Моя маленькая девочка

— Мне больно, — говорю, ёрзая у неё на коленях. — Могу дать тебе таблетку обезбола но только после того, — она усмехнулась и провела большим пальцем по моим губам. Крепко стискиваю зубы, не хочу, чтоб её палец оказался у меня во рту. Я даже отвернулась от неё. — Что такое? Не капризничай. Тварь! Мы одногодки, а эта сука ведёт себя так, словно старше меня. — Тебе же понравилось, когда я полизала твою маленькую дырочку, — и тут я дёрнулась вперёд и меня вырвало. К сожалению, не на неё. — Ладно. — Она поднялась, держа меня на руках и уложила на кровать, а после достала свои влажные салфетки и убрала за мной. — Отдыхай. Завтра увидимся в школе. Она достала мобильный и кому-то написала, а после мама открыла дверь. Моника вышла, а мама даже не заглянула в комнату. Так я и прорыдала до утра. Мне было больно. Чувство унижения. Эта тварь делает со мной всё что захочет. Как же это отвратительно. Сука! — Эрика, — сказала мама утром следующего дня. — Я тебя отвезу в школу. — Меня Ли должна отвести, — глаза у меня заплаканные, да и выгляжу я ужасно, но маме плевать. Ладно хоть горло не так сильно болит как вчера. — Я позвонила её матери и сказала, что не разрешаю вам теперь общаться. — Что?! — В шоке смотрю на неё. — Мам, ты чего? Ли моя подруга. — Теперь твоя подруга Моника и хватит на этом. — Но… — В машину! Конечно, проще согласиться чем спорить. Поэтому я вышла из дома и села в мамин серебристый Мерседес. Надеюсь, этот звонок никак не испортит мои отношения с Ли. — После школы домой тебя отвезёт Моника, — сказала мама, остановившись у школы. — Что?! Нет! Она меня не отвезёт. — Отвезёт. — Да мне на хер эта Моника не сдалась! — Показываю шею. — Вон! Этак сука вчера меня душила. Щёку обожгла боль от пощёчины. В шоке смотрю на маму. Она никогда раньше меня не била. — Не смей так говорить об Монике, — сквозь зубы процедила мама. — Никогда. Выхожу из машины закинув рюкзак на плечо и не на кого не глядя спешу в школу. Ли я нашла у шкафчика. Наши шкафчики были рядом. — Привет, — говорю Ли. Подруга захлопнула шкафчик и мрачно посмотрела на меня. — Что случилось? — Твоя мать. — Это всё Моника. — Моника? — Нахмурилась подруга. — Да. Она вчера меня подставила. Сообщила маме об вечеринке, а потом явилась ко мне. — Задираю шею. — Смотри. Видишь синяки? — Ну. — Она меня душила, — говорить, что дальше она со мной делала стыдно. — И самое ужасное, она нравится моей матери. — Да я уже поняла, что меня, твоя мать просто ненавидит. И тут у меня зазвонил мобильный. Вздрогнув, достаю его и вижу: «мама». — Что? — Немедленно отошла от Ли! — Напряженно сказала мама. — Немедленно! Оглядываюсь не понимая, как она поняла. — Эрика! — Рычит она. — Да с чего ты вообще решила, что я с Ли? — Моника позвонила и сообщила. Отключаюсь и недовольно оглядываюсь. Где эта тварь? Я побежала по коридору в поисках этой суки. Меня всю трясло от гнева. Как она смеет портить мне жизнь?! Из-за неё меня впервые ударила мать. Она меня изнасиловала. Душила. Так ещё и настучала. Раздаётся звонок на урок, но мне кажется я увидела, как эта тварь забежала за угол в сторону сцены. Бегу туда. В том году я ходила в театральный кружок. Ходила вместе с Ли. Мы даже успели поучаствовать в одном мюзикле и в одном спектакле. Правда участвовали так: Ли массовка, а я за сценой подаю свет. Первый раз мы ещё решили, что может это из-за того, что ставим «Призрака Оперы». Всё же там надо петь, а у нас с Ли нет толком голоса. Как оказалось. Но вот когда был просто спектакль, где по сюжету шёл суд над ведьмами, Ли даже в массовку не попала. Тогда мы решили, что к нам не очень-то и справедливо относятся. Мне вот было неловко, особенно когда мама узнала, что я хожу в театральный кружок. Она всю родню обзвонила и рассказала какая я у неё прекрасная и играю на сцене главную роль. При этом я даже ничего и сказать не успела. А после она так мною гордилась что мне было неловко и даже страшно признаться, что я даже не массовка. Самое ужасное было когда на «Призрака Оперы» пришла вся моя