Хоть бы всё обошлось

В окно комнаты проникал заглушённый облаками бронзовый свет солнца. На улице ветер качал высокие деревья и гнал по небосводу серые облака. Погода была холодной, а значит, что осень уже готовится переступить порог и заявить о своих правах. Отпив глоток чая из чашки, Лололошка глянул в окно. Не смотря на низкую температуру, соседские дети бегали и играли. Яркие шарфы развивались на быстром ветру, покачивались из стороны в сторону, когда ветер стихал. Сам Лололошка предпочёл сидеть дома, потягивая любимый чай. Никаких дел у него было, зова о собрании Первых тоже. Шатен потянулся, чтобы взять одну из своих любимых сладостей, — данго́ — но ничего не обнаружил. — Закончилось, что ли? — разочарованно вздохнул он, ставя чашку на гладкую поверхность стола. Скинув с ног плед, Лололошка, кряхтя, встал и потопал на кухню. Он заранее приготовил разноцветные данго́, чтобы в такой пасмурный день не ходить в кондитерскую за сладостями. Положив две шпажки с тремя разноцветными шариками на блюдце, Первый вернулся в свою комнату и снова завернулся в мягкое одеяло. Видимо, сегодня придётся обойтись одним хмурым небом, ведь дождь решил задержаться. — Грядки завтра полью, — задумчиво произнёс Лололошка, затем стягивая зубами первый мучной шарик. Тишина повисла в доме. Слышен лишь шелест листьев за окном, да порывы сильного ветра. Поднеся чашку к губам, чтобы повторно сделать глоток, Лололошка услышал звук. Его ни с чем нельзя спутать. В комнате сразу стало холоднее, поэтому Первый отпил чай, прежде чем поставить его на стол. Вздохнув, шатен встал со стула и повернулся в сторону звука. — Привет, старина! У тебя появилось свободное время, и ты решил потратить его на меня? — Лололошка ухмыльнулся, облокотившись поясницей об столешницу. [Холодный взгляд Смотрящего выражает просьбу] — А? Чего-с случилось? — бывшая игривость сменилась на интерес в его взгляде, от чего голова склонилась набок. — Временной парадокс? — подняв одну бровь, спросил шатен. Он принял задумчивую позу. — Ну я замечал странности, но неужели этот временной парадокс так опасен? Твой пернатик сам может справиться. [Холодный взгляд Смотрящего ничего не выражает] Лололошка вздохнул, беря в руку чай, отпил из неё, а затем поставил её обратно. — Ладно, что уж делать, — пожав плечами, фыркнул шатен. Очень, очень много лет Лололошка помогал Смотрящему с решением временных парадоксов и поимке преступников. Но недавно на эту роль вышел один скайзерновец, самопровозглашённый бог, Ангел смерти, или как Лололошка его ласково называет — пернатик. Всю задачу он взял на себя, даже не зная, что у Времени и так был помощник. Хотя, возможно, старина хотел кого-то менее болтливого и надоедливого. Но на задачи посложнее, в виде парадоксов, угрожающих всей мультивселенной расплющиванием, или сильнейших преступников, выходит уже Лололошка. Он предпочитает не показываться, поэтому Джодах и не знал о нём. — Ещё и преступника словить? — спросил Первый, возмущённо вскинув руки. Но затем вздохнул, успокаиваясь. — Ладно, сделаю, не отстанешь же, — тихо буркнул Лололошка, стягивая второй шарик данго́ со шпажки. [Ледяной взгляд Смотрящего выражает благодарность] В следующий момент он почувствовал зов на собрание Первых. Раздражённо допив чай, шатен скинул плед на стул и оторвался от столешницы. Смотрящий исчез с характерным звуком, оставив Лололошку одного. Но и он вскоре покинул свою "обитель", направляясь к путеводному скинту у своего дома. Появился он уже в саду. Откусив кусочек от третьего шарика данго́, которое взял с собой, Лололошка направился к массивным дверям неподалёку, которые ведут к залу собрания. — «Хотел, блин, сделать себе выходной...» — возмущённо подумал шатен, с ноги открывая дверь. Зал находился