Моя маленькая девочка

— Мне всё равно. Моника только кивнула и взяв меня ща руку посадила в машину. Закрываю глаза пытаясь понять реально ли я убила этого Ричарда или нет. Вот вроде меня всю трясёт, но именно чувства вины я не испытываю. Только ненависти. Почему Ли ничего мне не сказала? Ясно что в полицию она побоялась идти из-за него, но рассказать же могла. Моника остановила машину, и я открыла глаза. Она остановилась у какой-то помойки и выйдя из машины открыла заднюю дверцу достав пакет с уликами. — Я же не знала где кухня, — словно оправдываясь говорю. — Я в целом его планировку не знала, чтоб… — Могу дать успокоительное, — она нажала на педаль газа. — Могла бы и не фоткать. Можно подумать мне и тех фотографий мало. — Мне же надо как-то держать тебя на поводке. — Ты его сама убила, да? — Смотрю на неё. — У меня голова раскалывается. Мне говорить больно. И вот в таком состоянии убила? — Вполне. На суде можешь говорить, что у тебя была травма головы. — Куда мы едем? — Ко мне. Ты же не хочешь к себе. — А смысл? Мама увидит в таком виде и что? Да ничего. Она не станет оказывать мне первую помощь. Не повезёт в больницу. Она ничего делать не станет. Она этому ублюдку продала машину отца. Я ничего не узнала про него. Только что моей подруге вот так не повезло. Не повезло со мной. Не повезло в целом быть моей подругой. — Ты больше так не сбегай со сцены, ладно? Иначе миссис Тим отдаст твою роль кому-то другому. — Смысла в спектакле тоже не вижу, — провожу языком по зубам и, к своему ужасу, понимаю, что два боковых верхних зуба шатаются. Настроение ещё сильней падает. Они же явно не перестанут шататься. Либо выпадут сами, либо их придётся вырывать. Мать ни за что не пустит меня к дантисту. — И мне надо всё же в госпиталь. — Зачем? — Удивилась Моника и своим удивлением она удивила меня. — Ну, он как бы, — киваю себе между ног. — Думаешь? — Я не хочу оказаться беременной или подхватить ЗППП. — Я дам тебе таблетку. Дома есть. — Что за таблетку? — Экстренную. Выпьешь её и можешь не переживать. А по поводу ЗППП, не бойся, осмотрю сама и, если мне что-то покажется странным отвезу в госпиталь. — Эм, — я совсем растерялась от такого. — Так ты не врач. — Я хорошо знаю анатомию и… — Нет, погоди, таким заниматься точно нет. Я настаиваю на том, что мне надо в больницу! Вскрикиваю, когда один из шатавшихся зубов выпал у меня изо рта. Сжимаю его пальцами и на душе становится ещё хуже. Закрываю глаза и всю оставшуюся дорогу их просто не открываю. Уже в самом доме Моники иду с ней в её комнату. Там стоя в ванной комнате, скидываю с себя одежду Ричарда. — Пошли в душ, — Карузо сама разделась и завела меня в кабинку. Стою вся, сжавшись пока Моника осторожно меня моет. Она не домогается, но всё равно противно. Спустя несколько минут я чувствую, что стоять становится совсем тяжело и опустившись сажусь на пол. Закрываю глаза чувствуя, как Моника мылит мне волосы. Просто жду, когда всё это наконец-то закончится. Ну не вызывать же мне дух Ли чтоб узнать правду? — Моника? — Да? — Он изнасиловал Ли, но она сбросилась не из-за этого? — Для неё последней каплей стало что ты со мной, — сердце больно кольнуло. — По её дневнику она жила ради тебя и готова была пойти на многое. — Те страницы что ты вырвала, они у тебя? — Еле сдерживаюсь чтоб не заплакать, но слёзы предательски бегут по щекам, единственный плюс душа, он скрыл мои слёзы. — Нет, — верить ей нельзя. Никому верить нельзя. — Поднимайся, я обработаю твои раны. Она выключила воду и помогла мне подняться. Вывела меня из душевой кабины и взяв полотенце вытерла. — Так будет теплее, — на меня надели махровый халат. Было и правда тепло, но её заботы о себе я не оценила. — Сядь на унитаз. Так я и сидела закрыв глаза пока Моника обрабатывала меня. Лицо ужасно болело и щипало. Я то и дело дёргалась и вскрикивала от боли. Закончив с моим лицом, она стала сушить феном мне волосы. Вздыхаю, волосы опять будут сухими. Когда же Моника наконец-то закончила, она повела меня в свою комнату и уложила спать. Лежать было больно. Я ещё старалась не смотреть на своё тело хотя знала, что на животе у меня ужасные синяки. — Может фото покажешь? — Зачем? — Просто. — Нет, — она обняла меня, но осторожно. — Спи. — Я не засну. — Могу снотворное дать. — Не надо. — Для тебя же будет лучше играть по моим правилам. Вот, ты ослушалась и к чему всё это привело. Ты убила помощника шерифа. — Только вздыхаю до конца так и не веря, что я могла что-то подобное совершить. Ну не могла я никого убить. Это