Одно прекрасное утро

Утром Пашу будят сразу несколько вещей — средней тяжести похмелье, неяркое солнце, бьющее почему-то прямо в глаз, ощущение того, что он ночевал не один и нетипичный утренний, почти мифический, запах вкусного завтрака — кофе и какая-то выпечка. Глаза открываются сами собой, реальность бьёт в голову... какая выпечка! Юля-то в тюрьме... Да и не было у них никогда по утрам таких запахов. Максимум она делала на скорую руку кашу или яичницу и убегала в свой магазин. Спина покрывается липким потом. Твою ж мою ж. Кого я вчера подцепил и зачем? Хочется закрыть глаза и снова заснуть. Но, как бесстрашный опер, он все же решает посмотреть реальности в лицо — а там видно будет. Паша поднимается с кровати и плетётся на кухню, протирая глаза. И застывает в дверях. Вот она, чудесная реальность. Никаких баб! У плиты стоит Денис. В одних трусах. И он печёт… это что, блинчики?? Паша обессиленно сел на стул. Денис обернулся, зевнул и поставил на стол тарелку с последними готовыми блинчиками, банку варенья и две чашки кофе. Сел напротив и пододвинул тарелку и чашку. — Ты как, живой? Бери, ешь. Вроде нормально получилось. Паша делает большой глоток кофе и полностью просыпается. Да, это точно не галлюцинация. На стуле напротив сидит Сомов, на столе стоит одуряюще пахнущая выпечка, за окном солнце, сегодня суббота, и ему так хорошо и спокойно, как не было уже очень давно! Такое ощущение, что Денис на его кухне — это и есть настоящая, правильная реальность. Подцепив блинчик, макнув его в варенье и отправив в рот — вкусно как! — он наконец задаёт интересующий его вопрос. — Ты в магазин что ли ходил? Когда успел-то? Денис удивлённо смотрит. — Никуда я не ходил. — Но как ты их сделал? Из воздуха? — Да почему? — ещё больше удивляется Денис. — В холодильнике яйца и остатки молока были. Муку нашел в шкафчике. Варенье тоже в холодильнике, вроде нормальное. Для Паши это звучит как «я нашел в гараже запчасти, собрал ракету и слетал на Луну». Пока он пытается осознать это волшебство, у него само собой вырывается. — Выходи за меня!! Денис ухмыляется, доедает блинчик, допивает кофе и невозмутимо отвечает. — Семёнов, ну ты опоздал слегка. Паша не успевает ничего ответить — у Дениса звонит телефон. Судя по тяжёлому вздоху, безмятежное утро субботы скоро придётся прервать. — Да. Что? Ага. Ладно. Подъеду. В смысле? Да откуда я знаю, где Паша, сам ему позвони. Отключившись, Денис ловит вопросительный взгляд Паши и отвечает на невысказанный вопрос. — Андрей. Два холодных на Невском. Он, кстати, тебе сейчас будет опять звонить. Ты, говорит, не отвечаешь. — Эх, а так хорошо утро начиналось! Может, у него датчик стоит — когда кому-то хорошо, надо выдернуть на труп… Раздается звонок — где-то за диваном. Ах да, вот он куда телефон сунул вечером. Страшно недовольный Михайлов требует немедленно лететь на вызов. Ну что ж, работа есть работа. *** То, что на Михайлова не стоит дышать и даже подходить слишком близко, стало ясно сразу. Ещё когда таксист вдохнул выхлоп и осторожно попросил разрешения открыть резко запотевшее окошко. Паша вытолкал заснувшего в дороге Дениса на бодряще холодный воздух и вышел сам, слегка задержавшись. Этого хватило, чтобы страшно недовольный Михайлов — такой раздражённый, словно он сам лично знал убитых! — начал откусывать голову ещё не проснувшемуся после поездки Сомову, допытываясь, чего это они вдвоём приехали на такси (Так ты же нас обоих дёрнул, а Паша просто меня по пути подобрал! — Логично! По пути с Блюхера на Гаванскую!), а чего это машины во дворе оставили (Не завелась! В сервис давно надо. — Логично. И главное, как синхронно!). Паша поспешил на помощь, утаскивая Дениса с места расправы к более приятному занятию — осмотру свежайших трупов. — Правильно, работать надо, а не… — язвительно добавил в спину подозрительный Михайлов. — И не дышите там ни на кого, а то трупов прибавится! Начинался новый, прекрасный рабочий выходной. Паша глянул на Дениса и решил, что они отошли достаточно далеко, чтобы построить ещё немного приятных планов перед тем, как нырнуть с головой в работу. — Слушай, Диня, а может повторим? Я тебя ночью обнимаю, ты меня утром кормишь. Денис фыркнул. — Посмотрим. Ладно, давай работать. Холодные сами себя не осмотрят. Что верно, то верно. Но всё же было приятно знать, что кроме работы в это мире есть и другие планы. *** …Судя по ошарашенному взгляду Михайлова в их спины, отошли они недостаточно далеко... Но их это уже не сильно беспокоило.