на втором этаже, поэтому откусывая ещё один кусочек шарика, Первый принялся подниматься. Тем временем... — Друзья, я предлагаю поговорить о тех странностях со временем, что происходят, — сказал Эграссель, складывая руки на груди. — Не говорите мне, что я один заметил их! — Нет, не один, — покачал головой Гуах'ткш'кхтар и осмотрел других Первых. — Ты же про то, что некоторые личности из прошлого начали появляться? — потирая глаз, спросил багрянник. — И ещё названия некоторых заведений изменились! — поддержал Вальдхар, нахмурившись и кладя руки на стол. — А разве не Лололошка за этим всем должен следить? — спросила Туилин, поворачиваясь к двери. На собрании его не было, хотя он никогда их не пропускал. Затем она повернулась обратно к Первым. Эграссель задумался. — Мне он говорил, что там уже кто-то другой занимается этим, а сам он только по экстренным случаям, — ответил эльфийке он, но потом взялся за подбородок и добавил. — Хотя, я бы сказал, что этот случай экстренный... — А.. А я думал, что эти его "неизначальные" Первые занимаются этим... — добавил чуть тише Гуах, задумавшись. — Разве не для этой цели они были созданы? — Неизначальные занимаются латанием межпространственных дыр. Ну, точнее этим вроде только неразумные занимаются, а разумные просто следят за всем, передавая всё Лололошке, чтобы он мог найти кого угодно. Но так как сейчас в этом нет особой необходимости, они все ушли в пустоту между мирами, но иногда показываются, — ответил Эграссель, поворачиваясь к Гуах'ткш'кхтару. После того, как он закончил говорить, повернулся ко всем остальным. — Зачем он их создал? Есть же мы! — воскликнул Вальдхар, и к нему все разом повернулись. В следующий миг дверь в зал открылась и на пороге показался Лололошка. — Потому что вы постоянно сидите в других реальностях, — безэмоционально ответил шатен, проходя в помещение и занимая своё место рядом с Вальдом. — Мы сидим в других реальностях, потому что там мы латаем эти твои дыры, — отмахнулся Вальд, сделав недовольную мину. — Ничего вы там не делаете, — ответил Лололошка, но прежде чем человек что-то сказал, вставил. — Мои неизначальные следят и в параллельных вселенных тоже. Повисло напряжённое молчание. Вальдхар не знал, какой аргумент привести и в итоге сдался, отвернувшись от шатена. А тот, натянув ухмылку на лицо, продолжил. — Как раз перед собранием ко мне пожаловал Смотрящий и попросил разрешить этот парадокс. — "Перед собранием"?! Ло, мы тут уже часа два-три сидим, не меньше! — воскликнул Эграссель, раскинув руки. — Ты почему не явился сразу? — Но я получил твой зов только сейчас, — с приподнятой бровью ответил Первый. — Как это? Я понимаю Фалинда там не пришла, потому что торчит в своей вселенной, но ты... — устремляя взгляд на Лололошку, вставила Туилин. — Я же говорю, что зов я услышал только сейчас! — Не ссорьтесь, друзья, — спокойным тоном сказал Эграссель. Осмотрев всех, он снова повернулся к Лололошке. — Ло, ты же знаешь, что этот парадокс очень опасен? — Если кто-то и понимает опасность временных парадоксов, то это я! — с гордостью заявил он. Но получив в ответ лишь недовольные мины других Первых, Ло вздохнул и добавил. — Я как раз собирался идти разбираться. Пока мультивсленная не схлопнулась... — последнее преложение он сказал чуть тише. Повернувшись в сторону двери, Лололошка уже собирался встать и уйти, как раздался голос Вальда. — Так а чего ты сидишь на месте-то? Я уже заколебался видеть другое название таверны! — недовольно высказался Вальдхар, хмуря брови. — Ты не видел, но я закатил глаза, — раздражённо процедил Лололошка. Наконец встав со стула, он направился к двери. Казалось бы с облегчением Эграссель вздохнул и вновь оглядел всех присутствующих. — Думаю, собрание на этом окончено.