тогда не я. — Но твоё лицо, я не знаю как ты с таким лицом пойдёшь в школу. — Моника? — Да? — Почему я его зарезала? У него пистолет был. Я могла его застрелить. В комнате повисла долгая пауза. — Я видела пистолет. Я могла взять его. Тем более я знала где он лежит в отличии от расположения кухни. Почему я не застрелила его? — Может боялась привлечь кого-то выстрелом? — А раз мне было всё равно, то почему бы и нет? — Ты можно подумать раньше стреляла. — Но и ножом я никого не била. — Выкинь это из головы и просто ляг спать. У тебя всё будет хорошо. Просто надо слушаться меня. Вот и всё. Я от тебя большего не требую. Утром я не смогла встать. Хоть и заснула, но лицо, да и тело ужасно болели что я даже согласилась принять таблетку обезбола. Пока её проглатывала поняла, что проглотила второй шатавшийся зуб. Настроение упало окончательно. — Выглядишь ужасно, — по лицу Моники было ясно что она не врёт. — Надо было мне поторопиться. А ведь она совсем не жалеет о том, что меня изнасиловали. А было ли изнасилование? Таблетку она мне никакую не дала. Живот болит, но он меня туда пинал. Может ещё где побил? — Останешься у меня дома. Сделать тебе поесть? — Не надо. — Постараюсь не задерживаться, но сегодня репетиция. Давай я её пропущу. — Нет. Иди. Чем дольше она будет в школе, тем больше у меня будет времени обследовать всё. — Я оставлю тебе обезболивающее, — она кивнула на стол, где стояла упаковка таблеток и стакан воды. — Телефон с тобой? — Качаю головой. — Ладно, постараюсь не задерживаться. Она ушла, а я закрыла глаза. Чувство слабости и сонливость, но как только прошло минут двадцать я всё же открыла глаза. Открыла их с трудом. Сев чувствую себя легче. Всё же обезбол действует. Пока что. Оглядываю комнату и встав поправляю на себе халат, в котором и спала. Идти тяжело, но я начинаю медленно обыскивать её комнату. Стараюсь не пропускать ничего. Тех фотографий, которые я нашла прошлый раз больше не вижу. И вот обыскав весь стол и не найдя ничего интересного я сажусь на стул и вздыхаю. Может это всё впустую? Смотрю на стакан с водой, а после сквозь боль наклоняюсь и смотрю под столом. Вижу какой-то конверт, прикрепленный к столешнице. Тяну к нему руку и отклеиваю. Плотный конверт, заклеенный. Открою так не заклею. Недолго думая, открываю его и вытаскиваю содержимое. Тетрадные листы, расписанные мелким почерком. Вглядываюсь и понимаю, что это почерк Ли. Она всегда так писала. Сердце от волнение забилось быстрее и воровато оглядевшись начинаю читать. Листы были измяты, Моника видимо вырвала их и даже не удосужилась сложить, а просто скомкала. Много, где чернила были размыты от слёз. Сглатываю, а руки дрожат. Уже ясно что пока Ли писала эти строчки она плакала. «…на сайте весьма приятная женщина. Она, конечно, старше меня, но я обсуждала с ней всё. Обсуждала свою подругу Эрику. Женщина предложила мне встретиться, и я согласилась. Правда меня смутило место куда она предложила приехать. Я долго думала ехать или нет. Всё же я её не знаю, да и место опасное какое-то.» Тяжело вздыхаю. У меня уже у самой слёзы наворачиваются на глазах. Дальше почерк уже не мелкий. Он крупный и не аккуратный. Рука у Ли дрожала. «Это оказалась вовсе не женщина! Это был мужик! Вонючий мужик! Он изнасиловал меня!» Дальше было размыто. «Это оказался помощник шерифа. Он угрожал мне. Так же этот урод хочет мою подругу. Он буквально говорил что хочет Эрику. Сказал, что она ему внешне понравилась и если я её не приведу к нему, то он продолжит меня насиловать. Я отказалась. Эрику ни за что так не подставлю, она такого не заслуживает хоть мать у неё ещё та сука. Она меня ненавидит и всегда, когда Эрика куда-то отлучается, миссис Морган начинает говорить мне всякие гадости.» — Мама! — Рычу сквозь зубы. «В прошлый понедельник я столкнулась с миссис Морган в магазине. Причём я ещё ломалась стоит ли подходить и здороваться и всё же я подошла и получила порцию отборного дерьма. Я еле сдержала слёзы чтоб не расплакаться. Она настаивала, что я опущу её Эрику на свой уровень. Что Эрике нельзя со мной дружить. Но я бы не сказала, что тупая. Учусь я лучше Эрики. И всё же я никогда так не подставлю свою подругу. Она хороший человек пусть у неё слегка странные взгляды на жизнь. Если бы она была чуть толерантной, я бы призналась ей в своих чувствах. Но я никогда не подложу Эрику под этого урода.» Тяжело дышу и вытираю выступившие слёзы. Надо успокоиться и продолжить читать дальше. «…я уже собиралась признаться родителям в том, что меня