Презумпция невиновности

ㅤТишина на складе была звенящей. Предложение Паранойи повисло в воздухе, как вызов. Отказ был бы немедленно расценен как подозрительный, но и согласие сулило лишь новые риски. Эта девушка в голубом скафандре смотрела на неё слишком внимательно, её взгляд буквально пробуждал под кожей Сырка древний, хищный инстинкт — инстинкт уничтожить угрозу. ㅤНо именно этот инстинкт и нужно было подавить. Сырок заставила свои губы растянуться в тёплую, ободряющую улыбку. ㅤ— Конечно, пойдём. Мне как раз в реактор нужно, проверить показания. Скучноватая работа, так что компания будет только кстати. ㅤОни вышли из склада, и их шаги отдавались эхом в металлических коридорах. Паранойя шла чуть сзади, и Сырок чувствовала её взгляд на своей спине. Он был физически ощущаем — будто по позвоночнику ползли мурашки. Каждый её нерв был натянут струной, каждое щупальце, спрятанное под кожей, готово было вырваться наружу при малейшем признаке угрозы. Она сжала пальцы, впиваясь ногтями в ладони, чтобы заглушить дрожь напряжения. Она не может слишком долго бездействовать, это станет слишком подозрительным, да и хотелось бы закончить свою "работу" как можно быстрее. Паранойя стала для неё лишней проблемой, новый член экипажа вынуждал в корне пересмотреть весь план, и совсем никак не вписывался в него. ㅤ— Тебе не кажется, что здесь... слишком тихо? — голос Паранойи прозвучал приглушённо, почти шёпотом. ㅤ— После всего случившегося это неудивительно, — парировала Сырок, не замедляя шага. — Все настороже. Боятся друг друга. Доверие — роскошь, которую мы не можем себе позволить. ㅤ— А ты никому не доверяешь? — в вопросе прозвучал неподдельный интерес. ㅤЖёлтая на мгновение задумалась, подбирая правильные слова. Истинный ответ был резко отрицательным, но его нужно было облечь в приемлемую для человека форму. ㅤ— Доверие нужно заслужить. А в наших условиях... — она обернулась, бросив на Паранойю многозначительный взгляд, — доказать, что ты заслуживаешь доверия, так же сложно, как и поймать предателя. ㅤОни дошли до реактора. Сырок сделала вид, что проверяет показания на панели, её пальцы механически пролистывали данные. Паранойя стояла у входа, словно часовой, её поза была скованной, а взгляд беспокойно блуждал по помещению. ㅤ— Знаешь, — снова заговорила голубая, — когда я только прибыла, Фрик сказал, что ты... странная. ㅤХолодок пробежал по спине Сырка. Она не повернулась, продолжая смотреть на монитор. ㅤ— О, а что именно он сказал? — голос остался ровным, почти безразличным. ㅤ— Что ты слишком холодная. И слишком идеальная в своей работе. Никаких ошибок. ㅤ— Разве это плохо? На этом корабле любая ошибка может стоить жизни. ㅤ— Нет, не плохо, — Паранойя сделала шаг вперёд. — Просто... неестественно. У всех бывают промахи. Случайные опечатки в отчётах, забытые инструменты. А у тебя — нет. ㅤСырок медленно обернулась. В её глазах плескалась искусственная обида. ㅤ— То есть, ты считаешь, что моя компетентность — это повод для подозрений? Может, тогда стоит выкинуть за борт всех, кто хорошо делает свою работу? — она намеренно заострила фразу, переводя стрелки с логики на эмоции. ㅤПаранойя смутилась и отступила на шаг. ㅤ— Нет, я не это имела в виду! Просто... Просто пытаюсь составить представление обо всех, с кем мне теперь предстоит делить путешествие на этом судне. ㅤНапряжение слегка спало, но недоверие никуда не делось. Оно витало между ними, как токсичный газ — невидимое, но смертельно опасное.