***

Серебристый лунный свет падал на павшую хвою, лежащую ещё с начала осени. Чаща сосен создавала давление на зрительные нервы, но это не мешало путнику продолжать беспрепятственно идти меж высоких деревьев. В воздухе пахло петрикором. Луна висела над головой, яркая и полная, освещая дорогу сквозь густой туман. Где-то в далеке был слышен вой волков и уханье совы. Влажная земля неприятно чавкала под ногами, но после она сменилась привычным для ног каменной плиткой. Путник остановился, осматривая небольшой город. В окнах были видны силуэты людей; фонари, расставленные вдоль дороги, излучали тёплый свет. Ветер развивал шарф Первого, иногда мешая тому своей игрой. Спокойная симфония сверчков успокаивала расшатанные нервы. Наконец дойдя до нужного дома, Лололошка постучался в дверь, и вскоре за ней послышались торопливые шаги и привычный вопрос «Кто там?» — Это Лололошка, — спокойным голосом ответил он. Дверь медленно отворилась, и в проходе показалась молодая девушка, чьи волосы схожи с лепестками сакуры, аккуратно ниспадающие по спине. Открыв дверь настежь, она жестом пригласила Первого зайти. Тот кивнул и вошёл внутрь. — Пойдёмте на кухню, — тихо промолвила девушка. Еле слышимый стук гэта по деревянному полу эхом раздавался от деревянных стен. Лололошка же ступал бесшумно, будто хищник, выслеживаемый жертву. Дойдя до кухни, девушка достала вторую чашку и поставила её на стол, заполнив её недавно заваренным чаем. Первый нетерпеливо ждал, когда она наконец сядет. Когда это случилось, Лололошка глубоко вздохнул и начал разговор. — Я думаю, для тебя не секрет, что в ткани времени появилась дыра. И она представляет большую опасность, хотя ещё не достигла своего пика. Длинное ухо девушки дёрнулось, когда рука ещё не успела преподнести чашку к губам. Поставив обратно на стол чашку, она сглотнула и ответила. — Ну.. да, знаю. А что не так? — вскоре добавила она. — Киёби, Смотрящий попросил меня разрешить этот парадокс, — серьёзно произнёс Лололошка, прожестикулировав кистью, — и мне нужна твоя помощь, — когда в ответ было лишь ожидающее молчание, он продолжил. — Точнее, не только твоя. Суть в том, что этот парадокс произошёл из-за одного преступника, который планирует переписать мультивселенную, — поправив очки, процедил Первый. — Нужно и поймать преступника, и устранить парадокс. С парадоксом я сам разберусь, а от тебя требуется поймать преступника. Эльфийка слегка задумалась, опустив взгляд вниз. Затем прозвучал смирённый вздох и ответ. — Хорошо, я помогу. Но я правильно поняла, что этот злостный нарушитель очень опасен? — Смотря по каким меркам, — равнодушно ответил шатен. — Но насколько я знаю, у него есть приспешники. Он может не выходить один на один, — постучал пальцами по раме своих очков. Девушка нервно вздохнула, пальцы под горячей чашкой вспотели. — Поэтому с тобой пойдёт Иниго. — А, эм... Х-хорошо.. — чуть-чуть замялась Киёби. Иниго был один из Первых. Из неизначальных Первых. Лололошка часто проводил с ним время, делился результатами экспериментов и новыми идеями. Лололошка не был из тех, кто открывал душу всем подряд. Он часто был один, заперевшись в своей лаборатории и не выходя оттуда годами. То ли желания, то ли времени не было у него на встречи со старыми знакомыми. Но, казалось, что на времяпровождение с Иниго у Лололошки было очень много времени. Даже на встречи с Эграсселем не было столько. Но сейчас ближе к настоящему: ещё немного побеседовав, Лололошка вскоре ушёл искать своего спиногрыза и скинуть на него свои обязанности. Так, по крайней мере, считал Иниго.