изнасиловали. Я собиралась рассказать кто это. Вот только сегодня случилось ужасное! Папа попросил помочь ему в ресторане, и я согласилась. Там сидел он! Его зовут Ричард и он был в полицейской форме и улыбался мне. Когда я его увидела всё внутри меня сжалось. Я поняла, что просто не могу сдвинуться с места и подойти обслужить его столик. Он сидел и смотрел на меня. Был один. Я даже не знаю хорошо это или плохо, но, когда я взяла себя в руки и подошла к нему поняла, что меня всю трясёт. Я с огромным трудом записала заказ. Обычно я пишу красивым почерком, но тут рука у меня тряслась, и я даже не смогла разобрать что написала. Он же смотрел на меня похотливым взглядом, а может мне просто показалось? Ричард постоянно меня подзывал. Он якобы невзначай касался меня. Моё тело реагировало на его прикосновения вздрагиванием и мурашками. В целом к нему было огромное отвращение. Я еле сдерживала слёзы стоя возле него. Терпя его прикосновения и слушая голос. Тут он говорил мягко, а тогда орал на меня. Он спросил, где тут туалет. Я сказала, но он сделал вид что не понял. Я не хотела его провожать до туалета, но тут подошёл отец и попросил всё же исполнить просьбу клиента тем более если клиент помощник шерифа. Я не знаю почему не сказала отцу. Он бы помог. Он бы защитил. Я просто не знаю, что произошло со мной в этот момент. Я просто кивнула и всё. В своей голове я представляла, что подниму шумиху. Что вот прямо сейчас сдам этого ублюдка. Ничего. Я словно язык в жопу засунула. Я ничего не сказала. И я жалею об этом» Уже догадываюсь что произошло. Ну нет! Почему Ли не смогла сказать? Хотя сомневаюсь, что её отец поверил бы. «Этот ублюдок затащил меня в одну из кабинок. Я даже не смогла закричать. Я словно в ступор впала. Стояла, и вся трясясь, а он лапал меня. Я только плакала, но ему было плевать. Он вновь спрашивал про Эрику. Я ничего не ответила и тогда он снова изнасиловал меня. Сказал, что так будет дальше пока я не приведу ему Эрику. Я же поняла, что не могу вообще позволить Эрике хоть как-то с ним пересечься. Каждый раз, когда мы гуляли, я гуляла и оглядывалась. Я боялась, что Ричард выскочит и нападёт на Эрику. Когда же мы всё же пересекались я уводила Эрику как можно дальше.» Я вспомнила что последние несколько месяцев Ли словно стала параноиком. Она постоянно оглядывалась и нервничала. Я только не знала причины. Даже когда спросила Ли напрямую, Ли не ответила отмахнувшись. «Ричард стал приходить в папин ресторан ежедневно. Я уже стараюсь избегать помощи отцу. Я не хочу сталкиваться с этим ублюдком. Вот только вчера Ричард оказался у нас дома. Он сидел на кухне и пил капучино общаясь с моими родителями. Я чуть не потеряла сознание от такого. Мне хотелось кричать, но я снова встала и не могла пошевелиться. Он же увидел меня и улыбнулся. Потом словно являясь старым другом семьи сказал, что хочет посмотреть мою комнату. Он наплёл моим родителям какую-то чушь по поводу запрещенки и они купились. Они отпустили его, взрослого мужика со своей дочерью в комнату. Даже не пошли следом. Вообще ничего. Ричард снова меня изнасиловал не только вагинально и орально.» Меня сейчас стошнит. Я уже жалею, что не убила сама этого ублюдка. «…мне нет смысла жить. Мне на электронку пришли фотографии. На них Эрика с Моникой. Я была просто в ужасе глядя на эти фото. Эрика не могла. Я просто не поверила в случившееся. На фотографиях Эрика кажется без сознания. У неё закрыты глаза. Может Моника её чем-то накачала? Эрика ни за что не согласилась на такое. Даже под страхом смерти. Я должна помочь Эрике, она одна не вытянет. Я сделаю всё возможное чтобы…» Запись обрывается и больше ничего. — Да блять! — Встаю и тут же ухаю от боли. Смотрю на упаковку таблеток и схватив её достав блистер вытаскиваю две таблетки и запиваю их водой. Идти в полицию с этими бумагами? А тогда меня спросят откуда они. Взяла у Моники? А поверят ли? Может как-то анонимно отослать? Ну а кто поверит, что помощник шерифа такой урод? Моника точно обнаружит пропажу. А дальше что? Скинет те фотографии? А есть ли они вообще у неё? Пришла раньше, но не пыталась привести в чувство. Враньё на вранье. Кипя гневом, поднимаюсь и иду в её гардероб. При иных обстоятельствах я бы побрезговала брать её одежду, но не в халате же идти? Но тут и про меня сказано. В любом случае с матерью надо поговорить. Она совсем обнаглела так относиться к Ли. Да и одно я точно для себя уяснила, она не собиралась кончать с собой. Значит кто-то помог и этот кто-то скорей всего была Моника!