***

ㅤСледующие несколько дней прошли в этом же ключе. Они неотлучно находились рядом, выполняя задания. Паранойя — потому что боялась оставаться одна. Сырок — потому что не могла позволить голубой свободно перемещаться и видеть то, чего видеть не должна была. Хотя, напарник, видимо, и не думал работать. Отвратительно. Почему только она выполняет всю грязную работу, пока этот бездарь развлекается с членами экипажа? ㅤЭто было изнурительной игрой на истощение. Сырок приходилось постоянно контролировать каждое слово, каждый жест, каждую реакцию. Она научилась имитировать усталость, лёгкое раздражение, даже редкие улыбки, которые, казалось, на секунду согревали её "холодную" натуру. Она намеренно однажды ошиблась при калибровки сенсоров в электрике, чтобы создать видимость несовершенства. Паранойя тут же указала ей на ошибку, и в её глазах на мгновение мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее удовлетворение. ㅤИменно в этот момент Сырок почувствовала нечто новое. Не просто ярость или желание убить. Нечто более сложное. Паранойя, со своим навязчивым страхом и дотошным вниманием, стала для неё своеобразным вызовом. Обычная охота была проще: выследить, убить, скрыться. Здесь же была головоломка. Как обмануть того, кто ищет обман? Как вызвать доверие у того, кто не доверяет по определению? ㅤСо Спедаком всё было проще. Его доверия и не требовалось заслужить, нужно было просто устранить угрозу, предварительно переиграв в играх разума. Он всегда держался поодаль, после смерти Мидвайф и вовсе не вступал в контакт с членами экипажа, лишь изредка перебрасываясь с коллегами какими-то короткими фразами. ㅤОднажды, когда они проходили через коридор, ведущий к месту гибели Мимикс, Паранойя невольно замедлила шаг. Её лицо побледнело. ㅤ— Здесь... Здесь её нашли, да? — прошептала она. Она не застала смерть члена экипажа, но была наслышана о столь жестоком и наиболее свежем убийстве. ㅤСырок кивнула, изображая на лице маску скорби. Внутри же всё холодело. Воспоминания о том моменте были для неё не травмирующими, а... сокровенными. Вкус крови, агония в глазах жертвы, сладость абсолютной власти над жизнью и смертью. ㅤ— Страшно, — выдавила Паранойя. — Страшно осознавать, что кто-то среди нас способен на такое. ㅤИ тут Сырок совершила неожиданный для самой себя манёвр. Она положила руку на плечо Паранойи. Жест был неуверенным, почти неловким, будто она сама не была уверена, стоит ли это делать. ㅤ— Мы переживём это, — сказала она, и её голос прозвучал тише и мягче, чем когда-либо. — Главное — держаться вместе. ㅤПаранойя вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась. Она посмотрела на Сырка, и в её глазах, полных страха, на мгновение промелькнул проблеск чего-то нового. Не доверия. Ещё нет. Но, возможно, начала надежды. ㅤВ тот вечер, возвращаясь в свои каюты, каждая осталась наедине со своими мыслями. ㅤПаранойя размышляла о том, что под маской холодности Сырка может скрываться ранимая душа, просто не умеющая это показывать. А может, это лишь хитрая уловка? Её паранойя шептала о втором, но усталость и отчаянная потребность в союзнике склоняли чашу весов к первому. ㅤСырок же, лёжа в своей каюте, анализировала новый опыт. Эта слабость, эта потребность Паранойи в защите... ею можно было манипулировать. Но сам процесс этого манипулирования, эта сложная, многоходовая игра, начала приносить ей странное, извращённое удовольствие. Уничтожить Паранойю было бы легко. А вот перехитрить её собственный разум, заставить её поверить в то, чего нет, обратить её главное оружие — страх — против неё самой... это было искусством. ㅤИ в глубине своего чёрного, нечеловеческого сердца, ксеноморф почувствовала пробуждение азарта. Охота продолжалась, но правила игры изменились. Теперь ставкой была не просто жизнь, а доверие её новой навязчивой спутницы. А это делало игру гораздо, гораздо интереснее. Недоверие оставалось стеной между ними, но Сырок уже начала по кирпичику подбираться к ней, чтобы не сломать, а незаметно проложить в ней потайную дверцу.