***

— Я ещё раз повторяю: я не перекладываю на тебя ответственность! Я просто хочу убить двух зайцев одним выстрелом, — с досадой воскликнул Лололошка, потирая уголки глаз. Ох, если бы этот Первый только понимал его! Что со всеми вокруг не так? Очень... раздражительные. Будто они знают, что сегодня поскользнуться на льду и получат синяк. Солнечные лучи вырвались из-за туч, падая на белоснежную броню Первого. Он был единственным, чей костюм отличался. Он белый, но с привычными полосами и камнем на груди. Но вот маска привычного цвета обсидиана, как и у всех. Иниго вздохнул, наконец-таки, за долгое время, успокоившись. — Ладно-ладно! Я понял, — он поднял руки вверх в знак смирения. Когда шатен повернул голову обратно к нему, то неизначальный добавил. — Итак.. можешь повторить твой план? — Всё просто: вы идёте и ищите по всей мультивселенной Эбардо, а я в это время первым делом разговариваю с теми, кто связан с парадоксом, а потом иду разбираться с ним. — Ага.. То есть, мы должны разыскать его... А не слишком ты много просишь? — скрестив руки на груди, процедил Иниго. — Как-то найти одного человека во Вселенной, ну, невозможно. В это время Лололошка уже отвернулся, собравшись уйти, но вопрос Первого заставил его остановиться. — Ты не видел, но я закатил глаза, — обронил шатен, повернувшись обратно уже во второй раз. — Я тоже буду искать, не волнуйся. А теперь. Будь добр, иди и ищи, — приказал он, уже уходя полностью. Белобро́ненный остался стоять под деревьями, вслушиваясь в шелест листвы, будто они говорят успокаивающие слова, что-то вроде «Лололошка всегда был врединой»

***

В таверне раздавались разговоры других посетителей, звуки потягивания напитков через трубочку и еле слышимый шаг, направляющийся к барной стойке. Владелец таверны, Лис, взглянул на вошедшего посетителя и широко улыбнулся, увидев на его груди серебрянный значок, который обозначает временный пропуск в Поэну. Если человек смог получить доступ в город, хоть и временный, и решил потратить это ограниченное время на посещение его таверны, то нужно сделать всё, чтобы гость остался доволен! Он же может рассказать об его заведении своим знакомым, а те придут в город преступников и посетят его! — Здравствуйте-здравствуйте! Чего изволите? — спросил он, когда Лололошка, оглядев все помещение, подошёл к стойке. — Мне, пожалуйста, один стейк с картофелем и бутылку пива из одуванчиков, — равнодушно заговорил шатен, складывая руки на груди. Бармен кивнул, и вскоре на столешнице стойки стояла тарелка с горячим, аппетитно пахнущим и выглядящим картофелем, рядом же стояла бутылка, в которой плеснулась жидкость, когда Лололошка взял её в руку. Отдав нужно количество осколков и крупиц скинта, а ещё и один кристалл в качестве чаевых, пропыхтев тихое "благодарю", парень сел за столик около стены, отставив пиво в сторону. Повезло, что оно в бутылке, а не в кружке. Иначе бы шатен не вынес омерзительного запаха алкоголя. Тогда зачем он его взял? Перед уходом в Междумирье Эграссель попросит Лололошку прихватить для Вальда особый алкоголь из одуванчиков, ведь тот не застал его, когда один раз посещал Поэну. Опалив прохладным дыханием еду, юноша начал трапезу. Не то чтобы он был каким-то аристократом, нет. Хотя, со стороны можно было так подумать. Бледная кожа, холодное спокойствие, высокомерие, как могут подумать окружающие. Шатен положил в рот разрезанный на слайсы картофель, а затем и кусочек стейка, как вдруг входная дверь отворилась, и внутрь вошло четверо человек. Лис, казалось Лололошке, был знаком с ними, ведь дружелюбная улыбка, с которой обычно встречают дорогих друзей, мигом появилась на его лицо, как гости переступили порог. Когда они расселись на столик напротив Лололошки, он краем глаза заметил, что они похожи на тех, кто ему нужен. Ведь не просто так он пришёл в Междумирье. Не отпуск же он решил устроить себе! Выстраивая план, как избавиться от парадокса, Лололошку заинтересовало, как именно он появился, ведь в истории, по какой-то причине, этого нет. Затем парень узнал, что несколько человек, в обобщённом плане, причастны к нему. Любопытство взяло вверх, и Лололошка отправился на их поиски, чтобы установить причину возникновения парадокса. И вот, под взор одного из Первых мироходцев попало Междумирье, а именно Поэна — город, в который сбегают преступники с Искрой. Но вернёмся к повествованию. Пришедшая четвёрка заказала по кружке пива и начала что-то бурно обсуждать. Единственный плюс эльфийской крови в Лололошке — он слышит лучше, чем обычные люди. Уловив единственное слово, которое он выжидал, было "парадокс". К счастью, он услышал больше, чем одно слово. Это была фраза «Как избавиться от парадокса?» Лололошка не мог не заметить, что одна дама из их компании смотрит на него, будто проверяя что-то. Что самое главное, шатен чувствовал, как его пустотная магия резонирует с её. Чёрт. Мог ли другой пустотный маг выяснить силу магии? Или так могут только Первые? Хоть Лололошка и прожил много, очень много лет, но ответ на этот, казалось бы, лёгкий вопрос не смог найти. А всё потому, что он постоянно сидел в своей лаборатории и практически не выходил во внешние миры. Устав от прожигающего взгляда, Лололошка слегка повернул голову и так же уставился на даму. Та спустя пару секунд отвернулась, будто игры в гляделки не было. Ну как она переиграет его, если шатен играл в эти игры с самим Смотрящим? — «Пора уходить. Свою цель я выполнил» — подумал Лололошка быстро прожевал оставшиеся кусочки блюда, поморщившись от непривычной заполненности в желудке, и встал из-за столика. Другие посетители по-обычному проводили его взглядом, а потом вернулись к своим темам разговора.

