, реплики типа STAR и ARA благовременно подготовили комплекс к таким возможным событиям. Мины, посты охраны и система активного видеонаблюдения спасало ситуацию. Правда раскопки пришлось прекратить. Ну и по делом, Ойле считала, что в такой ситуации, лучше полностью сконцентрировать внимание комплекса на оборону. Иначе будет тяжело отчитываться перед начальством, почему наш комплекс был уничтожен Империей... Казалось, что подобная ситуация может вызвать различные последствия. Да и грубо говоря, как так случилось, что Имперский флот попал на орбиту, а десант уже идет к комплексу? Колонна реплик типа STAR лишь шла глухо по полу коридора, который буквально только что был вымыт до блеска Ойле 4891. Та лишь недовольно фыркнула в стену, и вставая взяла ведро грязной воды, идя следом за высокими репликами. Те, что-то обсуждали, но 4891 до этого не было дела. Та лишь думала, как можно скорее вылить грязную воду и помыть свои руки. –...Говорят о начале прорыва Имперских сил к последней линии обороны... Издавалось из колонны. Та остановилась. Как оказалось, старшая в строю STCR была крайне недовольна подобной информацией. Та развернулась и просмотрев на своих биомеханических сестёр, задала крайне простой вопрос –Кто такой смелый, что бы в такое тяжелое время и положение для Нации, развеивать панику среди нас? Тишина. Недели боев на заснеженной планете давали о себе знать. Подошедшая к колонне Ойле, увидела состояние реплик... Оторванные пальцы, текущий оксидант по ноге, полное отсутствие у некоторых реплик ротовой полости и банальные пулевые отверстия в корпусе. Ойле это не нравилось... Видеть искусственные легкие, вены и текущий на чистый пол свежий оксидант... Казалось чем-то не выносимым. Та постаралась как можно быстрее пройти эту несчастную колонну и дойти до уборной, но на пути встала STCR. –Да даже эта бедная Ойле. Будет куда мужественнее сражаться, чем вы, бездари! После чего, та предоставила возможность Ойле пройти. Та воспользовалась шансом, и уже доходя до уборной, услышала металлический звук... До боли знакомый... Скрежет металлической обшивки тел реплик, об стены комплекса... Одна из STAR вышла из колонны, после чего стала буквально стирать с своего лица кожу. Потекший оксидант, выпавшие зубы, казались уже чем-то обычным. STCR подошла к дефектной реплике, после чего взяла ее за руку и... Ойле зашла в уборную. Та не желала видеть, что будет с STAR. Звуки выстрелов и взрывов тем временем уже стали слышны четко и ясно. А ведь это 4-ый этаж... Ойле не стала долго думать, и выливая грязную воду, увидела, что в одной из кабинок уборной, кто-то есть. Эта была еще одна Ойле. Та после смытия с себя оксиданта вышла, и подходя к зеркалу, стала подправлять волосы. Заметив нашу героиню, та выдала... –Коридоры мыла 7762... Или её уже распределили? 4891 лишь глубоко выдохнула. И подходя к раковинам и зеркалам, та ответила знакомой, попутно умывая руки. –7762... Была назначена полевым медиком на 6-ой линии. Она отправляла письма. Говорила, что из снега STAR и командующий STCR слепили снежного ADLR. Увы, но тот быстро расстаял из-за артиллерийского удара. Как только Ойле умыла руки, та посмотрела в зеркало. Что бывает когда так трудишься? Руки, ноги болят? 4891 ничего не чувствовала. Лишь не хватку энергии из-за отсутствия полноценного рациона. Та сжала свою левую руку в кулак и легонько ударила соседнюю реплику в плечо. –Значит, ты в госпитале? Спросила 4891. Другая реплика же молчиливо кивнула, и уже собираясь уходить, та неловко взяла 4891 за руки. –Знаешь... Мне страшно. Порой мы не можем выличить некоторые раны и наши сестры просто продолжают вести службу с оторваными руками и ногами... 4891 долго не стала слушать. Та освободила свои руки от 0085. –85-ая. Ты должна радоваться, что тебя кормят двумя биопалочками. А не половиной биосупа. Молча поняв раздражение одной, 85-ая вышла из уборной. Навигационный модуль 4891 снова начал барахлить... Та не могла вспомнить, куда ей идти после мытья пола в коридоре... Время к тому времени было уже около 2 часов ночи. Ойле вышла из уборной, и направляясь к «казарме», пришла сначала в столовую, потом в госпиталь, а потом и вовсе на поверхность. Та не могла себя просто направить по памяти к своей казарме... Подъем персонала обслуживания был в 6 утра. Ойле не хотелось проспать дай бог час но. Окончательно иссякшие силы и надежды, вызвали то, что Ойле добралась до кабинета FLKR и легла на диван ожидания. 26 ноября 6 утра. День перераспределения...