Часть 1
15 августа 2025 г., 00:28
Задача Энид на сейчас: караулить возле входа в психологическую больницу. В данный момент она чувствовала себя запасным игроком в футбольной команде. Будто её силы больше недооценивали:
Пока Уэнсдей рискует жизнью, Синклер приходится отсиживаться здесь, да ещё и в компании неприятной персоны с рыжими волосами, заплетёнными в косы.
Агнес - одна из учениц Невермора, одержимая Уэнсдей. Девчонка ходит по пятам за Аддамс, втёрлась ей в доверие и по итогу проводит с ней больше времени, чем лучшая подруга.
Да и то, в последнем утверждении Энид всё больше начинала сомневаться. В последнее время Синклер заметила, что Уэнсдей в разы сократила общение с ней, словно и вовсе нарочно избегает её.
Всё это начало происходить параллельно с тем, как Энид стала встречаться с Бруно. Возможно, из-за появления парня, у Синклер тоже стало меньше времени на уделение внимания подруги. Может Аддамс посчитала, что больше не нужна ей?
Но, правду сказать, Уэнсдей последние дни подолгу не выходила из головы Энид. И она докажет, что Аддамс не безразлична своей подруге.
Из здания противным звоном разревелась сирена. Энид поняла - нужно вызывать полицию. Не зря же она стояла на стороже. Завершив звонок, Синклер выпрямилась и направилась сквозь кусты, в которых они с Агнес сидели в засаде.
— Куда ты? — послышалось от рыжеволосой.
Энид, торопясь, развернулась и с выдохом ответила ей:
— Я не позволю себе отсиживаться здесь, пока Уэнсдей в опасности там.
Агнес, хоть и подслушала тайком о видении со смертью Энид, всё же не стала перечить девушке, а лишь пожала плечами.
Во всём здании больницы резкой вспышкой перегорел свет. Это сыграло на руку. В такой суматохе Энид не составило труда войти внутрь.
Если снаружи больница выглядела непримечательно и просто уныло, то внутри Синклер резко ощутила некомфортность и тревогу.
Если ты хочешь найти Уэнсдей, тебе нужно думать как Уэнсдей. А Аддамс, обычно, всегда оказывается в самом эпицентре событий.
Энид на секунду остановилась и закрыла глаза. На втором этаже послышался некий подозрительный звук. Уэнсдей определённо там.
Синклер сразу же направилась туда.
Мигом поднявшись на этаж, она начала бродить по коридорам, зовя подругу по имени.
— Уэнсдей! — не останавливалась она.
Завернув в очередной коридор, она наткнулась на человеческий силуэт. Девушка с двумя чёрными косами остановилась перед ней, на её лице едва ли можно было прочесть хоть какую-либо эмоцию, но некое удивление всё же проскользнуло в её мимике.
— Энид? — нахмурилась она. — Ты что здесь... — девушка перешла на шёпот.
Не дав Синклер и слова сказать, в конце пролёта послышались громкие шаги.
Уэнсдей, не долго думая, схватила Энид за руку и вместе с ней завернула в ближайшую палату.
Переступив порог и захлопнув за собой дверь, девушки остановились. Аддамс, не убирая руку Энид из своей, торопясь осматривала комнату. Кровать, тумбочка, шкаф. Шкаф.
Она повела Синклер за собой, когда они обе услышали приближающийся неутешительный звук.
— А сейчас полезай в шкаф и молись, что выживешь.
Уэнсдей открыла дверцу деревянного шкафа. На удачу, внутри висело лишь одно пальто.
Энид безприкословно исполнила приказ Уэнсдей, на секунду бросив на неё свой волнительный взгляд. Она была готова поклясться: на лице подруги так же читалась нотка волнения.
Аддамс, не долго думая, влезла в гардероб вслед за Энид, плотно захлопнув дверь. Наконец-то, она смогла выдохнуть.
Синклер, пытаясь издавать как можно меньше звука, потянулась за телефоном. Лишь для того, чтобы узнать время.
— Полиция сказала, нужно подождать пятнадцать минут. Осталось семь минут. — пытаясь утешить и себя, и подругу, сказала Энид.
Семь минут.
Уэнсдей не стала отвечать на её монолог, а завела разговор совершенно не по теме:
— Зачем ты пошла сюда? — холодно проговорила Аддамс.
Этот вопрос мигом подпортил Энид и то неутешительное настроение.
— Я всего лишь хотела... — начала было она.
— Хотела своей смерти. — отрезала Уэнсдей. — Поверь, такой опыт тебе не понравится.
В полумраке лицо собеседника, конечно, было сложно разглядеть, но, по соображениям Аддамс, Синклер явно сидела нахмуренная и надув губы.
— Почему ты такая душная? — заметила Энид. — В последнее время твоё отношение ко мне примерно такое.
Шесть минут.
Глупая Энид. Сердце Уэнсдей разбивалось на мелкие осколки всё больше после подобных высказываний. Аддамс лишь хочет уберечь её от возможных угроз. Всё, что угодно, может предстать способом её смерти. Особенно сейчас.
Увидев перед собой Синклер в пролёте больничного коридора, в голове Аддамс тут же вспыхнули воспоминания из её видения:
Безжизненная Энид винит Уэнсдей в своей смерти, пытаясь её удушить. И всё это происходит возле именного надгробия Энид Синклер.
Вот и в данный момент эта сцена вновь предстала перед ней.
— И Бруно...
— Мы можем хотя бы сейчас не говорить о твоих парнях?
Пять.
Уэнсдей понимает, что её высказывания вряд ли понравятся подруге, но она ничего не может с собой поделать.
— Вот опять. Почему ты не можешь хоть раз порадоваться за меня?