родня и какого же было их удивление, когда они даже на сцене меня не увидели. Потом был скандал, и мама не разговаривала со мной целый месяц. Она просто делала вид что меня не существует. Готовила только на себя и на папу, а на меня нет. — Мэри, она же не виновата, что ей не дали главную роль, — услышала я как-то из спальни родителей. — У меня нет голоса. У тебя нет голоса. И в целом там главная роль только у Призрака. — Я не хочу про неё ничего говорить, — это больно резануло по мне. — Мэри, Эрика пыталась тебе сказать. Ты сама всё придумала, и сама же обиделась на то, что твои фантазии не оказались правдивы. — Ты знал? — Мэри, Эрика раз пять говорила, что она даже на сцене не появится. Ты отмахивалась и хвасталась всем что Эрика играет главную роль. — Она одно сплошное разочарование, — в глазах у меня от этих слов появились слёзы, и я вернулась к себе в комнату. — Тварь! — Кричу, оказавшись в пустом зрительном зале. Смотрю на сцену. — Моника, мать твою! Где эта тварь?! — Я ведь всё равно дам тебе пиздюлей! Иду вдоль рядов сидений и просматриваю, может она где-то тут? — Ты как крыса! Хотя назвать тебя «крысой» значит оскорбить всех крыс! Она сильнее меня и вот сейчас она прячется от меня. Что-то тут не то. — Эрика?! — Оборачиваюсь и вижу Ли. — Ты что делаешь? — Ищу эту! — Приближаюсь к сцене и забравшись на неё оглядываюсь. — Я её просто уничтожу! — Эрика, — Ли подошла ко мне и залезла на сцену. — Успокойся давай. Ты сейчас сама себя подставишь из-за этой. Она если доложила твоей матери что ты со мной общаешься, думаешь не доложит, что ты прогуливаешь? — Меня просто бомбит от неё! — Кричу и мой голос разносится эхом. — Сука! Весь день я не видела Моники. Я уже и в туалет ходила её там специально искала. Нет её. Но зато на физкультуре, к моему удивлению, она была. Как выяснилось мисс Мони что вела у этой суки английский заболела и их присоединили к нам. Но даже на физре Моника была сраной монашкой. Юбка в пол и водолазка. Я же стояла в шотах и белой футболке, как и все. Но при этом мистер Дули вообще ничего ей не сказал, а сама Моника и не бегала, и не выполняла никаких заданий. Я прыгала через «козла», забиралась на канате. Потом мы играли в вышибалу и когда мне достался мяч и специально швырнула его в Монику. Эта сука увернулась, а по залу раздался резкий свист. — Морган! — Зарычал физрук. — Вон! Ухожу в раздевалку. Пожалуй, это даже хорошо. До конца урока ещё пятнадцать минут. Снимаю форму и пока никого нет обматываюсь в полотенце и бегу в душевую. Раньше она была открытой, и все мылись на глазах у всех. Это было ужасно. Даже в моей прошлой школе я отказывалась ходить на физру. Когда перешла в эту думала, что вообще не буду мыться, но спустя неделю администрация школы поставила перегородки и шторки. Захожу в одну из кабинок и задвинув шторку вешаю полотенце на крючок. Хотя по идее оно всё равно намокнет. Включив воду, беру кусок мыла что лежит в мыльнице, приделанной к стене. Мне повезло, мыло чистое без чьих-либо волос. Прошлый раз, когда мне попалось грязное волосатое мыло я чуть не облевалась. Надо быстрее помыться пока остальные не пришли, мне будет крайне неловко перед ними натягивать нижнее бельё. За шумом воды я даже не услышала, как шторка сдвинулась и кто-то вошёл. Поняла я это когда меня неожиданно сов сей силы впечатали в плитку. Пытаюсь двинуть локтем этой сволочи, (а я даже знаю какой именно), но поскальзываюсь и едва не падаю. — Ну и куда ты сопротивляешься? — Хоть Моника говорит тихо, но я различаю её голос и прекрасно ощущаю, как она трётся своей голой грудью об мою спину. — Я буду кричать! — Да? — Усмехнулась она и поцеловала меня в шею. — И придут одноклассницы, и увидят нас вместе голых. А после все будут говорить, что ты лесбиянка. — У нас есть такие в школе так-то. — И они изгои. А как миссис Морган будет расстроена. Её единственная дочь и такая. — Так с тобой, сука! — И возможно тогда миссис Морган отдаст тебя мне, — она целует меня между лопаток. — А может я скажу, что ты ворвалась ко мне в душевую