***

— Фарагонда, не присоединишься к нам? — спросил беловолосый эльф, махая рукой высокой даме. Утро в Эрессии было как обычно спокойным. Птички пели недалеко от замка, заросли растений теребил ветерок, а лучи солнца золотили заброшенные земли. Темнокожая девушка, сидящая рядом с белокурым, недовольно фыркнула и перебила Фарагонду. — Фран, мы же хотели вчетвером позавтракать! — Ашра, ну и что такого в том, что Фарагонда присоединится к нам? — ответил за эльфа другой мужчина. — Так даже веселее! — добавил он уже более радостно. — Франческо, я приму твоё предложение, — спокойно ответила Фарагонда, пропустив небольшую ссору мимо ушей. Она села на свободный стул, рядом с Франом и принялась за завтрак, как и все остальные. — Ммм, Седрик, твои сендвичи очень вкусные! — прожевав, блаженно подчеркнула Ашра. Тот хотел что-то ответить, но не смог сказать что-то ясное с набитым ртом. — Не разговаривай с набитым ртом, Седрик, — тихо ответил ещё один парень. Обычно он молчит, либо говорит одно-три слова, на этом его социальная батарейка падает, и он не говорит. Поэтому все посмотрели на него, а когда Седрик прожевал, то произнёс. — Не буду, Калеви! Раз ты решил сам об этом мне сказать, значит, точно не нужно! — подстебнул его мужчина, подмигнув глазом. Диалог на этом приостановился. Каждый кушал свой сендвич, приготовленный Седриком, не зная, как продолжить разговор. Это продолжалось до тех пор, пока в пространстве не появился портал, выглядящий как рана в ткани пространства, словно невидимая реальность была грубо разорвана или разбита. Его очертания неровные, изломанные, словно острые осколки неведомой материи. В центре зияет глубокая, почти чёрная пустота, окрашенная в насыщенные оттенки тёмного фиолетового и пурпурного, которые переходят в более светлые сиреневые и голубые тона по краям. Из него показался тёмная фигура, костюм которой был покрыт фиолетовыми линиями. Лицо было укрыто за маской. Шею обвивал длинный неплотный шарф, который решил противоречить законам физики, не развивался под напором ветра. Все разом повернулись на звук ломающегося стекла и застыли в шоках. — М-междумирец?!