— Радоваться тому, что ты начала встречаться с одним, не расставшись с другим? Я, конечно, не сильно разбираюсь в этом, но помоему такое отношение к людям слегка не этично.
Четыре.
— Я не понимаю тебя. — уже более расстроенно произнесла Энид.
— Твои взгляды я тоже не до конца разделяю. — ответила собеседница.
— Каждый раз закатываешь глаза, когда Бруно в нашей комнате, на мой вопрос: почему мы стали меньше общаться, находишь причину именно в нём.
Три.
— Может, дело далеко не в нём? Об этом ты не думала?
Уэнсдей ничего не ответила.
— Ты сама не меньше рушишь наши взаимоотношения. Отдаляешься от меня, дружишь с этой Агнес. Она мне и тебе смертью угрожала!
В ответ всё то же молчание.
— Когда выберемся, хочу, чтобы ты извинилась за своё поведение перед Бруно. Он ни в чём не виноват. — Энид скачет с темы на тему. — Я уже и не говорю про извинения передо мной. — она откинулась к стенке, показывая недовольство.
Две минуты.
— Извини, Энид.
Как бы тяжело Уэнсдей не давались эти слова, только ради Синклер она была готова произнести их.
— Ты всё ещё моя лучшая соседка по комнате, моё отношение к тебе никогда не изменится в худшую сторону, знай это. — Аддамс почему-то перешла на шёпот.
— Всего лишь соседка по комнате?.. — в ответ перейдя на шёпот, с разочарованием сказала Синклер. — Я рассчитывала минимум на "лучшая подруга". — съязвила она.
— Может, я хочу быть для тебя большим, чем "лучшая подруга"? — еле слышно проговорила Уэнсдей.
Минута.
Но Энид даже не услышала этого. Она всё продолжала говорить о чём-то своём.
— ... и после всего, что мы пережили...
— Энид! — Уэнсдей наконец привлекла её внимание.
В полной темноте её лица, к сожалению, нормально разглядеть было нельзя. Но более яркий силуэт Синклер представал перед Аддамс с помощью памяти.
Энид смотрела на неё своим привычным взглядом, только сейчас слегка раздосадованным.
— Вот поэтому я не люблю лишнюю болтовню.
Уэнсдей выдохнула и отпрянула от стенки, на которую облокачивалась, сближая расстояние с Синклер.
Взглянув в её недоумевающие глаза, Аддамс, недолго думая, осторожно прикоснулась ладонями к щекам Энид и сделала то, что хотела ещё в начале их спора.
Поцелуй.
Уэнсдей не хотелось слышать, как Энид обвиняет её в своём неправильном поведении. Она и так прекрасно знала, на сколько грубой и неотзывчивой может предстать перед другими. Это не то, чтобы сильно волновало её, но если Синклер было это не по нраву, ради неё Аддамс могла пойти через свои принципы.
Наконец, Уэнсдей перестала ощущать тревогу за Энид. Сейчас она здесь, с Аддамс. Так близко, насколько это возможно. И отпускать дальше не хотелось.
Но Энид прервала мгновение первой.
Уэнсдей смогла сравнить этот момент только с тем, словно Хайд безжалостно отнял Синклер у неё, как и грозился сделать.
Энид резко накрыла ладони Уэнсдей своими, слегка сжимая их. На её руках непроизвольно выступили когти. Синклер отпрянула от Аддамс, бегущими глазами посмотрев на неё.
Уэнсдей осознала, что только что сделала. Энид больше ничего не говорила, поэтому она была намерена нарушить тишину первой.
— Извини. — словно ничего и не произошло, начала она. — За это и за моменты, когда вела себя эгоистично.
Хотелось забыться, прокручивая в голове реакцию Энид на только что случившееся. Уэнсдей уже было отодвинулась к другому концу шкафа, когда Синклер начала... Выть? Словно волк на луну.
Этого сейчас точно не хватало, поэтому Уэнсдей моментально закрыла её рот рукой.
— Ты что творишь? — сквозь зубы проговорила она, насквозь пробивая Синклер своим взглядом.
— Не понимаю, что происходит. — судя по дрожащему голосу, она удивилась не меньше Аддамс.
Энид демонстративно приложила руку к груди и начала пытаться восстановить дыхание. Синклер сменила позу, уже опираясь на дно шкафа руками.
Уэнсдей показалось, что с подругой что-то не так.
— Помоему, я хочу обернуться. — Энид неловко посмотрела на Аддамс.
— Только этого ещё не хватало. — Уэнсдей закатила глаза. — И что же...
Синклер сбила её мысли. Она медленно и аккуратно, на сколько позволяли габориты шкафа, приблизилась к Аддамс и, скрестив руки за её спиной, приобняла.
— Ты что делаешь? — удивившись внезапной близости, только и смогла сказать Уэнсдей.
— В стае говорили, это помогает убавить стресс.
Аддамс ничего не ответила. Только позволила Энид и дальше сидеть в её объятиях.
***
Дверь шкафа резко открылась, наполняя его светом. Конечно, девочки испугались и того, и другого, поэтому моментально отпряли друг от друга, готовясь к наихудшему. В ту же секунду, как глаза привыкли к яркому свету, Уэнсдей и Энид увидели перед собой шерифа. Подруги выдохнули и переглянулись. Улыбка Энид сияла так же, как и свет, проникнувший в гардероб. Уголки губ Уэнсдей тоже невольно приподнялись. — Идея с воем была хороша. Мы быстро вас нашли. — улыбнулась в ответ шериф. — И сколько же вы просидели здесь? — Семь минут. — кивнула Энид, выходя вслед за Уэнсдей. — Хайд на свободе, вам повезло оказаться здесь. Считай, в раю побывали. — женщина пожала плечами. Аддамс отряхнулась от пыли и подняла свой взгляд. — Семь минут в раю.
