Межшкольная олимпиада

Глава 1. Новое место Вечер опускался на город медленно, словно и сам не спешил в тьму. За окном автобуса медные листья падали на серый асфальт, и Ксавье смотрел на них, думая о том, что иногда и люди падают так же — быстро, но беззвучно, не имея шанса вернуться на ветку. Его отец настоял на переводе. — Новое начало пойдёт тебе на пользу, — сказал он ровным тоном, будто это не было наказанием. Будто ложное обвинение, нависшее над ним в старой школе, можно было смыть, просто сменив здание и людей вокруг. Внутри же всё кипело. Он не любил убегать, даже когда разум подсказывал, что лучше уйти. Перед отъездом он оставил на чердаке холст — грубые мазки серого и чёрного, на которых угадывался силуэт девушки с косами. У подножия картины — записка: “Некоторые тени остаются с нами, даже когда мы уходим.” Он знал, что Уэнсдей найдёт её. Новая школа встретила его высокими, как собор, сводами и запахом старой древесины. Здесь не было навязчивой мрачности «Невермора» — наоборот, пространство дышало светом, но в нём таился какой-то свой, тихий секрет. На входе его встретил парень с каштановыми волосами и лёгкой улыбкой. — Новенький? Я Ривер. Будем соседями. — Он протянул руку. Ксавье пожал её, кивнув. — Ксавье. Торп. Общежитие оказалось просторным: две кровати, книжные полки, и — о чудо — отдельный угол, где стоял высокий мольберт. Ривер заметил, как Ксавье на него посмотрел. — Здесь почти каждому дают место для хобби. Если у тебя руки растут откуда надо, а не просто держат телефон, тебе будут рады. — Значит, мне повезло, — усмехнулся Ксавье. — А мастерская? — На третьем этаже западного крыла. Там всегда открыто. Можешь хоть по ночам работать. Школа напоминала лабиринт — длинные коридоры с витражными окнами, запах чернил и мелованной бумаги, гул голосов за дверями. Здесь на него смотрели иначе: не как на подозреваемого, а как на того, кто может что-то привнести. На первой же перемене его догнала высокая девушка в ярком шарфе. — Это правда, что ты оживляешь рисунки? — спросила она без тени недоверия, только с живым интересом. — А если и правда? — ответил он вопросом на вопрос, поднимая бровь. — Тогда тебе точно стоит зайти в мастерскую. Тут любят таланты. Вечером, когда Ривер уже листал что-то в телефоне, Ксавье стоял у мольберта. Он не рисовал Уэнсдей, но всё равно в каждой линии угадывал её. Он чувствовал: даже если эта школа примет его, тень из прошлого всё ещё будет с ним. И он не собирался её отпускать.