Здорово, что мы столкнулись с тобой

От авторов: Мы старались следовать правилам и традициям хоккея, когда это было возможно. Но это всё-таки выдумка, и мы позволили себе некоторые вольности, чтобы история была интереснее. Воскресенье, 4 декабря       Я не часто езжу в автобусах, и в этот раз решил, что возможно умру в одном из них. Снег начал валить прямо с утра, ещё до того, как мы выехали из Уайтфейс-Маунтин, что, конечно, не было чем-то особенным для одного из лучших горнолыжных курортов северо-востока страны. В Сиракузы планировалось прибыть ещё до шести, и я надеялся, что заносы нас не сильно задержат. Завтра начиналась последняя неделя занятий, и меня ждала масса дел.       Снег валил вовсю, и к тому времени, когда мы достигли шоссе I-87, из окна практически ничего не было видно. Большинство автомобилей съехало на обочину, но некоторые всё же ползли с включёнными аварийками. Наш автобус влился в поток и сразу же заскользил по дороге.       Автобус вёз около пятидесяти студентов, и, когда мы покидали курорт, в нём было очень шумно, но постепенно все притихли, сейчас же в салоне и вовсе царила тишина. Я сидел один, в третьем с конца ряду, и пытался читать дело для Федерального суда. До окончания моей учёбы на юридическом факультете оставался всего один семестр, и я надеялся успешно закончить её. Накануне Дня благодарения одна крупная фирма в Бостоне предложила мне работу, при условии, что я сохраню средний балл 3,8. А если по делу Федерального суда я получу тройку, то до требуемого уровня не дотяну. И хотя на самом деле я мечтал работать в Вашингтоне, рисковать предложением из Бостона было нельзя.       Из-за скольжения автобуса по гололёду и постоянной болтовни парочки сидящих за мной парней сосредоточиться на чтении не получалось. Они были хоккеистами и болтали о ходе игры, других игроках, машинах и прочем, о чём обычно треплются тупые студенты-спортсмены. Кроме их друга, спавшего на последнем месте, они были единственными пассажирами позади меня.       Ой! Задняя часть автобуса резко выскочила на левую полосу. Я попытался ухватиться за что-нибудь, но успел лишь выпустить из рук тяжёлый сборник дел и в ту же секунду сам взлетел в воздух.       Меня схватили за плечи, но это не замедлило моего полёта. Опасаясь удара о сиденье с другой стороны прохода, я зажмурил глаза и задержал дыхание. Вдруг что-то остановило меня. Вернее, кто-то остановил меня, и у этого кого-то было крепкое тело и мускулистые руки, которыми он поймал меня в воздухе.       — Ты как?       — Что? — Лёжа на спине в руках этого человека и прижимаясь затылком к его груди, я почти ничего не видел. Я повернул голову, пытаясь понять, кто же меня держит.       — С тобой всё нормально?       Я вытянул шею в другую сторону, как раз когда он наклонился, и это был — чёрт! — один из хоккеистов, сидевших позади. Я видел его на выходных с друзьями, по крайней мере один из них смеялся надо мной всё время. Теперь они будут смеяться ещё громче, и я буду известен как тощий коротышка, который не может даже удержаться на сиденье — придурок, которого пришлось спасать настоящему мужчине.       — Ты ударился головой? — спросил хоккеист. — Можешь говорить?       — Могу. — Я зашевелился, и он уже опускал меня на пол, когда…       Чёрт возьми! Заднюю часть автобуса резко повело вправо, нас занесло, после чего мы с чем-то столкнулись.       — Держись! — крикнул мой спаситель, и мы рухнули на пол. Он хрипло зарычал мне в ухо, когда его задница ударилась об пол, но ничуть не ослабил хватку на плечах. Возможно, даже сжал меня сильнее.       Все кричали и визжали, но я молчал. Большой, сильный мужчина держал меня, а какая уважающая себя королева не насладилась бы этим? Подумав, что, возможно, стоит извлечь из этого максимальную выгоду, на мгновение я задумался о том, чтобы изобразить обморок. Когда всё успокоилось, водитель громко попросил всех оставаться на своих местах, сказав, что подойдёт проверить, как мы.       — Уверен, что с тобой всё нормально? — спросил хоккеист. — Извини за жёсткое приземление.       