и попыталась изнасиловать. Мне же поверят, а не тебе. — Да с чего ты в душ-то пошла?! — Плитка такая холодная. — Захотелось. А ты накинулась на меня. плохая девочка. Вздрагиваю, когда она хлопает меня по заднице. — Я поласкаю тебя языком, — прошептала она мне на ухо. — Ты же хочешь. — Нет! — Хочешь, — одна её рука сжала мою грудь, а другая стала гладить по животу. — Только попку выпяти, и я отлижу тебе. Круговыми движениями, как ты любишь. И она вдруг схватила меня за талию и потянула на себя заставляя прогнуться, а после соскользнула вниз. Я застыла, а Моника, стоя на коленях развела мне ягодицы и прижалась лицом. Вздрагиваю, ощутив её язык на своей дырочки. Крепко зажмуриваюсь и сглатываю, а Моника лижет меня там. Сколько прошло времени? Когда одноклассницы появятся? Моника же свалит к тому времени? Тяжело дышу, когда её язык проникает в меня. Руками она гладит мои бёдра. — Мне так нравится тебя там ласкать, — Моника выпрямилась и схватив меня за плечи развернула лицом к себе прижав меня спиной к плитке. — Но ты должна будешь поласкать меня кое-где взамен. — Нет, — качаю головой. — Тебе понравится, — она стала давить мне на голову да с такой силой что я невольно встала перед ней на колени. Её лобок был как раз перед моим лицом. — Я не ожидаю что кончу. Но я хочу почувствовать твой язык в себе. И тут я услышала шум. В душевую вошли одноклассницы. Они весело что-то обсуждали смеялись. — Высунь язычок и работай, — она слегка наклонилась ко мне, а после просто схватила меня за волосы и силой притянула к своей промежности. Она закинула одну ногу мне на плечо и меня даже перекосило, а лицом я уткнулась Монике в промежность. — Давай, хватит ломаться. Она трётся своими половыми губами об мои губы, об мой нос, подбородок. Меня начинает тошнить хоть я и не чувствую никакого запаха. Вокруг стали включаться вода. Я просто не знаю, что мне делать. поднимаю голову и вижу, как Моника второй рукой мнёт свою грудь, пальцами теребит затвердевший сосок. — Не ломайся, всё хорошо, — она усмехнулась. — Я никому не расскажу. Хочу скинуть её ногу, но ничего не выходить и она больно бьёт пяткой меня по спине. — Я не хочу делать тебе больно, но я сделаю, — она больно дёргает меня за волосы. — Делай что сказала! Через силу высовываю язык и провожу им по её половым губам. Какой же позор. — Давай, не стесняйся, проникай им. Проникаю в неё языком чувствуя какая она горячая и мокрая. Меня тут же начало выворачивать наизнанку. Видимо слишком сильно раз Моника отстранилась. Я же облевалась. Тяжело вздыхаю, чувствуя горечь во рту. Хватаюсь за перегородку, она скользкая, но я всё равно поднимаюсь. Меня всю трясёт. Смотрю на Монику, она всё ещё стоит, прижавшись спиной к перегородке. Хватаю полотенце и молча завернувшись в него выхожу. Хорошо, что Моника не пошла следом. Быстро одевшись, иду на следующий урок ощущая пустоту. Я просто не понимаю, как мне спастись от Моники. От этой чёртовой суки. Меня внутри просто пожирает ненависть к ней. Я даже сильно не расстроилась, когда меня оставили после уроков. Сидя на последней парте в классе с ещё пятью такими же несчастными, я просто смотрела на часы над доской и ждала, когда наказание закончится. Было бы, конечно, неплохо сделать домашку, но её нельзя делать, всё же наказание. У нас наказания рассчитаны на то, что ты помрёшь от скуки. — Эрика Морган, зайди в медицинский кабинет, — раздалось вдруг из динамика потрескивающий голос. Я даже удивлюсь, не понимая зачем. В медицинский кабинет я шла вся в напряжение. Хоть меня легко и отпустили я всё равно не понимала зачем меня вызвали. Для чего? Остановившись у двери в медицинский кабинет, я постучала и ничего не услышав открыла дверь. — Здрасте, мне зачем-то сказа… — Застываю при виде пустого медицинского кабинета. Никакой школьной медсестры. — Тут кто-то есть? Ну не могла же она уйти, оставив кабинет открытым? Как зовут медсестру я не знаю. Они каждый раз у нас разные так что и обратиться я не могу. — Я тогда пошла, — поворачиваюсь к двери и тут же в глазах темнеет.