Его лицо было прямо надо мной, так близко, что я чувствовал запах его мятной жвачки. Я внимательно посмотрел на него. О боже! Медовые волосы, карие глаза и светлая кожа, которая почему-то осталась загорелой даже в декабре. Он был не просто симпатичным, он был потрясающе красив.       — Со мной… всё нормально, — сказал я. — Спасибо, что… поймал меня.       На его губах появилась улыбка, и я понял, что сказал. Он мог понять это по-разному. Обычно я бы смутился, но в объятиях этого мужчины я чувствовал себя в безопасности.       — Не беспокойся, — он всё ещё улыбался. — Ты мог сильно пострадать. Рад, что смог помочь.       — Я тоже, — я улыбнулся ему. — А ты сильный.       Он рассмеялся.       — Это подразумевается, когда ты — спортсмен. — Отпустив меня одной рукой, другой он откинул волосы с моего лба назад. — Ты уверен, что цел?       Я повернул голову, чтобы осмотреться, и сразу же почувствовал головокружение. Мне не хотелось, чтобы мистер Крепкий Хоккейный Зад — да, в выходные я разглядел его — отпускал меня.       — У меня немного кружится голова.       Он нахмурился и наклонился ко мне.       — Не торопись. Мы никуда не едем. Хочешь, я тебя осмотрю?       Да, подумал я. Мне определенно нужно, чтобы ты меня осмотрел. Но как бы мне ни хотелось, чтобы он меня пощупал, это, наверное, будет слишком.       — Думаю, со мной всё будет хорошо. Можешь посидеть рядом ещё минутку?       Мы провели так минуту или две, он сидел на полу, держа меня в руках как ребенка. К сожалению, пришлось вставать. В конце концов, я не умирал, и ему об этом было известно, но я постарался, чтобы мой голос звучал слабо.       — Я, наверное, могу уже сесть.       Он снова откинул мои волосы назад.       — Тебе лучше?       — Всё нормально.       Со мной действительно всё было в порядке, несмотря на полустояк, который проявился в моих штанах. Доказывая, насколько был сбит с толку падением, я даже не обратил внимания на это своё состояние. На самом деле, я надеялся, что парень заметит. Он не спешил отпускать меня, а я, возможно, был готов к поиску нового мужчины, когда мы вернёмся домой. В мечтах я уже представлял себе заголовок спортивной газеты: «Хоккеист-гетеросексуал влюбился в юриста-ботаника». Тут я начал хихикать.       Мой защитник рассмеялся вместе со мной.       — Что смешного?       — Ничего. — Я покачал головой. — Только представь — выпасть с сиденья и поразить всех своей неуклюжестью.       Мы всё ещё не двигались, только улыбались друг другу, дыша в унисон.       — Давай, поцелуй его, Ник, а потом отпусти. Водителю нужно пройти.       Мой спаситель широко раскрыл глаза и слегка отстранился. Друг, с которым он сидел, сверлил нас взглядом. В нём было что-то привлекательное, длинные рыжие волосы, которые, судя по всему, не расчёсывали весь день, и как минимум трёхдневная небритость на лице.       — Заткнись, Келли, — сказал мой герой. Он повернулся ко мне. — Можешь встать?       — Думаю, да.       Мой прекрасный спаситель встал и протянул руку, чтобы помочь подняться. Когда я оказался на ногах, он отпустил меня и улыбнулся.       — Не волнуйся, парень.       — Здесь все целы? — Подошёл водитель.       — Все целы, просто немного встряхнулись, — ответил Келли.       Водитель вернулся в переднюю часть автобуса и взял микрофон.       — Никто серьёзно не пострадал. Нам повезло, в автобусе есть студент-медик, он раздаст всем, кому нужно, пластыри из аптечки. Оставайтесь на своих местах, я выйду и осмотрю повреждения снаружи.       Я посмотрел в глаза своему ангелу-хранителю.       — Большое спасибо. Я Джейкоб.       Он расплылся в широчайшей улыбке, которая, казалось, ещё чуть-чуть и заставит его лицо треснуть.       — Привет, Джейкоб. Я Ник.       Ник протянул мне руку, и я пожал её. Мы пристально посмотрели друг на друга, не отрывая глаз.       — Хотите сесть вместе? — спросил Келли с ухмылкой. — Обещаю не смотреть, если вы будете целоваться.       Ник кинул на него злобный взгляд.       — Иди на хрен, Келли. — Он повернулся ко мне. — Знаешь, я… Я рад, что ты не пострадал. — Он подмигнул. — Приятно познакомиться.       Мы рассмеялись, и Ник с Келли сели на свои места позади. Я позволил себе пару секунд насладиться видом, прежде чем занять своё место.